Глава 6

На целый месяц Жанна послушно забыла о тайне, которую хотела раскрыть ещё совсем недавно. Вместо этого она бросила все силы на учёбу, которая в преддверии окончания четверти, стала сложнее, и даже достигла некоторых успехов. Особенно удавались ей энерговедение и снятие и наложение проклятий, и оба преподавателя – и улыбчивая Улита, и строгий Антип Прохорович, не сдерживались от похвалы. Однако саму девочку это скорее угнетало – она видела, что значительно отличается от остальных учеников, но честно не понимала в чём дело, и это непонимание гнало её вперёд, к изучению всех подробностей этой сложной науки. Для этого она даже завела специальную тетрадь, куда выписывала все тонкости, которые ей удавалось выуживать из одинаково толстых учебников, имеющихся в библиотеки. Уже к середине первого курса, Жанна знала многое из того о чём не имели представления даже шестикурсники, относившиеся к энерговедению, в общем-то, несколько халатно. Ну а что ещё можно было ждать от детей, росших в окружении магии с младенчества, для которых она стала такой же обыденностью, как моргать? А вот для Жанны это до сих пор было в новинку. Если она раньше и жила в подобных условиях, то теперь ровным счётом ничего об этом не помнила, а в доме семейства Немцевых на волшебство было наложено строжайшее табу, связанное, как понимала Жанна, с работой приёмного отца Зорфина.

Потратив на свои исследования две недели, Жанна выяснила, что энергетический резерв среднестатистического Ночного Стража равен примерно двум энерголитрам, что хватало на десяток лёгкий бытовых заклинаний I уровня, или на несколько сглазов и заговоров II уровня, на парочку врачевых и боевых III и IV уровней и только на одно сложное V уровня, а единственное заклинание VI уровня и вовсе было запрещено использовать без разрешения Президиума. Поэтому Стражи не очень-то разбрасывались энергией и заклинанием, предпочитая магии силу физическую, к тому же энергетический резерв наполнялся очень-очень медленно. В этом и было, как выяснилось, её отличие от среднестатистического Стража: внутренний резервуар Жанны наполнялся гораздо быстрее, что позволяло ей «колдовать» практически без остановки. Это пугало её саму, напрягало однокурсников и удивляло всех преподавателей, что порождало неприятные слушки.

К новому году это достигло апогея, терпение Жанны лопнуло, и она твёрдо решила расспросить о своём прошлом Степаниду – она была уверена в том, что её странность напрямую связана именно с этим. Возможно, Василиса или Владимир были какими-то необычными Стражами или обладали чудесными дарами, что, к слову, большая редкость, однако в их личных делах ничего подобного не значилось (Жанна в третий раз наведалась в архив, но на этот раз без Марты, и тщательно изучила карточки своих родителей). Поэтому, уезжая на все новогодние праздники домой, Жанна твёрдо вознамерилась узнать все подробности у приёмных родителей и, как говорится, без ответа не возвращаться.

Вместе с остальными учениками, которых родители забирали из школы на каникулы, она спустилась с холма и бросила последний, прощальный взгляд на школу. За полгода она по-своему притёрлась к Обители, привыкла к ней и смело считала своим вторым домом.

Красную «тойоту» Степаниды она увидела издалека и, попрощавшись с Кариной и Мартой, направилась к ней, мысленно повторяя те самые аргументы, которые помогли бы ей узнать правду. Конечно, Жанна не собиралась разговаривать об этом в машине, но это помогало ей успокоиться перед долгой дорогой домой.

Родной город встретил её тёплой солнечной погодой, дома вкусно пахло пирожками, в гостиной стояла ёлка и, что особенно удивило её, на пороге её встретил Зорфин. Он редко бывал дома, всё больше времени проводил в таинственных разъездах, а обсуждать его загадочную работу дома было строжайше запрещено – за два года Жанна так и не знала был он Охотником или Защитником.

Лучшего момента не придумать. Жанна уже открыла рот, чтобы прямо спросить у родителей о себе, но в последний момент струсила и, вяло поздоровавшись, ушла в комнату. Там она разложила вещи (это занятие всегда помогало ей привести разбушевавшиеся чувства в порядок), переложила с места на место всякую мелочь, но такое занятие не могло занимать её вечно – ей пришлось выйти. Стол к этому времени был накрыт, Зорфин сидел во главе стола с бокалом шампанского, рядом пристроилась Степанида. Жанна прошмыгнула в столовую, тоскливо заняла свой угол. Новогоднего настроения не было от слова совсем, а к моменту, когда маленькая стрелка часов перевалила за двенадцать, терпение лопнуло.

