Глава двадцать девятая

Медленно вышагивая свой путь, я оттягивала момент встречи с Игнатом. Было бесполезно игнорировать свое прошлое, когда оно вот так внезапно ворвалось в мою нынешнюю жизнь. А еще я не могла выкинуть из головы разговор с Демьяном. Хотелось набрать его номер и еще раз поговорить, только уже без экспрессии. Понимала, что прошло слишком мало времени для того, чтобы успокоиться. Игнат мне не нравился, его вульгарная надменность скорее отталкивала, чем располагала. Но снимки на его телефоне свидетельствовали о нашей близости, более того, мое довольное лицо явно говорило о моем к нему расположении. Сейчас мне сложно было представить нас вместе, как и то, что Демьяном руководило чувство зависти и корысти, о которых разглагольствовал Игнат.

Панорама была модным элитным клубом, недавно открывшимся в городе. Стоя перед фешенебельным зданием, возвышавшимся в два этажа, боролась с сомнениями, терзавшими меня, но решимость узнать правду была сильнее. В кармане завибрировал телефон. Сердце пропустило удар, и с надеждой достала мобильный, но тут же вырвался разочарованный вздох, когда увидела, что звонившей была Милана. Порываясь любопытству, недолго думая, приняла вызов.

- Миша, Демьян с тобой? – с ходу начала девушка. – Я битый час не могу до него дозвониться. Его отец рвет и мечет в его поисках, так как он не появился на совещании.

- Нет, - резко ответила, не удивленная ее осведомленностью о нашем с ним знакомстве. Ответ был дан, но Милана не спешила бросать трубку, а я напряженно вслушивалась в шум потока машин, что доносил динамик. – Почему? – спросила внезапно более тихо, хотя хотелось громко требовать.

- Что? – не поняла она.

- Почему ты не сказала, что мы были с ним знакомы? – медленно проговорила, переминаясь с ноги на ногу. Внутрь здания еще зайти не решилась, топчась на крыльце.

- Он попросил, - словно что-то обдумывая произнесла Мила. – Это ваше прошлое, Миша, - добавила через паузу. – Я не в праве в него вмешиваться.

- Ты уже вмешалась, - отрицала я.

- То, что произошло между вами, должно быть только между вами. Прости, я понимаю тебя, но здесь поддерживаю позицию брата не вмешивать третьих лиц. Вы поругались?

Мысленно усмехнулась. То, что было на стоянке, никак нельзя описать словом «поругались».

- Знаешь, - послышался тяжелый вздох. – Я, правда, не знаю всего. Но ему тяжело.

- Поверь, мне не легче, - съязвила, ощущая досаду от ее безрадостного голоса полного тоски.

- Верю, - отозвалась трубка. – Но и ты поверь. Дема винит себя в случившемся, и то, как он с этим справляется... - судорожно втянула воздух. – Прошу, дай ему время. Я люблю его, и не готова потерять брата во второй раз.

- О чем ты? – оторопело уставилась в пустоту, считая секунды тишины, пока Милана собиралась с мыслями. – Игнат сказал мне... - хотела продолжить, но Милана резко прервала меня.

- Игнат просто хитрый сукин сын! – с аффектацией выругалась. – Он... Стой, ты разговаривала с ним?

- Да, он показывал мне фотографии...

- Миша, не лезь к нему, он ненормальный, - несколько раз она нецензурно выразилась на какого-то, по ее словам, слепого пешехода.

- Я хочу поговорить с ним.

- Нет, ты не знаешь его, - выкрикнула девушка. Слишком эмоционально. – Миша, он ублюдок каких поискать, не смей...

- Извини, но это мое решение. Ты права, я не знаю Игната. Но, как оказалось, я не знаю и Демьяна, который посчитал нужным скрыть от меня правду.

- Где ты? – теперь тон ее звучал грубо и требовательно, чем напомнила мне своего брата. – Прошу, ответь.

