Глава 1 Алиса. Знакомство с проблемой

🎧I Tried- Always Never

После утреннего душа я наношу макияж, пытаясь скрыть усталость, которая отразилась на моём лице, и в зеркале появляется отражение, которое я едва узнаю. Вытягивая волосы феном, они нежно распадаются на плечи, словно тёплый шёлк. И в глазах вдруг возникает мираж: яркие образы воспоминаний, будто вспышки света, затмевают реальность...
- Как я обожаю твои глаза и эти рыжие волосы.
Он накручивает их себе на ладонь в пару оборотов и откидывает мою голову назад, а потом нежно и влажно целует меня в шею медленно спускаясь к ключице и проводя по ней языком.
«Так, стоп! Хватит!» — прошептала я, чувствуя, как мурашки пробегают по телу, а комок поднимается к горлу. Вдох, выдох. Выбегая на улицу, я нащупала в сумочке наушники и включила музыку, пытаясь заглушить внутренний шум. В привычном ритме шагов направляюсь на работу, но как только выхожу на аллею, мысли снова берут верх, не поддаваясь контролю.
— Ты сегодня просто восхитительна! — нежно произносит он, обнимая меня за талию и притягивая к своему крепкому, мускулистому телу. Внутри всё сжимается от его заботы, словно сердце наполняется теплом. Мое тело растекается от его взгляда, а голова кружится в сладком вихре нежности. Каждый миг рядом с ним — это волшебство, словно мы вдвоем создали свой собственный мир, где нет ничего, кроме любви.
Да что ж такое! Я вырываю себя из этих воспоминаний, но слёзы уже начинают катиться по щекам, оставляя за собой следы волнительной боли. Сердце сжимается, словно его заковывают в железные оковы. Я знаю, что надо прекратить думать о нём, но как?
Каждая деталь из прошлого вновь всплывает в голове: его смех, который звенит в ушах, как мелодия, и теплые объятия, которые когда-то были такой надеждой. Я сжимаю кулаки, чувствуя, как ногти врезаются в кожу, стараясь прогнать эти мысли.
Но они как тени, не желают отпускать. Внутри меня нарастает буря: тревога, тоска и нежность переплетаются в невыносимом вихре. Я глубоко вздыхаю, пытаясь унять дрожь в руках, но в груди снова разгорается пламя воспоминаний.
   

Меньше чем за двадцать минут я подхожу к стеклянному офису, который сверкает на солнце, как огромный алмаз среди серых зданий. Я останавливаюсь на мгновение, вдыхая свежий воздух, наполненный ароматами утреннего дождя.

Не успеваю открыть дверь, как слышу бодрый голос:
— Привет, Алиса! — с яркой улыбкой протягивает Марина, стоя за своим столом, окружённым аккуратно расставленными папками и свежими цветами в вазе.
— Привет... — отвечаю я, стараясь сохранить нейтральный тон, но ощущая, как напряжение нарастает в груди.
Марина прищуривает глаза, оценочно рассматривая меня, словно я предмет на распродаже.
— Ой, а что с твоим лицом? Мешки под глазами... — её голос звучит так, будто она не может дождаться, когда поделится своим "тревожным" открытием.
Я вздрагиваю от её назойливого взгляда, чувствуя, как раздражение поднимается из глубины.
— А ты знаешь, что такое фантомная боль?
— Не поняла? — скрестив руки на груди, она наклоняет голову, готовая к дальнейшему допросу.
— Это когда кто-то теряет конечность, но продолжает чувствовать боль.
— И к чему это? — её глаза полны любопытства и легкой насмешки, словно я рассказываю ей какую-то детскую сказку.
— Это к тому, что не нужно человеку с утра напоминать о том, как он выглядит, — произношу я с лёгкой иронией, надеясь, что она наконец поймёт намёк.

С этими словами  я разворачиваюсь и направляюсь в глубь офиса, оставляя её с угасающей улыбкой. Внутри меня по-прежнему гложет усталость, и я стараюсь сосредоточиться на работе, игнорируя шум вокруг, пытаясь вновь найти себя среди этого мира.
Стремительно направляюсь по коридору к своему кабинету, на автомате включаю компьютер. Хватаю кружку и иду на кухню, где по утрам всегда витает аромат свежесваренного кофе, от которого невозможно устоять. Наливаю себе чашечку, наслаждаясь теплом керамики в руках.
Выходя на крыльцо, поднимаю взгляд к ясному небесному своду, и солнечные лучи обнимают моё лицо, придавая утру особую яркость. Достаю сигарету из пачки и закуриваю, чувствуя, как первый вдох наполняет лёгкие.
Выдыхаю дым вверх, а затем запиваю его горьким кофе. Дыхание становится более глубоким, и, вдыхая эту смесь ароматов, мои мысли снова уносят меня в воспоминания:
— Алиса, что ты творишь? Какие, к черту, сигареты? Почему ты такая пьяная? — его голос звучит, как удар кулаком в грудь.
— А тебе ли не плевать на меня, любимый? — произношу я, еле стоя на ногах. Ногти впиваются в ладони, и от гнева руки начинают трястись. — Ты даже не представляешь, как мне сейчас плохо!
— Как это понимать? — его глаза сверкают недоумением, но я вижу в них только холод и равнодушие.
— Как хочешь, так и понимай! Я всё знаю! Всё! — голос дрожит от напряжения, в голове мелькают образы его смеха и объятий, а теперь рядом со мной пустота.
— Ты пьяна и несёшь какую-то ерунду! — он отводит глаза, словно хочет избежать правды.
— Уверен? — бросаю я с вызовом, чувствуя, как гнев нарастает. — Ты же сам говорил, что всегда будешь рядом! Где ты был, когда я нуждалась в тебе?
— Я тут, но ты не понимаешь, что происходит! — его голос становится раздражённым. — Это не то, что ты думаешь!
— Не то, что я думаю? — переспросила я, ощущая, как слёзы подступают к глазам. — Ты думаешь, я дура?

