пикап монстер
Чимин устал ужасно и уже конкретно думает сдаться, но стоит бросить взгляд в сторону Чонгука, как это кажется самой глупой идеей. Ради такого не сдаются, серьёзно. Мелкий достал, правда, но Чимин тоже своего добиться умеет, и сколько бы Чонгук ни ломался, Чимин всё равно сильнее. По крайней мере, Пак в этом уверен как никогда, и никого он слушать не будет. Чонгук будет его, и точка. Правда есть одна небольшая проблемка.
Чонгук на его подкаты не реагирует.
От слова совсем.
Никак.
Только фыркает и уходит, иногда сразу игнорирует, иногда посылает, но никогда так, как Чимин хочет, не реагировал. Чонгук вообще тот ещё засранец избалованный и над хёном любит поиздеваться, но Чимин не сдаётся. Если Чонгук не хотел замечать в нём доброго и хорошего хёна, который всегда поможет, всегда пригреет, накормит и успокоит, то Чимин поступит по-другому. Пак покажет, кто тут настоящий альфач, пусть Гук трепещет. Лучше даже под ним. Но до этого надо немного потрудиться.
Нагнуть нагибатора, например.
Вообще, Чимин не совсем понимает, почему нагибатор тут Чонгук, когда ну вот же он, Пак Чимин, главный по прыжкам на всех. И нет, он ни с кем не спит, но в себе уверен на все сто. Ну, может, с Намджуном было бы сложней, но Намджун Чимину и не нужен. Ему нужен Чон Чонгук, мелкая зараза в их группе, которая продолжает вести себя с ним, как ему хочется. И Чимину даже уже не обидно, он привык. Вот только Чонгук довыёбывается и будет потом прощение у Пака просить обязательно.
Чимин уже, правда, перепробовал, если не всё, то почти всё точно. И сам сначала пытался, как обычно девчонок цеплял ещё до дебюта в группе, и все свои положительные стороны демонстрировал, и заботиться старался, и время по максимуму только Гуку уделял, но Чонгук даже бровью не вёл, продолжая развлекаться с Тэхёном. Чимин даже советам в женских журналах следовал, искал помощь на форумах, но Чонгука не брало ничего.
И тут была виной не ориентация, вряд ли та могла сыграть роль, когда перед тобой весь такой офигительный Пак Чимин, готовый тебя нагнуть в любом месте, в любое время и любить до конца жизни. Чимин вообще не понимал, что с ним не так и когда успел так Чонгуку не понравиться. Чимин же прилежно ждал того, когда Чонгук станет если не совершеннолетним, то хотя бы почти, утопая во всех своих грязных и очень грязных мыслях, но тот, приблизившись к этому возрасту и начав получать излишнее внимание со стороны старшего, даже бровью не вёл, смотря на хёна как на дебила или кого ещё похуже.
Зато Тэхён любил ухахатываться над лучшим другом, хватаясь за живот и смеясь до слёз. О том, сколько Чимин продумывал план по заполучению Чонгука, он знает лично, потому что помогал ему, чем мог. Но Чонгук превосходит себя, игнорируя Пака, как только может, и Тэхён только и делает, что заливается с очередной попытки Пака, обречённой изначально на провал. И ему даже немного жалко Мина, но совсем немного, потому что наблюдать за ним гораздо забавнее и интереснее.
А ещё ему тоже интересно, сломается ли когда-нибудь Чонгук.
Чимин уже честно не знает, что делать, и депрессирует последний час сильнее, чем когда-либо, загоняясь грустной музыкой и сладостями, которые им нельзя. Но ему сейчас очень грустно и одиноко, потому что злой Чонгук отшил его уже в тысячный раз, просто проигнорировав. Чимину немного надоело бегать за Гуком, и он растерял уже все идеи, которые только у него были.
Чонгук вредный и противный, но и красивый до чёртиков, повзрослевший, подкачавшийся и такой ахуенный, что Пак уже весь тает только от мысли о Чонгуке. А если представить его запыхавшегося, обнажённого, с растрёпанными волосами, разбросанными по подушке, влажной от пота кожей и блестящими от возбуждения глазами, а ещё исключительно под Паком, стонущего и просящего не останавливаться, с тихим и таким интимным «Хён», срывающимся с губ после каждого сильного толчка, то Чимину становится плохо и дышать нечем. Потому что Чонгук в мыслях ничуть менее ахуительным не становится.
Вот же зараза мелкая.
Чимин обречённо стонет и падает на диван, утыкаясь бездумным взглядом в пол и принимаясь тихо поскуливать. Если он просто подойдёт и признается Чонгуку в том, что тот ему нравится дохрена, то Гук не только его пошлёт, но и посмеяться не забудет. А к высмеянным чувствам Пак просто не готов. Хотя он бы заявил хоть на весь мир, что Чон Чонгук только его и любит он его до безумия, только Чонгук не его и агентство этого не одобрит совсем.
«Трахайтесь хоть между собой, только без свидетелей и выходок, парни. Иначе пиздец обеспечен нам всем.»
И Чимин бы трахался без выходок и как раз с одним таким вот замечательным Чон Чонгуком, только тот явно Пака не хочет. А зря. От многого отказывается паршивец, даже не попробовав. Чимин уверен, что секс с ним был бы определённо лучшим в жизни Чонгука. Да что там лучшим, самым нереальным и крышесносным как минимум. Чонгук, правда, зря не пытается подумать об этом и на него внимание обратить, всё ещё мечтая о девчонках и разгульной взрослой жизни.
Хотя Чимин не уверен, что у того эта жизнь раньше положенного не началась уже.
Чимин скользит по комнате бездумным взглядом, ему грустно и тоскливо, и он даже не пытается из этого состояния себя вывести. Чонгук, который сидел здесь ранее, а теперь ускакал играть в приставку с Хосоком, загадочно улыбался, листая что-то в телефоне, и на Мина внимание снова не обращал. А ещё он читал перед этим какой-то журнал, и Пак без особого интереса поднимается и берёт его в руки, возвращаясь обратно на диван и растягиваясь по нему.
Журнал с кучей сплетен о знаменитостях, рекламой и непонятными статьями, которые, в принципе, ни о чём. И когда Пак уже думает снова впасть в депрессию, то натыкается на интересный разворот, тут же оживляясь и скользя по нему хищным взглядом.
Журнал предлагает простой способ завлечь девушку, просто применив пикап. И Чимин думает, что он болван, раз такое ещё не пробовал. Правда, в пикапе он почти ничего не смыслит, потому что считал это дело глупым до недавних пор, а пары фразочек, данных для примера, ему не хватит. Но у него есть интернет и целая ночь, чтобы узнать об этом поподробнее.
Чимин уже видит, читая приведённые фразы, как Чонгук тает и понимает, каким был глупцом и от чего отказывался всё это время. Чонгук определённо будет его. И главный помощник в этом Чимину — пикап.
***
Они толпятся в гримёрке, готовясь к выступлению, и спокойно дают себя привести в божеский вид, пялясь в телефоны или досыпая положенные часы. Чимин следит за парнями внимательным взглядом, смотря то, кто чем занят, и старается особо не дёргаться, позволяя корди-нуне уложить свои волосы.
В комнату заходит накрашенный и переодетый Чонгук и садится рядом с дурачившимся Тэхёном на диван, тут же подключаясь к тому, что происходит, и с интересом наблюдает за старшим. Чонгук с зачёсанными чёрными волосами, в облегающих стройные подкаченные ноги кожаных штанах и свободной футболке выглядит неотразимо, и Чимин решает действовать, глубоко вдыхая и стараясь унять лёгкое волнение.
