Глава 4

Когда работала, Ишет предпочитала тишину и покой, чтобы никто и ничто не отвлекало от магического потока, в который девушка погружалась с головой. В такие моменты главной и единственной её соратницей была концентрация. Поэтому третий этаж западного крыла посещали исключительно из крайней необходимости – все в поместье боялись отвлечь верховную демоницу Дома.

Однако в настоящий момент в её комнате к стене прикован ангел, соответственно, добиться тишины теперь представляется ей делом несколько сложнее, чем раньше. Впрочем, вопреки предположениям, действительность оказалась несколько иной. Пленник вел себя чересчур тихо. Прикрытые глаза, нахмуренные брови. Он так и не притронулся к лекарству, а тем временем внутренние повреждения изводили тело, пагубно воздействуя на органы. Ишет не понаслышке знала, на что способны преданные Ашеру демоны. В своей работе – нескончаемой борьбе, - никто из них не знал пощады, каждый был обучен многим руническим заклинаниям, мучения от которых до ужасного жестоки. К тому же Анта, как одна из лучших, была весьма избирательна в своих ударах, особенно когда вымещала на враге всю скопившуюся ярость.

"Вот упрямец!" – демоница потерла переносицу. Чужое присутствие напрягало, частое и прерывистое дыхание – злило. А то, как парень с каждой минутой всё сильнее менялся в лице от постепенного ухудшения состояния, вовсе сбивал у Ишет весь настрой на работу.

Она всем сердцем любила брата, однако преподнесенный им подарок едва ли втиснулся в её планы, да и разве за ней наблюдалось пристрастие к такому роду развлечениям, как пленник вражеской расы? Она не из тех любителей "экзотики", что целыми днями то и дело бахвалятся всем и каждому своей богатой на пытки фантазией. Для неё это ровно то же самое, что безделье.

Последнее, что её должно было заботить в сегодняшний день – здоровье, а может и жизнь ангела. С утра она бы от души повеселилась от такого расклада событий, но теперь должна биться об стенку, а каким-то чудом заставить парня, точно капризного ребенка, принять лекарство. Нет, можно, конечно, дать ему встретить смерть, но какой прок ей будет от этого? Труп в комнате в качестве своеобразного украшения ей ни к чему. Исходя из этих соображений, Анисат оказалась вынуждена прервать работу, стоило в голове возникнуть пусть и сомнительному, но плану как заставить строптивца принять зелье.

Ножки кресла шумно лязгнули по паркету, из-за чего Киран поморщился, после медленно, с огромными усилиями открыл глаза. Он внимательно проследил за тем, как Ишет проследовала к выходу из комнаты, а когда шелк темных волос исчез из видимости, позволил себе с шумным шипением выдохнуть скопившуюся в груди боль.

- Проклятье!.. – с хрипом выругался парень.

Оковы на запястьях уже начали натирать покрасневшую кожу, а кольцо на шее душить своей скованностью. В нем постепенно взращивалась ненависть к своему положению, к беспомощности, безнадежности... Если бы и был шанс сбежать из плена, то покинуть Ад в одиночку невозможно, врата открываются исключительно демоническими рунами. Впрочем, нет смысла заглядывать так далеко, его убьют прежде, чем он приблизится к выходу из огромного поместья.

Киран опустил взор на свое тело. Там, где недавно огненно зудили раны не осталось даже шрамов. А ведь он был так беспощадно исполосован. Затуманенное сознание подкинуло ему воспоминания о том, как по его коже плавно и аккуратно, чтобы не причинить боль, водила пальцами демоница, контрастируя с теми мгновениями, когда тех же мест касались лезвия кинжалов противника. Для него всё ещё оставалось загадкой: насколько сильно его "хозяйка" отличается от всех тех демонов, с которыми он воевал и отличается ли вовсе.

Скорее всего он просто лишился рассудка и здравомыслия, раз мечется в сомнениях. Раз позволил очарованию дьявольского создания всколыхнуть его чувства, запутать их в безнадежно закрученный клубок нитей.

