Волколак. Знакомство с Россией.

Он - не человек. Он - одно из тех существ, о которых веками ходят. Один из тех, кем пугают детей; из тех, о ком рассказывают страшилки. Один из тех существ, о которых было снято множество фильмов - в основном ужастиков, и написано огромное количество книг. Он - вервольф. Волколак. Оборотень. Как его не назови, суть от этого не меняется. Перестав быть человеком, он, однако, не стал зверем. Вернее, стал, но сохранил при этом ясность и четкость ума и человеческого мышления. Он оценивал все свои действия, мог их анализировать и думать о последующих событиях. И в этом было его главное отличие от подобных ему собратьев, растерявших свою человеческую сущность. Вервольф оказался в России - далеко от своей родины, в стране, о которой он наверняка слышал и даже, наверное, бывал. И вот состоялось его знакомство с загадочными русскими...

...Оборотень подкрался к деревянному забору - старому, заваливающемуся набок и неоднократно ремонтированному. Хотя ремонтом воткнутые в землю и привязанные к основе забора назвать было трудно. Ноздрями на плоской, похожей чем-то на бульдожью, морде, оборотень втянул в себя воздух, принюхиваясь. Пахло мочой, тухлятиной, перегноем и еще какой-то кислятиной. Со стороны зарослей бурьяна, росшего вдоль изгороди, несло фекалиями. С легкостью перемахнув через хлипкий забор, оборотень неспешно направился к дому. Одно из освещенных окон было неплотно задернуто изнутри тряпкой, игравшей роль занавески. Виден был край стола, заваленного рыбной чешуей, рядом - наполовину опорожненная бутылка из мутного темно-зеленого стекла. На спинке старого деревянного стула висела какая-то хламида... Большего оборотень рассмотреть не успел - неожиданно рядом с ним что-то хрустнуло, пахнуло немытым телом и чудовищным перегаром. Странно, но чьего-либо присутствия волколак не почувствовал. В удивлении - еще никому не удавалось подобраться к нему незамеченным так близко - волколак обернулся... Удивиться еще чему-либо он не успел - в темноте, разбавленной слабым бледным светом луны, мелькнуло что-то длинное и корявое, и опустилось на голову зверя. Громкий хруст - приличных размеров деревянный батог разломился, а оборотень едва не присел от полученного удара.
- Ах ты, бл...дь, пид...рас! - проревел кто-то, обдав оборотня сивушными парами и перегаром, начисто перебив ему нюх. Не успел оборотень проморгаться заслезившимися глазами, как получил по загривку еще один, не менее сильный удар, уже обломком дрына, и снова его окутала волна смердящего перегара.
Полуослепший, задыхающийся от перегара, бьющего ему прямо в морду, оборотень махнул вслепую лапой. Почувствовал, что попал по чему-то твердому - это он выбил дубину из рук нападавшего. Вспомнив, как пугал людей у себя на родине, волколак поднялся на задних лапах, раскинул в разные стороны передние, оскалился, намереваясь издать грозный рык, которого боялись все - и люди, и животные... Но это было на его родине. А сейчас он находился в России. Поэтому он успел лишь раззявить пасть, прежде чем сильный удар в морду заставил его отшатнуться. Неизвестный и непонятный человек, сумевший незаметно подобраться вплотную к оборотню, застать врасплох, а затем напасть на него, с досадой крякнул, видя, что его удар не нанес никакого вреда. Неожиданно он как-то странно "хэкнул", распространив вокруг себя новую волну перегара, схватился обеими руками за горловину старой, застиранной тельняшки и с силой рванул их в разные стороны. Раздался громкий треск рвущейся материи, тельняшка разошлась в разные стороны, обнажая торс - начавшее заплывать жирком тело, четко проступавшее пузо.
- На, бл...дь, - прорычал человек, наступая на оборотня, размахивая огромными кулаками перед самой его мордой. Чуть прозревший оборотень, растерявшись от такого нестандартного поведения человека, отступал, уклоняясь от ударов, чем вводил русского в еще большую ярость.
- За ВДВ! - вдруг зло выкрикнул мужик и бросился вперед.
