⟡⟡⟡

Семейство, с которым она связалась не по своей воле, оказалось не таким беззаботным и добродушным, как сначала показалось Джейн. Чонгук рассказал ей, что после того, как кто-то убил их родителей и обокрал их дом, он искал ответственных за это. Наён знала об этом, пыталась его отговорить, но со временем сдалась, потому что брат уверенно заявил, что не отступит от своей жажды мести.

После трагедии с ними стала жить их тётка, к тому времени уже оказавшейся вдовой. Она продала свой дом, детей отправила на помощь на соседнюю ферму, а сама стала работать в городской конюшне. Таким образом они втроём смогли заработать достаточно денег, чтобы восстановить утраченное имущество и прожить до того момента, на котором встретила их Джейн. Однако в доме сейчас жили только брат с сестрой — тётя не так давно сильно заболела и ушла из жизни.

Чонгук рассказал, что они с сестрой очень любили читать. Она до сих пор увлекалась любовными романами, а он безумно любил книги про приключения ковбоев и бандитов. После того, как они стали жертвами этих «героев», брат с сестрой вместе сожгли эти книги.

Чонгуку было только двенадцать, когда они лишились родителей. Мальчик уже тогда думал о том, чтобы заставить этих людей заплатить за то, что они сделали.

Их мама любила рассказывать им про белого оленя, которого она видела в своём детстве, когда была на охоте со своим отцом. Дедушка лишь смеялся с этой истории, но не опровергал её, поэтому Чонгук искренне верил в существование этого мифического существа.

— Она говорила, что тем, кто его увидит, будет сопутствовать удача всю жизнь, — без эмоций поделился Чонгук, когда они сидели на крыльце его дома после нападения бандитов. Джейн молча слушала его, вглядываясь в звёзды. — Потому что она считала, что с ней так и произошло. Она встретила отца, которого очень любила, и у неё родились здоровые дети.

Именно под этой байкой они с сестрой стали скрывать секрет о том, что Чонгук надолго уезжал из дома. Будто он искал этого оленя. Тётя верила им и лишь грустно улыбалась.

— Она не говорила, что считает это глупостью, — прошептал парень. — Она всегда относилась к нам с нежностью и осторожностью, словно то, что произошло, сильно сломало нас, и любой упрёк с её стороны мог обернуться трагедией с нашей.

Когда он привёз Джейн домой, он снова уехал «за белым оленем» и случайно наткнулся на убежище банды, в которой состоял Ханбин. На него напал один из бандитов, и Чонгук выстрелил ему в ногу, что позволило ему сбежать оттуда. Он пытался скрыться в лесу, путал следы, но, как оказалось, всё было тщетно.

— Он сказал, что забыл про неё, — прошипел Чонгук, устало проводя рукой по лицу. — Если бы я не приехал туда, ничего этого бы не случилось.

— Но оно случилось, и мы можем только мириться с последствиями, — сказала ровным голосом Джейн. Она не намеревалась ухудшить настроение парня этими словами, но и не была способна сказать что-то позитивное. Она как никто знала о том, как сложно жить с тем, что уже сделано. Она взглянула на Чонгука и кивнула: — Мы вернём твою сестру. Я сделаю всё, что могу, чтобы помочь тебе.

Парень ничего не ответил, лишь коротко кивнув.

Когда она спросила про то, что связывало его сестру и Ханбина, он сжал кулаки.

— Долгая история. Он был в городе проездом с бандой. Как оказалось, всё время они планировали ограбление. Он даже ночевал у нас. — Чонгук тяжело выдохнул. — Они напали на банк в городе, убили несколько людей. Мы были тогда в аптеке вместе с Наён, покупали лекарства для тёти. Он пытался забрать её с собой, но она отказалась.

— И он не пытался забрать её силой? — спустя несколько секунд молчания спросила Джейн.

Парень закачал головой.

— Нет. Наён сказала мне, что он поклялся, что заберёт её с собой «в следующий раз».