В этот момент я достаю телефон и протягиваю его к нему.

— Посмотри на это! — кричу, голос срывается от ярости и боли. — Это до сих пор, не то что я думаю?

— Алиса, успокойся! — он пытается меня остановить, но это только разжигает во мне огонь. — Ты не должна так реагировать!

— Не должна? — вскидываю голову, полная злости и отчаяния. — Ты даже не представляешь, каково это — ждать тебя и не знать, что происходит!

— Ты не понимаешь! — говорит он, но я не верю ни одному его слову.

— Я всё понимаю! — восклицаю я, чувствуя, как сердце разрывается на части. — Ты просто не хочешь признать, что всё разрушено!

Машинный сигнал вырывает меня из воспоминаний, и из машины выпрыгивает Марго — с черным боб-каре, в серых джинсах и черной футболке. Она мчится ко мне, как будто на встречу с давней любовью.

Я раскидываю руки для её миниатюрного тела, и она буквально врезается в меня.

— Тихо, тихо, кофе разольёшь! — смеюсь, обнимая её, чувствуя, как радость наполняет меня.
— Я так скучала! — лопочет она, словно её не останавливает ни расстояние, ни время. — Ты не представляешь, сколько всего случилось!
"Не поверишь, и мне тоже есть что тебе рассказать!" — мысленно отвечаю я, хотя сама жду её новостей с нетерпением.

Марго — моя подруга, которая прошла со мной долгий путь. Она видела все мои взлёты и падения, была рядом в череде неудач и в самые важные моменты моей жизни. Уже десять лет она идёт со мной рука об руку, и сейчас, глядя на неё, я понимаю, как сильно я её ждала. В её глазах всегда была искренняя забота, а её поддержка стала для меня опорой в самые трудные моменты. Она, как никто другой, знает все мои страхи и сомнения, но всегда верила в меня. Иногда мне кажется, что наша дружба — это не просто случайность, а нечто более глубокое, что связывает нас на уровне, который невозможно объяснить словами. Мы прошли через многое, но, несмотря на все испытания, наша связь только укрепилась. Теперь, когда мы стоим друг рядом с другом, я уверена, что ничто не сможет нас разлучить.

— Хорошо загорела! — любуюсь её шоколадной кожей, которая блестит на солнце.
— Ой, какой там! — смущённо улыбается она. — Я сгорела в первые дни, как змея облазила! — копошась в сумке, она достаёт пачку сигарет, закуривает и делает глоток из моей кружки с кофе.
— Ну что, происходило нового без меня? — спрашивает Марго, поднимая бровь с игривой улыбкой.
— Всё по-старому, ничего такого, — пожимаю плечами, но в душе у меня зреет куча секретов.
— Никаких скандалов, интриг и расследований? — она наклоняется ко мне, как будто я расскажу ей что-то сенсационное.
Я на мгновение теряюсь в своих мыслях. Воспоминания о последних днях накатывают волной, и моё сердце сжимается.
— Нет, ничего такого, — произношу я с натянутой улыбкой, но внутри меня что-то ломается.
— А как у тебя дела с Марком? — Марго вдруг становится серьёзной, её голос наполняется заботой.

Я ощущаю, как по мне пробегает холодок.

— Мы... расстались, — выдыхаю я, и слова словно застревают в горле. Боль разливается по всему телу, и я едва сдерживаю слёзы.
— О, прости... — её голос становится мягким, полным сочувствия. — Ты в порядке?
Я сжимаю губы, и в ответ лишь пожимаю плечами, хотя внутри всё разрывается.
— Не хочу говорить об этом, — шепчу я, пытаясь собраться, но слёзы подступают к глазам.
Марго смотрит на меня с пониманием, но её выражение лица выдает, что она всё равно волнуется.
— Хорошо, не будем. Но ты знаешь, что я рядом, если захочешь поговорить.
Я киваю, но понимаю, что эта боль останется со мной ещё надолго.
— Лучше расскажи, как ты провела отпуск, — пытаюсь сменить тему, но радость в голосе не звучит так искренне, как мне хотелось бы.

Войдя в офис, прохладный воздух от кондиционера окутал моё тело:

— Так как в итоге прошёл твой отпуск? Видела фотки они  просто бомба! — восклицаю я
— Отпуск прошёл замечательно! Я объездила столько мест, а фотографий ещё больше сделала. Думаю, как обработаю, выложу еще на страничку.
— Не сомневаюсь, что фотографии отличные! Лучше тебя в нашем городе я ещё не встречала фотографа! — восторженно добавляю я, улыбаясь.

Марго действительно могла запечатлеть любую красоту вокруг. Её портретные съёмки раскрывали души людей, и каждый кадр говорил сам за себя. Она умела видеть в людях то, что они сами порой не замечали, и это придавало её работам особую атмосферу. В её объективе люди становились не просто изображениями, а настоящими историями, наполненными эмоциями, переживаниями и воспоминаниями. Марго была мастером своего дела, и её умение передать внутренний мир каждого человека через фотографии заставляло задуматься о вещах, которые раньше казались незаметными. Её работы не просто иллюстрировали внешность — они проникали в самую душу.
В этот момент к нам подходит Марина, с папкой в руках и без особого энтузиазма.
— О, Марго, ты вернулась! Как там было? — спрашивает она с лёгким налётом любопытства, но сдержанностью, как будто её это не особо волнует.
— Всё отлично! Я побывала в невероятных местах, — отвечает Марго, но я замечаю, как её улыбка чуть меркнет под взглядом Марины.
— Здорово, здорово, — отзывается она, перебирая бумаги. — Не забудь отдать мне отчёт по проекту. Надеюсь, ты не слишком расслабилась на отдыхе.
— Конечно, всё сделаю, — стиснув зубы, отвечает Марго.

