10 часть

  Обеденное солнце, проникнув через приоткрытые шторки, наполнило спальню мягким светом, золотящим беспорядок вокруг. Сабрина, захватившая голову руками, в который раз вздохнула с отчаянием. Вскоре их ожидала прогулка в парке аттракционов, на которую её пригласил Билл. Они договорились, что она придёт с Микаэлем, а он — с Томом, и теперь Сабрина пыталась решить, что надеть, в то время как Микаэль, уже зная свой наряд, помогал ей.

  Комната была превращена в хаос: платья, джинсы, футболки и топы разбросаны повсюду. Атмосфера была наэлектризована суетой, как будто сама комната дышала тревогой и волнением. Подвесная люстра раскачивалась, удерживая белый топ из бисера, который свисал с неё, словно приманка.

  Сабрина, сидя на кровати в позе лотоса, наблюдала за Микаэлем, который перебирал одну вещь за другой, бросая на неё ободряющие взгляды. Он поднёс к ней атласное платье с блёстками, и её ответ, полный нежелания, был столь же мягким, как и ткань в его руках.

  — Слишком празднично, — протянула она, крутя между пальцев шпильку, как будто пыталась разгадать секреты её внутреннего мира.

  Микаэль, не теряя бодрости, вытащил из кучи белую фланелевую рубашку и закрытый бюстгальтер, предлагая их с уверенностью.

  — Это? Сочетается замечательно, — заявил он.

  — Я надевала это в кино на прошлой прогулке с ним, — её голос звучал с отчаянием, будто все их усилия были напрасны. Её слова наполнили комнату напряжением, которое, казалось, колыхалось вместе с ними.

  Они уже целый час спорили и переговаривались, воздух в комнате разогрелся от эмоций, капли пота скатывались по лбу Микаэля, как свидетельство их упорства.

   — Девочка моя, мы перебрали почти все твои... — Микаэль не успел договорить, как тяжёлый топ, свисающий с люстры, упал ему на голову. Жемчужные бусы, вшитые в корсет в виде изящной бабочки, болезненно ударили его по лбу. Он вскрикнул и начал потирать ушибленное место, ещё не веря в произошедшее. Сабрина, до этого облокотившаяся головой на руку, покоящуюся на сложенной ноге, не выдержала и залилась заливистым смехом.

  — Чего ты смеёшься? — возмутился Микаэль, сердито поглядывая на люстру. — Может, ты хочешь надеть свой ниндзя-топ, который нападает на людей?

  Постепенно, теряя чувство боли от падения топа, Микаэль тоже не удержался и начал смеяться, заразив своим весёлым настроением Сабрину. Смех продолжался, смешиваясь с остатками споров и разногласий, пока они не пришли к окончательному решению: светлое джинсовое комбинезонное платье выше колен и белая футболка под ним. Белые начищенные до блеска кроссовки Air Force и привычные для Сабрины серьги-обручи с золотыми подвесками завершили её образ.

  Устав от всех этих приготовлений, Микаэль растянулся на кровати, словно измождённый долгими усилиями. В это время Сабрина, отправившись в душ, наслаждалась прохладной водой, которая смывала усталость и подготовила её к предстоящему вечеру. Освежившись, она стояла перед зеркалом, втирая в кожу крем с ароматом кокоса и черешни, который смешивался с запахом чистоты. Её белый педикюр искрился на загорелой коже, как лунный свет на воде. Сабрина заканчивала уход за лицом, когда её отвлекло уведомление на телефоне.

  Билл (17:20): Чем занимаешься?

  Билл (17:20): Ты не забыла о нашей прогулке?

  Сабрина (17:21): Шутишь? Я около двух часов выбирала что надеть.

  Билл (17:22): Боже, детка, ты приняла это слишком сильно. Ты в любой одежде выглядишь прекрасно.

  Сабрина (17:22): *эмодзи с розовым сердцем*

  Билл (17:22): Также уверен в том, что и без одежды ты ничего так.

