54 глава

Вдоволь насытившись принесенной едой, Наруто не знал чем себя занять. Довольно удивительно сказать подобное в его положении, но по другому описать изнывания омеги было затруднительно. Несмотря на давно пробившие полночь часы, блондин совсем не хотел спать. Вероятно на него так повлияла стрессовая ситуация и нервная встряска, из-за которой взбудораженный организм ошибочно бодрствовал и гонял кровь как невменяемый.
Самое занимательное, что смог найти в комнате парень, был обычный вид из окна. Луна, почти полностью окутанная промозглыми облаками, казалась парню неимоверно одинокой и в тоже время величавой особой.

Она притягивает всё внимание и благодушно позволяет наблюдать за собой, но никому не дозволяет прикасаться к себе. Даже тучи, кажущиеся  наиболее приближёнными к её «ногам», на самом деле могут только смотреть на неё из далека, тихо восторгаясь её безупречностью. Она строго держит  доступное для всех расстояние не делая при этом исключений.
Раньше Наруто сравнивал её да и всю ночь в целом с Саске, считая, что она очень схожа с ним. Но теперь ему кажется это сравнение неверным и глупым. Учиха перестал быть для него неизведанным и сомнительным человеком. Блондин душевно чувствовал, ощущал и понимал Саске, точно как себя.
Теперь же луна стала напоминать ему Гаару. И кажется, в этот раз он не прогадал. Закрытый и нелюдимый, таящий в себе уйму секретов, альфа излучал спокойствие и непоколебимость. Сабаку но не позволяет себе показывать свои истинные эмоции прилюдно, основываясь лишь на своих потаённых приоритетах и неизвестных целях. Он пугает своей хладнокровностью и суровым нравом, однако это не мешает людям массово тянуться к нему.
Наруто думал, что красноволосый теперь не один, ведь его окружают многие люди. Но он ошибся. Гааре никто из них не интересен, они для него всего навсего надоедливые мухи, нашедшие в нём лакомый кусочек. Узумаки так же не любил наигранность и обманчивость. Никто из фанатов не знает кто на самом деле такой Гаара. Они видят красивую обложку и им этого вполне достаточно. Им не важно, что чувствует этот человек, о чём размышляет и чего желает.
Блондин заметно погрустнел. Подперев руками голову, омега не переставая, всматривался в предсмертно тихую ночь. Холодный ветер помогал расслабиться и хорошенько подумать.
В какой-то момент Узумаки вдруг ясно осознал, что не держит на альфу зла. Это было настоящее сумасшествие.
Даже после ужасного поступка Гаары, он не возненавидел его. Конечно, блондин слегка выделялся своей излишней незлопамятностью и благодушностью, но простить такое, даже для него было чересчур. Однако как бы он не прорабатывал и не сопоставлял все «за» и «против», Наруто не чувствовал к нему отвращения или хотя бы обыкновенной враждебности. Едва он находил весомые обвинения в его сторону, как вторая его часть начинала яро оправдывать Гаару и придумывать ему обоснования. По какой-то причине вся его сущность не хотела думать о нём плохо, и именно это приводило в тупик размышлений.
Наруто с силой зажмурился, таким образом стараясь больше не лезть в тёмную глубь своих мыслей, и попытался думать о чем-нибудь хорошем, поверхностном. А в его понимании это были воспоминания. И в первую очередь о Саске. Каждый малейший эпизод отдавался гулким биения сердца и тёплой улыбкой на устах.