После того как Марина уходит, я чувствую, как напряжение в воздухе разряжается.
— Она всегда такая? — спрашиваю шёпотом Марго.
— Сколько я тут работаю, не видела ее в другом состоянии, — смеюсь я, и вижу, как её настроение немного улучшается.

В офисе царила привычная суета: звуки клавиатур, щелчки мышек и разговоры коллег. Передо мной на экране светились отчёты, но мои мысли были далеко от работы.

— Алиса, — с легкой настойчивостью произнесла Марго, откидываясь на спинку стула, — ты не можешь просто так пропускать всё. Все собираются в бар после работы!

Я вздохнула, теряя себя в собственных мыслях. Лето за окном светило ярким солнцем, но мне не было до этого дела.

— Я не в настроении, Марго. Мне сейчас сложно.
— Я понимаю,— В голосе Марго я услышала нотку сочувствия —  расставание — это тяжело, но, может, стоит отвлечься? Это будет хорошая возможность провести время с друзьями.

Я посмотрела в окно, где яркие листья деревьев колыхались на ветру, как и мои надежды на лучшее.

— Просто хочу побыть одна, — тихо ответила я.

В этот момент в кабинет вошёл Игнат. Его уверенная походка и самоуверенная улыбка сразу привлекли внимание.
— Привет, девчонки! Что, вечеринки без меня? — с задором произнёс он, останавливаясь у моего стола.
— Игнат, — сказала Марго, — мы как раз обсуждали, что Алиса не хочет идти в бар.
Игнат слегка приподнял бровь, обращаясь ко мне.
— Алиса, да ты же не можешь прятаться вечно! В баре будет весело.
Я покачала головой, не отрывая взгляда от своих бумаг.
— Я не хочу, Игнат. Просто не сейчас.
Он подошёл ближе, опираясь на стол, и его голос стал более серьёзным.
— Неужели твой бывший парень не разрешает тебе развлекаться? — спросил он.

Я замерла, не зная, как ответить. Вдруг все раны обострились.
— Игнат, — вмешалась Марго, — она не хочет об этом говорить.
Он не отводил взгляда от меня.
— Я понимаю, что сейчас тяжело. Но, может, ты сможешь найти в себе силы хотя бы ненадолго забыть о нем?
Я посмотрела на него, чувствуя, как в груди сжимается боль.
— Ты не знаешь, каково это...
В голове снова всплывает момент:
— Нет, ты не пойдёшь!
— Но почему? Все коллеги с работы будут, мы хотим отметить успешное закрытие проекта. — Я плотно сжимаю губы и опускаю взгляд на пол, как будто ищу там ответы.
— Разве тебе не хочется провести время со мной? — произносит он с улыбкой, которая всегда заставляла моё сердце трепетать. — Сходим в кино, потом покушаем. Ты ведь знаешь, как я ценю твое внимание.
В его голосе слышится лёгкая манипуляция, будто он не просто предлагает, а указывает на то, что я должна чувствовать. Я чувствую, как начинает разгораться внутренний конфликт: хочется быть с друзьями, но его слова как будто затягивают меня в его мир.

Игнат шагнул ближе, его голос стал мягче.
— Возможно, я не понимаю. Но я хочу, чтобы ты знала: я здесь, если тебе что-то понадобится.
Марго, поддерживая меня, добавила:
— Мы все рядом. Пойди хотя бы ненадолго, потом всегда сможем вернуться.
Я медленно подняла взгляд, размышляя.
— Ладно... Может, на часок?
— Отлично! — радостно воскликнул Игнат. — Обещаю, будет весело.
Марго подняла чашку с кофе и улыбнулась:
— За новые воспоминания!
Я, чуть неуверенно, произнесла:
— За новые воспоминания.
— И за новое начало, — добавил Игнат, с надеждой смотря на меня.

Солнечные лучи пробивались сквозь окна, наполняя офис теплом, и я почувствовала, как в сердце снова зажигается искорка надежды.
   
Рабочий день пролетел быстрее, чем обычно, и вот мы с Марго уже стоим на крыльце, закуривая по сигаретке. Солнечный свет заливает площадку, и в воздухе витает лёгкий аромат свежести.
— Что ты оденешь вечером? — спрашивает Марго, щурясь от солнца.
— Не знаю, думала, джинсы и футболку, — отвечаю я, пытаясь скрыть усталость в голосе.
— Как банально! — она закатывает глаза, словно это уже привычно. — Ты же знаешь, что твою фигуру надо показывать, а не прятать под бесформенными вещами.
Я вздрагиваю от её слов, и во мне всплывают воспоминания о том, как раньше я с удовольствием одевалась, привлекая взгляды. Но сейчас, после всего, что произошло, мне не до этого.
— Я не знаю, что у вас там приключилось с Марком, — продолжает Марго, — но тебе нужно расслабиться. Получить дозу мужских феромонов. Это поможет!
В этот момент, как по щелчку пальцев, перед моими глазами возникает пелена, и я снова погружаюсь в воспоминания. Образы мелькают, как кадры из фильма:
— Ты до сих пор не понимаешь, что случилось?
— Алис, это должно быть чья-то тупая шутка. Ты же знаешь, я не из таких людей. — Он тянется ко мне, но я резко отпрыгиваю от него и разворачиваюсь спиной.
— Уходи прочь! Я не думала, что ты настолько отвратительный человек, чтобы так поступить.
Он хватает меня за руку и притягивает к себе с такой силой, что по инерции я ударяюсь о его грудь.
— Не прикасайся ко мне! — вырвавшись, я бегу к своей квартире, а ноги подкашиваются то ли от адреналина, то ли от количества алкоголя, который я выпила. Сердце бьется бешено, а сквозь слёзы я еле вижу дорогу. 
— Алиса, ты меня слышишь?                                
— Марго, — говорю я тихо, — ты не понимаешь, как мне сейчас тяжело.
— Но именно поэтому ты должна одеться так, чтобы почувствовать себя увереннее! — настаивает она, смотря мне в глаза. — Выйди из своей зоны комфорта. Как ты собираешься двигаться дальше, если будешь прятаться?
   Я смотрю на её искреннее лицо и чувствую, как её слова постепенно начинают пробуждать во мне желание сделать шаг вперёд. Может быть, стоит рискнуть? Может, вечер с друзьями и новым платьем действительно помогут забыть о старом?   