На следующее утро Джейн не уехала. У Чонгука начался жар, а в доме не оказалось необходимых лекарств. Несмотря на то, что она пообещала ему, что поможет отыскать сестру, он не сразу вручил ей деньги на лекарства. Джейн не винила его в этом.

— В городе есть парень, — сказал он, опираясь на комод рядом и всё ещё держа деньги в руках. — Друг. Он заядлый игрок, а потому знает почти всё о тех, кто приезжает в город. — Заметив вопросительный взгляд Джейн, он объяснил: — Ханбин не будет прятать Наён там же, где я их нашёл. Наверняка, у него есть своё убежище. Я должен выяснить, где оно находится.

— Ты собираешься в таком состоянии ехать в город? — Джейн выставила ладонь вперёд. — Я тебя никуда не отпущу. Давай деньги. Как зовут этого друга?

Чонгук нахмурился, но вручил деньги девушке.

— Джексон, — выдохнул Чон. — Он не будет разговаривать об этом с дамой, чтобы не подвергать тебя опасности.

Рыжая слегка усмехнулась.

— Что ж, ему придётся. — Самостоятельно убедившись, что суммы хватит на лекарства, она снова подняла взгляд на него. — Мне нужно ещё что-то знать о нём? Он не попросит денег за информацию?

Чонгук присел на кровать.

— Нет. Скажи ему, что ты от меня.

* * *

Она привязала лошадь к одному из небольших столбов рядом с салуном и погладила морду животного. Джейн не могла перестать думать о том, что в дом могли вернуться бандиты. Украсть скот, драгоценности и деньги или поджечь дом, обнаружив в нём живого, но уставшего Чонгука.

Тот пообещал, что в следующий раз не будет сдерживаться. Как только он увидит Ханбина, он без раздумий пристрелит его.

Сейчас нужно было сосредоточиться на том, чтобы убедить знакомого Чонгука поделиться информацией. Она попыталась заверить себя, что всё будет в порядке.

Здесь пахло потом, самогоном и мужчинами, и Джейн невольно скривилась. На неё постоянно оглядывались, прожигая взглядами, не предвещающими приличных мыслей, но как только глаза незнакомцев опускались на её талию, они вряд ли оставались уверенными в том, что смогут затащить девушку в постель — револьвер Чонгука в кобуре на поясе справлялся со своей работой на отлично.

Джексон был самым молодым постоянным посетителем этого заведения, но его возраст никак не мешал быть лучшим игроком в блэкджек во всём городе. Как рассказал ей Чонгук, его приятель всегда старался быть первым во всём, что начинал. А ещё он был очень самолюбивым. Джейн ненавидела таких людей, но не могла позволить себе оставить это дело из-за своих личных чувств.

Чонгук был уверен, что Джексон знает о местонахождении лагеря Ханбина: игрок общался с теми, с кем не следует, чаще, чем с людьми, с которыми это делать следовало бы. Парень всегда выходил сухим из воды, ведь был хорош в хитростях не только в картах.

Сегодня ей повезло: она приехала, как раз когда парень курил в одиночестве на балкончике на втором этаже перед тем, как приступить к игре. Мужчин, решивших потягаться с ним в покер, она уже заметила за круглым столиком, но они даже не обратили на неё внимание, когда Джейн закрыла за собой дверь, избавив их от лишних ушей. Брюнет оказался старше, чем она предполагала. Смазливое личико делало за него всю работу — рыжая теперь поняла, почему, по рассказам Чонгука, дама любого возраста была готова провести с ним столько времени, сколько он только захочет.

— Я от Чонгука, — прежде чем парень успел подать голос, произнесла девушка. Джексон усмехнулся, оглядев Руби с головы до ног. Револьвер в кобуре быстро привлёк его внимание, но, казалось, только позабавил, нежели запугал. — Он сказал, что ты знаешь, где может скрываться Ханбин.

— Как такой ангел мог насолить этому идиоту? — Джексон облокотился одной рукой о перила. Он слегка сощурил глаза, задержав свой взгляд на шее девушке дольше, чем стоило.