Сами того не замечая, они переняли некоторые привычки и повадки друг друга. Обыденные действия стали накрепко связаны между собой и оттого было страшно подумать, что что-то может измениться. Несмотря на то, что Наруто терпеть не мог однообразие и монотонность, некоторые незамысловатые обычаи с альфой он менять категорически не хотел. В каждом движении, простейшей мимике и взгляде Учихи блондин ощущал горячие потоки тепла, накрывающие его неизбежной лавиной. Узумаки даже прикинул, как бы снова упрашивал Саске досмотреть очередной выбранный им фильм, если бы не нынешние обстоятельства. Хотя, скорее всего Саске бы сейчас спал или же с краснющими глазами сидел за своим компьютером, опять проверяя отчёты вездесущих работников. Однако даже в такие моменты омега не злился на него. Он понимал, насколько трудно нести на себе такую ответственность в виде большого бизнеса и сотни с лишним сотрудников. Старался иногда осторожно отвлекать упрямого альфу и заставлять поспать хотя бы немного. Учиха ни разу не упрекнул его в этом и беспрекословно слушался его нравоучительных советов. Но внутри альфа корил себя за своё малое внимание к блондину, поэтому каждый раз мысленно уверял себя, что как только закончит с делами компании, сразу уделить всё свободное время блондину. Сам того неподразумивая, он пытался откупиться подарками, задаривая Наруто различными вкусностями и дорогими вещами.  Непонимающий Узумаки всё принимал, растерянным взглядом обволакивая душу мужчины. Только сейчас, вспоминая свои жалкие усилия оправдать свою совесть, Саске было стыдно. Сразу вспоминался мягкий взгляд океанических глаз, безмолвно настаивающий непринебрегать собой. И мужчина начал стойко ощущать, что всё то время был недостоин этого заботившегося взора. Слишком мало сделал. Не вложил все усилия для другого, более желаемого исхода.
...

Дорога оказалась длинной. Мужчина держался на одних отвратительных банках кофе, бегло купленных по дороге. Сидеть за рулём в таком состоянии было очень рискованно, но альфу это не сильно заботило. На уме была одна единственная цель. Убить. Только тогда он сможет успокоиться.
Если раньше он думал исключительно о Наруто и его безопасности, то сейчас его главным заданием была чужая смерть. Блондина эгостично отложили на второй план. Зверь желал пролить горячую кровь соперника, таким образом отомстив за свою пару и доказав своё превосходство.
Мелькающая на дорожных камерах машина, не на секунду сбавлявшая ходу, собирала по пути всевозможные штрафы. За ним не ехала полиция только потому, что Шикаку додумался предупредить ближайшие отделения о человеке из клана Учиха, спешившего на важное дело. Как бы глупо это не звучало, план сработал. Одна фамилия отбивала желание гоняться за находившимся в дорогущем автомобиле, стоящем, как их трёхлетняя зарплата. Те, на всякий случай сообщили своим коллегам, тоже стоящим на службе в других окрестностях. Никто не хотел иметь проблем с такими влиятельными людьми.
Чем далее заезжал альфа, тем сильнее отдалялся от целевизации. Ночные яркие огни транспорта и зданий померкли, спрятавшись за густой растительностью нескончаемого леса. Ровное  дорожное покрытие резко сменилось неровной и извилистой развилкой, с уймой коренастых кочек и бугров. Пришлось снизить скорость и по мере возможности объезжать неприятные ямки. В салоне доносился противный скрежет ветвей, будто пытавшихся оставить чужеземца. Боковые защитные покрытия кузова явно этому не радовались, но продолжали упрямо двигаться вперёд, уходя от нежелательных прикосновений и подставляясь под новые, не менее противные. Уже проехав большую часть пути, Учиху стали одолевать вполне разумные мысли о том, что его всё таки обманули. Однако поворачивать назад было уже поздно. Тем более, дорога стала слишком узкой и места для разворота просто не было. Проехав чуть дальше, брюнет подметил, что путь стал более отласистым и широким. А в далеке неприглядного мрака мужчина заметил тускло горящие окна высокого дома. Альфа внутри ликующе завыл, наполнив организм несокрушимой силой жгучего предвкушения. Припарковав машину в тенистых зарослях, Саске бегло проверил количество пуль, после чего снял пистолет с предохранителя и засунул его в поясную кожаную кобуру.
С самого начала он настраивался на полное устранение предстоящих преград, поэтому долго разбираться брюнет был не намерен.
...

