Часть 1. Когда демон заплачет. Глава 1.

Противостояние ангелов и демонов существовало с момента зарождения этих двух противоположных друг другу рас. Как яркие лучи света и глубокие бархатные тени, не способные существовать вместе, они могли лишь бороться. Каждая из противоборствующих сторон отстаивала себя и свое право на жизнь, каждый мог назвать сотни причин, почему противник должен быть уничтожен. Понятия «перемирие» для них не существовало вовсе, не после вечности разногласий. Быть может, что-то и могло когда-то давно, в далеком прошлом измениться, но не после того, как ангелы согнали демонов в Ад. Оставили их без луны и звезд, отправили в преисподнюю влачить ужасное, жалкое существование.

Насколько оно оказалось ужасным, демоны узнали лишь спустя время.

Не желая мириться со своей участью, низвергнутые демоны решили продолжить противиться своей горькой участи, они отыскали способ выбираться в людской мир — измерение, где и были изначально рождены ангельская и демоническая расы, место, где они вынуждены сталкиваться в сражениях последние тысячелетия. Прореха в небе Ада — единственная нить, соединяющая миры; портал, через который можно было уходить и возвращаться, — позволяла им пересекать ту незримую, но непреодолимую стену, что воздвигли ангелы. На беду последних не существовало способа ни запечатать окончательно Ад, ни уничтожить его.

Выбираясь, демоны сражались за свою свободу, за право существовать на землях, где были рождены. Ангелам не удалось навеки заточить врагов, и выше их сил было позволить «грешникам» жить среди беззащитных людей, поэтому дети небес дали клятву вечно быть главной опорой, непоколебимой защитой людей и их уязвимого мира от низших созданий. Они давали противникам отпор всякий раз, как дьявольские крылья сотрясали земной воздух, а острые, изворотливые тени травили землю.

Так продолжалось много веков, и будет продолжаться хоть целую вечность. Ясно одно — никто не сдастся, не признает поражения, пока крылья полны сил, а магия бежит по венам.

Ашер, как старший наследник одного из самых сильных демонических Домов, воевал с того момента, как достиг совершеннолетия. Сначала сражался бок-о-бок с отцом, а после того, как его не стало, взял на себя командование и с тех пор всегда вел приближенных демонов своего рода неважно к какому исходу битвы, будь то безоговорочная победа или поражение. Ответственность всегда лежала на его плечах, так что ошибки для него — роскошь.

— Где сейчас Руан? — обратился старший Анисат к своим подчиненным, что летели по обе стороны от него.

Их очередная вылозка пока что проходила чересчур хорошо, что вызывало лишь подозрение и настороженность. Ашер не мог позволить себе слепую наивность, он не мог расслабиться, хотя сведения от приближенных обнадеживали: ни одной смерти, нет тяжелораненных, о чем ещё может заботиться командир?

— У южного склона горы, разбирается с выжившими... — ответил молодой демон, что совсем недавно присягнул на верность Дому Анисат. Это вторая его вылазка, так что Ашер старался держать парня подле себя.

Вытянутые остроконечные уши верховного демона дернулись, уловив шум взмахов чужих крыльев.

Сзади послышался нервный голос, второпях произносящий заклинание. Засвистел ветер, стрелой несущийся в демона с надеждой пронзить тело или хотя бы отрезать крылья, чтобы нечисть нашла свою погибель в падении с огромной высоты. Так бы всё и случилось, позволь Ашер это или окажись он слабее и глупее трусливого удара в спину. Позади него заискрила руна во весь его рост и размах крыльев, она барьером отразила магический порыв стихии. Ангел, с ужасом осознав ошибку, попытался сбежать, но демоническая магия оказалась быстрее пернатого создания, каких безбожно ненавидели все дети Ада.

Материализовавшийся в воздухе клинок рассек пространство, а по взмаху руки старшего из рода Анисат попал прямо в цель. Лезвие легко проткнуло живую плоть, как лист бумаги, раздробило кости, разорвало внутренние органы. Ангел камнем полетел вниз и с тошнотворным звуком удара о скалу распластался на камнях, большую часть окрасив в красный.