— Эй, Чонгук. — Чимин звонко окрикивает младшего и ждёт, пока тот повернёт к нему голову и посмотрит своими тёмными глазами, а затем растягивает губы в хитрой улыбке и старается сделать голос как можно соблазнительней. — Как там рай, когда ты уходил? Должно быть, было больно падать с небес.
Чонгук смотрит на него непонимающе пару секунд и пытается догнать то, к чему клонит рыжий, но это очень похоже на неумелый подкат, и Чонгук лишь выгибает бровь в ответ и отворачивается, решая лучше игнорировать, чем этот бред слушать. Тэхён готов поклясться, что ещё бы чуть-чуть и точно сполз от смеха под стол, и бьётся в конвульсиях, пока остальные кидают на Мина непонимающие взгляды. Тэхён также думает, что ближайшее время от Чона не отойдёт ни на шаг, потому что такое пропустить просто нельзя. Чимин и пикап — лучшее сочетание.
— Чимин, ты с чего вдруг решил к Гуку подкатить? — Хосок тихо посмеивается, смотря на Пака с лёгким прищуром, и пытается понять, когда рыжий успел последние мозги растерять.
— Просто выглядит он совершенно нереальным, я и подумал, что явно к нам ангел с небес спустился.
Тэхён сгибается в новом приступе хохота, а Чонгук вымученно стонет и закатывает глаза, мысленно желая Чимину где-нибудь потеряться. А потом вернуться, когда над своим поведением подумает, и больше таких дурацких комплиментов не делать.
Никогда.
***
Чимин крутится дома и что-то активно ищет, игнорируя все попытки ребят выяснить, что ему нужно. Наконец, Чимин с победным визгом вытаскивает с полки нужную книжку и быстро принимается листать страницы, скача взглядом по надписям. И когда находится то, что нужно, быстро подрывается в комнату к Чонгуку, хитро сверкая глазами и для приличия всё же стуча пару раз по двери.
Намджун с интересом следит за ним из гостиной и взглядом спрашивает у сидящего напротив Хосока, в чём дело, на что тот лишь пожимает плечами и двигается ближе, выглядывая в коридор и принимаясь следить тоже. Тэхён очень удачно выруливает из душевой и удивлённо застывает на месте, когда видит вытянувшихся на своих местах ребят, и любопытно устремляет свой взгляд на Пака, нервно топчущемуся у двери. У него весёлое предчувствие и улыбка уже сама собой расползается по лицу, хотя рыжий ещё ничего не сказал, но Тэхёну уже кажется, что он даже знает, что это будет.
Чонгук распахивает дверь и с удивлением смотрит на Пака со словарём в руках и пафосно облокачивающегося о косяк. Тот поднимает на Чона лукавый взгляд и растягивает губы в лёгкой ухмылке, откидывая волосы назад излюбленным жестом.
— Тебе что-то нужно, Чимин?
— Я посмотрел в словаре синоним слова «прекрасный», Чонгук, твое имя там тоже было. — Чимин хмыкает и поднимает словарь в руках чуть выше, демонстрируя Чону обложку, и ждёт ответа, но Чонгук только удручённо вздыхает и захлопывает книжку, забирая её из рук парня и закрывая прямо перед его носом дверь.
Чимин обиженно фыркает и вычёркивает очередную запись в своём блокноте, разворачиваясь и направляясь к себе обратно в комнату. Чимин думает об очередной фразе и совсем не видит три смеющихся взгляда, хлопая дверью и падая на кровать.
Зато остальным очень весело и в том, что Чимин втюрился в Гука, не сомневается никто. И это должно быть странно, но все только дальше хотят посмотреть за подкатами старшего и мысленно делают ставки на его проигрыш, поддерживая как истинные друзья.
***
У них съёмки на улице для альбома, и фотограф, наконец, объявляет перерыв на перекус. Мемберы толпятся у стола с едой и рассаживаются на импровизированные сидения, с удовольствием принимаясь поглощать еду. Им весело и только в удовольствие фотографироваться, тем более, когда концепт нравится всем, как и их внешний вид.
Чонгук садится рядом с Чимином не специально, а просто потому, что там место свободное есть и много к тому же, и спокойно принимается есть рис с какими-то добавками, а Чимин думает, что это знак и, вытерев рот салфеткой, откладывает палочки в сторону и поворачивается к Чону. Чонгук не обращает на него никакого внимания, пребывая в своих мыслях, но когда плеча касается чья-то рука, то из мыслей выныривает и поднимает на Пака вопросительный взгляд.
— Эй, Чонгук, здесь действительно жарко, или это ты такой горячий?
— На улице 25 градусов, Чимин, и жарит солнце, подкат не удался.
Чимин обиженно фыркает и отворачивается, принимаясь молча доедать то, что осталось. Он смотрит на чистое небо и высоко висящее солнце и фыркает, думая, что лоханулся круто.
«И почему ты такой неудачник?» — думает Мин и снова теряет из виду смех друзей и непонимание в глазах стаффа.
***
Они репетируют уже больше трёх часов, прогоняя танцы один за другим перед концертом, и даже не думают взять перерыв, танцуя до изнеможения. Все выглядят далеко не лучшим образом, уставшие и вспотевшие, но на это нет сейчас никому никакого дела. Тренер добродушно даёт им минутку на то, чтобы глотнуть воды, и включает кондиционер посильнее, сам уже задыхаясь от духоты.
Чимин устало падает на паркет и жадно глотает воду, отказываясь делиться с прилипшим Тэхёном. Тот потом выхватывает бутылку сам и допивает её до конца, вытягивая гудящие от напряжения ноги и блаженно прикрывая глаза. Чимин скользит взглядом по участникам и останавливается на Чонгуке, устало переговаривающимся с Юнги и обмахивающим себя краями собственной футболки. Она вся мокрая, неприятно липнет к телу, наверное, да и сам Гук выглядит потрёпанным и не выспавшимся, но Чимину этот изнеможённый вид парня даже нравится. Он ждёт, пока Чонгук закончит и, когда получает команду снова заниматься, подскакивает и подходит к Гуку, скрещивая руки и окидывая его внимательным взглядом.
— У меня что-то с глазами — я не могу оторвать их от тебя.
— Если ты про мой внешний вид, то не засчитано, умник. — Чонгук хмыкает и отходит от Пака подальше, кидая на него укоризненный взгляд и занимая свою позицию. Чимин немного не понимает, что не так сказал, и тяжело вздыхает, кивая самому себе и становясь туда, где начинает танцевать.
Чонгук всё равно будет его, пускай и дальше ёрничает в ответ, но от судьбы никуда не убежит.
***
У них небольшой отдых сегодня вечером и никакого расписания завтра с утра, поэтому они радостно торчат в общаге и набираются сил. Чонгук спокойно смотрит телевизор в гостиной с Хосоком на пару и ест приготовленный Джином сэндвич, посмеиваясь с действий в шоу. Хосок хохочет гораздо громче, но потом вдруг подрывается с места и бежит к трезвонящему в комнате телефону.
Тогда Пак, скидывая звонок, и решает действовать, выходя из комнаты и двигаясь в сторону Чона.
Он не спеша проходит перед телевизором, загораживая собой происходящие действия, и ловит недовольный взгляд Чона, хитро усмехаясь и поворачивая к дивану. Чонгук снова погружается в происходящее и, когда на коленку ложится тёплая ладонь, сначала не понимает, что происходит, а затем вопросительно выгибает бровь, поворачивая к Паку голову.
— Чонгук, ты веришь в любовь с первого взгляда или мне пройтись еще раз?
— Мы знакомы с тобой с времён трейни, какой первый взгляд, Чимин?