— Так получилось, что я должна Чонгуку. — Джейн поджала губы, приподняв подбородок. — Но он не смог прибыть в город. — По глазам парня стало понятно, что ему больше не потребовалось объяснений. Он снова затянулся сигаретой и отвёл взгляд на грязную улицу города. Руби же удивило то, как быстро он поверил ей. Внимательно наблюдая за ним со стороны, она продолжила: — Он сказал, что я могу найти тебя в этом салуне и что ты поймешь, если я скажу, что Ханбин взялся за старое. — Джексон, не переводя взгляд на неё, выдохнул и опустил взгляд на свои ботинки.

— За старое, м? — хмыкнул парень. — А щеночек Чонгук снова вляпался в неприятности, раз пересекся с Ханбином. — Джексон наконец взглянул на Джейн. — Хорошо, я помогу. Милая, но я должен знать, что случилось между вами с Чонгуком.

Девушка приподняла брови. Она не хотела задерживаться здесь, но и вертеть хвостом было не самым лучшим вариантом.

— Это очень долгая история.

— Я готов уделить тебе весь свой день, — улыбнулся парень, и Джейн невольно приподняла уголок губ.

— Может, в другой раз. — Она скрестила руки на груди, посмотрев на свою лошадь, виляющую хвостом, у входа. — Он спас меня. Если бы не он, я бы была уже мертва, а то и ещё хуже. Всё, что тебе нужно знать. — На его губах всё ещё играла улыбка, из-за которой Джейн очень хотелось его ударить. — Где может быть Ханбин?

— Не знаю, — пожал плечами Джексон, заставив девушку нахмуриться. — Но я могу сказать своё предположение.

— Так говори. — Она приложила большие усилия, чтобы не зашипеть.

Он отвернулся и осмотрел горизонт.

— Вчера в салуне играло пару человек. Они называли его имя. — Джейн напряглась, внимательно прислушиваясь к его словам. Парень потянулся в карман и вытащил что-то блеснувшее на солнце. — Идиоты напились настолько, что не успели заметить, как из их карманов исчезло несколько монет.

Джейн взяла протянутую монету и присмотрелась к выгравированному на одной из сторон узору. Золото оказалось подделкой: в каких-то местах краска на монете была стёрта.

— Такими пользовались в Брицбурне. — Джексон кивнул, слабо ухмыльнувшись. — Но город уже давно заброшен. Ты думаешь, он там?

Парень пожал плечами, поворачиваясь к ней лицом и опираясь о перила двумя руками.

— О чём они говорили?

— Город не заброшен. После войны туда перетекло много беженцев, и они немного оживили его. Теперь это Пристань разбойников. — Джейн невольно усилила хватку на монете. Она слышала это название, но не догадывалась, что за ним скрывалась история. — Они говорили как раз про неё. И про Ханбина, который не так давно уехал туда со своими дружками.

Джейн не смогла сдержать язык за зубами, и слова сами слетели с её губ:

— Они не говорили про девушку?

Джексон взглянул на неё любопытным взглядом, чуть склонив голову.

— Нет. Я не слышал ничего о девушке. — Он не отводил взгляд, поэтому Джейн сама отвернулась. — И даже никакого «спасибо»?

Девушка остановилась у двери.

— Я не люблю выражать благодарность ещё до того, как всё сделано. — Она повернулась к нему и заметила, как взгляд парня быстро метнулся откуда-то снизу к её глазам.

— Понимаемо, — он ухмыльнулся, пожав плечами. — Но за монетку можно было бы и поблагодарить.

Джейн опустила взгляд на поддельное золото в пальцах и сжала вещь ещё сильнее.

— Пожалуй, да. Спасибо.

* * *

Она не задерживалась в городе. Как только лекарства были куплены, Джейн залезла на лошадь и вернулась на ферму, пытаясь убедить себя, что, если она не видит дыма на горизонте, значит, Чонгук в порядке.

Спрыгнув с лошади и завязав узел на коновязи, она забрала лекарства из сумки на седле и быстро взбежала по лестнице в дом. Парень встретил её прямо на диване у входа. Он облокачивался о ручку дивана, положив голову на руку. Тряпка и ведро с водой, которое Джейн набрала для него, похоже, остались в его комнате. Когда их взгляды встретились, в его глазах загорелся огонёк.

