Девятый пассажир

«В космосе никто не услышит твоего крика»

Корабельный кот любил спать так: растёкшись в квадрате слегка зеленоватого света и заняв всё свободное пространство между большим экраном и кнопками терминала перед ним. Любил, чтобы рядом в большом крутящемся кресле сидел Главный человек и рассеяно почёсывал его за ухом.

Свой новый дом кот полюбил почти сразу, стоило только сунуть усатую мордочку во все закоулки этого странного места. Некоторое время спустя в доме почти не осталось мест, в которых нельзя было бы найти отметин от его когтей.

Коту нравилось бродить по нижним палубам, укладываться на тёплые слегка вибрирующие трубы под потолком и слушать, изредка позёвывая, негромкое монотонное переругивание двух человеков, постоянно зачем-то копающихся в металлическом нутре корабля.

Корабль, этот новый дом, принадлежал ему и только ему. В отличие от предыдущего дома, где кот родился. Там было много, много больше разных человеков и больше других котов, старше и сильнее его. Там с их территорией приходилось считаться, здесь же он был хозяином.То место человеки называли «база». На «базе» у кота тоже была своя территория, но она была гораздо меньше, и там всё пропахло самкой человеков, которая была у его человеков почти такой же главной, как Главный человек.

Ещё коту нравилось, несмотря на раздражающие чуткий нюх запахи, приходить в светлую комнату, полную гудящих и пищащих приборов и удобных белых лежанок размером чуть больше человека. Человек, который там обитал, тоже весь пропах этими странными запахами, от которых иногда хотелось чихнуть. Но его руки как-то по-особому нежно почёсывали шерстяное брюшко, и он никогда не забывал дать коту вкусных сочных кусочков. За это кот прощал человеку все эти запахи.

На корабле был большой зал, в котором вокруг центральной тумбы с кучей светящихся разноцветных точек, что заставляли зрачок сужаться, а шерсть на загривке неприятно вздыбливаться, стояло несколько кресел с удобной для лежания спинкой. Там обычно сидели две самки человеков. Они приятно пахли, но редко уделяли коту внимание. В это место кот приходил обычно, чтобы совершить гигиенические процедуры.

Но самым любимым местом была общая кухня. Несмотря даже на то, что для получения еды коту приходилось настойчиво и порой неоднократно привлекать внимание глупых человеков. Сколько бы кот ни пытался, даже его острым когтям и клычкам не удавалось добраться до еды самостоятельно: хитрые человеки прятали ароматную пищу за пластиком и металлом.

Иногда на кухню заходила самка человека, от которой пахло оружейным маслом и нагретым металлом. Кот редко заходил в зал с большими машинами, в котором она предпочитала проводить время, но на кухне они сталкивались часто.

Самка вставала у иллюминатора, опёршись бедром о тумбу, держала в руках кружку с горячим молоком и долго молчала. Но никогда не забывала перед этим налить коту его порцию. Иногда кот решал подойти и потереться об ноги этой самки человека.

***

Кот открыл глаза, зевнул во всю пасть и потянулся. В комнате было темно, а кресло Главного человека пустовало. Терминал под животом был теплее обычного и интенсивно гудел.

Кот спрыгнул на пол и решил отправиться на кухню в поисках еды. Кот знал, что в это время у него есть хорошие шансы застать там самку человека. Возможно, он не отказался бы даже потереться об её ноги, если, конечно, она не забудет об обязательной молочной дани.

Путь на кухню пролегал мимо комнаты со странными запахами. Кот ткнулся мордой в дверь и удивился, что она не поддалась. Повторение маневра не привело к успеху: судя по всему, странно пахнущий человек закрылся в комнате наедине с вкусными кусочками. Жаль.

Когда кот наконец добрался до кухни, он удивленно заметил в мерцающем свете лампы на полу разбитую кружку и лужицу остывшего молока. Он даже потрогал лапками лужу, но почему-то не захотел пить из неё.Уши встали торчком, хвост беспокойно задёргался из стороны в сторону. Его кошачьему чутью не нравилось отсутствие привычных человеков на привычных местах.

Коту почему-то вспомнилось, как на «базе» другие коты рассказывали им, ещё котятам, о том, что кот может стать Корабельным. И тогда человеки подарят коту новый дом, лучше «базы», больше, интереснее. И там будет просто раздолье для хорошей кошачьей жизни. Или даже для всех девяти.Кот очень радовался, когда понял, что сам стал Корабельным. Его не пугало даже то, что, по словам обычных котов, иногда Корабельные не возвращались. И их человеки не возвращались. Кот думал, что это потому, что Корабельным котам и их умным человекам просто не за чем возвращаться на скучную базу.

– Джонс! Джонси? Эй, Джонси! Мяу! Мяу! Джонси? – услышал кот голос откуда-то с нижних палуб корабля.

Однажды во время прогулки по «базе» кот как-то набрёл на лежбище совсем уж старых котов. Они ленились, вальяжно раскинувшись под лампами, и рассказывали истории о том, как сами были Корабельными. Кот тогда решил не убегать по своим делам, а послушать их рассказы.

– Сюда. Кис-кис-кис. Мяу! Сюда, Джонси! Джонси? Сюда. Кис-кис. – голос был незнакомым и принадлежал, судя по всему, самке человека. Кот двинулся на зов, ощущая, как воздух вокруг становится всё холоднее и холоднее. По пути он размышлял о том, зачем незнакомая самка человеков зовёт какого-то «Джонси». Никто из его человеков не носил такой клички. Да и сам кот привык отзываться на «Эш».

Старые коты говорили, что жизнь Корабельных действительно опасна, но бояться тут совершенно нечего. И не потому, что у котов в запасе девять жизней. А потому, что когда Корабельным грозит опасность, за ними всегда приходит самка человеков, которую человеки зовут Рипли. Она приходит, усаживает Корабельного в небольшую переноску – как та, в которой тебя обычно куда-то таскают глупые человеки. И уносит тебя спать в совсем уж маленький корабль, где тепло и сытно. Где Рипли чешет за ухом и гладит по брюшку.

***

Гудение терминала резко стало интенсивнее. На тёмном мониторе по центру высветилась яркая эмблема Флота. Полоса загрузки заполнилась на 100%. По экрану, сопровождаемые настойчивым пищанием, забегали строки текста.

> Причина неизвестна. Направление движения неизвестно. Необходимо связаться с Центром Управления для корректировки информации.

> Отсутствует соединение с сервером ASA-32

> Тепловые сигнатуры внутри корабля соответствуют наличию восьми теплокровных особей, движение отсутствует. Источники тепла локализованы в медицинском отсеке.

> Врачебные записи недоступны. Данные о команде корабля не найдены.

> Отсутствует соединение с сервером ASA-33

Следы мокрых кошачьих лапок потихоньку испарялись с пола корабля.