Несколько томительных секунд я обдумывала, стоит ли указывать ей свое местоположения, и, все же, сдавшись, сказала название клуба, после чего закончила диалог, нажав отбой. Время, которое назначил на встречу Игнат, прошло уже полчаса назад, но я не сомневалась, что он ждет меня. Милана поколебала мою уверенность, но я не была из тех, кто отступается от намеченного, а потому, глубоко втянув в грудь побольше воздуха, шагнула вперед.

Интерьер клуба был отделан в черно-красных тонах. В нос сразу ударил ароматный запах кальянного дыма. Музыка играла негромко, так как зал был пуст, не считая одного стола в углу, где сидела небольшая компания. Я шла за администратором, которая встретила при входе, и, услышав мое имя, попросила следовать за ней. Она привела вглубь помещения, к темно-коричневой двери с надписью «вход для персонала». Телефон вибрировал в кармане, но я упорно игнорировала звонки, решив, что отвечу как только уйду отсюда. А пробыть здесь я собиралась недолго.

- Миша, здравствуй, - откликнулся Игнат, как только вошла внутрь. Он вальяжно сидел на кресле, закинув ноги на массивный рабочий стол, но, тут же, их скинул, вставая с места. – Присаживайся, - указал мне на массивное кресло. Рассматривать обстановку не хотелось, но про себя отметила, что кабинет был огромен размером, подавляя своим антуражем и мрачной роскошью.

- Неужели нельзя было обойтись другим местом? – с неохотой села на предложенное место.

- Это заведение моего знакомого, а на своей территории гораздо проще иметь дела, - подмигнул мне, садясь обратно. Ладонями он принялся постукивать по деревянной поверхности. – Чаю хочешь? Кофе? Хотя, ты в прошлый раз была не в восторге от того пойла, но здесь гораздо качественней, лично проверял.

- Давай все-таки перейдем к тому, для чего я сюда пришла, - не стала ходить вокруг, да около, раздражаясь его дергаными движениями. – Ты написал, что тебе есть, что мне показать.

- Да, конечно, - поспешно кивнул он, улыбаясь. Чересчур приветливо. – Однако, должен же я соблюсти хоть какой-то политес к любимой девушке.

- Бывшей, - поправила его.

- Бывшей, - согласился. Глаза хитро сверкнули. – Но это ведь легко поправимо.

О том, что желания возвращать былые отношения с ним, у меня нет, я тактично умолчала.

- Фух, - откинулся на сидении, озираясь по сторонам. – Жарко что-то, не находишь? – оттянув вырез футболки, запахнулся им, дернув несколько раз. После чего встал, снимая свою джинсовку. Руки его были худощавые, но не лишены мышечного нароста, внушавшего мощь. – Так-так, - теперь я смотрела, как он вышагивает по кабинету, разминая шею. – На чем мы остановились? Черт, как здесь душно.

Взяв пуль с одного из шкафов, он несколько раз щелкнул по нему, наводя на кондиционер и понижая температуру. Прохладный воздух коснулся моей кожи, заставив поежиться.

- Прости, - заговорил он, пряча руки в карманах. – Все же, тебе придется немного задержаться, потому, как я жду еще одного гостя.

- Не понимаю, какое это имеет отношение ко мне.

- Прямое, ягодка, но мне есть чем тебя занять, - мотнув головой, указал на планшет, лежавший на столе. – Пароль от одного до пяти. Глупый, не правда ли? Хотя, как я слышал где-то, чем проще, тем он надежнее. Прям как в жизни.

Глупой мне показалась собственная реакция на его обращение, выделяя одно слово. По спине пробежал холодок. Взяв планшет, включила его, введя короткий набор цифр.

- Там папка на рабочем столе, без имени. Вот туда заходи и любуйся.