— Джейн, — выдохнул он. Его голос звучал так, словно у него было больше поводов волноваться о её безопасности, чем у неё волноваться о нём.

Девушка подошла ближе и поставила два пузырька на стол перед ним.

— Тебе стало легче? — спросила она, потянувшись ко лбу парня. Тот оставался тёплым.

— Немного, — Чонгук скривился, двигаясь на диване. Находясь так близко к нему, она почувствовала запах алкоголя от его дыхания. Парень пытался притупить боль как только мог.

— Ты должен лежать в кровати, — выдохнула Джейн слегка раздраженно. Она не могла отрицать, что какая-то её часть очень волновалась за него.

— Ты что-то узнала? — спросил он, несмотря на её недовольство. Конечно, он не успокоится, пока его сестра не будет рядом с ним. Судя по его уставшим глазам и состоянию этим утром, он не спал ночью.

Джейн сглотнула, открывая один из пузырьков на пути к кухне. Вернувшись со стаканом воды в руке, она вручила тот ему. Парень скривился от запаха, и Руби проглотила слова о том, что запах этой настойки — это не самое худшее, что ему предстоит.

— Да. Но сначала выпей. — Она поставила руки по бокам, смотря на то, как Чонгук наклонил голову назад. Его кадык несколько раз дёрнулся, и он глухо прорычал. Джейн достала из сумки монету, наклоняя её ближе к парню. — Джексон украл у кого-то в салуне, кто говорил про Ханбина.

— Они с Пристани, — пробормотал Чонгук. Джейн сжала губы. Почему-то то, что она не знала нынешнее название города, задело её гордость. — Он сказал, что Наён тоже там?

— Он ничего не слышал про девушку, — вздохнула она, скрестив руки на груди. — И он не знает точно, находится ли Ханбин там сейчас. Насколько я поняла, парни говорили про то, что он туда приехал.

Чонгук опустил руку, крепко сжав монету.

— То есть это только догадки.

— Я поеду туда, — заявила она, тут же привлекая внимание парня. Он смотрел на неё так, словно это не было очевидным. — Надо проверить, там ли Наён.

— Тебе нельзя ехать туда! Я не могу отпустить тебя одну, — нахмурился он.

Джейн невольно сжала кулаки.

— Чонгук, я не могу здесь оставаться. За мной... тянется кровавая дорожка, и я очень не хочу запачкать в ней тебя. Я хочу закончить с этим делом как можно быстрее.

Тот сглотнул, опустив взгляд на свои ноги.

— Ты можешь просто уехать, — пробормотал Чонгук. — Ты не обязана мне помогать. Я спас тебя тогда не для того, чтобы оставить у себя в должниках.

Она услышала нотку какой-то печали в его голосе. Словно он, несмотря на свои слова, не хотел, чтобы она бросила его. У него, должно быть, снова поднималась температура. Он точно бредил.

— И всё же, — она вздохнула, — я твоя должница. Поэтому дай мне тебе помочь.

— А у меня есть выбор?

К своему удивлению, Джейн слабо улыбнулась.

— Думаю, нет. — Она взглянула на его бедро. — Когда мы с Наён вернёмся, взгляну на твои швы ещё раз.

Она попыталась вместить всю решительность, на которую она была способна сейчас, в эти слова.

Джейн поехала к Пристани уже через час. Перед этим она снова поменяла воду Чонгуку и убедилась, что ему не стало хуже. Небо было чистым, солнце к тому времени висело прямо над головой, поэтому Чонгук предложил ей надеть его светло-коричневую шляпу.

Дорога заняла около трёх часов; большую часть она преодолела шагом на лошади. Джейн не хотела сильно утомлять кобылу, потому что день был действительно жарким.