- Дорогие родители, - решительно обратилась она к ним и для уверенности даже поднялась из-за стола, смело глядя в их вытянувшиеся от удивления лица. – У меня накопилось к вам несколько вопросов.

Степанида побледнела, а смуглый Зорфин, напротив, покраснел, как спелый помидор – верный признак того, что он растерян.

- Какие вопросы? – Уточнила Степанида, дрожащей рукою поставив на стол с белой скатертью наполненный бокал. Искристая жидкость ударилась о стеклянные стенки, выплеснулась на стол, оставив на праздничной скатерти липкие следы.

- Кто. Я. Такая? – Чётко, стараясь, чтобы голос её звучал убедительно и грозно, спросила Жанна, сведя брови у переносицы.

- Ты – наша приёмная дочь, - пожала плечами Степанида. От Жанны не укрылось, что она быстро переглянулась с Зорфином, и тот ответил ей покачиванием головы.

- Я хочу знать, кто мои настоящие родители.

В этот раз они переглянулись, уже не скрывая этого. Между ними явно происходил какой-то немой диалог, который девочка, как ни старалась, расшифровать не могла. Это ужасно разозлило её.

- Я имею право знать. Если вы не расскажете мне, я узнаю у других людей. Вы же знаете, я не остановлюсь.

- Понимаешь, Жанна, - Степанида пересела на соседний стул и взяла её за руку. – Эта история намного темнее, чем может показаться. Мы готовы рассказать её тебе, но... Тебе только 13 лет, Жанна. Зачем тебе это?

Жанна молча ждала продолжения, не сводя прищуренных глаз с родителей. Внешне она выглядела уверенно, а вот сердце в груди колотилось быстро-быстро, словно норовило вырваться через грудную клетку наружу. У неё не было никакой надежды, что Степанида и Зорфин поверят ей и решатся рассказать, так что, как говорится, попытка не пытка.

- Что ж, наверное, ты права, - пробормотал Зорфин, сцепив руки в замок на столе. Его смуглые ладони разительно выделялись на белоснежной скатерти, и почему-то от этой детали Жанне стало ещё страшнее.

- Твои настоящие родители Василиса и Владимир Птицына, - вздохнула Степанида так глубоко, что пламя на свечи перед нею, задрожало и потухло. Подозрения Жанны подтвердились, она сдержана кивнула, дав понять, что это ей уже известно. – Владимир – мой родной брат. Он погиб два года назад в Райском Месте в результате... - Голос её дрогнул, она зажала рот рукой, сдерживая слёзы. Зорфин положил ей руку на плечо и продолжил вместо неё:

- Ты, наверное, уже слышала в школе про Четырёх Всадников, и ты...

Жанна отрицательно помотала головой. Она перелопатила гору книг, но о такой четвёрке слышала впервые.

- Четыре Всадника – это самые сильные Стражи за всю историю. Ты же знаешь, что каждый Страж черпает свои силы в какой-либо стихии, а эти Всадники могли... пользоваться сразу несколькими. Уже не помню, кто какими, но это не важно. Важно то, что за эту «особенность» их подвергали самым жестоким гонениям, и в конце концов, казнили. Но, как ты, должно быть, догадалась, у них были наследники. И в общем-то, один из наследников – твоя сестра-близнец.

Как всегда: коротко и по делу. Никакой лишней информации. Вот только то, что он ей рассказал, мало чем могло помочь в разгадывании тайны.

- Никто не знает всех деталей, - сказала Степанида, взяв себя в руки. – Ведь у них не было детей. Но факт остаётся фактом. Или, даже не факт, а... легенда что ли. Что придут однажды их наследники, которые будут так же сильны, как Четыре Всадника, когда найдут какое-то наследство в Райском Месте. Уж не знаю, как это вычисляется, но получилось так, что твоя сестра-близнец – тот самый наследник. Твои родители, когда узнали об этом, пытались найти это наследство, переехали в Райское Место, но их вычислили. В Кодексе есть положение, говорящее о том, что Всадники и вся их магия под запретом.