«Точно,» — мысленно добавляет Пак и руку резко отдёргивает, вскакивая с места и скрываясь с места преступления. Хосок, удивлённый, возвращается обратно и садится на прежнее место, не понимая, что Чимину вдруг так понадобилось и куда он в итоге смылся. Но Пак в последнее время вообще странный, так что Хосок, наверное, спросит у него чуть позже, а пока шоу гораздо интереснее.
***
Они сидят в их гримёрке и ждут своей очереди на выступление в очередном музыкальном шоу. Никто особо ничем не занят, просто просаживая время так, как ему удобно, и Чимин устало окидывает ребят взглядом и съезжает по сидению вниз. За то, что он портит свою уложенную причёску, ему ещё влетит, но Паку скучно и делать абсолютно нечего. Он цепляется взглядом за ходящим туда-сюда по комнате Гуком, и следит за ним неотрывно, думая, в принципе, ни о чём.
Чонгук наматывает круги, потому что уже ужасно устал сидеть на одном месте, и тихо напевает какую-то попсовую песню себе под нос, услышанную минутами ранее. Взгляд на себе он чувствует, но старается привычно игнорировать, иначе опять нарвётся на что-нибудь. Но Чимин явно ждать не собирается и, выпрямившись, откашливается и поднимает на Гука горящий взгляд.
— Чонгуки, ты случайно не английская королева? У тебя просто королевская походка!
Чонгук удивлённо замирает на месте и смотрит на Пака как на сущего идиота, решая даже ничего не отвечать и быстро затыкая себе уши наушниками. Чимин на это обиженно дуется и делает то же самое, думая, что его искренний подкат никто всерьёз не воспринимает.
А надо бы и очень зря.
***
Чимин ёжится от сильного ветра и недовольно смотрит на часы, возвращая взгляд потом снова на дорогу. С их машиной что-то случилось, и теперь они, вместо того, чтобы после выступления спокойно спать у себя в общаге, торчат здесь и ждут их менеджера. Никто в этом, в принципе, не виноват, но обидно всем, да и прохладно вечером к тому же.
На них лёгкие куртки, рассчитанные на более тёплое время года и никак не на ожидание машины ночью, и жуткая усталость во всех мышцах. Чимин жмётся к Тэхёну, потому что так теплее и удобнее, и витает где-то недалеко, почти не замечая происходящего перед собой. Но вскоре это надоедает, а плечо Тэхёна не очень-то и мягкое, и Пак недовольно поднимается, устало потягиваясь и разминая мышцы.
Чимин замечает одиноко облокотившегося о стену Чонгука и решает подойти. Пускай сегодняшний подкат не задался, но ведь ничто не мешает попробовать снова! Рыжий вообще считает, что чем чаще будет применять силу своего пикапа на младшем, тем быстрее тот сдастся. Ведь нельзя же вечно бегать от Пака и прятать свои аппетитные булочки.
— Гуки?
— Чимин? Что-то случилось? — Чонгук устало смотрит на подошедшего старшего и широко зевает, мотая головой и пытаясь стряхнуть сонливость. Этот уставший почти двухметровый ребёнок выглядит чрезвычайно мило сейчас, сонно хлопая глазами и кутаясь в лёгкую куртку только сильнее. И Пак думает, что это как раз то, что нужно, потому что язвить не будут, а уставший Чон будет только рад упасть в объятия рыжего и прекрасно в них отдохнуть.
— Ты не видел случайно — тут пять минут назад мой белый конь не пробегал? — Чимин неловко улыбается, стараясь сделать милое выражение лица, а Чонгук медленно моргает и молчит в ответ, пытаясь, видимо, речь старшего переварить. Чимин думает, что Чонгук, наверное, сомневается, и спешит быстрее добавить, чтобы сомнения все разом сбить. — Я просто принц.
— Чимин, повернись и посмотри на пустующую дорогу. Какой конь в час ночи, чёрт возьми?!
«Действительно,» — мысленно добавляет Пак и так же мысленно даёт себе по голове, понимая, насколько неудачное выбрал время. Он тяжело вздыхает и спешит ретироваться, не замечая цепкий взгляд тёмных глаз в свой след.
Чонгуку даже уже интересно, насколько его хёна всё-таки хватит.
***
Они, немного не выспавшиеся, толпятся за кулисами у сцены, ожидая, пока стафф закончит все приготовления. У них всего одно выступление с песней, а дальше съёмка где-то ещё, впрочем, всем немного без разницы, в чём и где именно.
Чимин разминается, потягиваясь и наклоняясь в разные стороны, и немного нервничает, потому что даже отсюда слышны визги пришедших арми, а у Пака из-за недосыпа слегка припухшие глаза. Это, правда, слоем макияжа постарались убрать, но Чимин всё равно не хочет выглядеть плохо перед фанатками.
А ещё он думает на тему того, что неплохо было бы напор усилить, иначе Чон так не поведётся никогда. Но тот хотя бы реагирует, а не просто игнорирует, уходя куда-нибудь, и пускай язвит, но реагирует же! А ещё его намерения явно вычислили ребята, потому что странно косятся и хихикают между собой, но Паку как-то плевать, потому что он и так бы сделал, чтобы все вокруг знали, что Чонгук его, и даже не пробовали покушаться.
Сам Чонгук, к слову, тоже разминается рядышком и тихонько продолжает распеваться, прогоняя слова песни по кругу уже в сотый раз. Он не нервничает ни капли, но чувствует себя не очень хорошо, отчего немного боится, что налажает. И не важно, что лажать и Чонгук вещи не совместимые, бояться этого Гук же всё равно может.
Пак подходит внезапно и встаёт прямо перед носом Чона, заставляя выпрямиться и взгляд на Пака опустить. Чимин аккуратно поправляет выбившиеся из-за разминки парня пряди волос и мило улыбается, убирая руку. Чонгук слабо улыбается в ответ и хочет уже Пака обойти и пойти к сцене, потому что их зовут, как Чимин дорогу вновь преграждает и пройти не даёт, хмыкая и придвигаясь к Чону почти вплотную.
— Будь моей прекрасной дамой, а я буду твоим рыцарем. Кто сказал, что рыцари перевелись? Постучи по моей голове. Слышишь? Звук такой, как будто ты стучишь по железному шлему.
— Сейчас я тебе постучу и не только по голове, если ты свою задницу с места не сдвинешь и на сцену не пойдёшь, еблан. — Юнги недовольно фыркает рядом и Пака за шкирку утаскивает, освобождая место на проходе и давая остальным, еле сдерживающим свой смех, пройти.
«Не надо, хён» — молится Пак и замирает на своей позиции, прикрывая глаза и настраиваясь на нужный лад. Опять не то время и слишком много лишних глаз рядом.
Но Чимин не сдаётся, и сдаваться не думает.
***
Чимин крутится в коридоре и специально поджидает Чонгука, спокойно сейчас принимающего душ. Он думает, что если подстроит момент неожиданности, то непременно своим пикапом возымеет эффект гораздо больше, чем было до этого.
Тэхён с интересом следит за ним с дивана и двигается ближе к пришедшему понаблюдать за всем этим действом Хосоку, устраивая голову у того на плече. Чимин изредка выглядывает в коридор, чтобы проверить на всякий случай, не вышел ли Чон, но вода всё продолжает мерно литься, а в коридоре никто не появляется.
Хосок тихо шутит, что им бы попкорн и колу, потому что у Пака всегда выходит что-то грандиозное, и получает тихий смешок в ответ. Пака их нахождение в гостиной не беспокоит вообще — он забывает о них почти сразу же, как только слышит, как вода перестаёт литься, а на двери в ванной щёлкает замок. Пак прячется за поворот и прислушивается к шагам, выскакивая ровно тогда, когда нужно, и чуть не впечатываясь Чону в грудь.
— Чонгук!