Двое сопровождающих со злорадством оглядели поверженного врага и с гордостью бросили взгляды на своего господина.

— Летите к остальным, — приказал Ашер, а сам направился вниз, где лучший друг расправлялся с остатками вражеской группы.

— Κύριος (греч. [kýrios] - Господин), — окликнул его Руан. На лице парня хитро блестели глаза с узкими змеиными зрачками, острые скулы сильнее выпирали из-за довольной, хищной усмешки, — По правде говоря, я не знаю, что и думать: либо ангелы сдают позиции, либо настолько недооценили нас на этот раз... Это можно принять за личное оскорбление, — блестяще имитированным напускным тоном произнес демон.

В следующую секунду, с презрением осмотрев окровавленное тело ангела, он вытащил из убитого противника копье с серповидным наконечником. Лезвие вышло с мерзким хлюпом, после чего кровь из раны хлынула сильнее. Попадая на волосы демона, она сливалась с их алым цветом, так что нельзя было разобрать испачканы ли пряди вовсе.

В этот раз и правда ангелов было до смешного мало, да и с большинством из них демонам удалось расправиться в первый же день, и вот, к концу третьего, все члены ангельского отряда уже валяются на земле окровавленными мертвецами. Три дня — короткий срок для вылазки. Не сказать, что это всё сильно тревожило старшего наследника семьи Анисат, но некоторое подозрение всё же вызывало.

Ашер следил за своим подчиненным и по совместительству близким другом молча, кровавая картина давно не приносила ему ни капли удовольствия, он бы с гораздо большим удовольствием провел потраченное во внешнем мире время с семьей, но то, что Руан одержал победу, так еще и без повреждений, всё же радовало.

Чуть в стороне от парней приземлилась демоница. Она выглядела не так собранно, как её соратники, рукой держалась за бедро, на котором расползалась темным пятном кровоточащая рана. Заплетенная длинная коса растрепалась, кончик её был в крови, лицо также местами покрывали алые пятна. Ашер тут же приблизился к супруге, глядя на нее с неподдельной тревогой в алых глазах.

— Их просто мало, но они не так просты, как казались, — Танита позволила мужу облегчить свое положение и обхватила его согнутую в локте руку.

— Кто-то остался? — сухо полюбопытствовал Руан. Он вытер грязный кончик копья об одежды убитого ангела.

— Главный, — девушка выдавила из себя кивок, — Анта сейчас с ним разбирается по другую сторону горы. С остальными мы справились. Никто из них не успел отправиться за подмогой.

Задумавшись всего на несколько секунд, Ашер обратился к другу:

— Руан, лети туда и придержи-ка нашу бестию, я хочу взглянуть на того ангела.

Приказ застал Руана врасплох, но он не стал перечить. Сильные крылья с острыми коготками взметнули его вверх, и уже через пару секунд демон скрылся из виду.

Ашер помог жене облокотиться на скалу.

— Ты что задумал? — между шипением от боли спросила Танита.

Демон мягко улыбнулся возлюбленной, склонился перед ней на колени, чтобы рана оказалась перед его глазами, и протянул руку. Воздух сгустился, заискрил меж его пальцев, подчиняясь магии. Возникла руна, она задержалась между бедром Танины и ладонью Ашера секунд на пять, после чего ярко вспыхнула, затем медленно распалась и дымом впиталась в тело демоницы.

Боль утихла вмиг, кровь больше не лилась ручейком по черным брюкам и многочисленным кожаным ремням, к которым крепились метаемые ножи. Единственное, что осталось от раны — шрам на коже, но и он в скором времени пропадет.

— Есть у меня одна идея, — уклончиво ответил верховный демон, когда выровнялся во весь рост. Супруга не стала вникать в подробности его замысла. Танита не привыкла задавать вопросы, особенно если знала, что всё вскроется в своё время. Она умела ждать.

Когда к супружеской паре присоединились оставшиеся в округе демоны, они все вместе отправились на другую сторону горы, где картина не могла похвастать особым оптимизмом, особенно для тех ангелов, которые обнаружат своих убитых соратников. Красный цвет на фоне белоснежных крыльев убитых ангелов бросался в глаза, но ни это зрелище, ни запах железа уже давно не выводили демонов на какие-либо эмоции. За много лет вражды они привыкли лицезреть подобное.