Наруто больше не мог ждать.
Как он понял, в доме есть слуги, значит кто-нибудь его уж точно должен услышать. Слишком не заморачиваясь, Узумаки стал барабанить кулаками по дверям, своими криками призывая к нему подойти. Сначала его старались игнорировать, но когда дебоширство не прекратилось и начинало значительно капать на нервы, прислугам пришлось что-то предпринять. Идти к психованному омеге заставили самую молодую из домработниц. Девушка работала не больше месяца и  спорить с более старшими по званию женщинами не могла. Нравом она была скромна и нерешительна, что позволяло другим без смущения пользоваться ее мнительностью. В очередной раз служанка молча кивнув своим наставительницам, отбросила чистку ваз и пошла к разшумевшему "заключённому". Открыв выданным ключом дверь, служанка неуверенно приоткрыла проход, боясь, что парень захочет выбежать. Но буянившись минуту назад блондин тут же утихомирился и спокойно отошёл в сторону, позволяя ей зайти.

– Вы чего-то хотели? – поджав руку к груди, поинтересовалась девушка, с подозрением смотря в сверкающие глаза напротив. Обводя омегу беглым взглядом, она не смогла не подметить его симпатичность. Взъерошенные волосы находились в своевольном порядке, придавая парню некую задористость и бойкость. Интересные татуировки на щеках придавали ему некий шарм и совсем его не портили. Фигура была...Она чуть не ойкнула вслух, когда далеко не с первого раза заметила, что омега находится в положении. Напрочь забыв про свою корректность, прислуга не могла свести ошеломлённого взора с живота блондина. Сначала ей показалось, что парню не больше пятнадцати, но сейчас она в этом сильно засомневалась.

– Да, понимаешь, мне тут очень одиноко, – состроив печальный вид, Наруто намеренно увёл огорчённый взгляд в пол, робеюще сжав плечи.
Девушка со сметением хотела что-то сказать, но блондин решил идти до конца, – Думаю, вы уже поняли, что на данный момент мне строго противопоказаны переживания и стресс... Если, конечно, вы не хотите принимать участие в преждевременных родах... – для большей убедительности Узумаки с явственным беспокойством погладил свой небольшой живот.
Служанка тихо вдохнула, с тревогой представляя подобную картину на яву. Быть акушеркой жизнь её точно не готовила, да и она никогда с этим не сталкивалась. Совсем недавно только уехала из родительского дома, начиная тяжкую самостоятельную жизнь, а тут уже такое...
Впрочем, ей было легче просто пойти на поводу этого омеги, нежели чем спровоцировать его на эмоции.

– Чего вы хотите? – обречённо повторила та, на что парень до боли прикусил нижнюю губу, стараясь скрыть победную ухмылку.
Неожиданно взяв девушку за руку, Наруто повёл её в глубь комнаты, между тем начиная заваливать её потоками своего незатейливого лепета, который только приходил ему в голову. Мимо невнимательного взора служанки ускользали нервозные и дёрганые движение взволнованного парня.
То, что Узумаки собирался сделать, казалось ему с родни убийству человека. Однако отступать он всё равно не собирался.  Он не нацелен больше прохлаждаться здесь и ждать, пока его словно принцессу, вызволят из замка. Если нужно, он сам станет для себя принцем, спасшим свою никчёмную жизнь самостоятельно.
Прислуга вновь пропустила мелкнувший огонёк в голубых глазах, приобретших  несвойственную себе стальную уверенность.
...