— Ты отдавил мне ногу, хён. — Чон недовольно шипит и смотрит на Пака укоризненно, но Чимин этого явно не замечает и только кладёт руку на плечо, заглядывая в глаза и слегка улыбаясь кончиками губ.
— Чонгук, ты не поверишь! Я думал, что я гей, пока не встретил тебя!
Чонгук слегка подвисает, а Тэхён не сдерживает своего вопля, заливаясь смехом и съезжая вниз с плеча брюнета, утыкаясь тому лицом в колени. Хосок не сдерживается следом и сгибается пополам, наваливаясь на уже плачущего от смеха Тэ, и громко хрюкает, даже не пытаясь успокоиться.
— Чимин, не хочу тебя расстраивать, но гей это как раз тот, кто по мальчикам. — Чонгук отцепляет руку Пака от себя и, обогнув его, скрывается в своей комнате, на всякий случай щёлкнув замком на двери.
«Да что ж такое,» — тихо воет Пак и, опустив голову, плетётся обратно к себе в комнату, бросая на красных и нервно посмеивающихся вихоупов непонимающий взгляд. Те показывают большие пальцы и странно улыбаются, но Чимину сейчас не до намёков, потому что снова мимо, снова старался зря, а Чонгук так всё и остаётся мечтой, которая никак не воплощается в реальность.
Чимин хлопает дверью и вычёркивает из блокнота сразу несколько фраз, думая, что с этой темой точно пролетел.
***
Настрой у Пака меняется внезапно и очень резко, но у Чимина больше нет никакого уныния и только решимость в глазах. Раз Чонгук не клюёт на простые приманки, он перестанет ходить вокруг да около и скажет напрямую. Нет, не о своих чувствах объявит, а о намерении Гука нагнуть. Может, Чонгук любит не пускающих пыль в глаза мальчиков, а решительных и твёрдых. Чимин побудет для него любым.
Младший спокойно сидит на кухне и залипает в сотовый, периодически попивая остывающий какао из большой кружки. На кухне помимо него ещё Джин, который вертится у микроволновки и собирается разогреть себе еду, ленясь пользоваться плитой. Чонгук вовремя напрашивается, отчего теперь ждёт и свою порцию, слушая вполуха хёна и отвлекаясь на фанатские твитты.
Джин ставит тарелку с горячим раменом прямо перед Гуком и садится напротив, помешивая дымящийся бульон палочками и дуя на еду. Чонгук благодарственно улыбается в ответ и блокирует телефон, собираясь к трапезе приступить, как неожиданно на пороге появляется Чимин, в мгновение ока оказывающийся прямо перед Гуком на столе и устраивающий свою ступню прямо у того между ног.
— Эй, Гуки, ты очень красив, а красивых парней надо размножать.
Джин давится своим раменом и судорожно втягивает носом воздух, смотря на Пака как на идиота и еле сдерживая в себе порыв нервного смеха. Чонгук смотрит на ухмыляющегося Мина исподлобья и переводит взгляд на его руку, плавно опускающуюся куда-то позади себя.
— Чимин, там горячая лапша, осторожно. — Чонгук предупреждает, потому что лишние травмы им не нужны, но Пак, правда, не понимает сразу то, что ему говорят, а когда понимает, то уже оказывается слишком поздно. Он болезненно взвизгивает, выдёргивая руку из тарелки с лапшой и вскакивая со стола, надавливая ступнёй Чону на яйца, совершенно случайно и конкретно забыв, что его нога покоится там. Чонгук втягивает носом воздух и инстинктивно поддаётся вперёд, поджимая губы от стрельнувшей боли, и недовольно шипит, прикрываясь руками. Пак в придачу переворачивает миску и выливает всё содержимое на стол, которое быстро стремиться вылиться на пол и обжигает ноги Чона, впитываясь в спортивные штаны. Чонгук вскакивает с места и оттягивает намокшую ткань, стараясь её от себя отодвинуть как можно дальше.
Чимин понимает весь масштаб его урона и испуганно хлопает глазами, подрываясь к Гуку и собираясь ему помочь.
— О, боже, Чонгук, прости меня, я не…
— Иди опусти руку под холодную воду, а ты снимай штаны, а то тоже обожжёшься. — Джин, не в силах больше следить за царившим тут кошмаром, подоспевает быстро и отдёргивает Пака от Чона, тут же включая воду и пихая руку рыжего под струю. Брюнет послушно стаскивает с себя штаны прямо тут и уходит с ними в ванную, собираясь бросить их в корзину и смыть с себя липкую жидкость.
Чимин, стоя у раковины и держа руку под холодной водой, думает, что он немного идиот, и до такого свой пикап ещё не доводил.
***
У них на сегодня назначен фанмитинг, и до его начала остаётся не больше получаса, так что самое время собраться и приготовиться улыбаться фанаткам. Чимину, в принципе, это никогда сложным не казалось, потому что для арми они всегда такие, какие есть, так что переживать о своём впечатлении, оставленном на них, он не будет. Его только расстраивает, что сидеть он будет сегодня не рядом с Чонгуком, но что поделать.
Мелкому просто сложно так сразу принять всё это, вот он и сбежал.
Пусть развлекается с другими, пока может. Чимин разрешает.
Сам виновник мыслей старшего крутится перед зеркалом и одобрительно кивает своему отражению, довольствуясь своим внешним видом. Чонгуку слишком классно с чёрными волосами и косым пробором, слишком ахринительно в этих узких джинсах и слишком идеально с небольшими тёмными стрелками. Чимин нервно сглатывает, любуясь своим мальчиком, и поднимается с места, решая что-нибудь сказать, пока Чонгука кто-нибудь не отвлёк.
— Чони, детка, — Пак подходит сзади и скользит рукой по спине парня, останавливаясь на его упругой заднице и чуть сжимая в своей ладошке. — Твой костюм классно на тебе смотрится, но ещё лучше он будет смотреться на полу моей спальни.
— Эй, мы там вообще-то тоже живём, полегче, Чимин. — Тэхён рядом фыркает и переглядывается с Хосоком, сжимая губы и стараясь не рассмеяться в голос.
«Могли бы подыграть,» — раздражённо думает Пак и отходит от Чона, который немного афигевает от происходящего и быстро сматывается к хёнам, пока Пак не обнаглел ещё больше. А Чимин дуется обиженно и затыкает уши, кидая на Тэхёна осуждающий взгляд, и, фыркнув, отворачивается снова. Чимин думает, что вот так лучшие друзья и предают, а Тэхён тихо фейспалмит и тоже сваливает, пока его тут взглядом не сожгли.
***
Чонгук спокойно складывает вещи в свою дорожную сумку и скользит взглядом по комнате, проверяя, всё ли захватил. У них выступление в Японии, и надо взять с собой всё необходимое, что пригодится в ближайшие дни. Чонгук мысленно перечисляет вещи, которые хотел положить, и вспоминает, что не кинул зарядку для телефона, и разворачивается к тумбочке, открывая верхний шкафчик.
В дверь тихо стучат, а затем без спроса заходят внутрь, и Чонгук кидает вопросительный взгляд на гостя, доставая нужную вещь и направляясь обратно к сумке. Чимин мило улыбается и выглядит так, будто зашёл что-то попросить. Чонгук вещами не делится всё равно, но Паку иногда удаётся что-нибудь выкрасть. А ещё он вроде одалживал ему провод, пока Чонгук не купил себе новый, и Чон так его и не вернул.
— Тебе что-то нужно? Я не знаю, где твой провод, но попробую найти.
— Нужно, но только не провод. — Чимин пробегается глазами по комнате, явно оттягивая время, и ждёт, пока Чонгук снова развернётся к нему. — Можно у тебя фотографию взять?
— Какую?
— Твою.