В папке было несколько роликов длительностью в пару секунд. Душу охватило непонятное предчувствие чего-то плохого. Открыла первое видео, где передо мной предстала та же картина, что и на фотографиях, которые показывал Игнат, но только это уже был не снимок, а запись всего происходящего.

- Удивительно, - тем временем разглагольствовал парень. – Никогда не понимал мужской патологии загинаться под каблук. И мой отец стал тому примером. Он всегда был тряпкой, слушавший мою мать и потакающий ее капризам, - презрительно усмехнулся. – Ненавидел в нем это качество, однако не мог не признать умения матери манипулировать отцом. Даже уважал в каком-то смысле, - задумчиво потер подбородок.

Отдаленно слушая его монолог, вглядывалась в экран. Звук отсутствовал, и качество изображения оставляло желать лучшего, но и этого было достаточно, чтобы понять, что на записи я и Игнат, и то, что мы делали, называлось никак иначе, чем прелюдия, плавно перерастающая в эротику. На следующем видео я лежала на локтях с закрытыми глазами, пока меня избавляли от одежды. Лицо мое не выражало никаких претензий по этому поводу. Я что-то говорила, блаженно улыбаясь, после чего, вскинув руки наверх, легла на спину, таким образом уходя из обзора камеры. Роликов было всего пять, и перед последним я помедлила.

- Ну, же, - подстрекал Игнат, вставая рядом со мной и кликая по экрану. – Это моя любимая часть. Ты очень фотогенична, знала?

Вся съемка была записана с одного ракурса издалека, видимо, камера стояла в одном месте. Здесь уже не было видно моего лица, лишь ноги, меж которыми стоял Игнат, поддерживая их и ритмично двигаясь. Чувство брезгливости и отвращения наполнили меня, затапливая до краев. Выключив планшет, чуть ли не швырнула его на стол.

- Это то, что ты хотел мне показать? Домашнюю порнушку? – неприязненно посмотрела на парня, который внезапно возвысился надо мной, уперев руки в подлокотники моего кресла. Глаза его блестели усмешкой. Не слишком близко, но этого хватило, чтобы могла разглядеть неестественно широкие зрачки. Внутренне напряглась.

- Не заценила? – вопросительно изогнув бровь, склонил голову вбок. – Жаль, хотя, - пожал плечами, не дождавшись моего ответа. – Твое мнение тут, в принципе, не обязательно.

- К чему ты клонишь?

Он проигнорировал мой вопрос, сощурившись и с интересом рассматривая меня.

- Ты никогда не была в моем вкусе, знаешь? – пальцы его схватили мой подбородок. Мотнув головой, попыталась вырваться из цепкого захвата, но безуспешно. – Терпеть не мог рыжих. И никогда не понимал, что в тебе могло так зацепить Демьяна, - обхват стал сильнее. – У него было куча баб, на которых ему было срать. Он никогда не позволял управлять собой, всегда шёл напролом, невзирая на чьи либо интересы.

- С каких пор ты начал петь ему дифирамбы? – прошипела, вцепившись в его кисть.

- Скорее отдаю лишь должное восхищение, - он с силой втиснул меня в спинку кресла. – У нас было много общего. Я его почти братом считал. Ставил в пример, ведь даже собственный отец ему был не указ. Но тут, - пальцами свободной руки он издал щелчок. – Появляешься ты, - ненависть, появившаяся в его взгляде, вызвала паническую дрожь в груди. – Ему даже было похер на то, что его сестрица трясёт булками в клубах и чуть ли не каждый мечтает ее поиметь. Но ты, моя дорогая, - он повернул мою голову так, чтобы я не смогла отвести глаз. – На тебя он даже смотреть никому не позволял, вгрызаясь чуть ли в каждого, кто посмел к тебе подкатить.

Я не знала, как реагировать на откровения Игната, лишь глубоко глотая воздух, которого стало не хватать.

- Значит, парой мы не были? – заключила я.

