глава 26

Бэкхён почувствовал неладное в тот момент, когда часть загудела, словно растревоженный улей. В соседних бараках включился свет, под окнами пробежали солдаты, раздались глухие крики. Напряжённо нахмурившись, мальчик бросился к двери, но на полпути его перехватили Минсок и Кёнсу.

— Остановись! Альфы сказали ждать их здесь! — умолял До.

— Что-то пошло не так! — оттолкнув омег, заорал Бэк.

К гаражам они бежали все вместе — растрёпанные, запыхавшиеся, строившие в голове самый ужасный исход событий. Наткнувшись на толпу, немного растерялись, но Бэкхён упрямо бросился в самую гущу, расталкивая солдат локтями и прочищая себе дорогу.

Увидев в центре круга мёртвого Бруно, под которым натекла приличная лужа крови, он поднял взволнованный взгляд на стоявших в стороне альф, но испугался, не увидев среди них Чанёля.

— Бэк!

Вздрогнув от знакомого голоса, Бэкхён поспешно закрутил головой, обнаружив его обладателя на приличном расстоянии. Пак, зажатый с двух сторон массивными альфами, безуспешно пытался выбраться из их хватки, пока те тащили его к карцеру.

— Бэк, это не я! Клянусь! — отчаянно крикнул Чанёль, прежде чем скрылся из виду.

Только сейчас мальчик увидел торчавший из шеи Бруно нож. Несомненно, тот принадлежал Паку. Так что ж это получается…

— Бэкхён? — Подошедший сзади Ифань положил руку на его плечо. — Возвращайтесь в барак, здесь не на что смотреть.

— Командир, что теперь будет с Чанёлем? — Бён поднял на мужчину полные слёз глаза.

Альфа молча потрепал мальчишку по волосам и торопливо ушёл, оставив за главного офицера Чхве. Бэку ничего не оставалось, как вернуться в барак вместе с остальными подростками. Когда за последним из них закрылась дверь, двое альф тут же заперли её на ключ с внешней стороны и остались сидеть на крыльце.

— Я не понял — нас под арест посадили? — первым догадался Лухан, выглядывая на улицу сквозь узкую щель.

— Вот, чёрт! Я в туалет не успел сходить, — поморщился Тао.

— Может,кто-то объяснит, что там случилось? — первым не выдержал Бэкхён.

Хоть мальчишка и пытался держаться, но нервы были на пределе — мало того, что Бруно убит ножом Чанёля, так ещё и самого альфу посадили в карцер, а это ничем хорошим не грозит.

— Кто-то пришил этого ублюдка Паковским ножом, — пожал плечами Хуан. — Лично я был вообще в другой стороне и не знаю, кто на кого напал.

— Чанёль сказал, что это не он! — ожесточённо крикнул Бэк.

— А ты готов ему поверить так просто? — усмехнулся Чонин, пытаясь вытереть рукавом кровь с разбитой губы.

— Дай сюда! — подошедший с ватой и перекисью Кёнсу, грубо развернул к себе лицо альфы. — Почему вы такие идиоты? Кому нужна была эта драка, кроме вас?

— Кто убил Бруно? — едва сдерживая эмоции, процедил Бён. — Или вы думаете, что он сам себе нож в глотку всадил?!

— А может, это был кто-то из Псов? — предположил Сехун, потирая сбитые костяшки кулаков. — Бруно был не самым лучшим человеком.

— Но арестовали-то Чанёля!

— Потому что я сказал оставить оружие в бараке! А он потащился с ножом за пазухой! — прошипел О, не сводя с мальчишки испепеляющего взгляда.

— Что теперь с ним будет? — опираясь на стену, поёжился Минсок.

— По негласному военному кодексу за убийство своих приговаривают к расстрелу, — тихо произнёс державшийся в стороне Чондэ.

Взгляды собравшихся сомкнулись на побледневшем бете, от чего он отступил назад и поёжился. Бэк же прижал к задрожавшим губам ладонь и крепко зажмурился, всё ещё не понимая, как такое вообще могло с ними случиться.

***

Военный прокурор из центрального штаба прибыл ранним утром. Увидев, кого направили на расследование убийства, Ифань лишь скрипнул зубами и фальшиво улыбнулся. Седовласый бета Ю Хёншик был циничным жёстким человеком, смотревшим на людей, как на мусор. Дослужившись до высоких чинов, он не обзавёлся ни друзьями, ни любимым человеком. Прокурор чтил закон, устав, его невозможно было подкупить или уговорить. Приехал бы кто другой, и Ву в лепёшку разбился, чтобы отмазать Пака от трибунала, но Ю — это самое худшее, что могло произойти.