— Зачем тебе? — Чонгук удивлённо моргает и непонимающе смотрит на старшего, замирая на месте с кепкой в руках.
— Я хочу, чтобы Дед Мороз не ошибся с подарком на Новый Год.
Чонгук удручённо вздыхает, смотря на Пака укоризненным взглядом, и думает, что этого и надо было ожидать, а не нормальной просьбы.
— Новый Год ещё совсем не скоро, Чимин, и я не хочу в мешок. Придумай что-нибудь получше.
— Так сложно, что ли, — недовольно бубнит Пак и скрывается за дверью, громко хлопнув ею напоследок. Ему кажется, что скажи ему такую фразу Чонгук, он бы взял его тут же, решив не тянуть до зимы и праздника, а Чону ещё что-то не нравится.
Избалованный мальчишка, небось, просто в Деда Мороза не верит.
***
Они спокойно расселяются в отелях, и Чимин снова недовольно ноет, что будет жить не с Чонгуком, а с Джином. Нет, он хёна очень любит, но надеялся, что, наконец, сможет с мелким уединиться, а тут такой облом. Джин немного сочувствующе улыбается и хлопает по плечу, а Пак снова глубоко вздыхает в ответ и говорит, что всё в порядке.
Он почти привык, но не смирился.
Чонгук делит комнату с Юнги, и Чимин, после того, как оставляет багаж у себя, принимает душ и напяливает какой-то предложенный им халат, выруливает в комнату прямо к ним. Чонгук как раз обнаруживается там и на своей кровати, что-то ищущий на своём ноуте и слушающий негромко музыку. Из ванной слышится мерный шум воды, а это значит, что Юнги именно там, и им никто не помешает.
Чонгук не сразу замечает Пака у себя в номере, а когда замечает, то даже не подаёт виду, продолжая открывать вкладки и искать нужную информацию. Чонгук примерно знает, зачем зашёл Пак, и просто ждёт, когда тот уже сам заговорит. Но Чимин скользит пальчиками по полке с вещами парней, вертит безделушки в руках и только потом заворачивает к кровати Чона, подходя вплотную и упирая руки в бока.
— Эй, Чонгук, я пришёл позвать тебя.
— И куда? — Чонгук вопросительно выгибает бровь и поднимает взгляд на Пака, хитро усмехающегося своими пухлыми губами.
— У меня в штанах вечеринка, и ты приглашен.
— Но ты же даже без штанов.
— Приглашение это всё равно не отменяет, так даже проще.
— Вали отсюда нахуй, Чимин. В другой раз с Чонгуком потрахаешься. Я очень хочу спать, а ты, мелкий, глуши свою шарманку. — Юнги выруливает из душа совершенно неожиданно и недовольно смотрит на начавшего развязывать свой халат Пака. Тот в ответ дуется и запахивает пояс снова, резко разворачиваясь и уходя прочь. Впервые в жизни он желает Юнги куда-нибудь провалиться, чтобы больше так не отвлекал, когда самое интересное только началось.
Но ничего, Чимин предложит Чону снова. Обязательно.
***
Они сидят в комнате ожидания и ждут, пока всем нацепят микрофоны и закончат последние приготовления. Тэхён о чём-то весело болтает с Хосоком, громко смеясь и раздражая своей активностью мирный настрой остальных. Но шатену до этого дела нет никакого, как и веселящемуся брюнету тоже, и он продолжает громко басить, видимо, радуясь предстоящему концерту.
Чимин заруливает в гримёрную к остальным, поправляя складки пиджака, и подходит к галдящей парочке, становясь рядышком и вникая в суть беседы. Ему немного скучно, а ещё нервы шалят из-за предстоящего концерта. Пак всегда немного нервничает перед их выступлениями в других странах. Да даже в своей, когда они выступают с сольным концертом, а не на шоу. Это всегда немного волнительно.
Чонгук заходит в гримёрную тоже и падает быстро на диванчик, не горя особым желанием в беседу встревать. Он немного не выспавшийся и от этого меланхоличный, поэтому поднимать себе настроение не бежит. Но со своим появлением здесь он чувствует цепкий взгляд и мысленно закатывает глаза, ожидая очередного представления.
Чимин падает на диванчик рядом с ним и закидывает руку на плечо, обнимая и прижимая к себе вплотную. Чонгук вздёргивает брови и поворачивает голову к Паку, требуя взглядом объяснений, и тот в ответ хмыкает и проводит свободной ладошкой тому по щеке, останавливаясь на подбородке и придвигаясь ближе.
— Молоко и шоколад, инь и ян, черное и белое, день и ночь, ты и я… Видишь связь?
— Не особо.
— Я тоже, хён. — Тэ забавно хмыкает и пожимает плечами, когда рыжий упирается в него негодующим взглядом.
— Ты какие-то стрёмные примеры привёл, Чимин, заезжено. — Хосок встревает тоже и незаметно хлопает по вытянутой в его сторону ладошке Тэхёна, еле сдерживающего смеющуюся улыбку.
«Да вы заебали!» — мысленно негодует Пак и подскакивает со своего места, стремительно покидая комнату и ускакивая к стаффу. Чонгук скомкано улыбается смеющимся ребятам и провожает Пака уставшим взглядом.
Это потихоньку начинает надоедать.
***
Они возвращаются обратно в Корею через пару дней, уставшие, но довольные, и спокойно отдыхают дома, морально готовясь к новому трудовому дню. Они почти все собираются перед телевизором и решают посмотреть что-нибудь незатейливое, чтобы просто расслабиться. Чонгук, Хосок и Намджун занимают диван, Тэхён падает на пол перед ними и облокачивается головой о ноги Хоупа, а Юнги разваливается в кресле и лениво щёлкает каналы, ища там что-нибудь стоящее. Джин вертится на кухне, сооружая что-нибудь перекусить, а Чимин валит в душ, пока все заняты.
Но вообще он тоже не прочь что-нибудь глянуть, поэтому, когда с водными процедурами покончено, он направляется прямиком ко всем, вытирая по дороге волосы махровым полотенцем. Чонгук очень удачно сидит с краю, скрестив ноги и откинувшись на спинку дивана, и Чимин скользит по нему мечтательным взглядом, заглядываясь на ножки в спортивных шортах до колен. Чимин хмыкает, вспоминая недавно вычитанную фразу, и решает подкатить снова, поворачивая к малому и облокачиваясь на диван сзади.
Чонгук вздрагивает от неожиданности, когда по бедру внезапно скользит рука, поднимаясь всё выше, и поражённо замирает, чувствуя тёплое дыхание на своей щеке и приглушённый голос прямо над ухом.
— Классные ножки, Чонгука! В котором часу они открываются?
— Я смотрю, Чимин настырнее стал. — Намджун удивлённо хлопает глазами и хмыкает, наблюдая за чуть ли не повисшем на Чоне Паком, и толкает Хосока в бок, обращая внимание на парочку. Через пару секунд на них уже смотрят все, и Чимин удручённо вздыхает, убирая руку и поднимаясь, сверкая обиженным взглядом.
— Вы не могли бы и дальше молча фильм смотреть?
— Неа, тут гораздо интересней. — Юнги хмыкает и хочет дать комментарий по поводу красных щёк Пака, но тот резко разворачивается на девяносто градусов и уходит прочь, прячась на кухне и начиная подлизываться к Джину. Хосок сочувствующе хлопает Гука по плечу и давит в себе улыбку, готовый от смеха тут начать кататься.
Им уже всем интересно, когда будет конец фразочек Мина, но Чонгук думает, что это, видимо, только начало.