Оборотень на секунду замешкался, и это стало его главной ошибкой. Мужик обхватил его за туловище, крепко прижал к с себе и с медвежьей силой сдавил. Начав задыхаться от перегара, бьющего ему прямо в морду, оборотень попытался вырваться, но добился лишь того, что объятия сжались еще крепче, у зверя затрещали ребра... Закружилась голова, зверь задыхался уже ни на шутку - ни о каком сопротивлении не могло быть и речи... А русский, не разжимая схватку, просипел что-то, выпустив в морду оборотня новую порцию перегара, резко мотнув головой, ударил лбом прямо в середину плоской звериной морды. Во второй уже раз за столь короткий промежуток времени перед глазами оборотня вспыхнуло, он чуть обмяк... Видимо, мужику было тоже непросто удерживать зверя - извернувшись, изловчившись, он перехватил оборотня и швырнул его в сторону старого небольшого деревянного строения. "Сарай!" - вспомнил оборотень название за секунду до того, как врезался в стену. Старые гнилые доски не выдержали удара и с треском сломались. Оборотень влетел внутрь сарая и упал на пол, заставленный и заваленный всяческим барахлом. Откуда-то сверху на него с грохотом посыпалось что-то металлическое и тяжелое... В нескольких сантиметрах от головы упал топор. Едва только оборотень понял, что он только едва не погиб, как сверху на него упала старая, начавшая ржаветь тяжеленная гантеля, чуть не вышибив из оборотня дух...
Загремел массивный металлический навесной замок на хлипкой входной двери - это пытался открыть дверь непонятный, и оттого ужасный русский, безо всяких причин бросившийся в драку. Оборотень принялся подниматься с пола - не было абсолютно никакого желания связываться с этим странным человеком. А тот, поняв вдруг, что, пока он возится с замком,противник может запросто уйти через пролом в стене, длинно и забористо выматерился, и мощным ударом просто-напросто вынес дверь вместе с замком и дверными косяками...
Как бы ни было волколаку больно и обидно, но он вдруг почувствовал страх перед этим русским. На его родине людишки разбегались, едва только заслышав его вой, запирались в домах и в темноте тряслись от страха до утра. А этот русский... он словно даже не замечал, что перед ним не человек. Вот он подойдет, снова дыхнет перегаром... оборотня чуть не вырвало от одной только мысли об этом. И он принялся поспешно выбираться из-под груды хлама, свалившегося на него, не замечая, что поскуливает и подвывает от страха...
А на шум бежали уже другие люди - оборотень слышал несколько пар ног на улице. От мысли, что эти люди точно такие же, оборотня затрясло. Расшвыривая все, что попадалось на его пути, он стремился добраться до пролома в стене. А страшный русский, отчаянно матерясь, стремился догнать его... Оборотня несколько раз в спину больно ударяли бросаемые человеком предметы, но, стиснув челюсти, старался не обращать внимания. До пролома оборотень добрался быстрее человека, под его отчаянный мат.
- Семен, ты что ль? - неожиданно перед выбравшимся из сарая оборотнем возникла чья-то фигура с зажатым в руках поленом. Которая, увидев перед собой лохматого, растрепанного, с горящими глазами зверя, глухо выдохнула, распространяя перед собой такую же вонь перегара, как и Семен: - Ох, ты ж, епт!
И, практически не размахиваясь, от души съездила оборотню поленом по морде. Зверя начала обуревать ярость - он мог наброситься на человека, разорвать его на части, на мелкие клочки, и уйти. Но... Вонь встала посреди глотки, желудок начал выкручиваться, завязываясь в тугой узел и развязываясь обратно, а перед глазами, заслезившимися от вони, снова вспыхнули искры. Глухо взвыв, оборотень прыгнул в сторону. Прыгнул вслепую, не видя перед собой ничего - сейчас ему не хотелось связываться с этими дикими русскими, главное сейчас для него было уйти прочь. Прочь отсюда! От мерзких запахов, от тяжелых гантелей и дрынов. Прочь! Оборотню повезло: он в "слепом" прыжке, не врезавшись никуда, проскочил мимо размахивавшегося уже для нового удара мужика. Тот, не ожидая такой прыти от нечто непонятного, появившегося из сарая, охнул, выматерился и сел на землю. Оборотень же выпрямился, оглянулся на сидящего человека. Оскалил клыки и глухо зарычал...
- Стой, сука! - донеслось из черноты пролома. - Стой, пид...рас! Убью, нах...!
И, словно в подтверждение слов, из сарая вылетел какой-то предмет и со свистом пронесся возле головы оборотня. Благоразумно решив не дожидаться прилета еще чего-нибудь, а также появления Семена, оборотень скакнул к углу сарая - там забор в паре метров всего... Ну их, этих русских, к чертям собачьим! Домой к себе, где его все боятся! Где никто не может допустить даже мысли о том, чтобы поднять на него руку...