Мертвую тишину и холодное напряжение неожиданно нарушили злостные причитания. Разъяренный женский голос узнали все.

— Эй, какого черта?! Руан, живо отвяжись от меня, — отчаянно вырывалась из рук приятеля возмущенная его поведением Анта. Только что ей помешали вонзить острые лезвия своих кинжалов в тушку ангела. С подобным идиотизмом и признаком сумасшествия демоница была не способна мириться. Даже если умом тронулся лучший друг.

Руан с горем пополам держал в руках рассвирепевшую рыжую гарпию. Эта задача усложнялась с каждой секундой из-за активного буйства приятельницы.

— Оставь его! — рявкнул он, тряхнув подругу так, что на миг поднял её над землей. Её остроконечные прямые рожки чуть было не выкололи ему глаза.

— Ты свихнулся? Этот выродок в прошлый раз перебил троих наших! Сегодня я рассчитаюсь с ним по старым счетам, — зашипела девушка.

Руану потребовались все его силы, чтобы не расцепить руки на женской талии. Анта хоть и почти вдвое меньше него, но силы в ней было куда больше, чем могло показаться на первый взгляд.

— Это приказ Ашера. Он нужен ему живым.

— Что?.. — Анта опешила, и на радость демона прекратила вырываться, — Да вы там совсем...

Ашер перебил её ровно в момент нецензурной колкости:

— Анта, успокойся, — он приземлился по левую сторону от друзей и с невозмутимым видом прошел к поверженному ангелу.

Анта проводила его тяжелым взором.

— Аше... — демоница осеклась, взглядом скользнув по всем собравшимся товарищам, она на корню пресекла чуть было не вырвавшуюся оплошность, — Κύριος, что всё это значит? — зло нахмурила она темные брови.

Верховный демон не удосужился развернуться и предпринять попытку объясниться перед девушкой. Анту он любил и уважал как верную подругу, но показывал свою привязанность к близким только тогда, когда никто из посторонних не мог стать свидетелем его проявлениям сентиментальности. Ему не следует показывать слабости даже служащим ему демонам.

Продолжая поддерживать равнодушие в каждом своем шаге, во взгляде и даже в движении руки, когда за воротник рубашки приподнял командира ангелов, Ашер был похож на змея, неторопливого, бездушного и бессердечного. Именно таким он должен выглядеть не только в глазах своих врагов, но и верноподданных.

Никто из демонов не смел более говорить.

— Такой молодой, а уже командир отряда, — задумчиво проговорил демон, — Я бы от всей души поздравил тебя, но не думаю, что это уместно в твоем положении.

Воздух вырывался из груди парня прерывисто и сбито, он заметно дернулся от боли, когда его потянули наверх. Темно-каштановые волосы изваляны в грязи, из разбитого носа текла кровь и попадала прямиком в уголок рта, скапливаясь там. Одежда и крылья — всё покрывали кровавые пятна.

Кирана действительно назначили командиром в весьма молодом возрасте, даже по меркам семьи — все его предшественники посвятили себя борьбе с демонами и с ранних лет брали в руки оружие, обучались магии. В его годы сверстники из высоких положений чаще получали роли заместителей командиров или одиночных патрульных, способных в случае чего быстро предупредить о новом налете демонов. Но никто из высших ангелов не смог закрыть глаза на юное дарование Афаэлеон. Киран за всю службу в рядах ангелов-воинов выделился далеко не один раз, и к этому не имело никакого отношения влияние его рода. Его первоклассное владение мечом и собственной магией заставило всех сородичей призадуматься о его чересчур поспешном повышении в звании.

И вот он уже около пяти лет командует отрядом... командовал, до сегодняшнего дня. Сегодня, всегда возвращавшийся с победой, его отряд в первый и последний раз больше не вернется домой. Все убиты, со многими он вместе обучался, с других брал пример стойкости и маневренности во время сражений или ежедневных тренировок, третьих же он должен был наставлять и защищать. Все они доверились ему, что привело их к провалу, к гибели.