***
У них съёмки снова на свежем воздухе, приятно слепит солнце, а в теле лёгкость и радость от происходящего. Все они очень любят фотосессии, потому что на них можно хорошо отдохнуть, пока снимаются все остальные, а попозировать перед камерами не составит никакого труда. Тэхён носится по полю с Чоном, смеясь и пытаясь от мелкого увернуться и не дать себя осалить, и каким-то боком втягивает в эту игру и Юнги, лениво переводящему на них взгляд и обещающего им жестокую расправу.
Чимин тоже хочет поноситься, но макне-лайн чувствует себя хорошо и без него. Он тоже вообще-то входит в её состав, но наблюдать за резвящейся парочкой отчего-то грустно, и Чимин, в принципе, знает отчего. Ему хочется чуть больше внимания со стороны неугомонного макне и чуть меньше в его сторону от Тэхёна, но те вроде как крутые бро, а Чимину обидно.
Чонгук, правда, как и Тэхён, скоро устаёт и падает в тенёчек под дерево, пачкая одежду в траве и блаженно прикрывая глаза. Чимин косит на него свой взгляд и хмурит брови, пытаясь понять, что его так в Чонгуке задело, что он теперь унижается, как только может, перед ним, а тому хоть бы хны. И для осознания причины достаточно всего одного взгляда, потому что Чонгук просто нереальный и такой сексуальный сейчас с растрепанными волосами и расстёгнутой рубашкой, что слюнки так и текут.
Чимин ждёт, пока Гук снова выпрямится, и подсаживается ближе, прижимаясь своим бедром к чужому и решая прекратить с намёками совсем. Он кладёт ладошку на согнутую коленку и чуть сжимает её, привлекая к себе внимание и не замечая подошедших ребят к ним.
— Видишь ту яркую точку на ночном небе? Это комета, которая летит прямо сюда со скоростью 35000 километров в секунду. По расчетам, она будет здесь через час. Итак, хочешь заняться сексом?
Чонгук конкретно так ахуевает и удивленно вылупляет глаза на Пака, который придвигается всё ближе и вот-вот собирается этого дьяволёнка поцеловать. Но Чонгук переводит взгляд на чистое небо, а затем обратно на Пака, меняя свой взгляд на насмешливый, и хмыкает.
— Сейчас ясный день, Чимин, и никакая комета к нам не летит. Посмотри на чистое небо и подумай ещё раз, насколько неудачно это сейчас было.
Чимин переводит взгляд, смотрит на голубое небо, и мысленно стонет, думая, что надо было спрашивать ночью. Тэхён сваливается в приступе где-то по дороге, а Юнги удручённо качает головой, думая, что в эту гомосятину попадать не собирался. Но тут творится явно какая-то гейская хрень, и лучше бы уже закончилась, а то они либо лишатся нервов, либо мемберов из-за вечных приступов смеха.
***
Чимин немного устал от этого всего, потому что это уже длится третью неделю, а результата ноль. Чонгук непробиваем, а в последнее время снова начинает игнорировать, просто поднимаясь и уходя. В интернете пишут, что это нормально, но Пак что-то не очень уверен. Он, конечно, самец и всё такое, но у него тоже есть предел.
Но он всё же не сдаётся и продолжает гнуть своё, подкатывая к Чону ежедневно по несколько раз. Чимин вообще считает, что Гук похлеще барышень, ибо ломается непозволительно долго. А Чимину уже надоело, и нагнуть хочется уже силой. Правда делать ребёнку больно он совсем не хочет, поэтому силой отпадает.
Чимин выруливает из своей комнаты и сонно тянется, с интересом осматриваясь. В общаге тихо, а значит, что все куда-то либо ушли, либо в одном месте топчутся. И когда в гостиной обнаруживается Чонгук, Чимин перестаёт дуться, что его не позвали, а оставили спать, и решает, что все снова, видимо, на кухне. А пока Чонгук сидит один и беззаботно пялится в телевизор, самое время снова действовать, пока не успел кто-нибудь влезть.
— Чонгуки, у тебя есть нитки? — Пак падает на диванчик рядом и с интересом заглядывает в глаза младшему. Тот непонимающе хмурит брови и задумывается на секунду, пытаясь вспомнить, имеется ли вообще этот предмет в их общаге.
— А зачем тебе?
— Чтобы завязать наши отношения прямо здесь! — Чимин широко улыбается и берёт брюнета за руку, тут же сплетая их пальцы вместе. Но Чонгук внезапно руку выдёргивает и смотрит слегка уставше, глубоко вздыхая и выключая телик.
— Чимин, хватит.
— Что хватит?
— Пикапить меня. Выходит ужасно.
— Но…
— Без но, Чимин, прекрати это. — Чонгук смотрит серьёзно, и Чимин мгновенно тушуется, отводя взгляд и опуская голову. Ну, вот и всё, закончилось его завоевание. Пикап на ахуительном Чонгуке не работает никак. Чимин хочет встать и уйти, но внезапно опустившаяся рука на бедро прижимает к дивану и этого не даёт, заставляя Пака поднять удивлённый взгляд и вопросительно вскинуть брови. Чонгук двигается ближе и оказывается прямо перед лицом рыжего, хитро усмехаясь и щуря глаза. — Но если тебе так хочется, то так и быть, хён. Я трахну тебя уже.
Чимин не успевает ничего понять, как его внезапно порывисто целуют и давят второй рукой на затылок, заставляя придвинуться ближе и прижаться к чужому телу. У Пака полное непонимание происходящего в голове и визжащая радость, потому что НУ НАКОНЕЦ-ТО!!! Правда, Чонгук пока думает поиграть в лидера и берёт всю инициативу на себя, даже не подозревая, кто тут в итоге окажется снизу.
Чимин судорожно втягивает носом воздух и приоткрывает рот, обхватывая шею Чона и отвечая на поцелуй со всем своим желанием. Чонгук дразнится и не проскальзывает в приоткрытый рот языком сразу, скользя им по пухлым губам Пака и прикусывая их от удовольствия, а затем настойчиво игнорирует хозяина рта, изучая его самостоятельно и со вкусом. И когда Чимин, наконец, получает свой мокрый и дико пошлый поцелуй, он чувствует, как кроет его с головой, затмевая сознания и подкашивая ноги. И как же хорошо, что он сидит, иначе упал бы точно.
Чонгук легко давит на Пака и заставляет медленно опуститься на диван, не отрываясь от губ рыжего и наощупь устраиваясь сверху удобнее. Чимин тихо стонет в поцелуй, возбуждаясь всё больше, и даже не замечает, когда на диван оказывается опрокинут, увлекаясь Чонгуком не на шутку. Чону это, к слову, даже нравится, как и целовать эти нереально мягкие и сексуальные губы, но у них ещё есть вещи поинтереснее впереди, и о них тоже не стоит забывать.
Чимин нервно прикусывает губу, когда Чон, мягко скользя поцелуями по скуле, спускается к шее и втягивает нежную кожу, покусывая с удовольствием и оставляя розовеющие отметины. Им нельзя ставить засосы, но слегка раскрасить шею Пака можно, это быстро спадёт, если не увлекаться. Чонгук кусает за выпирающий кадык, опускается ниже, медленно выцеловывая каждый участок и срывая несдержанные вздохи, и проскальзывает руками под футболку старшего, возбуждая своими лёгкими прикосновениями ещё больше, когда кажется, что больше некуда. Чимин откидывает голову назад, открывая полный доступ к шее, и не сдерживает тихого стона, получая засос на ключице — Чонгук всё-таки не удержался.
Чон скользит руками по бокам рыжего, сжимая их в своих ладонях и царапая ноготками, и задирает футболку вверх, оголяя торс старшего, но не снимая вещь окончательно. Чимину это мешает следить за действиями второго, но он не успевает возмутиться, как давится новым стоном, чувствуя язык Чона на своих сосках. Разум медленно плывет, потому что Чонгук горячий, а прикосновения у него обжигающие не только кожу, но и всё внутри, и Чимин теряется в ощущениях, кусая губы и сходя с ума.
