«Ее» лирика
Уйди...
Уйди... уйди и не трогай меня,
Я слова твои больше не слышу.
Я хочу видеть, что ты не горишь от огня
И знать, что ты больше не дышишь.
Хочу верить, что больше не будет ТЕБЯ,
Хочу звать тебя просто ПРОШЛОЕ,
Не узнать тебя, рядом случайно пройдя,
Не узнать лицо твоё тошное!
Не хочу ночами в подушку рыдать,
Когда снова ты скажешь: «Я занят».
Не хочу тебя снова и снова прощать,
Я прошу, отключите мне память.
Я прошу, не заставь меня снова страдать,
Умоляю не делай мне больно,
Я просто хочу ещё раз сказать...
Хватит! Обидно! Довольно!
Ты знаешь, как в комнате пусто одной?
Ты знаешь, как мне одиноко?
Ты знаешь, как солнце светит темно?
Ты знаешь, как это жестоко?
Ты любишь охоту? Но знай, я не жертва!
Я больше не стану молчать,
Я стану, как дерзкая, гордая стерва....
В комнате темной, тебя просто ждать....
Гостиная
Постелем на стол чёрную ткань,
Расставим на ней разбитую посуду.
Ну вот, мы перешли эту тонкую грань
От «вечно люблю» до «скоро забуду».
Разбавь этот чёрный гнетущий пейзаж,
Налей мне в бокал чего-нибудь красного.
Ты можешь взять вино и гуашь,
Но я хочу крови из сердца ужасного.
Взгляни, на лицо мое-это ведь зеркало
Не целое, и как посуда, разбитое.
Ты скажешь, что возраст, и это естественно,
А я скажу, что это душа неприкрытая.
Налей мне ещё, но чего-нибудь бледного:
Водки, шампанского или... себя.
Страшно? Шучу, я просила не бедного
И не того, кто боится огня.
Ты любишь дожди, я помню. Ноябрь.
Сейчас твоё время, иди утопись
Как в тот день, что горит в моей бешеной памяти...
Ну что ты сидишь? Давай, торопись.
Тебе же там ждут, там люди и лужи,
Там капли и город, там жизнь и там смерть.
Там праздник и горе, там моря эмоций
Там все, что ты от меня так хотел.
Ты снова молчишь? Ты мне очень нужен.
А этот ноябрь... его прожила.
Куда ты встаёшь? Ты сильно простужен,
А я помогла бы... если б могла.
Когда, отвернувшись, пойдёшь из гостиной
Одно лишь я вспомню и крикну тебе:
«Запомни: горящий возможности ищет в мире,
Сгоревший причины ищет в себе.»
Мое искусство
Сыграй мне на скрипке грустный ноктюрн,
А я нарисую все твои лица.
Тут только искусство, разговор «без купюр».
А знаешь, сейчас бы нам было по тридцать.
Станцуй со мной долгий медленный вальс,
Я буду кружиться пока не сломаюсь.
Давай разобьём моей мамы хрусталь,
Я снова в тебя с разбегу бросаюсь.
Возьми кусок глины, представь, что ты-Бог
Слепи человека с меня, брось в печку.
А после возьми большой молоток,
Разбей ему сердце и кинь: «Время лечит»
Спой песню о солнце, спой о любви
Я так ненавижу, когда ты фальшивишь.
А помнишь ту фразу: «Вечно живи»,
Казалось бы, хуже не выдашь... но выдал.
Прочти мне из книги, страница двенадцать,
Строчка шестая, снизу считай:
«А ты так и будешь он нем всегда плакать»
Закрой эту книгу и улетай.
Не стой позади, меня раздражает улыбка,
Не надо смотреть из мрачных могил,
Возьми эту чёртову старую скрипку,
Играй мне пока твой след не остыл.
Tu me manques
Я скучаю...Ужасно скучаю...
Мне очень плохо, болит все внутри,
Ты не представляешь, как я мечтаю,
Больше не слышать эти шаги.
Я скучаю...Ужасно скучаю...
Я слышу эхо твоих слез.
Я мир вокруг не замечаю,
Я жду, когда ты все вернёшь.
Я скучаю....Ужасно скучаю...
Я не верю, что нет больше нас,
Я снова ночами рыдаю,
Секунды, минуты, час...
Я скучаю...Ужасно скучаю....
Меня от этого тошнит.
Ходили веяно мы по краю,
Теперь не знаю, как мне жить.
Я скучаю...Ужасно скучаю...
Со мной теперь живет мороз.
Ищу слова и обещания
В этом дурацком букете роз.
Я скучаю...Ужасно скучаю...
Скажи сейчас мне что-нибудь.
Я чувства свои закрываю,
И мне разрывает всю грудь.
Я скучаю... Ужасно скучаю...
Я задохнулась... Прости...
Я скучаю... Ужасно скучаю...
Мне душу взорвали... Прости...
До дна
Ну вот, снова с головой под воду,
Вперёд с понтонного моста.
Пока остался лишний воздух,
Мне нужно что-то рассказать.
Не все так плохо, показалось...
Да нет, он снова убежал.
Меня сломала дикая усталость,
Вот почему мой голос так дрожал.
Хотела чтоб страдал, чтоб было больно,
Чтобы узнал, что значит потерять.
Я собралась, а он доволен,
В себе не нужно ничего менять.
Уже вода на стекла сильно давит,
До дна осталось несколько минут.