Докурив, мы пошли в разные стороны: Марго направилась к своей машине, а я — домой. Воткнув наушники в уши, я включила свой плейлист, и в воздухе заиграла расслабляющая, но немного грустная мелодия. Мягкие аккорды уносили меня в свои мысли, словно они были единственным укрытием от реальности.

"Ты играла,
А я устал ждать.
Ты будешь за меня бороться?
Ты бы когда-нибудь солгала ради меня?
Ты бы все еще плакала из-за меня?
Я хочу, чтобы ты попыталась ради меня, да.

Но на этот раз – прощай.
Не плачь.
Теперь мне все стало ясно.
Ты перешла все границы.
Нет, мне не нужно, чтобы ты была в моей жизни.
Так что не звони и не пиши.
О, милая, нет.

Я не хочу ничего слышать от тебя.
Мне надоело быть использованным.
И да, я все обдумал.
Пришло время для кого-то нового, да."

Я медленно бреду вдоль высокого здания, его стеклянные фасады отражают вечернее солнце, и мир вокруг становится расплывчатым. Мой взгляд устремляется куда-то в пространство, а в груди появляется тяжесть, как будто кто-то положил на неё камень. Время кажется замедленным, и каждый шаг даётся с трудом.
В этот момент вновь в мыслях возникает образ Марка.

— Алиса, я не понимаю, что это все значит.
Я прислоняю бутылку виски к своим губам, делаю один глоток и горячительная жидкость начинает обжигать мой язык, второй глоток обжигать мое горло, третий глоток доходит до желудка. В моих глазах появляются слезы
— Марк. Прекрати уже врать, она мне написала, да еще и фото отправила, хочешь сказать она врет? — ору я, не понимая как человек может отпираться когда все доказательства были у меня на руках.
— Ты же знаешь, что я не такой.                                                     
Я не выдерживаю и разбиваю бутылку об пол, осколки летят в разные стороны, а жидкость попадает на мою обувь и начинает стекать по ступенькам.
—С меня довольно— открываю дверь в квартиру я добавляю
—Пошел отсюда вон!
Внезапно он хватает меня с такой силой, что пережимает все вены на руке и тут же врывается в мою квартиру, а я с ужасом смотрю на его лицо, подсознательно понимая что сейчас будет  и мое тело замирает, будто все было сковано цепями, я не смогла сделать и шага. С этого момента я поняла, что начался мой личный ад.

Как же быстро и жестоко всё разрушилось, мысли пронзили меня как острые иглы. Я пытаюсь отвлечься, но мелодия лишь усиливает боль, и слёзы подступают к глазам.
Свет вечернего солнца, пробиваясь сквозь листья деревьев, рисует узоры на тротуаре, а я, потерянная в своих чувствах, продолжаю идти, не замечая, как вокруг меня проходят люди, у каждого из которых своя жизнь и свои заботы.
Внезапно я чувствую чью-то большую и теплую руку на плече. У меня перехватывает дыхание, мурашки бегут по всему телу, и я молниеносно поворачиваюсь. Передо мной стоит парень с глазами чернее смолы, в которых сверкают какие-то искорки.
— Эм-м... что? — спрашиваю, сняв наушник и покусывая нижнюю губу от волнения.
— Девушка, прошу прощения, можно с вами познакомиться? — его улыбка выглядит довольно уверенно, но меня это настораживает. Он вторгается в мое личное пространство, и я ощущаю, как начинает закипать внутри.
— Нет, я не знакомлюсь, — испепеляя его взглядом на доли секунды, резко снова начинаю шагать. Явно у него шаг шире, чем мой, потому что он без труда обходит меня спереди и преграждает путь.
— Могу узнать, почему?
— Почему вы решили, что я должна перед вами объясняться? — огрызаюсь я, чувствуя, как в груди нарастает раздражение.
— А почему бы и нет? — с легким вызовом отвечает он.
— А почему да?
— А почему бы нам не представиться друг другу? — с легким поклоном вперед он продолжает, будто это всё игра. — Меня зовут...
— Мне не интересно, — резко обрываю его и начинаю шагать вперед.

Но он не унимается. Догнав меня и поравнявшись рядом, он вновь вступает в разговор:
— Может, я могу тогда вас проводить до дома?
— Не уверена, что вам по пути! — я резко шагаю в другую сторону, ускоряя шаг. Обернувшись, вижу, что высокий темноволосый парень остался на том же месте и продолжил глядеть мне вслед. По телу пробежали мурашки, и я почувствовала на себе его темный взгляд. Во рту пересохло, а сердце ускорило свой ритм.