Чонгук скользит поцелуями ниже, прикусывая мягкую кожу на животе и проскальзывая юрким язычком во впадинку пупка, срывая новый судорожный вдох. Чонгук скользит ниже, спускаясь к резинке штанов, и вместо того, что приспустить их и продолжить, подаётся обратно, слыша разочарованный вздох, и стягивает футболку с Пака полностью, тут же утягивая рыжего в новый глубокий поцелуй и откидывая вещь в сторону. Чимин гладит плечи Чона, скользит пальчиками по спине и цепляет футболку младшего за края, призывно дёргая вверх и прося снять лишнюю ткань, наконец. И Чонгук послушно выполняет, приподнимаясь и позволяя Чимину самому футболку стянуть, после медленно ложась обратно и соприкасаясь своей обнажённой кожей с чужой.
— Гуки, а все ушли? — Чимин увиливает от поцелуя, хотя так и хочется, и прикрывает глаза, когда Чонгук снова скользит губами по скуле и целует за ушком, вызывая стаю мурашек.
— Вовремя ты об этом вспомнил, — Чонгук хмыкает, опаляя своим горячим дыханием ушную раковину, и вбирает мочку в рот, облизывая и вновь выпуская. — Да, мы здесь одни.
Чимин хочет спросить что-то ещё, но Чонгук вовремя затыкает старшего очередным поцелуем, проскальзывая языком тут же в чужой рот и выбивая этим все мысли. Чонгук скользит рукой между их телами и забирается пальчиками под резинку спортивок и нижнего белья, проходясь по вставшему члену ладошкой и вызывая дрожь в теле Пака простым действием. Чимин так долго хотел Чона, что теперь просто не может поверить в то, что здесь происходит, сгорая от каждого прикосновения и возрождаясь для следующего заново. Чимин так долго хотел нагнуть Чона, что теперь готов позорно кончить от простых ласк и нехитрых движений рукой младшего на своём органе. Чимин так долго хотел… Стоп.
Пак неожиданно дёргается, понимая, что нагнуть-то собираются его, а он так спокойно это позволяет, когда всё должно быть наоборот, и хочет Гука перевернуть, но тот руки блокирует и улыбается хитро, поднимая на старшего насмешливый взгляд. Он у него настолько тёмный под тонкой плёнкой возбуждения, что Чимин на секунду даже теряет всё, что хотел сказать и сделать, окунаясь в дьявольский омут целиком.
— Не спеши, Мини. — Чонгук хрипит ещё в придачу и шепчет это прямо в приоткрытые пухлые губы, захватывая их в плен снова и возобновляя то, что начинал. Чон возвращает руку обратно под штаны Пака и обхватывает член в плотное кольцо, надавливая большим пальцем на головку и принимаясь не спеша с ней играть. Чимин мычит в поцелуй и мелко вздрагивает, хватаясь пальцами за широкие плечи и оставляя на них быстро исчезающие полосы.
Чонгуку вскоре, правда, играться надоедает, а собственный пульсирующий и требующий разрядки член, напоминает о себе ежесекундно, и Чонгук убирает руку, слыша недовольный стон, и хватается пальцами за кромку штанов, быстро стягивая их с парня и откидывая прочь. Он избавляет себя от шорт так же быстро, не тратя на это много лишнего времени, и прислоняется своим пахом к чужому, потираясь о него и срывая новые судорожные вздохи. Чонгук имитирует секс, легко толкаясь в Мина, тихо стонет от контраста ощущений и шарит рукой под подушкой, выуживая оттуда небольшой тюбик лубриката. Чимин на это удивлённо распахивает глаза и снова собирается Гука подмять под себя, но Чонгук не даётся и лишь усмехается, явно превосходя хёна по силе.
— Я потом объясню, откуда, а пока просто наслаждайся, Чимина. И не рыпайся уже.
Чимин к такому не готовился, но ощутить Чона внутри не против, особенно, когда напряжение внизу слишком давит на виски и просит уже побыстрее от него избавиться. Он потом возмутится, а пока лишь бы закончилась эта пытка как можно быстрей.
Чонгук ловко избавляет их от белья, теряющегося где-то на полу комнаты, и разводит ноги Мина широко в стороны, замечая тут же зардевшиеся щёки старшего. На диване это не очень удобно, потому что места катастрофически мало, и приходится одну ногу спустить, а рыжего немножко приподнять, чтобы растягивать было удобнее. Чонгук обильно смачивает пальцы и игриво обводит колечко мышц, дразняще проникая внутрь и снова выскальзывая наружу. Чимин недовольно мычит и хочет возмутиться, как Чонгук всё же проскальзывает одним пальцем, почти сразу же добавляя второй и принимаясь медленно растягивать. Чимину неприятно, хочется длинные пальцы из собственной задницы вытащить, но Чонгук ласково целует его в висок и просит потерпеть, обещая, что дальше будет легче.
Чимин терпит ровно до того, пока Чонгук не добавляет третий и не задевает простату, срывая громкий всхлип и довольно улыбаясь с услышанного. Он давит на простату снова и чувствует, как Чимин поддаётся навстречу пальцам, требуя большего. И Чонгук бы рад, но только он старшего порвёт, если поторопится, и вряд ли им обоим это понравится. Поэтому он медлит, когда у самого выдержка медленно подходит к концу, и растягивает Пака уже четырьмя пальцами, мечтая их заменить кое-чем другим.
— Гуки, пожалуйста, — Чимин стонет и просит сам, как всегда мечтал, чтобы делал Чонгук, и жалостно всхлипывает, насаживаясь на пальцы самостоятельно. И Чонгук шлёт всё к чертям, надеясь, что растянут Пак нормально. Он тянет Чимина на себя и быстро переворачивает, заставляя руками схватиться за подлокотник и отставить свою пятую точку назад, тут же получая по ней смачный шлепок. Гук тут же выдавливает смазку себе на ладошку и быстро размазывает по всей длине, пристраиваясь к входу и толкаясь внутрь, легко проникая сразу целиком.
Чимин мычит и упирается лицом в согнутые руки, закусывая до побеления губу и жмуря глаза. Чонгук ложится сверху, извиняюще покрывая спину Мина лёгкими поцелуями, давая привыкнуть к новым ощущениям. Чонгук уверен, что первый раз всегда так, но стоит ему начать двигаться и попасть по заветной точке, Чимин прекратит жалобно скулить и выпустит наружу все свои прекрасные и возбуждающие стоны. Но он торопиться не будет, хотя держать себя в руках в такой тесноте крайне сложно и трудно, но Чонгук старается.
— Ты такой узкий, Чимина, — Чонгук шепчет это рыжему на ухо, прогоняя новый табун мурашек по всему телу, и делает пробный толчок, слыша тихий всхлип и видя, как Чимин жмурится ещё сильнее. — Потерпи, малыш, скоро станет хорошо.
Чимин верит, но чувство это новое и непонятное, а ещё дискомфорт приносящее, но он просит Чона двигаться и больше не ждать, вцепляясь пальчиками в обивку и судорожно выдыхая. Чонгук поднимается, хватает Пака за бока и начинает медленно двигаться, меняя угол и стараясь проникнуть правильно. И когда Чимин внезапно стонет и выгибается, Чонгук удовлетворённо хмыкает и набирает темп под найденным углом, срывая стоны всё громче и вбиваясь всё сильнее.
У Чимина тёмные круги в глазах и ноги так и норовят разъехаться, но Чонгук держит крепко и насаживает с силой, сжимая пальцы на боках и оставляя там отметины, которые сойдут только через пару дней. Пак старается сдержать себя, но Чонгук за это только шлёпает по аппетитной заднице и недовольно шипит, стискивая пальцы на секунду сильнее.