  Сабрина (17:23): *три эмодзи со средним пальцем*

  Билл (17:25): * смеющийся эмодзи*

  Сабрина улыбнулась и вышла из ванной. Микаэль по-прежнему лежал в той же позе, его внимание было приковано к немецкой мелодраме, где парень с экранов обнимал хрупкую девушку. Его комментарий, прозвучавший неожиданно, был наполовину шутливым, наполовину задумчивым:

  — Надеюсь, твой "друг" симпатичный. Иначе все наши старания — насмарку.

  — Встретишь его и решишь, красив он или нет, — ответила Сабрина, подняв бокал с шампанским. — Ты даже не показал мне, в чём пойдёшь.

  Но Микаэль, не обращая внимания на её упрёки, ответил:

  — Не переживай, ласточка, я не составлю тебе конкуренции. Тем более, по твоим рассказам, я уже уверен, что твой парень не в моём вкусе.

  Когда пульт летит в его сторону, Микаэль прячется за огромной подушкой, которую он стащил из спальной комнаты и смех его вновь наполняет стены дома.

                                      ****

  Через какое-то время они уже стояли в середине парка, у огромного фонтана. Билл сказал, что так найти друг друга будет легче, ведь в выходные дни здесь очень много людей. Он не соврал. Толпы отдыхающих заполнили аллеи, и проходящие мимо люди прижимались друг к другу, чтобы пробраться сквозь гомон и суету. Громкая музыка и смех, доносящиеся от аттракционов, смешивались с криками продавцов сладкой ваты и жареного попкорна.

  Аромат карамели и свежих вафель заполнял воздух, усиливая ощущение свежести и веселья. Некоторые люди буквально струились мимо них, прижимаясь к ним и отталкивая в стороны, бросая короткие, недовольные взгляды. Кидая им вслед бранные слова, Микаэль лишь сильнее тянул на себя свою черную кепку с двумя маленькими крутящимися фильтрами для сока и длинными трубочками, достающими до рта.

  Сабрина щурилась, перечитывая сообщение Билла о том, что они скоро подойдут. Прямые солнечные лучи били в глаза, и она пожалела, что не взяла шляпу. Внезапно заметив знакомую макушку в толпе, она вытянула руку, махая пальцами.

  — Мы здесь!

  Билл, услышав её голос, тут же сменил направление. В светлой рубашке, плотно облегающей его торс, и джинсах, закатанных снизу, он выглядел как бог, сошедший на землю. Темные авиаторы скрывали его глаза, но Сабрина была уверена, что за ними прячутся игривые искорки. Парень, идущий рядом с ним, был полной его противоположностью. Сабрина знала его только по рассказам Билла, который утверждал, что они близнецы, но трудно было поверить в это, глядя на него.

  Длинные каштановые волосы, заплетенные в средней толщины дреды с белыми вставками, выглядывали из-под покрытой узорами бейсболки. Похожая по цвету с бейсболкой оверсайз футболка доходила почти до колен, сливаясь с такими же светлыми джинсами, из-под которых выглядывали темные кроссовки с белыми завязками. Пожалуй, единственное, что делало их похожими друг на друга, — это дразнительная усмешка на губах.

  — Детка, ты просто потрясно выглядишь, — Билл поднимает свои затемнённые авиаторы на макушку, его глаза блестят от восхищения. — Познакомься, — он указывает на стоящего рядом парня. — Мой брат — Том.

  — Миледи, вы ещё прекраснее, чем на фото, — сказал Том, слегка сжимая её руку и склоняя голову в учтивом поклоне. Его широкая улыбка была обаятельной.

  Сабрина, позабавленная его словами, улыбнулась в ответ, принимая игру любезностей:

  — Приятно слышать такое от не менее красивого человека. Билл показывал вам мои фотографии?

  — Как же без этого, — усмехается Том, кидая взгляд на нахмуренного брата. — Он говорит о тебе 16 часов в день, — приподнятая бровь Сабрины заставляет его продолжить. — Остальные восемь он пребывает во сне, а его рот – в покое. Чему я премного благодарен.