Он выглядел впечатляюще: черная футболка обтянула его торс так, что было видно каждую мышцу. На руках выступали вены, обвивая мускулы, а несколько татуировок придавали ему особый шарм. В его уверенности и наглости не было ничего привлекательного, и я не любила таких. Его взгляд был холодным и прямым, как будто он привык к тому, что все вокруг должны обращать на него внимание. В его осанке было что-то самоуверенное, даже агрессивное, как будто мир был для него просто сценой, а он — её главным актёром. Такой тип людей всегда вызывал у меня раздражение, но даже я не могла не признать, что в его внешности было что-то, что заставляло смотреть.

Вновь включив музыку в наушниках, я ускорила шаг и направилась домой. Звуки мелодии заглушили мысли о Марке, но его образ всё равно оставался в голове, как тень, преследующая меня на каждом шагу.

— Алиска, ну пожалуйста! Ты обещала! — Марго уже третий раз за вечер названивала мне, а я лежала на диване, не двигаясь.
— Марго, я вообще не в настроении... Давай как-нибудь в другой раз, а? — ответила я, надеясь, что она наконец оставит меня в покое.
— Какой другой раз?! Хватит ныть, давай встряхнемся. Ты же сама говорила, что тебе нужны новые воспоминания.
— Ну, это я говорила тогда, — тихо пробурчала я, притворяясь усталой, хотя в душе просто не было желания никуда выходить.
— Алиса, не будь занудой! Там будет весело, все наши собираются. Ты пожалеешь, если не придёшь, обещаю.
— Я не уверена...
— Всё, жду тебя через полчаса! — не дав мне возможности ответить, Марго сбросила вызов.
Я тяжело вздохнула. Лежать на диване уже не казалось таким привлекательным вариантом, как секунду назад. Пришлось собираться.

*****

– Наконец-то! Я уже тридцать минут жду тебя, – Марго взволнованно говорит, когда мы переступаем порог бара.

Я сделала всё, чтобы как можно дольше тянуть с приездом. Внутри меня теплилась слабая надежда, что обо мне забудут, но Марго была настойчива. Её сообщения следовали одно за другим: «Где ты?», «Ты уже вышла?», «Скоро будешь?» Пришлось сдаться и ехать.

– Не переживай, всё будет отлично. Смотри, вон наши, – она крепко хватает меня за руку и тащит вглубь бара. Шумная толпа вокруг нас кажется стеной, через которую мы пробираемся с трудом. Когда мы подходим к столу, Игнат замечает нас и тут же вскакивает, чтобы поприветствовать.

— Алиса, ты прекрасна в этом платье, — проговорил Игнат, чуть наклонившись ко мне. Его горячее дыхание коснулось моей щеки, когда он поцеловал её в знак приветствия. Я натянуто улыбнулась, чувствуя, как волна неприятных эмоций накатывает.

Игнат приблизился ещё ближе, наклоняясь к моему уху, его голос звучал слегка пьяно и слишком уверенно:
— Я тебе уже говорил, что твои глаза стали мне сниться?

Я напряглась, когда его тёплый выдох коснулся моей шеи. Внутри всё словно застыло, тело окаменело, а пальцы сжались в кулаки. Слова застряли где-то в горле, но сказать ничего не получилось. Я не могла двинуться, не могла уйти.

Игнат продолжал медленно окидывать меня взглядом, словно рассматривая что-то своё. Его глаза скользили по мне сверху вниз, затем снова поднялись, изучая каждый дюйм. Я чувствовала нарастающий дискомфорт, и от этого ощущения моё сердце забилось быстрее.

— Ты всегда такая холодная, — он усмехнулся, наклонив голову, а его рука скользнула ближе к моей талии.
— Игнат, хватит, — сдавленно прошептала я, отступая на шаг назад, но он не отреагировал. Я чувствовала себя загнанной в угол, не зная, как выйти из этой ситуации. Страх окутывал меня всё сильнее.
— Да брось, что ты такая... — он попытался взять меня за руку, но я резко отдернула её.
— Я сказала, хватит! — на этот раз голос прозвучал громче и твёрже, чем я ожидала. Игнат замер, глядя на меня с непониманием, но я больше не могла позволить себе молчать.

Марго подошла ближе, словно почувствовав моё напряжение.

— Ну что, так и будем стоять или, может, уже присядем? — она переплела наши пальцы и потянула меня к столу, заставив наконец двигаться. Я нехотя подчинилась, пытаясь успокоиться после инцидента с Игнатом.

Сев рядом, она наклонилась ко мне и тихо спросила, окинув Игната холодным взглядом:
— Это, конечно, не моё дело, но почему Игнат на тебя так смотрит?

Её тон был не просто любопытным, а скорее настороженным. Я знала, что она никогда особо не доверяла ему, и её недовольство сейчас только усилилось.

— А с чего ты решила, что я должна знать ответ на этот вопрос? — ответила я резко, открывая меню и делая вид, что меня это совершенно не волнует. — Можешь у него сама спросить.

Марго не унималась, и в её голосе уже прозвучало больше заботы, чем раздражения:
— Точно он не является причиной твоей ссоры с Марком? Просто хочу знать, что происходит в жизни моей лучшей подруги.

Её вопрос застал меня врасплох. Как она вообще могла подумать такое? Ситуация с Марком и Игнатом — это совершенно разные вещи.

— Марго, ты серьёзно? — я повернулась к ней, недоумевая. Мы с Марком расстались по совершенно другим причинам, и последнее, чего я хотела сейчас, — это ворошить прошлое.

Марго вздохнула, явно чувствуя, что задела меня за живое.