За пределами комнаты послышалась возня вперемешку с шепотками. Медленно отворилась дверь, и в образовавшуюся щель заглянули две пары любопытных красных глаз.

- Давай же ты скорее... - торопил кого-то детский мальчишеский голос, в котором проступала взбудораженность от ребяческой авантюры.

Лейлин, в отличие от расторопного брата не пребывала в особом восторге от их смелой затеи. Следуя хвостом за старшим, она тихонько прикрыла за ними двери.

- Мама ведь запретила нам тут показываться, мы помешаем Ишет, - максимально тихо прошептала девочка.

- Её здесь нет, ты же видела, как она спускалась.

- А что если она вот-вот вернется, застанет нас и разозлится... вспомни, как на днях она исполосовала лицо того торговца, который поджег наши товары. Я боюсь, - едва слышно промямлила девочка.

Тахир закатил глаза.

- Мы ее племянники, трусиха. Не расцарапает она нам лица. А тот дурень сам виноват, что так по-хамски разговаривал с Ишет, лучше бы он ей в лицо грязную тряпку кинул. Быть может тогда его смелость удалось бы списать на умственную отсталость. Я удивился, как она ему язык не вырвала. Впрочем, скорее всего она так не поступила из-за нас, а если быть точным - из-за тебя. Ты же такая... такая... - помедлил мальчишка, вспомнив, что сестрицу легко не только напугать, но и расстроить, что неизбежно приведет к слезам. Ему оно надо? Нет. - Ай, неважно, - махнул он рукой.

- Мы тут без спроса, - Лейлин шмыгнула носом. Старания брата её успокоить не увенчались успехом.

- Ну так вот и извинимся, а заодно попросим посмотреть на ангела, - Тахиру было нелегко уговорить трусливую сестрицу пробраться к тёте в покои, так что отступать он был не намерен ни при каких обстоятельствах.

Дети исследуют большой кабинет, обставленный слева книжными стеллажами во всю стену, стол рядом, два дивана с низким столиком между ними и наконец натыкаются глазами на пленника.

Глазки у обоих широко распахнулись. Они впервые столкнулись с представителем иной расы.

- Черт бы меня... - выдохнул Тахир. Весь легкий стресс от проделки и предвкушение поменялись местами, к ним вмиг прибавилось любопытство. Мальчишка огибнул диваны и приблизился к ангелу, - Он настоящий! Фу, вот оно, это их кольцо.

- Нимб, - поправила Лейлин, на что её брат снова махнул рукой.

- Без разницы. Всё равно это самая нелепая вещь, которую я видел.

Киран глядел на маленьких незваных гостей с немым вопросом в поддетых мутной пеленой глазах. Двое поразительно схожих между собой детей пристально уставились на него в ответ. На макушках обоих из волос проглядывались рожки, совсем небольшие, слегка изогнутые назад и гладкие.

- И как они только живут с этой штукой? – с насмехательством выдал Тахир. Юному демону было все равно на приличия. Он не собирался любезничать с таким жалким созданием, как плененный ангел.

Мальчик без спросу прикоснулся к потускневшему нимбу. Киран на наглость отреагировал незамедлительно. Благодаря молниеносной реакции, даже несмотря на усталость и боль, ангел успел схватить ребенка до того, как тот отдернул руку. Хватка на тонком детском запястье усилилась, но она не была настолько сильной, чтобы оставить синяки. Однако страх нагнала.

- Тахир! – взвизгнула со страху Лейлин и поспешила на помощь брату, - Отпусти его!

- Ах ты... – выдернув руку, демон отпрянул. Глаза его загорелись алым сиянием, пальцы сложились в кулаки. Смотря на него, Киран уже мог прекрасно предсказать его будущее. Вот он, монстр, который в скором времени будет нести смерть и разрушения, как все ему подобные, - Знай свое место!

- Тронешь ещё раз – пожалеешь, что явился сюда, - ангел сухо дал понять, что не собирается прибегать к милосердию по отношению к ребенку.

Под тяжестью его ледяного взора Тахир впал в растерянность.