Однако командир Ву пожал руку беты и сопроводил в свой кабинет. Ю по-хозяйски устроился в чужом кресле, разложил перед собой личные дела участников отряда «Феникс» и перевёл на Ифаня холодный колючий взгляд:

— Как же вы допустили такой беспредел у себя в части, командир?

— Я готов понести ответственность, — вытянувшись струной, твёрдо произнёс альфа.

— И вы её понесёте, не сомневайтесь! — хищно прищурился Хёншик. — У армии недостаток человеческих ресурсов, а вы позволяете вот так легко их сокращать! Бруно был отличным бойцом, а теперь его труп запечатали в цинковый гроб и отправили в родной город скорбящим родителям. Его потенциал остался нереализованным!

Ифань лишь сжал кулаки за спиной, негодуя из-за каждой услышанной фразы. Но всё же спорить с прокурором сейчас было бессмысленно.

— Вначале я поговорю с «Железными псами», затем пригласите ко мне Пак Чанёля, после каждого из отряда по отдельности, — поправив очки на мясистом носу, приказал Ю. — И да, командир Ву, день сегодня предстоит тяжёлый, так что принесите мне чашечку чая!

Ифань натянуто улыбнулся и вышел из кабинета, едва сдержавшись, чтобы не пробить кулаком стену.

***

Очередная бессонная ночь тянулась для Чанёля бесконечно. Он смотрел в стену, прижав колени к груди, и напряжённо думал — насколько ещё хватит его сил. Каждый день приносил с собой новые трудности. Каждый день Чанёль ошибался. Если бы только можно было переиграть свою жизнь заново… Что, если тогда бы всё было по-другому?

Пак прекрасно знал, что если он не докажет свою невиновность, то его расстреляют. Но как он может кого-то в этом убедить, если не знает имя настоящего убийцы? Кто мог вытащить его нож из-за ремня и всадить в горло Бруно? Можно было подумать на кого угодно. Если покопаться, то у каждого бы нашлись свои мотивы. Убитый лидер Псов был скверным человеком, испортившим солдатам много крови. Да его даже свои собственные могли пришить!

Так и просидел Чанёль всю ночь — то глухо воя, то вскакивая и наворачивая круги по крохотной клетушке. Время будто остановилось, оставив его на съедение собственным страхам и мыслям. Ещё чуть-чуть и альфа бы точно сошёл с ума, да вот только дверь распахнулась и хмурый дежурный позвал его на выход.

Пака привели в здание штаба и втолкнули в кабинет Ифаня, вот только вместо командира в кресле сидел незнакомый мрачный бета. Косо глянув на Чанёля, он указал на свободный стул и вновь уткнулся в бумаги.

— Пак Чанёль? — зачем-то уточнил, делая пометки карандашом.

— Он самый, — рухнув на сиденье, глухо ответил альфа.

Пока бета шуршал документами, Чанёль рассматривал свои скованные наручниками запястья и некстати вспоминал слова Бэкхёна, сказанные ему накануне вечером. Слюнявчик всё чувствовал. И сейчас, пожалуй, переживал не меньше самого Пака. Интересно, если его всё-таки расстреляют, Бэк будет долго страдать или вскоре найдёт ему замену?

— Меня зовут Ю Хёншик. Я военный прокурор. Приехал сюда из центрального штаба, чтобы расследовать убийство Бруно Хлоя, — наконец, соизволил представиться бета. — Позвольте задам вам несколько вопросов, рядовой Пак.

— Позволяю, — мрачно ухмыльнулся альфа, с наслаждением глядя в полыхнувшие гневом глаза напротив.

— Зачем вы убили Бруно Хлоя?

— Я его не убивал.

— Бруно был убит вашим ножом!

— Это мог сделать кто угодно.

— Однако, основным подозреваемым остаётесь вы!

Чанёль стиснул зубы и перевёл дыхание. Оставаться спокойным и хладнокровным было практически невозможно, но малейший эмоциональный срыв, и он бы уже не смог остановиться. А прокурор продолжал сыпать провокационными вопросами и растягивать тонкие губы в уродливой усмешке.

— Накануне Бруно надругался над вашим возлюбленным Бён Бэкхёном, и вы решили ему отомстить. Как видите, Чанёль, мотивы у вас самые, что ни на есть, прямые!

— Я не убивал Бруно! Кто-то вытащил нож у меня из-за ремня и пришил его! Проверьте отпечатки пальцев на рукоятке! Там же есть не только мои! — не выдержав, сорвался на крик Пак.