  Сабрина рассмеялась над скрюченным пополам Томом, который получил локтем в живот от брата, и обернулась к застывшему с открытыми глазами Микаэлю.

  — Это мой друг Микаэль, — сказала она, указывая в его сторону. — Микаэль, познакомься, это...

  Микаэль перебил её на полуслове, неожиданно радостно вскрикнув.

  — Santa María, Билл и Том Каулитцы! — его возглас заставил братьев спрятаться за очками и кепкой. Билл зашипел на него, прося убавить громкость, но Микаэль всё равно кишел безумием. — Это что, какая-то шутка? — он повернулся к Сабрине. — Ласточка, где ты их откопала?!

  — Я не понимаю, о чём ты говоришь, — с замешательством на лице ответила Сабрина. — Ты что, знаешь их?

  Микаэль посмотрел на неё взглядом «ты серьёзно?», размахивая рукой.

  Спохватившись, Билл резко прерывает его ещё не начавшуюся тираду.

  — Давайте мы поговорим об этом где-нибудь в другом месте, — нервозность в его голосе заставляет всех замолчать и последовать за ним.

  Уединившись в одной из беседок, увитых лианами, Микаэль снова взрывается. Присев к смеющемуся Тому, он в режиме speed-up начинает нести какую-то чушь о том, что он уже давно знает их, и безумно ценит их творчество. Двое других же, казалось, совсем не задействованы в общей весёлой атмосфере, сидя друг напротив друга.

  Билл с извиняющимся лицом пытается поймать нахмуренный взгляд Сабрины, но она старательно избегает его, слушая каждое слово, вылетающее изо рта друга. Суперзвезда, значит? Как странно, что он не поделился с ней таким "удивительным" открытием. Раздражение буквально заполняет её до краёв, но она сдерживает его, складывая руки на груди.

  — Сабрина... — тихо зовёт Билл, хватая её за руку, но она прерывает его, вскакивая на ноги и привлекая внимание остальных. На губах её играет яркая улыбка, но Билл прекрасно знает, что она делает.

  — Раз уж мы всё-таки встретились, почему бы нам не прогуляться? — она указывает в сторону выхода из беседки. — Не думаю, что сидеть здесь всё время — хорошая идея.

  — Мы могли бы пойти на Колесо обозрения, — предлагает Том, поднимаясь вслед за Сабриной, тем самым стряхивая осыпавшиеся зелёные листья с ног. — В ночное время оттуда открывается отличный вид на Телевизионную башню.

  — Отлично, — поддерживает их Микаэль, хлопая в ладоши. — Всегда хотел взглянуть на ночной Берлин с высоты птичьего полёта.

  Билл же молча улыбается им, чтобы не вызвать подозрений, и направляется к выходу. По дороге к колесу Том и Микаэль, вышедшие вперёд, на громких тонах обсуждают вчерашний футбольный матч, который транслировали по всем каналам. Яростно размахивая руками, Микаэль что-то доказывает несогласному с ним Тому. Огромная сладкая вата в их руках и частично на лице Тома делала их похожими на маленьких детей, что вызывало смешки со стороны прохожих.

  Билл и Сабрина, идущие чуть поодаль, совсем не проникаются их настроением. Напряжённая атмосфера между ними буквально электризует воздух, из-за чего оба идут поникшие: один со смесью грусти, другая — с раздражением. Все попытки Билла начать разговор прерываются разъярённым взглядом девушки, заставляя того замолчать.

  Уже у кассы они покупают четыре билета. Сабрина первой заходит в синюю кабину, устраиваясь с краю, около маленького окна. Сразу после залезает Билл, но Сабрина не обращает на него внимания, пока он не хлопает дверью, оставляя их двоих наедине. Быстро прижимаясь к параллельному окну кабины, которая уже успела возвыситься над землёй, она смотрит на машущих ей снизу Тома и Микаэля. Предатели. Повернув голову, она снова смотрит в своё окно. Тишину разрывает тихий голос Билла:

  — Детка... — когда Сабрина даже не меняется в лице, он продолжает. — Детка, посмотри на меня.