- Замолчи, - встала на защиту брата расхрабрившаяся Лейлин, - За своеволие и хамство тебя будет ждать мучительная смерть, так что не смей впредь выдавать нечто подобное снова. Ишет не пощадит тебя.

- Мне не нужна ни её пощада, ни ваши речи. Смерть лучше плена.

Тахир хмыкнул:

- От такой наивной установки смерть не станет легче. Жалкий ангел. За все наши мучения вы рано или поздно поплатитесь. Что скажешь на это, а, командир?

- Хватит, Тахир. Нам нельзя его трогать.

- Не буду. Прикасаться ещё к этим существам... гадость, - мальчик скривился, в отвращении высунул кончик языка.

Киран отреагировал на открытую неприязнь равнодушно. Она взаимна целиком и полностью, однако он ещё не опустился до того, чтобы обращать внимание на детские проказы невоспитанных демонических отпрысков. Хотя их необычный интерес и доставлял ему неудобства, напоминая, что теперь он ничем не отличается от диковинной зверушки на привязи, в которую тычут пальцами в попытке дотронуться и посмотреть на реакцию. Многие забывают, что закованные в цепи могут представлять большую угрозу, чем окрыленные свободой.

Пока это было возможно, парень вернул себе хладнокровие.

Лейлин попыталась осмотреть брата, не поранился ли он, между делом почувствовав тяжесть чужого взгляда. Девочка отыскала глазами золотую радужку и сузившиеся зрачки ангела и поколебалась. Он смотрел на них в упор. Она успела сто раз пожалеть, что не сумела отговорить Тахира приходить в покои Ишет.

- Идем скорее отсюда, - попросила она, но внезапно позади них на полу растянулась длинная тень.

- Куда-то торопитесь? Так скоро... - раздался женский голос, чудесным образом совмещавший в себе звонкую игру флейты и завывания вьюги в морозную ночь, - Что тут делают ваши любопытные рожки? – ласково, без злости или упрека спросила Ишет племянников.

Детишки со страху и неожиданности подпрыгнули на месте. Их глазки нервно забегали по комнате, ища спасения или оправдания. Когда время на поиски вышло, они с виноватым видом развернулись и сразу же затараторили в один голос:

- Прости, Ишет! Нам просто было очень интересно взглянуть на твоего ангела...

Пойманные на месте преступления двойняшки едва ли доросли Ишет до груди. Глядя на любимых негодников сверху вниз, она умилялась ими, тогда как они были охвачены страхом за свой проступок.

- Вот как... - протянула девушка, пальцем стуча по подбородку, словно что-то припоминая, - А глумиться над ним вам тоже было интересно?

Двойняшки замялись: Ишет слышала их слова.

- Ну... мы, - они уставились на друг друга, мальчик свел брови, а девочка прикусила губу, - Мы...

Демоница терпеливо ожидала, что же такого смогут придумать племянники, чтобы спасти свое положение. Однако, когда стало совершенно точно ясно, что они в полной растерянности, она великодушно пришла им на выручку.

- Вы больше не станете такое проворачивать. Я верно угадала вашу мысль?

Брат с сестрой вмиг переменились в лице, сменив замешательство на благоговейную радость.

- Да! Мы больше никогда не будем.

- И впредь будете слушать заветы Таниты, - добавила Ишет.

- Правда будем, честно-честно...

- Но, Ишет, он же – наш враг, - набрался храбрости Тахир, - Разве он не за тем у тебя, чтобы мучать его? Разве смеет он так дерзить?

- Он полагает, что тебя не следует бояться. Но ты ведь Kυρία нашего Дома! – присоединилась с возмущением Лейлин.

Они говорили так, словно Ишет была главным тираном Ада. Это и огорчало, и смешило девушку.

- Верно, - разъяснять кому-то свои действия и бездействия, как-то оправдываться она перестала много лет назад. В случае с племянниками ей легче подыграть, чем вдаваться в подробности её мотивов, - Но, как вы точно подметили, он у меня, а значит, чей он?

- Твой, - дети в смирении опустили свои головы.