- А тебе хотелось бы этого? – с усмешкой поинтересовался Игнат, наконец-то выпустив меня из своих лап, и, отойдя на несколько шагов, снова убирал руки в карманы. – Нет, - беспристрастно кинул он. – Я просто трахнул его девушку. А ты была не против, - мерзкая ухмылка осветила его лицо, когда он напомнил мне о тех роликах, отчего меня передёрнуло.

- Чего ты хочешь добиться этим? - рукой махнула в сторону планшета.

- «Этим», - теперь он улыбался гораздо шире. – Я уже добился того, чего хотел. Как оказалось, загнав Демьяна под свою юбку, ты оказалась тем самым рычагом правления, с помощью которого он делал то, что нужно было мне. До определённого времени, - отвернувшись, передёрнул плечами, будто вспоминая что-то неприятное. – Он отобрал у меня все, - смотря на профиль Игната, видела, как сжимаются с силой его челюсти, но это было недолго, поскольку снова нацепил маску беззаботно веселого парня, поворачиваясь ко мне. – Но теперь, настало время снова играть по моим правилам. И ты мне в этом поможешь, ягодка.

А я цепенела под жёстким взором, ощущая, что словно проваливаюсь в один из своих кошмаров, где неизвестный голос окликал меня точно так же.

***

Чихнув, Женя зябко поежила плечами, натянув толстовку еще сильнее. На улице было не так холодно, но, выздоровев не до конца, она ощущала мелкий озноб. Дома сидеть ей надоело, поэтому сегодня она решила пойти на учебу. Придя к обеду, в университете она обнаружила только Ваську, Миша же куда-то исчезла и теперь отказывалась брать трубку. Нахмурившись, Силантьева в очередной раз набрала номер подруги. Вчера по телефону ей показалось, что голос Миши был слишком взволнованным, и теперь ей хотелось убедиться, что все в порядке. Она заметила, что в последнее время Климова была сама не своя, нервозная, часто молчаливая и смотрящая вдаль, что за ней редко наблюдалось.

Абонент долго не брал трубку, после чего и вовсе отключился.

- Женя, - девушка не сразу услышала, как кто-то окликает её по имени, неуверенно, словно сомневаясь в том, что это действительно она. Оторвав взгляд от телефона, подняла его вверх, натыкаясь на рослую фигуру неподалеку. – Привет.

Ромка Аверьев с четвертого курса как-то воровато смотрел на неё с тенью смущения.

- Чего тебе? – грубо спросила она, не скрывая своей враждебности. Женя знала его, хоть официально они и не были знакомы.

- Ты ведь Женя, правильно угадал? – переспросил он, подходя ближе и, видимо, посчитав ее реакцию ответом на свой вопрос, кивнул. – А ты изменилась, красивее стала...

- Разве это что-то меняет? – краем глаза посмотрела на крыльцо университета, откуда скоро должен был выйти Артем.

- Нет, просто поначалу не узнал тебя, - виновато пожал плечами. – Хотел понять, не в обиде ли ты за тот случай?

- Звучит так, будто ты извиняешься за школьную проделку, - неприязненно взглянула на него Силантьева. Ей хотелось избавиться от навязчивой компании.

- Я еще не извиняюсь, но понимаю, что затея наша была глупой, - развел руками. – И поэтому хотел бы пригласить тебя куда-нибудь в качестве раскаяния за прошлые грехи.

- Не слишком ли поздно? – сощурила свои карие глаза девушка. – Нет, прости, нет желания. И давай разойдемся.

Хотела уйти, но парень неожиданно поймал ее за локоть, принуждая остановиться.

- Жень, постой, я ведь...

- Рома, отвали от неё.

Ледяной голос, раздавшийся приказом, остудил пыл молодого человека, который тут же отпустил ее руку. А Евгения застыла мертвым столбом, понимая, кому принадлежит этот голос. Слишком много прошло времени, но она по прежнему могла узнать этот мягкий тембр.

- Но...