— Ладно, давай закроем эту тему, — примирительно сказала она, наклоняясь ближе и заглядывая в меню. — Что пить будем?

— Я, наверное, возьму лонг-айленд, — пробормотала я, всё ещё чувствуя остатки раздражения. — А ты?

— Давай и я тоже! — Марго весело махнула рукой официанту и сделала заказ. После этого она обернулась к нашим коллегам, уже пытаясь сменить тему на более лёгкую:
— Ну что, ребят, рассказывайте...

Я старалась расслабиться, но взгляд Игната всё ещё давил на меня, и я чувствовала, что этот вечер будет долгим и неприятным.

*****

    Время уже близилось к полуночи, а коллеги и не думали расходиться. Марго, судя по всему, нашла себе компанию на танцполе — она энергично двигалась в такт музыке с каким-то парнем. Напротив меня сидели коллеги, оживлённо что-то обсуждая, а я, совершенно не в настроении, допивала свой коктейль. Мысленно я уже была дома, когда потянулась за телефоном, чтобы вызвать такси. Но тут внезапно на мою руку легла тяжёлая ладонь Игната.

Я подняла взгляд и сразу заметила, что его глаза затуманены. Он явно перебрал с алкоголем.
— Куда собралась, Лиса-Алиса? — его голос был немного сдавленным, почти хриплым, и мне сразу стало не по себе.
— Домой, — ответила я, стараясь говорить спокойно. — Я устала, да и завтра много дел.
— Давай ещё посидим, — он пододвинулся ближе, и его рука скользнула на мою талию, слишком уверенно и без всякого стеснения.
— Мы с тобой так и не пообщались.
Его губы оказались уже совсем рядом с моими, и у меня внутри всё сжалось. Ладони начали предательски потеть, а по телу пробежала ледяная дрожь.
— Игнат, прекрати, ты пьян, — резко ответила я, пытаясь отстранить его, уперев ладони в его грудь, но он не отступал. Напротив, его хватка только усилилась.
— Алиса, ты чего такая недотрога? — он усмехнулся, а его слова звучали всё более самоуверенно. — Я же всё понимаю, ты рассталась со своим парнем. Я просто предлагаю тебе провести лучшую ночь в твоей жизни.
Слова хлестнули меня, словно холодной водой. Он ещё сильнее притянул меня к себе, и я почувствовала, как дыхание сбивается, словно что-то тяжёлое начало давить на грудь. Дыхание стало рваным, неглубоким, а перед глазами начали появляться чёрные пятна. Паника охватила меня, как лавина. Я попыталась что-то сказать, но воздух не проходил через горло. Всё вокруг начало расплываться.
В голове звучал только один отчаянный голос: «Надо уйти. Надо выйти отсюда. Срочно!» Но тело не слушалось. Паническая атака накрыла меня целиком, мир вокруг сужался до затуманенных звуков, пульсирующего страха и тяжёлого дыхания. Перед глазами всплыли вспышками обрывки воспоминаний.

Я лежала на холодном полу, ощущая, как мир вокруг меня начинает терять форму. Надо мной маячил Марк, его лицо искажено эмоциями, в глазах пылал гнев.
— Ты всегда будешь моей, — шипел он, и эти слова словно обжигали меня. Внутри всё замерло, и я больше не чувствовала ничего, кроме желания, чтобы это быстрее закончилось. Я хотела, чтобы он исчез, чтобы его голос больше не звучал в моей голове.
— Ты не уйдёшь от меня, — произнёс он, и в его словах было что-то угрожающее, что заставляло меня содрогаться от ужаса.
— Я не думала, что ты такое ничтожество! — выпалила я с презрением, и эти слова вырвались из меня, как последний крик сопротивления. В ответ последовала пощёчина, она звенела в ушах, оставляя в душе пустоту. Металлический привкус крови заполнил рот, когда я прикусила губу, стараясь сдержать слёзы.
Я продолжала смотреть на его пыхтящее тело, как оно двигалось над мной, на его лицо, полное злобы и разочарования. Он остановился, как будто обдумывая свои действия, и вдруг произнёс:
— Как бы я хотел, чтобы всё было иначе.
Эти слова звучали как извинение, но в них не было искренности, лишь горечь. Я почувствовала, как меня охватывает волна ненависти и отчаяния. Как можно было быть таким жестоким и одновременно жалким? Мой разум метался между отвращением и болью, а сердце сжималось, когда я осознала, что, возможно, ничего не изменится.

Грубая рука резко вырывает меня из воспоминаний, возвращая в мрачную реальность. Моя голова кружится, мысли путаются, а вокруг шумит бар. Я мгновенно осознаю, что происходит — Игнат слишком близко, его рука уже на моей коленке, и с каждой секундой становится всё тяжелее дышать.

— Игнат, отпусти меня, что ты делаешь? — мой голос дрожит, а слова почти тонут в шуме вокруг. Я пытаюсь говорить громче, но кажется, что звук выходит каким-то слабым, едва слышным.

Он никак не реагирует. Его глаза затуманены алкоголем, и на лице появляется странная, неуместная улыбка. Я чувствую, как его рука начинает скользить вверх, по бедру. Мой желудок сжимается, и тошнота подступает к горлу, накрывая всё сильнее.

— Игнат, не надо, прошу... — мои слова полны отчаяния, я пытаюсь отбросить его руку, но он настойчиво продолжает. Мои движения всё менее уверенные, я боюсь, что сил уже не хватает.