- Кто может делать с ним всё, что душе заблагорассудится? – не закончила Ишет.

- Ты, - снова одновременно с обоих уст прозвучал ответ.

- Чье дело – выбирать его судьбу?

- Твое.

Губы девушки растянулись в улыбке.

- Какие смышленые. На все вопросы мы нашли ответы?

- Да.

- Ну тогда бегите играть, - бросила Ишет, направившись к столу, - Ваши старшие брат и сестра наверняка вас обыскались. Да и мама отругает за непослушание, если узнает, разумеется.

Поставив графин, за которым уходила, демоница взяла с полки два граненных стакана. Когда прикрыла стеклянную дверцу стеллажа, задержала внимание на подозрительно топчущихся на одном месте племянников.

- Ишет... - наконец нерешительно позвал Тахир после затянувшего молчания со стороны двойняшек.

- Да? Что такое, милый?

- Э... - мальчик запнулся, за что получил в бок локтем от сестры, - Ты спустишься поужинать с нами сегодня?..

На лице Ишет не смогло скрыться удивление. Дети приняли её эмоции за нехороший знак.

- Просто ты уже давно не ужинала со всеми... - присоединилась Лейлин, - Пожалуйста. Мы знаем, у тебя много работы, но соскучились. И все остальные очень обрадуются.

- Соскучились?.. – вдруг растерялась девушка. Она не посещала семейный ужин уже больше трех недель из-за заваленного графика. Мирель с Ашером не раз уговаривали её посетить вечернюю трапезу, но она каждый раз была вынуждена отклонять предложения. Кажется, больше это делать нельзя, - Я... конечно, я присоединюсь к вам за ужином. Спасибо за приглашение.

- Правда? – засияли ребята, - Ура!

Пока детишки не могли нарадоваться согласию тети, Ишет украдкой глянула на Кирана, немедленно вспомнив о насущной проблеме. И тут, как по щелчку пальцев, у неё созрела блестящая идея. Она кивнула племянникам на графин с на вид простой водой.

- Пить хотите? – демоница намеренно задала вопрос по громче, чтобы ангел точно услышал.

- Нет, мы уже пойдем. Но будем очень ждать вечера!

Невозмутимо пожав плечами и хохотнув с двух сорванцов, сверкая пятками покинувших её покои, Анисат налила себе воды, в которую ещё на кухне добавила лекарство. Показательно осушив стакан до самого дна, она, уже не скрываясь, посмотрела на своего пленника, по вине которого так извивалась. Снова наполнив стакан доверху, девушка пересекла комнату и поставила его перед ангелом, а оставленные без внимания флаконы забрала.

- Жажда ужаснее смертельных ран. Считай это жестом моей доброй воли – позволить тебе её утолить перед тем как оборвется твоя вечность, - отрезала Ишет и вернулась к своим делам с очень противоречивыми чувствами: радостное томление от ожидания ужина лишало её терпения и волей-неволей отвлекало; незавершенная работа в виде нескончаемой бумажной волокиты – отчетов, писем, приглашений и её чертежей, - не утешала, гнетя её; к тому же что-то настойчиво скреблось под ребрами, из-за чего она каждые десять минут кидала украдкой взгляд на ангела в слабой надежде, что инстинкт самосохранения возьмет верх, и парень выпьет лекарство.

Увы, пленник продолжал упорствовать. Боль не отпускала его ни на миг, уничтожая и разрывая его.

В конце концов Ишет поняла: его своенравие и неуступчивость всего-навсего проявления недоверчивости и ангельской гордости. Воин, для которого борьба с демонами эдакий святой долг, по злостной шутке судьбы оказывается в плену и вынужден отыгрывать роль игрушки... кто от такого будет в восторге? К такой кардинальной смене ролей парень очевидно не был готов. Девушка приняла решение временно бездействовать, ждать, ведь гордость в своей сущности сломить легко, пусть многие и твердят об обратном.

Вода, стихия гибкая и непослушная, капля за каплей точит непробиваемые каменные скалы, но далеко не сразу, а со временем.