  Тишина. Приподнимая голову вверх, Билл разглядывает потолок кабины, после чего снова переводит взгляд на девушку напротив.

  — Детка, я знаю, что ты злишься.

  — Злюсь? — с нарочитым удивлением произносит Сабрина, поворачиваясь к нему. Её голос полон обиды и раздражения. — Да нет, что ты, я совсем не злюсь. Подумаешь, забыл сказать мне о том, что ты всемирная востребованная звезда, — фыркнув, она взмахивает рукой, рассекая воздух. — С кем не бывает.

  — Я сильно облажался, — не обращая внимания на сарказм в её словах, Билл тянется к ней, сжимая её руку в своих. — Я должен был сказать сразу. Извини за это. Я не хотел, чтобы наше общение строилось на таком фоне. — Он заглядывает в её серые полные обиды глаза. — Мне бы хотелось, чтобы ты знала меня как обычного парнишку из кафе, где мы познакомились, а не суперзвезду.

  — Ты ведь знаешь, что моё отношение к тебе не поменялось даже если бы ты был дворником у Берлинского моста, — Билл слабо улыбается, когда уже привычные ему нотки язвительности всплывают в её голосе.

  — Да, — соглашается он, продвигаясь на край скамьи, — Именно за это я тебя и уважаю.

  Закатив свои накрашенные глаза, Сабрина вглядывается в его лицо. Свет городских огней мягким освещением падает на его лицо, делая профиль выразительнее. Сегодня он был намного привлекательнее, чем обычно, из-за чего Сабрина незаметно сглатывает. Взгляд пробегается по добрым и озорным глазам, едва заметной родинке на щеке и опускается к тонким полуоткрытым губам.

  Наблюдая за передвижением её взгляда, Билл вновь и вновь восхищается тем, что видит. Он видел много красивых девушек, но эта не была похожа ни на одну из них. Она была воплощением чего-то живого и волшебного. Чего-то, что захватывало дух, заставляя мысли быть забитыми лишь её персоной. Сколько кругов они уже сделали: два, три? На самом деле ему было глубоко всё равно. Он всунул парню за стойкой около ста баксов, просто чтобы он не беспокоил их. Сейчас его не интересовало то, что делали Билл и Микаэль или то, что происходило вокруг. Он не мог оторвать взгляда от сидящего напротив божественного создания, в котором так быстро нашёл родственную душу.

  Медленно потянувшись к ней, Билл сокращает расстояние между их лицами, останавливаясь в миллиметре. Невинный вопрос в её глазах заставляет сердце Билла провернуть несколько кульбитов, после чего он притягивает её к себе, соединяя их губы воедино.

  С начала это было лишь лёгкое прикосновение, но затем он почувствовал, как в нём просыпается нечто более сильное. Его рука нашла её затылок, и они погрузились в поцелуй с такой интенсивностью, будто хотели сказать друг другу всё, что не могли выразить словами. Неумелые движения рук Сабрины, которые она запустила в его волосы, лишь разодорили его, заставляя углубить поцелуй. Аккуратно, словно играя с его губами, он пробует её на вкус. Черт возьми, он даже не может описать, как хорошо она чувствуется. Через некоторое время они всё же отрываются друг от друга, прижимаясь лбами.

  Не открывая глаз, Сабрина подносит руки к своим губам, до сих пор чувствуя его. Сбитое дыхание и скачущий пульс всё никак не унимались, заставляя её смущённо краснеть.

  — Черт, детка, ты на вкус как сладостный грех. — Его слова заставляют Сабрину покраснеть ещё больше. Она медленно отстраняется, пытаясь совладать с дыханием.

  — И всё равно ты придурок, Билл. Не думай, что один поцелуй помог мне простить тебя.

  — Один поцелуй, говоришь? — протягивает он, когда его губы растягиваются в подозрительном оскале. — Что ж, тогда мне придется делать это до тех пор, пока ты не простишь меня. — Заканчивает он и снова тянется к её губам.

___________________________________________