Ужас заполняет меня, словно тёмная волна, давящая на грудь. Слёзы сами собой начинают катиться по щекам, я не могу их остановить. Паника охватывает меня целиком. Я начинаю отбиваться сильнее, толкая его в плечо, но он не сдаётся. Всё происходит слишком быстро — чувство беспомощности, липкий страх, который переполняет разум. Я слышу, как сзади кто-то кричит, голос доносится, словно издалека, сквозь плотный туман, который окутал моё сознание. Вдруг из-за спины раздался решительный голос:

— Что тут происходит? — Марго стояла рядом, пристально смотря на Игната. Её голос был настолько твёрдым, что на секунду вернул мне чувство реальности. Игнат немного ослабил хватку, и мне удалось вырваться из его рук.

Но в ту же секунду он снова схватил меня за запястье, так сильно, что моё тело застыло, как парализованное. Перед глазами всё поплыло, туман застилал зрение. Я чувствовала, как меня затягивает в пучину паники и страха, воздух стал тяжёлым и вязким. Но мне удалось вырвать руку и, не думая ни о чём, я бросилась бежать прочь.
Я рванулась через толпу, сердце колотилось в груди, паника захлёстывала. Игнат остался позади, но ощущение его прикосновений будто впиталось в кожу, не отпускало. Я споткнулась, теряя равновесие, и вдруг кто-то подхватил меня. В первый момент я не успела осознать, что происходит, но, подняв глаза, увидела его.

Марк.

Моё дыхание резко оборвалось, будто ледяной поток окатил меня с головы до ног. Передо мной стоял человек, который растоптал меня когда-то. Тот, кто оставил меня в руинах, без сожаления. Его глаза... те самые, которые когда-то смотрели на меня с теплотой, сейчас словно издевались. Я замерла, ощущая, как ужас и отвращение волной накатывают на меня.
Сердце сжалось от страха и боли. Марк держал меня за плечи, его хватка была слишком уверенной, слишком близкой. Внутри всё кричало — отпустить, уйти, убежать. Я хотела вырваться, но тело будто парализовало. Его присутствие вызывало физическое отвращение. Вся та боль, унижение, предательство, которое он мне причинил, вспыхнули во мне с новой силой. Воспоминания обрушились как лавина — каждое его слово, каждый поступок.
— А... Алиса, — прошептал он, будто ничего не произошло. В его голосе была тревога, но мне было всё равно.
Моё тело пробило дрожью, но не от его прикосновения — от того, что стоял именно он. У меня перед глазами вспыхнули сцена, его холодный взгляд, его слова, что разрывали меня на части. Я чувствовала, как страх сковывает мои мышцы, как душевная боль сливается с омерзением. Я хотела кричать, но голос пропал, а ужас перехватил горло.
— Отпусти меня! — прохрипела я, набрав в лёгкие воздуха, и, наконец, начала отбиваться. Паника захлестнула меня целиком, я ударила его по груди, пытаясь вырваться.
— Алиса, подожди! — он пытался удержать меня, но я оттолкнула его с ещё большей силой. Его руки ощущались как капкан, его прикосновения жгли меня. Я не могла поверить, что он был здесь, что он снова прикасался ко мне, как будто ничего не случилось.
— Не трогай меня! — Я снова толкнула его, чувствуя, как по моим щекам катятся слёзы. Страх и отвращение слились воедино. Мой разум твердил только одно — бежать, как можно дальше.
В груди всё сдавило так сильно, что каждый вздох казался уколом в сердце, каждое движение приносило острую боль. Я выбежала в сторону туалета, почти не видя дороги перед собой, словно погружённая в водоворот страха и боли. Захлопнув дверь первой попавшейся кабинки, дрожащими руками я зажимаю рот, чтобы никто не услышал мой плач. Слёзы хлынули, горячие и невыносимо тяжёлые, словно они выжимали из меня последние остатки сил.
Всё внутри разрывалось— боль от того, что Игнат унизил меня, а потом... Марк. Его лицо, его глаза — всё это снова вскрыло старые раны. Воздуха не хватало, дыхание стало рваным и прерывистым. Я чувствовала, как паника сжимает грудную клетку всё сильнее. Сердце колотилось так, что казалось, оно вот-вот вырвется наружу. Пальцы судорожно сжали колени, а тело начало сотрясаться от неконтролируемых рыданий.
Вдруг за дверью послышался стук, и приглушённый голос Марго донёсся до меня:
— Лис, ты тут?
Я не ответила, боясь, что голос предаст меня, но рыдания было сложно сдерживать. Я прижала ладонь ещё крепче к губам, стараясь не выдать своего состояния. Паническая атака накрывала меня волнами, и слёзы катились по щекам, не останавливаясь. В голове звенела пустота, только гул мыслей, которые громко кричали: «Ты ничего не стоишь. Никто тебя не защитит. Ты всегда одна...»
Стук повторился, но теперь голос Марго звучал обеспокоенно:
— Лис, расскажи, что происходит, — её голос прорезал тишину, но я не могла ничего сказать.
Я молчала, пытаясь подавить рвущиеся наружу рыдания. Внутри всё разрывалось от боли, словно кто-то вырывал куски моей души. В голове снова и снова прокручивались воспоминания о том, как Марк растоптал меня, как Игнат только что унизил меня своим прикосновением, а я... Я снова оказалась беспомощной, загнанной в угол, не способной защититься. Я снова оказалась в плену воспоминаний, словно они пронзали меня острыми лезвиями. Перед глазами возникли яркие сцены.