— Тшш! Успокойтесь! Для невиновного вы слишком много нервничаете. — Бета не преминул обернуть ситуацию в свою пользу. — Мы обязательно во всём разберёмся. Но, если вы признаетесь во всём чистосердечно, то умрёте с достоинством, а не как подзаборная шавка.

Альфа непонимающе уставился на прокурора и судорожно облизнул пересохшие губы. Только сейчас, после этих слов, он осознал, что шанса у него, как такового, нет. Тот, кто убил Бруно, вряд ли в этом признается. А все факты указывают на то, что убийца Чанёль. И его расстреляют? Лишат жизни?

— Возвращайтесь в карцер. Мы с вами ещё побеседуем. Надеюсь, к тому времени вы будете более сговорчивым. — Хёншик нажал кнопку на селекторе и заглянувший в кабинет альфа утащил оцепеневшего Пака за собой.

***

— О Сехун?

— Он самый.

Прокурор внимательно посмотрел на сидевшего перед ним сосредоточенного парня и потёр гладко выбритый подбородок.

— Вы были свидетелем вчерашнего убийства?

— Отчасти. Как и остальные, я не видел, кто убил Бруно.

— Как же так вышло, что вы этого не увидели?

— Луна зашла за тучи, и стало очень темно. — Сехун прикрыл глаза, морщась от невыносимой головной боли.

— Вы были зачинщиком драки?

— Я хотел поставить Псов на место. Они нападали на наших омег. Мы должны были их защитить, — твёрдо заявил альфа.

— Вы знали, что у Пака был с собой нож?

— Нет. Я сказал, чтобы все оставили своё оружие в бараке, но он его пронёс с собой.

— Позвольте спросить, откуда на ноже Пака ваши отпечатки пальцев?

О коротко улыбнулся и покачал головой.

— Накануне он учил меня метать нож. Холодное оружие — его специализация, лучше Чанёля никто ножами не владеет.

— Даже так? — принявшись что-то строчить, хмыкнул Хёншик. — Есть свидетели, которые могут подтвердить факт того, что вы вместе тренировались?

— Безусловно.

— Что ж, тогда вопросов больше нет!

***

— Ким Чонин, как ваши дела? — фальшиво улыбнулся прокурор при виде помятого альфы. — Неважно выглядите.

— Плохо спал, — пробурчал подросток.

— А что так? Вина успокоиться не давала?

— Я не убивал Бруно! — взбеленился Чонин.

— Тише! Сядьте! Я разве обвинил вас в чём-то? — За обманным добродушием чётко угадывалась хищная натура беты. — Может, чайку?

— Спрашивайте, что хотели, — опустив голову, попросил Ким.

— В каких отношениях вы находитесь с Паком? Ходят слухи, что в последнее время вы отдалились друг от друга…

— Просто Чанёль… он… очень импульсивный, — тщательно подбирая слова, заговорил Чонин. — Ему нравится командовать, а я не хочу ему подчиняться. Авторитет Сехуна я ещё могу признать, но Пака — нет. Он неосознанно давит на людей, заставляет под себя подстраиваться…

— То есть, Пак вас запугивал?

— Нет! Просто с ним сложно общаться, вот я и сократил наше общение до минимума.

— Вы знаете, кто убил Бруно?

— Не знаю.

— Чанёль на это способен?

Ким долго молчал, после чего неуверенно кивнул.

— А вы? Вы способны?

— Я ещё никого не убивал. Я не могу. — Альфа весь сжался и вздохнул с облегчением, когда прокурор объявил об окончании допроса.

***

— Что вы делали в момент убийства Бруно Хлоя? — не сводя взгляда с напряжённого Тао, поинтересовался бета.

— Бил одного из Псов.

— Вы хороший боец. Удар поставлен безукоризненно, да?

— Удар — да. Но не ножом, — фыркнул Хуан.

— Вы знали, что Пак пришёл драться не с пустыми руками?

— Нет.

— Но на ноже есть ваши отпечатки пальцев.

— Потому что парой часов ранее я чистил его ножом яблоко.

— Свидетели есть?

— Нет, я был один в бараке, — пожал плечами Тао. — Эй, чего вы там строчите? Я не убивал Бруно!

— А кто же его убил? Может, расскажете?

— Псы и убили! Этого отморозка давно надо было прикончить!

— Эти Псы сейчас сами едва живые от горя! Для вас Бруно, возможно, и был воплощением зла, но за своих бойцов он в каждом бою задницу рвал! Он их из самого пекла на своей спине вытаскивал! Раны им зашивал! И вы считаете, что они могли его убить? — Бета раздражённо передёрнул плечами и кивнул в сторону выхода. — Позовите следующего. И принесите мне наконец чаю!

