Глава 15: Сквозь огонь и расстояние

Pov Северус Снейп

Лето всегда тянется слишком долго.
Особенно, когда ждёшь одного единственного человека.

Я получал от него письма почти каждый день.
Сложенные аккуратно, пахнущие пергаментом и метлой, иногда с мазками чернил на пальцах. Он писал по-гриффиндорски: чуть сбивчиво, но искренне. Всегда в настоящем времени. Будто боялся, что если отложит на завтра — чувства исчезнут.

"Снэйп, я снова не спал всю ночь. Мне снилось, что ты исчез, а я не успел сказать, что…"
— и дальше перечёркнуто. Потом снова: "…что просто скучаю. Дико. Глупо. Как придурок. Но скучаю."

Я не знал, как отвечать на такие письма.
Иногда молчал.
Иногда просто писал:

"Я тоже. Тоска — странная штука."

Мой дом — не место, где можно чувствовать.
Здесь всё давит. Стены, мебель, даже воздух. Мать почти не говорит. Отец не появляется. И я всё чаще читаю его письма по вечерам у открытого окна, под тусклым светом лампы, будто греюсь.

---

Вечером, когда я сел у камина с очередной книгой, что-то в пламени дрогнуло.
Я поднял глаза — и замер.

Пламя вспыхнуло зелёным.

— Северус?! — раздался знакомый, приглушённый голос.
— Это я. Чёрт, у тебя тихо…
И прежде чем я понял, что происходит — Джеймс вылетел из камина с куском сажи на щеке и глупой, счастливой улыбкой.

— Что… ты… делаешь? — прошептал я, поднимаясь на ноги.

Он отряхнулся, подошёл ближе, не глядя по сторонам.

— Я больше не мог.
Ты не отвечал два дня. Я думал, ты заболел. Или передумал. Или…

Я схватил его за мантию и притянул ближе.

— Ты с ума сошёл.
— Ага, — выдохнул он. — По тебе.

И в следующий миг он поцеловал меня. Быстро. Голодно.
Как будто за это время он разучился дышать и только сейчас вспомнил.

Я ответил.
Не потому что был готов. А потому что — хотел.

Когда мы отстранились, я обвёл его взглядом.

— Если мой отец появится — он тебя убьёт.

— Тогда поцелуемся быстрее, — прошептал он с дерзкой ухмылкой.

Я рассмеялся — по-настоящему, впервые за всё лето.

Он остался на одну ночь. Мы спали вполголоса, на узкой кровати, под старым одеялом. Он рассказывал истории, шептал на ухо, что никуда не денется. Что скучал так, будто потерял часть себя.

Я лежал рядом, смотрел, как он дышит — и думал:

Если любовь существует, она, наверное, выглядит именно так — нелепо, неожиданно, отчаянно, но до боли живо.