Глава 2.

Новенькой быть всегда не просто. Особенно, когда ты - по натуре звезда, и тебе приходится окунуться в толпу не слышавших об одеколоне подростках.

В первый день в школе я решила выглядеть идеально. Надо же этим невежам хоть иногда видеть, как одеваются приличные люди. Лёгкие кудряшки на волосах, короткая юбка из школьного магазина, блузка на размер меньше, чем стоит. Но главный мой козырь - туфли и сумка. Они от Прада. Думаю, тут даже таких слов не знают. Мне их лично подарили в офисе дизайнера! Бедняжки, пусть хоть посмотрят издалека...

Доехать пришлось на родительской машине, и я заставила маму высадить меня за квартал. Лучше уж прийти в старшие классы пешком, чем приехать с мамочкой!

- Ну, хорошего дня! - она натянуто улыбнулась, зная, что не встретит у меня такого же энтузиазма.

- Приму за сарказм в качестве насмешки над моей участью, - пробормотала я.

- Да брось, всё будет хорошо.

- Сомневаюсь, - я захлопнула дверь.

На туфлях неудобно идти, особенно по деревенской местности. Но красота и эпатаж требуют жертв, этому меня научили ещё с пелёнок. Так что...

За спиной послышался свист. Я поморщилась. Да, я хотела их вывести на чистую воду, этих невеж, но не ожидала, что это случится так скоро.

- Эй, красотка, ты что, не слышишь? - меня догнал велосипедист.

- Слышу? А разве меня окликали? - я не удостоила его и поворота головы. - я слышала только позывной своей собаке.

- Можешь называть себя, как хочешь, ты мне уже нравишься, - ухмыльнулся неожиданный попутчик.

- А ты можешь катиться отсюда, ты мне всё равно не нравишься, - я махнула сумкой.

И тут внезапно случилось нечто. Этот наглец нахально ухмыльнулся, выдернул сумку у меня из рук мою Прада, и на полной скорости припустил до школы!

- Эй! Так нельзя! Это моя вещь! Она стоит дороже твоего дома, ты! - я попыталась побежать вслед за ним, но на каблуках это делать неудобно, и я сдалась.

Что ж, первый день в школе явно обещал быть позорным. Но меня учили не терять лицо даже, когда ты явно в дерьме. И я лица не потеряю.

Я доцокала до школы, как ни в чём не бывало, с гордо поднятой головой, потряхивая кудряшками. У дверей уже сгрудилась толпа прихлебал, готовых за осуждение городской штучки отдать последний цент. Все девчонки выглядели, как коровы, в своих бесформенных сарафанах, а пацаны... тихий ужас. Аленами Делонами их здесь явно подменили. И как выглядят их отцы, если парни - такие страшилища? И подумать страшно. Да уж, вот он - золотой генофонд Америки, все как на подбор! Прыщавые, с немытыми волосами и наглыми ухмылками.

- Ладно-ладно, посмеялись и будет, - я улыбнулась, пытаясь забрать свою сумку обратно, но не тут-то было. Мне не собирались так просто её вручить. Парень, который забрал её, сидел на периллах, а рядом с ним стояла та самая девчонка, с которой я познакомилась на той неделе.

«Непочтение полагается наказывать», -сказала она, скрестив руки на груди и сделав шаг в мою сторону.

- Однако мне кажется, что подобным, - я тоже пошла на неё, - должны заниматься учителя.

Видимо что-то в моём образе несло угрозу, и Пэтти отступилась. Криво и жеманно улыбнувшись, она забрала у парня сумочку и протянула её мне.

- Тебя предупредили, - елейным голоском пролепетала она, а затем, когда я почти перехватила ремешок, она отпустила руку, и сумка упала на пол. - Ой, прости, я думала, ты её держишь.

- Она стоит дороже твоих волос, - прошипела я. Я могла бы кинуться в драку и выдрать ей её жидкие волосёнки, но меня учили мстить изящно. И Пэтти ещё поплатится за то, что оскорбила святую честь сумки от Прада.

Откровенно говоря, первый учебный день прошёл не очень. К вечеру зарядил дождь, и я застряла в кафе.

Посетителей почти не было, и это создавало ещё больше унылую картину. Я раскрыла свой блокнот, в котором вела дневник, и решила сделать несколько записей. Только на этих страницах я могла в полной мере пожаловаться на свою загубленную в раннем расцвете жизнь.

Когда я подняла голову, уже стемнело, и за баром остался лишь официант. Мне не хотелось идти домой, и я стала разглядывать его. Это был парень моего возраста, ровесник, и выглядел он очень странно, но что-то в его облике напустило на меня симпатии и умиления.

Длинные чёрные волосы до плеч, немного вьются. Если бы он мыл их реже, это было бы не красиво, но они слегка пушились, и это выглядело очень мило. Он был худого телосложения, наверное, хорошо занимался. На губах у него играла смущённая улыбка, когда он заметил, что я на него смотрю. Он тут же отвернулся и стал натирать кофемашину. Я поняла, что спугнула его. Отчего-то мне стало досадно.

Но я не успела подумать об этом, потому что зазвонил мобильник. Мама звала домой.

"Уже поздно, и я не хочу, чтобы ты шла одна", - сказала она.

"Здесь же безопаснее всего в стране, так отчего беспокоишься?" - припомнила я ей один из её "аргументов" при переезде.

Но, несмотря на моё хамство в её сторону, я стала собирать вещи. Прихватив чашку со стола, я поставила её прямо на столике у кассы.

- Спасибо, у вас получается вкусный кофе, - улыбнулась я.

Официант ненадолго обернулся, сгорбившись, и улыбнулся, спрятав глаза.

И правда странный. Я пожала плечами и вышла из кафе, слушая, как зазвенели дверные колокольчики.