Город выглядел разбито. Некоторые здания, в которых, похоже, остепенились люди, были отремонтированы только наполовину, а остальные и вовсе стояли в руинах. Хотя их было не много: большую часть сооружений жители пустили в ход. Над входом в магазин оружейника висела доска с соответствующим названием, возле здания напротив кружилось много девушек в нижнем белье, что навело на мысль о борделе, а, подъезжая ближе, она смогла разглядеть поверх пендельтюра несколько столов, мужчин за ними и барную стойку. Возможно, это здание совмещало в себе сразу два лучших развлечения современного мужчины.

Джейн потянула поводья на себя, останавливая лошадь, и оглянулась. Домов было слишком много, чтобы проверять, где может скрываться Ханбин. Название нынешнего города не придавало уверенности в том, что её не вышвырнут с порога при помощи пули.

Она зацепилась взглядом за одну из девушек, стоящую у окна предполагаемого дома удовольствий. В её пальцах была сигарета. Джейн спрыгнула с лошади и повела её за собой.

— Ты можешь мне помочь? — спросила она, подойдя ближе.

Девушка окинула её оценивающим взглядом снизу вверх и чуть повернулась в сторону, будто намеренно показывая, что не имеет ни малейшего желания разговаривать с незнакомкой.

— Ты знаешь Ханбина? — продолжила Джейн, когда та ничего не сказала.

Девушка снова взглянула на неё и фыркнула.

— Зачем он тебе понадобился?

Значит, он и правда здесь вертится. Джексон не обманул.

— Незаконченное дело, — лишь ответила она. Ложь только наполовину. — Мне нужно найти его. Он живёт в этом городе, так?

Девушка снова затянулась сигаретой и выдохнула дым прямо в лицо Джейн.

Её мысли метались с такой бешеной скоростью, что она даже вспомнила старые деньки в банде, когда ей приходилось импровизировать в ситуациях, в которых она была либо отвлекающим манёвром, либо в которые попадала из-за глупости остальных членов. Однако до этого ей пришлось быть проституткой, поэтому манипулировать людьми к тому времени она уже научилась.

Джейн потянулась к правому уху. Отщёлкнула застёжку серьги. Затем проделала то же самое с украшением на левом ухе. Она крепко сжала серьги в ладони и протянула их девушке.

— Мне очень нужна твоя помощь, — прошептала она, сделав шаг ближе.

Та смотрела на её руку, не скрывая любопытства. Сердце Джейн пропустило удар. Эти серьги были последней вещью, что у неё осталась после ограбления банды. Когда её схватили бандиты, они сняли их, но Чонгук обыскал все сундуки в их небольшом лагере и благородно вернул эти серьги обратно хозяйке.

Брюнетка сдалась. Она забрала золотые серьги и спрятала их в карман своих панталонов.

— Он в доме мёртвого мэра. Там. — Она кивнула куда-то вправо, и Джейн оглянулась.

На самом деле, дальше по улице возвышалось двухэтажные здание, которое сохранилось лучше остальных. Несколько окон были разбиты, но остальная часть была в относительном порядке.

— Он не один. — Девушка подняла глаза с револьвера на бедре Джейн, когда та вернула взгляд на лицо второй.

Джейн лишь кивнула. На «спасибо» у неё не хватило сил и гордости. Она лишилась большей части своих денег.

Она привязала лошадь к дереву недалеко от Пристани, и ещё раз осмотрела дом издалека. Два этажа, высокий парень у двери, — скорее всего, охранник — мелькающие фигуры в окне на втором этаже справа. Джейн не знала, сколько их там может быть. Пять, десять? Больше? Внезапно идея идти туда в одиночку стала не такой привлекательной.

Она могла притвориться. В доме Чонгука они её не видели, поэтому не смогут узнать. Джейн сняла шляпу и широкий ремень с талии, убрала прикреплённую к нему кобуру, повесив её на седло. Она отстегнула пуговицы блузки до груди и распустила волосы.

Чонгук рассказывал, что у Ханбина была низкая толерантность к алкоголю. Бывало, что он приходил на свидания с Наён пьяным, хотя утверждал, что выпил лишь стакан виски. Джейн не знала, избавился ли он от этой привычки, могла только догадываться и рисковать. Чонгук описал его внешность так детально, насколько мог, поэтому она знала, за кем охотиться — хотя бы в этом у неё было преимущество. В основном, она полагалась на то, что, скорее всего, Ханбин будет находиться рядом с Наён. В этом случае ей повезёт больше.