Быть может, это от страданий всех избавит,
А, может быть, всем сердце разорвёт.
Я жить хочу... вот дура... зачем слетела...
Сейчас могла бы кофе пить.
Обида ведь... почти сгорела.
Мне б напоследок закурить.
Треск...секунда...дно...ловушка...
Надеюсь, ты меня любил.
А если я была игрушкой...
Но ты и до воды меня убил.
Степные кони
Это новая жизнь. Мой новый рассвет.
На горизонте лишь бескрайняя степь.
Я вижу в восходящем солнце
Твой погибающий след.
Я сломала те кандалы, те цепи,
В которых, как осуждённая, жила.
Я потушила наши свечи,
Которые сама же и зажгла.
Заставь меня чувствовать счастье,
Или оставь меня обездушенной.
Мне кони степные сломают запястья
Или от ветра стану снова простужена.
Теперь у меня есть моя свобода,
Но нет того времени, что было с тобой.
Я, в ожидании нового восхода,
Снова захлебнулась горькой слезой.
Я всех обмахнула... всех, но не сердце...
Давай же жить вместе, когда мы умрем.
Сейчас даже солнце может померкнуть,
Пора бы признать, лишь кони вдвоём.
Дикие кони вырвите с корнем
Старые чувства, что не превозмочь.
Но даже эти степные кони
Не смогут увезти меня прочь...
«Независимость»
Я обнимаю тот грубый голос,
Помню твой сигаретный парфюм.
Но вот... что-то важное стерлось...
Я не помню прошлых безумств.
Сломала стаканы, так получилось,
Я в руки брала, а они на пол шли.
Это случайно, что тут пахнет виски...
Взгляни, на часах одни лишь ноли...
Руки изрезала, а мне и не больно...
А ты не спросил... да все как всегда.
Скажи, что за жизнь, где все условно?
Не знаешь ответа? Так это моя!
Условно гуляю с любимым мужчиной,
Условно безумно в него влюблена...
А знаешь, что дальше? Крик журавлиный...
Летят журавли... а я? Я пьяна...
Я видела сон: там радуга, краски,
Мы вместе проснулись, и ты не ушёл.
Потом проводила тебя без опаски
До самой двери. Потом был укол...
Убери свои руки, ты вещи собрал?
Хочешь уйти? Вперёд, не держу...
Здесь где-то ещё не разбитый бокал,
Давай уходи... я ещё погрущу.
Стой! Ты помнишь тот вечер на лавке?
Тогда говорил, что нашёл на всю жизнь...
Зачем подавать такую заявку,
Когда изнутри сочится лишь желчь?
Питаешься горем? Возьми, подавись!
Когда ты уйдёшь, я начну все сначала.
Тебя там, за дверью, уже заждались,
Беги... Ну беги! Я уже заскучала....
Ты правда уходишь? Скажи, это шутка...
Уродская, дикая, мерзкая ложь.
Уйдёшь за порог, я убью твой рассудок...
Смешно? Пошёл вон! Тебя не убьешь...
Уроки английского
I am... Vera? Вроде бы, правильно.
Ну что ты так смотришь? Я правда учусь.
Такой ты дурак, когда улыбаешься.
Хочешь прочту сонет наизусть?
Уильям Шекспир. Сонет номер восемь:
Music to hear... Совсем не смешно.
Ты меня раздражаешь, иди в свою осень
Или поставь на любовь в казино.
Да я пошутила, давно ты ранимый?
Лучше бы мне с языками помог.
Как по-английски будет «любимый»?
«Darling» и «dear»? А английский убог.
Что за надменность? Опять комплекс бога?
Молю же, Всевышний, сойди, помоги.
Ладно, достало, отдохну хоть немного.
Я давно не считала большие шаги.
One, two, three, four...
Сейчас между нами четыре провала.
Зачем ты уходишь так далеко?
Ты сам мне писал: «Мне тебя не хватало».
Ненавижу английский, дурацкий язык.
И все что ты делаешь, тоже «дурацко».
Сейчас напишу тебе без запятых:
«Ты не такой каким хочешь казаться»
Зачем мне уроки? Ты правда дурак?
Я так с тобой вижусь немного, но чаще,
Убираю из мыслей безумный бардак
И пустоты становятся слаще.
Доска опустела, сейчас напишу
Мелко и криво в самом углу.
Поверь, что пока я с тобою дышу,
То бесповоротно: «I love you».
Клоунесса
Всем весело, когда я на манеже:
Парик, ботинки, нос и грим.
Мне свет арены глаз не режет,
Успела породниться с ним.
Да, здравствуй... Клоунесса...
И что с того, что я грущу?
Среди бетонных занавесок
Я новый повод жить ищу.
«На людях праздник, фейерверк»,-
Да что ты, правда? И так знаю.
Толпа всегда лишь смотрит вверх,
Не видя, что внизу страдают.
В моей душе есть две вселенных:
Одна для сцены, напоказ.
В ней нет рассказов откровенных...
Здесь все для незнакомых глаз.
Вторая-девчонка, такая простая,
Такая ранимая...даже избитая.
Вот это вселенная просто немая,
И от толпы незнакомой закрытая.
С этой девчонкой знакомы немногие:
Подушки, игрушки, стены и стол.
Туда постоянно лезут убогие...
Грим опять смазал мой разговор...
Надену парик, пройдусь по манежу,
И люди смеются, им не понять:
Каждую ночь вселенную режу...
Но клоун не может о печали знать...