...Обрезка толстой стальной трубы, взметнувшегося из-за угла ему навстречу, оборотень заметил очень поздно. С глухим стуком труба врезалась ему в морду, сминая и без того плоский нос и выбив торчащий из пасти клык. Взвыв от боли, обиды и унижения, оборотень рывком вырвал трубу из рук человека, громко проревел прямо в лицо человеку. Тот, разглядев перед собой страшную морду чудовища, побледнел и мигом протрезвел.
- Агрх! - глухо, на выдохе, кто-то прохрипел сзади.
И в затылок оборотню врезалась та самая (а, может быть, и другая) гантеля, которая чуть не пришибла его его в сарае. От удара голова дернулась вперед, челюсти громко кланули перед лицом человека - оборотень едва не ткнулся в него.
- Бля! Ни х...я се! - проговорил тот, глядя на монстра широко раскрытыми глазами, едва удерживаясь на ногах, чтобы не упасть.
А позади - оборотень это скорее услышал, нежели почувствовал - приближались Семен и второй человек. Если тот, другой, не вызывал у оборотня опасений, то от Семена ничего хорошего ждать не приходилось. Поэтому оборотень по-спринтерски рванул с места. В два прыжка преодолел расстояние до ограды. В сильном и мощном прыжке оторвался от земли...
- Агрх! - в спину оборотня прилетела вторая гантеля, сбивая его в воздухе.
Хлипкая ограда не выдержала веса рухнувшего на нее тела. Завывая от боли и страха, оборотень вскочил с земли - страшный Семен с его дикой привычкой швыряться тяжелыми предметами был уже рядом. Повизгивая, словно неразумный щенок, оборотень со всех ног бросился прочь по улице...
...- Бля, это че, на х...й, было?! - потрясенно проговорил один из людей.
- Да пид...рас какой-то! - с уверенностью ответил ему выбравшийся из сарая Семен.
- Так он на человека-то совсем не похож...
- Да один х...й пид...рас! - ответил ему Семен, прикуривая сигарету.
К ним подошел третий - тот самый, столкнувшийся с оборотнем лоб в лоб. В отличие от своих друзей, он был трезв, как стеклышко. И поэтому ему было немного не по себе, не в своей тарелке себя чувствовал.
- Бл...дь, в натуре, какой-то пид...рас! А страшный-то, сука, какой - я чуть не обосрался, когда его увидел...
- Да тебя, Михон, самого можно напугаться, когда ты с бодуна! - заржал Семен, а ним и второй. Михаил обиженно засопел, все более некомфортнее чувствуя себя в компании своих не совсем трезвых друзей.
- Бл...дь! Колян, а водяра-то где?! - спохватился Семен.
- Пид...рас спизд...л?! - холодея от догадки, предположил стоящий рядом с ним.
Лишь Михон, хитро улыбнувшись, метнулся к кустам бурьяна, выудил оттуда пакет с позвякивающими в ним бутылками. Подняв пакет в руках, вернулся к друзьям.
- Во! У меня не спизд...шь! - гордо заявил он.
Трое друзей направились в дом продолжать попойку...

...- А кто это все же был? - спрашивал, не обращаясь ни к кому, захмелевший Михон.
- Эра... ора... рангутан! - заплетающимся языком ответил Колян.
- Да ты че?! - изумился собутыльник. - Откуда ж он, бл...дь, тут взялся-то?!
- Да какая, нахер, разница, кто это и откуда? - зло выдохнул Семен, прикуривая сигарету. - Пид...рас он! Повадился у меня инструмент, сука, пизд...ть! А я понять не могу, куда все девается - то ножовки нет, то молотка или топора, а в последний раз дрель пропала!
- Эта... какая дрель? - пьяным голосом спросил Михон, качаясь, даже сидя на табурете.
- Ну та, электрическая... а ее, оказывается, этот пид...рас спизд...л!
- Так эта... ее же мы с Коляном продали... - Михон тут же получил от Коляна пинок под столом. Не удержавшись, свалился на пол. После нескольких неудачных попыток подняться повернулся набок и захрапел.
Семен с Коляном еще дважды выпили по полстакана, спели песню про черного ворона, вмазали еще полстакана, после чего Колян уронил голову на стол и тоже захрапел.
Семен тоскливо посмотрел на друзей пьяным взглядом, влил в себя остатки из стакана, закурил. Негромко затянул песню, с тоскою думая, что утром придется ремонтировать сарай и ограду, сломанные неведомым пид...расом...