- Рома, ты меня плохо слышал? Исчезни.

Недовольно фыркнув, Аверьев всё же исполнил приказ, оставляя их наедине. И сейчас Женя осмысливала свое положение, которое, возможно, стало хуже. Несколько секунд она подвергалась пытливому и внимательному взгляду со стороны неожиданного спасителя.

- Ненавидишь меня? – внезапно тихое раздалось от него. Оказавшись не готовой к такому вопросу, Силантьева в непонимании уставилась на высокого шатена, стоявшего перед ней.

- Нет, - долго думала, прежде чем ответить, и поняла, что говорит правду.

- А ведь должна была, - вздохнул, пряча руки в карманы куртки. Женя смотрела на его лицо, силясь осознать, какие испытывает чувства, ведь когда-то, этот человек заставлял ее сердце биться чаще только одним своим присутствием. Он был по-прежнему красив, отлично сложен, но теперь Женя не ощущала того всплеска эмоций, которых он в ней будил давно, когда была влюблённой по уши первокурсницей. Старший выпускник пятого курса, от которого были без ума половина ее потока, как и она сама. Но, в отличие от других девчонок, он заметил её, лишённую шика, обычную пацанку. Первая любовь, ее первый парень, окрылив ее своим вниманием так высоко, что падение оказалось слишком болезненным. Недолго длилась ее эйфория, вскоре показавшейся ей обычным миражом. Это был спор. Его спор, где он честно признался, что заключил пари на её расположение. И не важно, что нетрезвый ум и непонятные предрассудки правили им, подстёгивая согласиться. Неважно, кроме того, как Женя чувствовала себя на самом дне своего собственного ада. В тот момент завидовала его отстранённости, потому как себе такого позволить не могла, разрываясь изнутри. Непрошеные слёзы грозились вырваться наружу. Медленно подошла к нему, кладя ладони на его лицо.

- Я не забуду, - пообещала ему тогда в глаза, проклиная солёные капли, бегущие по щекам. Все-таки не смогла их контролировать. – Но и ты не забудь, когда будешь калечить другую.

Он хотел что-то возразить, но не дала, мотнув головой. Ушла молча, терпя до дома, где в родных стенах позволила себе дать волю чувствам, вдоволь нарыдавшись. Подругам она не сказала, ссылаясь на здоровье и стресс от учёбы. В университете старательно избегала его, как и всех его дружков, одним из которых был тот самый Роман. Аверьев был из тех зачинщиков спора, самым главным, можно сказать, отчего ненавидела его больше всех.

- Должна, - согласилась она, кивая. Но не ненавидела. Ведь любила когда-то.

- Я часто вспоминал твои слова, - вдруг признался шатен. Голос его звучал все так же тихо, но в нём была отчетливо слышна грусть. – Это трудно - забыть тебя.

- В чем сложность?

- В том, что послав меня сейчас к чёрту, ты будешь абсолютна права, но я, все же, хотел бы, чтобы знала, что мне искренне жаль, - его зеленые глаза задумчиво блуждали взглядом по улице.

– Не слова, а поступки всегда делают нас теми, кто мы есть.

- Ты права, - медленно проговаривал он, словно смотря в пустоту. – Но они всегда взаимосвязаны, - добавил в конце, глянув пытливо на Женю. – Прости меня, ты мне правда нравилась, поэтому не хочу, чтобы ты запомнила меня таким придурком и думала, что все парни такие.

Смотря на его улыбку, Женя ощутила внезапную легкость, от которой хотелось рассмеяться.

- Простила, - улыбнулась ему в ответ. Наверное, ей это и нужно было. Встретить того, в кого была влюблена, чтобы понять, что любит. Но не его, а совсем другого, блондина, что сейчас занимал все ее мысли.

- Спасибо, Женя.

- Пока, Никит, - кивнув ему на прощание, двинулась к университету, по пути снова делая вызов Мише.