Джейн погладила морду лошади и прошептала:

— Пожелай мне удачи.

К сожалению, лошадь ничего не ответила. Лишь лениво моргнула.

Она спустилась обратно в город и направилась к большому дому. По колоннам ползли большие виноградные лозы, балкон и ветхие стены покрылись мхом, окна первого этажа были закрыты тёмно-синими ставнями, а стекла в окнах на втором этаже — разбиты. В одном из них она заметила немного света. Из другого Джейн услышала приглушённый знакомый голос. Женский голос. Наён.

Она немного успокоилась. Она нашла её. Теперь осталось лишь забрать сестру Чонгука как можно дальше отсюда.

Сторож сделал шаг ближе ко входу, загородив ворота своим большим телом. Джейн мило улыбнулась ему, пытаясь не обращать внимание на винтовку у него в руках.

— Привет, — промурлыкала она. — Мне нужно отдать кое-что Ханбину. Он забыл это у меня, когда был в последний раз.

Она игриво покачала ремень в ладони.

Бандит долгим взглядом провёл по её фигуре, задержавшись на открытой груди. Джейн обрадовалась, что оказалась права. Мужчины такого рода не думают мозгами.

— Он сейчас занят, — угрюмо ответил тот. — Можешь попробовать зайти позже.

Джейн надула губы. Ей придётся быть надоедливее, чтобы получить то, что она так хочет.

— К сожалению, я не могу позже. — Она сделала шаг ближе. Бандит усилил хватку на оружии, но всё ещё не стал угрожать. Джейн наклонилась к его лицу и попыталась не скривиться от резкого запаха алкоголя и табака. — У меня много клиентов. Но знаешь, если хочешь, я могу освободить для тебя время. Спроси у хозяйки про Матильду, — Джейн наклонила голову, — и она тебя отведёт ко мне.

Она и забыла, насколько нежно может звучать её голос.

Её сердце затрепетало ещё сильнее, когда она заметила, как занервничал бандит. Парень был молод, примерно двадцати трёх лет, догадалась Джейн. И выглядел слишком невинно для бандита. Может, именно поэтому она и была такой смелой.

— Матильда?

— Угу, — кивнула она, улыбнувшись ещё шире.

Он опустил оружие и отступил в сторону.

— Спасибо, милый.

Она прошла к входной двери как можно быстрее так, чтобы не сильно вызывать подозрений. Заходя в дом, она потянулась к револьверу, спрятанному в юбке. Если возникнут проблемы, она не успеет достать его так, чтобы не получить пулю. Ей придётся начать хаос сразу, если ей не повезёт.

Джейн подавила желание закашлять от пыли, как только она закрыла за собой дверь. Судя по голосам, все люди были на втором этаже. Помимо зала и коридора на первом — почти пустующем, — этаже были ещё две двери, но она прошла мимо них, направившись сразу к лестнице. Ремень она всё ещё держала во второй руке.

Джейн пыталась вспомнить, из какого окна она услышала голос Наён. На этаже было три двери, одна из них — открыта. Как раз из неё доносилось несколько мужских голосов, поэтому она заглянула в другую. В комнате был лишь комод и ветхая кровать без матраса. Набрав в лёгкие побольше воздуха, она открыла вторую дверь.

Комната была больше, чем прошлая. В ней было три окна, стёкла в двух из них сильно разбиты. Наён стояла прямо возле высокого комода, с которого во многих местах уже слезла краска, повернувшись к двери спиной. Она была в той же одежде, что и вчера, когда Джейн её видела в последний раз. Это немного успокоило. Она была в порядке. По крайней мере, в физическом плане.

Ханбин, стоящий рядом с девушкой, услышал открывшуюся дверь раньше неё, поэтому оружие Джейн тут же взлетело вверх.

— Двинешься, и я пущу пулю тебе прямо в лоб, — негромко предупредила она.

