гниль и копии
Тяжёлый воздух коридоров Юэй висел как предвестник грядущей бури. Айзавa, устало опершись на стену, наблюдал за троицей — Сатору, Фёдором и Хино — которые в этот момент сидели на скамейке у раздевалки, погружённые в своё молчание. Их аура сразу же привлекала взгляды остальных учеников, которые сторонились их, словно от загадочных и опасных существ.
Вдруг из-за угла вынырнул Монома — с ухмылкой, которая сразу говорила: «Вот сейчас будет весело».
— Ну, ну, ну, — протянул он, медленно подходя к Фёдору. — Вот это настоящие психи. Вы что, реально думаете, что вас тут кто-то уважает? Даже если вы трое сошли с ума вместе, это не делает вас героями.
Фёдор поднял голову, пристально глядя в глаза Мономе, без намёка на страх или раздражение.
— Почему ты так уверен, что я хочу от тебя уважения? — тихо спросил он.
— Потому что ты всё время так серьёзен, — парировал Монома. — Психоз, но без веселья. Скучно.
Айзава, заметив накал ситуации, шагнул вперёд:
— Монома, хватит. Не стоит искать врагов там, где их нет.
Но Монома уже стоял рядом с Сатору, поднимая руку, словно решив скопировать силу.
— Эй, Сатору, дай-ка попробовать твою «Шестую Повязку» или как там она у тебя называется. Может, я тоже стану круче?
Троица сразу напряглась. Сатору лениво поднял бровь, будто решая, стоит ли даже обращать внимание.
— Если собираешься попытаться — не удивляйся последствиям, — без тени улыбки ответил он.
Монома ухмыльнулся, но стоило ему коснуться повязки Сатору, как вокруг пронзительно сверкнула энергия. Моному резко отпрянул, закашлялся, а глаза заблестели от неожиданной боли.
— Чёрт... что за…?
Айзава быстро подскочил к нему.
— Я говорил тебе, что это не игрушки! Ты не понимаешь, что ты трогаешь.
Монома, держась за руку, смотрел на троицу с новым, более уважительным (хотя и сквозь зубы) взглядом.
— Ладно, может, вы и не такие уж идиоты... Но я ещё вернусь.
Фёдор, не спуская взгляда с Мономы, прошептал:
— Попытки обмануть судьбу — удел слабых.
Хино, смеясь, хлопнул Фёдора по плечу:
— Вот поэтому мы и лучшие, братан.
Айзава покачал головой.
— Вы трое... сложные. Но я верю, что сможете.
Но остальные ученики уже не слушали. Они шарахались от троицы, шептались, называя их психами и странными. Троица же просто знала: их ждёт ещё много битв — снаружи и внутри.
---
Когда Монома ушёл, злясь, но стараясь не показать этого, в коридоре повисло напряжённое молчание. Другие ученики бросали быстрые взгляды, словно надеялись, что кто-то из преподавателей накажет "этих троих", прежде чем случится что-то взрывное.
И их услышали.
— Что это было? — прозвучал сухой голос.
Айзава стоял рядом с ними, руки в карманах, лицо — каменное.
— Вы. Сообщите мне, кто из вас решил позволить другому ученику активировать свою причуду рядом с потенциально нестабильной техникой?
Сатору пожал плечами.
— Он сам полез. Я даже не шелохнулся. Можно сказать, споткнулся о бесконечность, так сказать.
Фёдор, не отводя взгляда от Айзавы, спокойно добавил:
— Его гордость пострадала больше, чем тело. И, возможно, это полезно для него в долгосрочной перспективе.
Хино, закинув руки за голову:
— Ну он реально нарывался. Мы просто… позволили вселенной сделать своё дело. А она, как ты знаешь, не терпит дураков.
Айзава вздохнул так, как будто устал за троих.
— Вы. Не. В одиночной игре. Здесь школа. А не поле для самовыражения через разрушение и философию. В следующий раз — и вы, и Монома окажетесь на уборке территории до конца месяца. Я ясно выразился?
— До оскорбительно ясно, — буркнул Сатору, но кивнул.
— Принято, — тихо сказал Фёдор.
— А убирать можно втроём? — ухмыльнулся Хино.
Айзава только прищурился:
— Продолжите в том же духе — будете сопровождать весь 1-А с метёлками и философскими беседами про "цену глупости". И Фёдор, если ты ещё раз смотришь на ученика так, что он потом идёт переосмысливать своё детство — я вызываю психолога.
Хино прыснул от смеха. Сатору прикусил губу, чтобы не захихикать.
— Мы исправимся, — сказал Фёдор, хоть в его голосе не было ни грамма раскаяния.
Айзава развернулся.
— Вы пугаете не потому, что сильные. А потому что всем кажется, что вы вообще не понимаете, где находитесь. Постарайтесь не подтверждать это каждый день.
Он ушёл, оставив троих переглядываться.
Хино улыбнулся:
— Ну… у нас, по крайней мере, стабильный уровень тревожности у всей школы.
Сатору:
— Если бы мне платили за каждую испуганную морду… Я бы всё равно ничего не менял.
Фёдор:
— Страх — лишь побочный эффект. Главное, чтобы мы остались собой.
И с этим они отправились на следующий урок, оставляя за собой молчаливую зону недоверия, страха… и лёгкой зависти.