26

Тишина после грозы

Солнце только-только начало растапливать ночной холод, превращая росу на траве в миллионы алмазных искр. Воздух над озером был неподвижным, как стекло, и лишь лёгкая рябь от вёсел нарушала идеальную гладь. Т/И сидела на корме, пропуская пальцы сквозь ледяную воду. Её взгляд был прикован к спине Пэйтона. Каждый гребок заставлял мышцы под тонкой тканью футболки играть чёткими, мощными волнами. Это был гипнотизирующий, почти животный ритм. Не тренировка, не побег. Просто движение. И от этого оно казалось вдвойне откровенным.

Пэйтон обернулся. Его глаза, обычно сканирующие горизонт на наличие угроз, сейчас были прищурены от солнца и сосредоточены только на ней.
Пэйтон: Замёрзла?
Т/И: Нет. Просто думаю.
Пэйтон: О чём?
Он перестал грести, дал лодке замедлить ход.
Т/И: О том, что раньше каждая тишина казалась заговором. А сейчас... она просто тишина. И это страннее любого боя.
Пэйтон отложил вёсла, медленно перебрался к ней. Лодка качнулась. Его колени упёрлись в её бёдра, ладони легли на сиденье по обе стороны от неё. От него пахло свежим воздухом, хлопком и чем-то глубинно-мужским, тёплым.
Пэйтон: Я знаю это чувство. Мозг отказывается переключаться. Он ищет врага в тени сосны и угрозу в крике птицы.
Он прикоснулся тыльной стороной пальцев к её щеке. Прикосновение было грубоватым, шершавым от старых мозолей, но невероятно нежным.
Пэйтон: Но врага нет. Есть только ты. И этот рассвет. И я, который не знает, что с этим всем делать.

Он наклонился. Его губы коснулись её лба, затем переносицы, уголка рта. Это не был жадный, голодный поцелуй, как в пылу опасности. Это было медленное, осознанное исследование. Т/И вздохнула, её пальцы впились в материал его футболки.

---

                    Дома. Вечер того же дня.

Вечеринка Винни превратилась во что-то громкое и хаотичное. Но Т/И чувствовала себя немного отстранённо. Она поймала на себе взгляд Пэйтона через всю комнату. Он стоял у камина, но всё его внимание было направлено на неё. Этот взгляд прожигал насквозь. В нём было владение. И обещание.

Она вышла на террасу, чтобы перевести дух. Через пару минут за ней вышел он. Молча подошёл сзади, обнял, прижал её спину к своей груди. Его губы прикоснулись к её шее.
Пэйтон: Устала от людей?
Т/И: Немного. Не привыкла к такому шуму без... ну, ты знаешь.
Пэйтон: Без того, чтобы кто-то не пытался кого-то убить? Да, понимаю.
Он повернул её к себе. Его руки скользнули под тонкую ткань её блузки, ладони легли на голую кожу поясницы. Т/И вздрогнула.
Пэйтон: Давай уйдём отсюда.
Т/И: А гости?
Пэйтон: Они взрослые люди. И у Джейдена есть ключи.

Он не стал ждать ответа. Просто взял её за руку и повёл внутрь, через боковую дверь. Его шаги были быстрыми, решительными. Её сердце бешено колотилось.

---

                                 Их спальня.

Он запер дверь на ключ. Звук щелчка прозвучал громко. Комната погрузилась в полумрак.
Пэйтон прижал её к стене. Его тело было твёрдым и неумолимым. Он не целовал её. Он смотрел. Его глаза скользили по её лицу.
Пэйтон: Сегодня, в лодке... я не договорил.
Т/И: (шёпотом) Что?
Пэйтон: Я не знаю, что с этим делать. С этим миром. С этой тишиной. Но я знаю, что хочу с этим делать тебя.

И тогда он поцеловал её. Это был шторм. Поцелуй, полный накопленного напряжения, страха, ярости и той дикой потребности, которую он так долго держал в узде. Его язык вторгся в её рот, его руки зарылись в её волосах. Т/И ответила ему с той же силой, впиваясь ногтями в его плечи.

Он оторвался, его дыхание было тяжёлым.
Пэйтон: Скажи «стоп».
Т/И: Нет.
Пэйтон: Я серьёзно, Т/И. Я не всегда могу контролировать... всё, что во мне есть. Особенно сейчас. Скажи «стоп», и я остановлюсь.
Она посмотрела ему прямо в глаза.
Т/И: Я не хочу, чтобы ты останавливался. Я хочу увидеть, что в тебе есть. Всё.

Что-то в его взгляде дрогнуло, сорвалось с цепи. С тихим рычанием он сорвал с неё блузку. Его губы и зубы обжигали кожу на её плече, ключице, спускаясь ниже. Каждое прикосновение было и лаской, и знаком. Т/И откинула голову, её пальцы спутались в его волосах.

Когда не осталось ничего, он отступил на шаг, чтобы смотреть. Его взгляд был огнём.
Пэйтон: Боже, ты прекрасна. И ты моя. Только моя.
Т/И: Докажи.

Он сбросил с себя собственную одежду. В лунном свете его тело выглядело как изваяние из мрамора и стали. Он подхватил её на руки, отнёс к кровати.

То, что было дальше, не было любовью в романтическом смысле. Это была битва другого рода. Столкновение двух равных сил. Он был требовательным, почти жёстким, полностью доминируя, но каждое его движение было пропитано такой невысказанной нежностью, что у Т/И перехватывало дыхание. Она отвечала ему с той же яростью, принимая его, бросая ему вызов. Они не говорили. Звучали только прерывистые стоны, её имя, срывающееся с его губ хриплым шёпотом, его имя, которое она кричала в подушку, когда волны удовольствия смывали всё на своём пути.

Потом, когда буря утихла, он не отпустил её. Притянул к себе, прижал так сильно, что ей казалось, их сердца бьются в унисон через кожу. Его губы коснулись её мокрого виска.
Пэйтон: Вот что с тобой делать. Вот где мой мир. Только здесь.
Т/И обняла его, чувствуя, как дрожь проходит по его телу. Она гладила его спину.
Т/И: Я здесь. Я никуда не уйду.

Они так и заснули — спутанные конечности, единое целое в тишине огромной комнаты. Никаких кошмаров. Только глубокий сон двух уставших воинов, нашедших, наконец, своё убежище — друг в друге.

---

На утро их разбудил не крик чайки, а настойчивый стук в дверь. Голос Джейдена звучал напряжённо.
Джейден: Пэйтон! Ты там? Срочно. Внизу проблемы.

Ледяная струя пробежала по спине Т/И. Она встретилась взглядом с Пэйтоном. В его глазах уже не было ночной страсти и уязвимости. Там снова зажёгся холодный, острый, знакомый блеск. Тишина закончилась.

Пэйтон: (тихо, только для неё) Кажется, перерыв окончен.