Наён повернулась на голос, и её глаза резко расширились.

Из бандита вырвался смешок, и он поднял руки.

— Я вижу тебя в первый раз, но ты уже грубишь мне. — Он слегка наклонил голову. — Как ты сюда попала и не привлекла внимание моих людей?

«Моих людей». То есть он — главный в их банде? Или вместе с этими людьми хочет забрать власть? По рассказам Чонгука, когда Наён встретила его, он был лишь прихвостнем. Впрочем, ей было это неинтересно.

Голова раскалывалась от адреналина, бушующего в крови.

— Ты отпустишь её. — Джейн качнула револьвер в сторону Наён. — И мы разойдёмся, словно никогда и не встречались.

Ханбин улыбнулся.

Джейн успела спустить курок, но пуля улетела в потолок, когда бандит одним движением оттолкнул от себя Наён и схватил карабин, лежащий на столе рядом. Ханбин ударил её прикладом куда-то в шею. Наён закричала, а затем Джейн услышала звон разбившегося стекла. Когда она открыла глаза, сестра Чонгука помогала ей подняться на ноги. Ремень выпал у неё из ладони.

— О Господи, Джейн, пожалуйста, быстрее, — повторяла она. — Быстрее. Быстрее.

— Ты в порядке? — спросила вторая.

Наён посмотрела на неё ошарашенным взглядом.

— Да, но...

Ей не нужно было повторять. Она уже слышала шаги.

— Бери ружье, — быстро пробормотала Джейн. — И прячься.

Она забежала за дверь, подтолкнув Наён к комоду. Та присела на корточки, кое-как спрятавшись за ящиком и потянулась к карабину на полу. Джейн взглянула на наверняка мёртвое тело рядом и тяжело сглотнула. То, что ещё пару секунд назад было бутылкой, лежало осколками у головы Ханбина. Один из них застрял в шее бандита, уже залитой кровью.

Когда в комнату ворвались остальные, Джейн думала, что она оглохнет. Её пули попали как минимум в затылки двух, бандиты падали один за другим, как костяшки домино. В тело третьего попала Наён, пуля пришлась куда-то в бедро, но он забежал в комнату, уже повернувшись в сторону Джейн. Та успела выстрелить первой.

Когда шум прекратился, она опёрлась о кровать, чтобы не свалиться на пол от головокружения. Всё развивалось слишком быстро.

Джейн первым делом взглянула на Наён.

— Ты в порядке? — В ушах всё ещё звенело, она не расслышала собственный голос.

Она наблюдала за тем, как быстро поднималась её грудь, как бешено метались её глаза от одного тела к другому.

Джейн заставила себя встать на ноги и приблизиться к Наён. Она села на колени напротив неё и схватила за руки.

— Эй, эй, Наён, смотри на меня. На меня. — она сжала чужие ладони в своих. — Мы живы. Они не попали в тебя? Пожалуйста, смотри на меня.

Наён покачала головой. Её глаза наполнились слезами, лицо, испачканное в каплях крови, покраснело.

— Нет, нет. Я в порядке, — пробормотала она, громко всхлипнув.

— Ты молодец, — прошептала Джейн, не отводя взгляд с глаз Наён. — Ты спасла нам жизнь, Наён.

Девушка кивала, но Джейн знала, что она совсем не рада этим словам.

Они услышали шаги, и рыжая тут же подхватила ружье с пола. Когда в комнату ворвался Чонгук со снайперской винтовкой в руках, она закричала:

— Что ты тут делаешь? — выбросив оружие в сторону, она поднялась на ноги. Не удержав равновесие, Джейн схватилась за комод. — Я чуть не выстрелила в тебя!

Тот быстро переступил мёртвые тела и обошёл Джейн, опустившись рядом с Наён. Джейн обречённо вздохнула, вытирая пот со лба и глядя на обнявшего сестру брата.

Она вспомнила лицо бандита, охранявшего двери. Его не было среди тех, кто вбежал в комнату. Чонгук позаботился о нём.

Она не могла поверить, что всё это происходит наяву.