— Алиса, прости меня, я сам не знаю, как так произошло, — Марк стоял передо мной, запинаясь, его голос дрожал, но это не трогало меня. Моё тело, казалось, перестало принадлежать мне — ноги не держали, а руки тряслись так сильно.
— Ты не знаешь, как так произошло? — мои слова звучали глухо, горло сдавило, словно невидимая петля, а в груди всё горело от боли и унижения. Казалось, что каждый вдох давался с усилием. В горле пересохло, а в голове пульсировали мысли, которые я не могла остановить.
Он шагнул ближе, пытаясь дотронуться до меня, но я отпрянула, словно от удара.
— Прости меня, прошу... — его голос стал мягче, умоляющим. — Такого никогда больше не повторится.
Его взгляд был полон мольбы, почти детской невинности. Он смотрел на меня глазами, в которых читалась искренняя просьба о прощении, но это уже ничего не значило.
— Ты прав, — мой голос дрожал, но слова были твёрдыми и окончательными. — Такого никогда больше не повторится.
Я резко захлопнула дверь перед его лицом, отрезая его от себя. Звук глухого удара эхом отразился в моих ушах, словно подтверждая моё решение. Словно поставила точку. Но внутри меня всё ломалось. Слёзы подступали к глазам, но я сдерживалась, отчаянно хватая ртом воздух, будто утопающая. Как больно... Словно нож, который медленно вонзается в самое сердце, не давая возможности кричать. Меня накрыла волна опустошения и отчаяния, как будто всё внутри разорвалось на части. Я чувствовала себя разбитой, униженной, словно кто-то вырвал часть меня и безжалостно растоптал.

Я смотрела на свои запястья, которые были покрыты еле заметными синяками — память о прошлом, о том, как часто я терпела боль. Каждый след напоминал о том, что произошло, и всё тело начинало ныть от воспоминаний. Кабинка туалета казалась всё более тесной, стены словно сжимались, а воздух становился тяжёлым, как свинец. Я зажмурилась, чтобы унять нарастающий страх, но по телу пробежал неконтролируемый озноб, как будто кто-то окатил меня холодной водой.
— Нет, нет, только не это, — прошептала я, ища способ вернуться в реальность. Мои ногти вцепились в кожу, оставляя болезненные отметины, но это не помогало. Я всё глубже проваливалась в состояние ужаса, в бездну, откуда не было выхода.
— Алиса, открой дверь! Лис! — доносился до меня голос Марго, полон тревоги и настойчивости. Она барабанила в дверь, но каждый удар отзывался в моей голове как удар молота.
— Лис, открой! — её голос становился всё более отчаянным, но мне было всё равно. Я не могла вырваться из своей мрачной пучины.
Я задыхалась, медленно скатываясь по двери на холодный пол, который казался неприветливым и чужим. В голове снова вспыхнула картина — воспоминания, как яркие вспышки, накрывали меня: крики, слёзы, гнев. Я не могла избавиться от этих образов, от той боли, что до сих пор жила во мне. Каждая вспышка была как нож, вонзающийся в сердце, оставляя следы, которые я не могла стереть.
Слёзы катились по щекам, смешиваясь с ужасом, который охватывал меня целиком. Я ощущала, как внутри меня нарастает безысходность, и, не в силах больше терпеть.

— Между нами всё кончено! — кричала я в сердцах, в гневе и боли. Эти слова вырывались из меня, как будто я пыталась вырваться из тёмного лабиринта, в который сама же себя загнала.
— Алиса, да что за глупость? Открой дверь, давай поговорим! — его голос звучал настойчиво, но в нём уже не было той теплоты, которая когда-то окутывала меня. Это было лишь эхо старых обид.

Слыша за дверью какой-то шум, я напряглась, но не могла пошевелиться. Крики Марго, полные тревоги и отчаяния, доносились из-за преграды, словно далекие громы, перекрывающие моё собственное восприятие. Я лежала на холодном кафеле, и слёзы медленно стекали по щеке, оставляя за собой следы на поверхности, которая казалась таким же бесчувственным, как и я сама.
— Выбей ты уже эту дверь! — прокричала Марго, её голос был полон ярости и заботы, смешиваясь в едином порыве.
Всё внутри меня сжималось от страха и беспомощности. Я пыталась заставить своё тело двигаться, но оно не подчинялось. Словно клейкая субстанция парализовала каждую клеточку. Я просто лежала, прислушиваясь к звукам за дверью, к её неистовым попыткам прорваться ко мне. Каждый её крик разрывал моё сердце, но я не могла ничем помочь.
Тишина между её призывами становилась невыносимой, и в этот момент мне казалось, что я нахожусь в пустоте, где нет ни надежды, ни выхода. Я могла лишь мечтать о том, чтобы всё это закончилось, чтобы кто-то наконец пришёл на помощь и вытащил меня из этого мрака.

— Иди прочь, я сказала! — я закричала ещё громче, горло сжалось, и я схватилась за него, чтобы сдержать рыдания, которые рвались наружу. В груди всё сжалось от беспомощности.

— Да это какое-то недоразумение! — его голос стал более настойчивым, но меня это только злило.

— Недоразумение — это ты! — выпалила я, не стесняясь в своих словах. Я была готова разорвать все связи, раз и навсегда. Я не хотела его видеть, не хотела слышать.

Раздаётся треск и хруст, и дверь внезапно распахивается, унося меня в бездну темноты.

Падение на пол казалось неизбежным, и я скатилась к двери, обнимая дрожащими руками колени, словно пыталась защититься от внешнего мира. Мои ноги были покрыты синяками — результат постоянных ссор и конфликтов, оставивших на мне не только физические, но и душевные шрамы. Я чувствовала, как каждая рана воспроизводила боль, пронзая меня заново. Слёзы текли по щекам, смешиваясь с разочарованием и гневом. Я была одна, словно в ловушке, отрезанная от всего, что когда-то имело значение. Словно сама закрыла дверь не только перед ним, но и перед собой.