***

— Итак, Чжан Исин, по словам свидетелей вы пропали в самом начале драки. Где же вы были?

— Я увидел, что у Псов есть ножи, испугался и убежал за командиром Ву, — нервно теребя пуговицу на манжете, глухо ответил бета.

— Это верно. Но со слов командира Ву, вы убежали обратно слишком быстро, и к гаражам они шли на пару с офицером Чхве. Где же в это время были вы?

— Я, — Исин стушевался и взъерошил волосы на затылке, — спрятался за гаражом. Понимаю, что это малодушный поступок, но мне было страшно туда идти. Было очень темно, я ни зги не видел.

— Кто, по вашему мнению, убил Бруно Хлоя?

— Это был не я, — стиснув кулаки, прошептал Чжан.

— Что ж, вопросов больше нет.

***

— Спасибо, что согласились меня выслушать, — едва переступив порог кабинета, поблагодарил прокурора Бэкхён.

Накачавшись успокоительным, теперь он мог держать себя в руках и сдерживать слёзы. Переведя дух, мальчик остановился напротив беты и заговорил быстро и торопливо, проглатывая окончания слов.

— Чанёль не мог убить Бруно! Я в этом уверен! Он бы не стал убивать кого-то просто так. Тем более, так подставляться. Чанёль…

— Вы его возлюбленный? — бесцеремонно прервав мальчишку, поинтересовался Ю.

— Мы друзья!

— Друзья, которые ходят за ручку, моются на пару в душевой и целуются за каждым углом? Кажется, ещё будучи омегой, вы состояли в отношениях с Паком? Лишний повод отправить его под трибунал, — холодно усмехнулся прокурор.

— Да как же вы не понимаете? Чанёль не убивал Бруно!

— Откуда такая уверенность?

— Он сам мне так сказал!

— Мальчик, — снисходительно заговорил Хёншик, — ты слишком сильно в него влюблён. Чанёль скажет, что угодно, а ты поверишь ему безоговорочно, без фактов и доказательств. Знаешь, почему я никогда никого не любил? Потому что не хочу становиться слепым и глухим.

— Вы не знаете Пака! Я знаю! И дело не в любви, дело в вере. Я верю ему и верю в него! — голос Бэка звенел от слёз, но внешне он оставался невозмутимым. — Чего вы добьётесь, если расстреляете его?

— Порядка, Бэкхён. Порядка, — припечатал Хёншик и уткнулся в бумаги, давая понять, что разговор окончен.

***

Ким Минсок чувствовал себя не в своей тарелке, пока прокурор прожигал его внимательным сосредоточенным взглядом. Омега ёрзал на стуле, украдкой вытирал пот с висков и совершенно не понимал, зачем его вызвали на допрос.

— Вы психолог, друг мой. Мы коллеги, — наконец, улыбнулся Хёншик. — И сейчас я обращаюсь к вам не как к подозреваемому, а как к специалисту. Вы с самого начала состоите в отряде «Феникс» и прекрасно знаете всех ребят. Прошу, ответьте мне предельно откровенно — с вашей точки зрения, мог ли Пак Чанёль убить Бруно? Меня сейчас не интересуют доказательства. Я обращаюсь к вашему профессионализму. Отбросьте все предпочтения и предрассудки. Охарактеризуйте, как специалист, Чанёля. Нарисуйте его психологический портрет.

Минсок заметно стушевался — его взгляд лихорадочно бегал по кабинету, а трясти стало ещё сильнее.

— Ну же, не волнуйтесь вы так! Это же не вас к расстрелу приговорили. Поймите, виновный должен быть наказан. Убит солдат. А мы с вами должны найти убийцу. Подумайте о родителях Бруно. О его муже и детях. Все они остались сиротами по вине ублюдка, что заколол его ножом!

— Хорошо, — омега сломался под умелым напором прокурора и смахнул с щёк слёзы. — Чанёль очень импульсивен и эмоционален. Он часто срывается, может начать истерить и скандалить, хлопнуть дверями. Но также он быстро отходчив. К Бруно он действительно питал ненависть. Я не могу утверждать с уверенностью убивал его Чанёль или нет, но всё же из всех возможных кандидатов, самые большие предпосылки совершить убийство есть у Пака.

Сказав это, Минсок уронил голову на грудь и тихо расплакался.

— Ну что вы? Всё в порядке! Наш разговор останется конфиденциальным. Спасибо за помощь, коллега! — Хёншик пожал руку заплаканному омеге и лично проводил в коридор, где сидела оставшаяся часть отряда.