Вина за поражение до последнего вздоха будет окольцовывать его шею колючей огненной веревкой. Впрочем, горевать ему недолго осталось, ведь мучения перестанут его терзать с минуты на минуту. Скоро он отправится вслед за товарищами в небытие.

Скованность и боль в мышцах мешали вернуть контроль над телом, любое движение отзывалось болезненными спазмами и уколами. Но все же Киран заставил себя с вызовов в глазах посмотреть на врага, что явно упивался своей победой. Ему дорогого стоило заставить свой рот говорить.

— Я не горю желанием вести беседу с демонами. Эта маленькая победа станет для вас огромным поводом для гордости, я искренне рад за вас, — из-за кровавого кашля, вырвавшегося из груди совершенно спонтанно, его слова прозвучали не так едко, как ему хотелось.

Ашер сверкнул улыбкой, на миг оскалив клыки. Он не ожидал, что ангелу хватит сил на дерзость, но подобная неожиданность сумела его позабавить.

— Дерзишь?.. Какая смелость, и это с учетом того, что ты имеешь представление, что мы способны сделать с тобой, — демон недвусмысленно плел паутину страха, в которой очень легко запутаться неповоротливым ангельским крылышкам.

Но к большему удивлению он не учуял страх, напротив — Ашер встретил безразличие на лице и в словах ангела.

— Убейте меня и дело с концом. Избавьте от воспоминаний об этой беседе.

В глазах ангела не было ни намека на поражение. В них не плескалось искреннее желание смерти, но и жизнь не горела. Вместо всего этого золотые радужки сияли вызовом, упрямым бесстрашием и непокорностью. Ангелы и демоны — враги до самого последнего вздоха.

Широкая, испещренная мелкими шрамами ладонь Ашера опустилась на плечо ангельского командира. Киран и понять ничего не успел, как по венам хлынула боль. Внутренности как будто залили расплавленным ядовитым металлом, не осталось участка на теле и в нем, который не был охвачен мучением. Перед глазами потемнело от столь резких ощущений, голос пропал, так что даже хрипнуть не было возможности. Чудо, что сознание не покинуло его от болевого шока.

Ни от одной полученной раны Киран не испытывал даже приблизительно похожей боли. Никогда.

— Я бы с огромным удовольствием исполнил просьбу, но у меня неожиданно возникли на тебя совсем другие планы, нежели обыкновенное убийство, — с неизвестно откуда взявшимся напускным безразличием к прошлым заслугам врага, Ашер отвернулся от него и обратился к своим подчиненным: — Мы здесь закончили. Сегодня мы возвращаемся домой с ещё одной победой и весьма занимательным трофеем.

На устах всех собравшихся демонов ярко сверкнул оскал, а их кровавые глаза блеснули неподдельным удовольствием. Внешне Киран не подал вида, но внутри у него неприятно похолодело от медленно накатывающего предчувствия обреченности.

— Наденьте на него тот ошейник, что создала Ишет. Как раз проверим, насколько действенно он работает.

Танита, сняв с поясных ремней вышеназванный ошейник, кивнула Руану и они вместе направились к ангелу.

Демон больно завел руки парня за спину, сдавил их так сильно, что пальцы Кирана начали неметь от слабого притока крови. Силы на любое сопротивление окончательно оставили его, он всё ещё отходил от магии старшего демона, пронзившей нестерпимой болью каждый участок тела. Ему не хватило сил даже открыть глаза, но когда шея потяжелела из-за металлического кольца, он всё же разлепил веки.

Тяжесть окутала его, а магия, так слабо отзывающаяся на зов, совсем затихла.

Убедившись, что плотно замкнула сдерживающий артефакт, Танита отошла на несколько шагов и дала знак Руану отпустить ангела.

— Что ты хочешь с ним сделать, Ашер? — спросила она, развернувшись вполоборота и взглянув на своего супруга.

Парень, всё время внимательно следивший за ангелом, медленно поднял глаза на жену:

— В последнее время моя сестренка часто грустит, не могу же я закрыть на это глаза. Пусть Ишет будет забава. Уверен, ей понравится такая отчаянность.

Услышанное заставило что-то внутри Кирана захолодеть и жалобно треснуть. Его  ведут в Ад.