- В общем, когда власти узнали о том, что одна семья ищет следы этих Всадников, - Зорфин тоже пересел и сжал руку Степаниды под столом. – Эту семью было решено устранить. Владимира убили прямо там, в доме. А Василисе удалось сбежать с двумя детьми – с тобою и с твоей сестрой Мартой, с который, как я полагаю, ты уже познакомилась. Она провела какой-то обряд, не знаю, какой именно. Ну, на этом всё. Нам пришло письмо, что из-за этой ситуации мы должны взять одну девочку на воспитание. Другую взяла сестра Василисы – Каролина. По мнению твоих родителей, это уменьшало риски того, что вас найдут и свяжут как-то с погибшим Владимиром и без вести пропавшей Василисой Птицыными. Вот и вся история.

Жанна сидела, боясь сделать лишний вдох и лишний раз пошевелиться. Всё действительно оказалось совсем не так, как она предполагала. Да о таком даже думать страшно было! Наверное, Степаниде переживать это во второй раз было ещё сложнее. Однако сейчас Жанна была больше занята собственными переживаниями, чтобы обращать внимание на чьи-то ещё и успокаивать Степаниду. Она поблагодарила за ужин, за рассказ и ушла к себе в комнату, плотно закрыв за собой дверь. Только наедине с собою она не могла претворяться, что эта история никоим образом её не затронула, что можно продолжать жить как раньше. Но вот из головы эту информацию уже не выкинешь. И ей придётся жить с этим, жить, задаваясь вопросом, куда делась её настоящая мать, что произошло в том доме в Райском Месте два года назад на самом деле.

Уже утром, когда на кухне послышалась привычная возня перед завтраком, Жанна догадалась, что Марта ей соврала: она узнала всю историю от начала и до конца, во всех красках и подробностях ещё два месяца назад, когда уезжала домой. Но ей, Жанне, об этом не сказала. Солгала, что не хочет иметь с этим ничего общего. А ответ, между тем, был прост: она и есть тот Всадник. Который должен найти в Райском Месте нечто такое, что многократно умножит её силы. И почему-то именно этот факт, факт наличия тайного знания, тайного плана, поразил девочку больше всего. Она задохнулась от переполняющих эмоций, от души шарахнула невинный стул заклинанием (спинка его задымилась) и выскочила из комнаты, злая на весь белый свет, как чёрт. Она ещё не знала, что именно предпримет после возвращении в школу, но точно знала, что что-то предпринять надо. Она не собиралась оставаться не у дел, пока кто-то другой, даже если Марта, будет заниматься такими важными вещами, которые касаются и её тоже!

Этот огонь подпитывал её все каникулы, и через две недели запал разобраться во всём этом самостоятельно только усилился. Она вернулась в школу, и первое, что она сделала, это вызвала на разговор Марту.

- Так ты всё знала! – Вместо приветствия воскликнула она, и палец её обвинительно упёрся в Марту. Та села на кровать, грустно и стыдливо опустив голову на грудь.

- Да, знала! – С вызовом ответила она, вскинув голову и устремив на сестру взгляд голубых глаз. Жанна удовлетворённо хмыкнула. Если бы Марта начала отнекиваться или униженно выпрашивать прощения, она не бы не вызвала у неё ничего, кроме отвращения. Жанна умела оценить хороший ответ.

- Да, знала! И что с того! Найти клад или что там это уже только моё дело! – Марта рывком поднялась, и теперь их глаза находились на одном уровне. С минуту они не прерывали зрительного контакта, борясь за лидерство в их тандеме, но дверь вдруг распахнулась, в комнату заглянула Карина.

- Марта, идём же скорее! Ой, я чему-то помешала?

- Нет, мы просто разговаривали, - отмахнулась Марта, бросила на сестру последний взгляд и вышла следом за подругой.

После маленького противостояния Жанна была уже точно уверена в том, что искать «клад или что там» ей придётся в полном одиночестве. В полном одиночестве отправиться в Райское Место, найти место жительства Василисы и Владимира Птицыных, узнать, что произошло в последнюю ночь, когда их видели живыми, выяснить то, что им было известно. Непосильная задача для тринадцатилетней девочки, которая только недавно открыла для себя Подлунный Мир и ещё даже не является его полноправным членом – всего лишь Учеником. Но ни это, ни отсутствие помощников не сломило бы её желания докопаться до правды. Если будет надо, она пойдёт хоть в Президиум! Уж там-то точно должны знать все подробности этого странного во всех отношениях дела. Но в первую очередь, ей просто жизненно необходимо было узнать всё, что было известно Ночным Стражам о Четырёх Всадниках – загадочных личностях, проживающих в России в середине девятнадцатого столетия. Что вообще могло связывать Всадника и ничем непримечательное семейство Птицыных? Ещё одна загадка, количество которых грозило в скором времени перевалить за сотню, а то и тысячу.

А загадки-то копятся...