***

Автомобиль с прокурором, командиром Ву и Чанёлем выехал из части поздним вечером. Ифань поклялся заплаканному Бэкхёну, что сделает всё возможное, чтобы спасти Пака, и даже взял написанное мальчиком письмо, пообещав его передать альфе. Бэк был рад, что командир на их стороне. Пожалуй, он был единственным, кто верил в непричастность Чанёля.

Суд был назначен на завтрашний день. И Псы, и Феникс должны были на нём присутствовать. А пока они по-прежнему были заперты в бараках и находились под неусыпным контролем дежурных.

Впервые за последние дни никто не шутил и не смеялся. Все сидели на своих койках, молчали, делали вид, что спят или чем-то заняты, но мысли всё равно сводились к одному и тому же.

Бэкхён прижимал к груди подушку Чанёля и волчонком смотрел на других членов отряда. Он наблюдал за каждым, искал на чужих лицах хоть малейший признак вины, но не находил. Нет, он не сомневался в словах Пака, веря ему безоговорочно. Когда-то давно Чанёль сказал, что Бэк всегда должен быть на его стороне, даже если весь мир против. И мальчик только сейчас понял истинный смысл этих слов.

Кажется, таблетки прекратили действовать, потому что нервы вновь были на пределе, да и вторые сутки без сна не могли сказаться положительно на психическом равновесии. Поэтому никто не удивился, когда Бэк вскочил с кровати и вышел в центр комнаты.

— Ну, и? Может, хватит прятаться?

— Решил устроить самосуд? — огрызнулся с верхней полки Чонин.

— Всего лишь хочу узнать, кто тот ублюдок, что прикончил Бруно ножом Чанёля!

— Бэк, сядь, пожалуйста, — попросил Лухан.

— Нет, пусть убийца признается!

— А может, Пак и есть убийца? — вновь заговорил Чонин. — Почему ты считаешь преступниками нас? Только потому, что твой ненаглядный Чанёль крикнул, что он невиновен? А ты был там? Ты видел, кто прикончил Бруно? Да у Пака мотивов больше, чем у нас всех вместе взятых!

— Пак не убивал Бруно! Он же не дурак так подставляться! Это его кто-то подставил. Кто-то из вас! — продолжал вопить Бэкхён, игнорируя просьбы омег успокоиться. — Вы понимаете, что его расстреляют? Его убьют за то, чего он не совершал! Как вы будете с этим жить?! Признайтесь, пока не поздно!

— Бэкхён, никто в подобном не сознается, — глухо отрезал Сехун, глядя в потолок.

— Да что вы за люди такие! — не выдержав, хрипло заорал Бэк. — Если Чанёля убьют, я лично прирежу каждого из вас! Клянусь, я сделаю это!

— Бэкки, прошу, сядь!

Отскочив от протянувшего руки Минсока, мальчик неверяще прищурился и покачал головой.

— А ты? Что ты сказал прокурору? Почему вы вышли из кабинета на пару? Почему он жал тебе руку и трепал по волосам? Что ты наплёл ему про Чанёля?

— Я всего лишь сказал, каков он на самом деле, — спокойно произнёс Ким.

— Что?! — задохнувшись от негодования, возмутился Бэкхён.

— Чанёль импульсивен. Он вполне мог убить Бруно. Это могло произойти непроизвольно. В том плане, что Чанёль даже не понял, что убил именно он.

— Типа, раздвоение личности? — влез в диалог Тао.

— Состояние аффекта, — поправил его омега. — Бэк, я понимаю, что тебе это больно слышать, но убийца, скорее всего, именно Чанёль. Прости.

Бэкхён отшатнулся от друга и закрыл лицо руками. Его трясло, плечи ходили ходуном, а застрявшие в горле рыдания упрямо не хотели вырываться наружу. Они рвали его изнутри, в клочья, и он не мог противиться этому безумию.

— Бэкки…

— Заткнись! — Мальчик оттолкнул Минсока и оскалил зубы. — Ненавижу тебя! Ты мне больше не друг! Никогда тебя не прощу!

— Пойми, это был мой долг — сказать правду!

— А я думал, что оставаться моим другом до конца, — неверяще прошептал Бэкхён.

Подскочив к двери, он забарабанил в неё кулаком, умоляя его выпустить, но хмурый надзиратель послал матом и пнул в стену, чтобы оборвать всхлипы. Тогда мальчик медленно сполз на пол и уткнулся носом в колени. Время утекало как песок сквозь пальцы, а он так и не смог спасти Чанёля.