* * *

Она опустилась на колени, не боясь запачкать песком новые брюки. Медленно проведя глазами по имени на деревянном кресте, Джейн наклонилась и положила один цветок с оранжевыми лепестками, который она сорвала недалеко от их дома.

— Извини, что так получилось, — прошептала она. — Но ты был упрямым ублюдком.

Вернувшись сюда после того, как они привезли Наён домой, она волновалась, что может наткнуться на законников, но ей повезло. Дома остались следы постороннего присутствия, — открытые шкафы, перевёрнутые простыни, кровавые следы подошвы на полу в спальне — но ничего не говорило о том, что именно представители закона побывали у них дома.

Тело её мужа так и лежало на полу в засохшей луже крови. Ей пришлось приложить немало усилий, чтобы вытащить его на улицу и закопать в яме, которую она выкопала за ночь. Сев рядом с могилой, она заплакала. Последние два дня за секунду превратились во что-то далёкое и неясное.

Когда слёзы перестали литься из глаз, она прошлась по полю и сорвала первый цветок, который нашла. Странно, но ей хотелось извиниться перед ним. Возможно, он не заслуживал этого, но он был тем человеком, который забрал её из борделя и привёл в банду. Джейн всегда считала его своим спасителем.

Она вытерла пол от крови, чтобы попросить прощения у этого дома, который служил ей безопасным местом три года. Они купили его ветхим и некрасивым, привели в порядок и облагородили его. Купили корову и лошадь. Джейн чувствовала с ним связь, потому что у неё никогда не было настоящего дома.

Она отпустила корову. Забрала деньги из-под половицы под кроватью, куда не рисковала заглянуть сразу после убийства. И уехала прочь.

Джейн не сразу оставила Чонгука с Наён. Она осталась на ночь в их доме, снова позаботилась о ране Чонгука и осталась в кровати вместе с Наён. Девушка долгое время не могла заснуть, и они разговаривали на самые разные темы. Больше говорила, конечно, Наён, ведь её жизнь не была запятнана ужасной матерью, проституцей и жизнью в банде. Ни о чём об этом Джейн ей не рассказывала. Она говорила об их жизни с мужем, немного придумала какие-то детали, но ей понравилось вспоминать настоящие хорошие моменты своей жизни.

Убедившись, что каждый из них в порядке, на утро она уехала.

— Куда ты поедешь? — спросил Чонгук, подойдя к ней у забора. Они подарили ей лошадь. У их знакомого в городе была конюшня, поэтому получить новую для них не было особой проблемой.

Она оглянулась на него, поглаживая морду лошади. Наён сказала, что её назвали Корицей. Джейн понравилось это имя.

— Ещё не знаю, — пожала она плечами.

— Очищать кровавую дорожку, которая тянется за тобой?

Хоть его голос звучал скептически, в его глазах она уловила любопытство.

— Возможно, — усмехнулась Джейн. — Я грешница. Может, пойду в церковь. Стану монахиней.

Чонгук улыбнулся.

— Ну конечно. Очень на тебя похоже.

Чонгук ей нравился, и почему-то мысль, что он считал, что знает её настоящую, вызывала не смех, а только странную радость. Она бы хотела остаться здесь.

— Заботься о своей сестре. И не забывай про себя. Вы очень хорошие люди, — вздохнула Джейн, усаживаясь в седло. Чонгук кивнул несколько раз, скрестив руки на груди. — И я надеюсь, что ты найдёшь убийцу ваших родителей. Ублюдок должен заплатить. — Они снова встретились взглядами, и она заметила, как его кадык дёрнулся. — Только не увлекайся слишком сильно.

Парень не улыбнулся, но кивнул ещё раз.

— Спасибо, Джейн. — Она дёрнула поводья, и лошадь поплелась к воротам, ведущим с фермы. — Удачи.

Джейн оглянулась на него и заметила вышедшую на крыльцо дома Наён. Девушка улыбнулась и помахала рукой. Джейн ответила тем же.

— Спасибо. — Она в последний раз взглянула на Чонгука и кивнула ему. Пустив лошадь галопом, она направилась обратно домой.