— Не сдерживайся, Мини. Я хочу слышать тебя, хочу слышать, как тебе хорошо.
Чимин выгибается, вскидывает голову и подвиливает бёдрами, прося быстрее, и Чонгук охотно выполняет, принимаясь доводить их обоих до разрядки. Диван тихонько поскрипывает от каждого нового сильного толчка, и Чимину это кажется дико пошлым и громким сейчас, пускай он уверен, что своими стонами и стонами Чона заглушает этот звук определённо. Но он кажется таким интимным и личным, что Чимин очень не хочет, чтобы кто-нибудь мог услышать его.
Чонгук набирает максимальный темп, почти вжимая Чимина в диван, и, сделав пару глубоких толчков, выходит и кончает на спинку, судорожно втягивая носом воздух и тихо простонав. Чимин кончает следом, даже не притронувшись к себе, и обессиленно падает на собственные руки, тяжело дыша и отходя от головокружительного оргазма.
Чонгук аккуратно отпускает Пака и ложится рядом, пристраиваясь и умещая голову у того на спине. Гук обнимает Мина поперёк спины и мягко поглаживает бок, извиняясь за оставленные синяки и давая почувствовать лёгкую дрожь от невесомого прикосновения. Он восстанавливает сбитое к чертям дыхание тоже и тяжело поднимает и опускает грудную клетку, собирая мысли в одно целое и стараясь вернуться в реальность.
— Нам бы прибраться, пока никто не пришёл. — Чонгук нарушает затянувшееся молчание и поднимает голову вверх, щекотя своими волосами и мягко целуя в плечо. — Чимин?
— Ты прибирайся, а я в душ. — Чимин разворачивается к брюнету и слабо улыбается, ловя короткий поцелуй в губы, а после не чувствует уже приятную тяжесть чужой головы на своём теле. Он скользит взглядом по спине Гука и думает, что на ней не хватает разводов и царапин. Впрочем, он надеется, что те там ещё появятся и от него, а не кого-нибудь ещё.
***
— Чонгук? — Чимин выплывает на кухню и застаёт младшего там, попивающего холодный сок прямо из пачки. — Горло простудишь ведь, эй.
— Не простужу, не волнуйся. — Чонгук хмыкает и убирает пачку сока обратно в холодильник, хлопая дверью и разворачиваясь после к Паку. — Ты как?
— Терпимо, — Чимин хмыкает и хочет сесть на стул, как Чонгук внезапно хватает его за руку и тянет обратно в гостиную. Чимин непонимающе идёт следом и позволяет себя на колени упавшему в кресло Чонгуку усадить, хлопая глазами и приятно расслабляясь в тёплых объятиях. Чимин сначала чувствует себя немного неудобно, но Чонгук, заметив это, быстро притягивает его ближе и прижимает к плечу, обхватывая талию одной рукой, а второй закидывая ноги на себя и подлокотник кресла. — Чонгук?
— Я же нравлюсь тебе, хён? — Чонгук спрашивает прямо в лоб и смотрит точно в глаза, находясь совсем недалеко от лица. А ещё взгляд у него странный и совершенно нечитаемый, и что он будет делать после полученных слов: радоваться или смеяться — совершенно непонятно.
— Да, нравишься, — Чимин тупит взгляд и не понимает, куда вся его решимость испарилась, стоило ему во всём сознаться. Ведь он же такого покорителя сердец из себя эти почти три недели строил, что пора бы уже сжиться с образом. Но ему внезапно неловко, краснеет как последняя школьница и в глаза посмотреть не может, стесняясь и смущаясь непонятно чего.
— Это хорошо, хён, потому что ты мне тоже нравишься.
— Чего? — Чимин удивлённо вскидывает голову и смотрит на улыбающегося Чонгука непонимающим взглядом. — Чонгук, ты не шутишь?
— Нет, не шучу. Только прекрати меня совращать этим дурацким пикапом, пожалуйста. Ты не умеешь.
— Подожди, подожди… И как давно?
— А вот это пусть останется пока в тайне. — Чонгук хмыкает и легко целует Пака в губы, обнимая второй рукой и слегка лениво отрываясь, но не отодвигаясь особо обратно. — Но явно до всего твоего цирка с «клёвыми» фразочками.
— То есть как?..
— Вот так, — Чонгук смеётся и неловко улыбается, прижимаясь своим лбом к чужому. — Я думал, что мы поговорим нормально, потому что твои выходки в мою сторону перестали быть слишком невинными, но ты решил попробовать что-то новое. И сегодня я просто не выдержал, попросив ребят чуток погулять, а заодно решил прекратить твой неумелый пикап.
— То есть мы теперь встречаемся? Правда, что ли?!
— Правда, Чимин. Теперь ты воплощать все свои грязные мысли будешь гораздо чаще. Точнее их буду воплощать я, а ты получать не меньшее удовольствие.
— Вообще-то, это я собирался тебя нагнуть. — Чимин недовольно фыркает и смотрит на Чона с лёгким укором во взгляде. Но младший на это лишь хмыкает и иронически вздёргивает бровь, растягивая губы в лёгкой усмешке.
— А тебе что-то не понравилось? — Чимин чувствует, как к щекам снова приливает жар, и поспешно опускает голову, пряча вспыхнувшие щёки от взгляда брюнета. Тот хмыкает снова и поднимает голову Пака за подбородок и заглядывает тому в глаза, хитро щуря свои. — Вот и я о том же.
— Но это не значит, что я… Подожди-ка. Что значит, я не умею пикапить?! В смысле?!
— В прямом, не умеешь. — Чонгук усмехается и кивает головой, отпуская подбородок Пака и устраивая руку обратно тому на талию.
— Будто ты можешь лучше. — Чимин обиженно фыркает и скрещивает руки на груди, поджимая губы и недовольно смотря на хитро хмыкнувшего Чона. Тот внезапно глубоко вздыхает, перестаёт улыбаться и смотрит на притихшего Мина серьёзно, медленно приближаясь к его лицу и понижая голос, превращая в почти шепот.
— Ты знал, что я тону в твоих глазах, как только вижу их?
Чимин мгновенно теряется и не знает даже, что ответить, чувствуя, как со словами Чонгука из лёгких выбивается в придачу весь воздух, а щёки, кажется, снова начинают гореть. Брюнет легко целует его в висок и скользит губами к скуле, оставляя и на ней лёгкий поцелуй, а затем прижимается губами к уху, томно шепча в него продолжение.
— Ты арестовал меня своей красотой, и я был бы счастлив отбывать пожизненное наказание в плену твоего сердца.
У Чимина мурашки вдоль позвоночника и бешено колотящееся сердце, слишком громко стучащее о рёбра. Чонгук отстраняется, поднимая на Мина помутневший взгляд, и Чимин нервно сглатывает, прижимая ладошки к груди Чона и неверяще смотря тому в глаза.
— Это правда?
— Вот видишь, ты повёлся. Я же говорил, что лучше.
— Чон Чонгук!
Но все возмущения Чимина давятся в новом поцелуе, а накатившая обида сходит на нет, потому что Чонгук поцелуем, кажется, только подтверждает сказанные слова и извиняется за шутку одновременно, сбивая дыхание и заставляя поверить в сбывшуюся мечту.
***
— Тэхён, сходи куда-нибудь с Хосоком погуляй. Намджун уже застрял с Юнги в студии, а Джина я выпроводил.
— Ого, а к чему такая спешка?
— Да трахну я Чимина, пожалуй, надоел уже выёбываться. Пусть потратит свою неугомонность на что-нибудь более полезное.
— НУ НАКОНЕЦ-ТО!!!