Сумрачную темень погребенного в тиши леса тускло освещали многочисленые окна, за которыми на разных этажах то и дело мелькали силуэты оживлённых домработниц. Около особняка не было ни души, однако так казалось на первый взгляд. В действительности он был буквально напичкан подчинёнными, охраняющими своего хозяина, словно верные сторожевые собаки. Выйдя из тёмного укрытия под освещенный свет элитного жилья, Саске сосредоточенно обвёл взглядом мгновенно окруживших его людей, лица которых были спрятаны за разнообразными масками животных.
«И вправду преданные зверушки» – брюнет криво усмехнулся, и не теряя времени, завёл правую руку за спину, ладонью обхватывая холодную рукоять катаны.
Она досталась ему ещё от покойного отца, как семейная реликвия. Пользовался он ей очень редко да и только в критических ситуациях. Мечь был изготовлен из твёрдой и нержавеющей стали, а рукоять обтянута акульей кожей, приятно прилегающей в обхвате. Не зря это оружие считалось драгоценным раритетом их семьи.
Рывком выудив из ножны  изогнутый клинок, Учиха почти любовно провёл пальцем по матовой стали меча, с удовольствием замечая в её медном отблеске своё призрачное отражение. Подчинённые настороженно отошли на несколько шагов в сторону, становясь в боевую стойку и призывно выдвигая перед собой обнаженные сабли. 
Саске специально захватил её с собой. Телохранители Сабаку но были прославлены своим специализированным характерным боем внезапной атаки или контратаки с использованием японского меча. Они чистейшей воды профессионалы, чуть ли не с самого рождения держащие в руках холодное орудие. В практике брюнет им значительно уступал, однако у него было то, что разом перекрывало все достоинства противников  – неистребимое стремление и прирождённый потенциал.
Больше не медля ни секунды, толпа синхронно двинулась на врага, занося свои клинки для пробного удара.
Лесной воздух с безмятежным придыханием птиц наполнился несокрушимым звоном сходящихся ударов и противных скрежетов мечей, мелькающих в непроглядной темени прохладной ночи. Тонкие стебли жухлой травы очернили капли бордовой крови, окрасившие растительность в свой непревзойдённый цвет. Гибкие лезвия с резким свистом рассекали воздух, с противным запахом железа разрезали горячую плоть в дополняющем крике агонии.
Зверь упивался каждым подобным моментом и только распылялся, при ощущении тупой боли в теле. Чувствительность затопило безумное удовольствие происходящего азарта битвы. Мускулистое гибкое тело, словно исполняя предсмертный танец, неуловимо кружило в кругу оставшихся подчинённых, не успевавших уследить за молниеносными движениями врага.
Бездыханные тела с приглушенным ударом падали на замёрзшую землю, выпуская из тела последний клубок пара. Сознание утопало в лязге свирепых сабель, сопровождавшихся истошными криками, и отдавалось гулкими отголосками биения собственного сердца.
Последний решающий рывок занесённого над головой меча оборвался тихим звуком окровавленного лезвия, точно пересёкшего шейную артерию оппонента. Конечный поверженный зверёныш безвольной куклой рухнул к своим палым товарищам.
Слышалось лишь сбивчатое дыхание Учихи, устало упавшего на колени. Душу застелило временное удовлетворение, тело казалось тяжёлым и неподъёмным, а разум, казалось, опьянел от блаженной эйфории. Пожалуй, он слегка недооценил людей Шукаку.
Но долго отсиживаться он не стал, опасаясь, что нагрянет новая шайка, от которой он уже вряд ли сможет отбиться. Брезгливо обтерев катану от чужой крови и засунув её обратно в ножны, брюнет неспеша, шаткой походкой двинулся к дому.
...

Блондину казалось, что его сердце остановится от того адреналина, который он сейчас испытывал, быстро мчась по длинному коридору особняка. Благодаря своим немногим знаниям у него получилось ненадолго вырубить бедную служанку и позаимствовать у неё заветный ключик. К его великому везению на пути никого не оказалось и он смог по шумок закрыв дверь, рвануть куда глаза глядят. Длинный и извилистый пролёт был плохо освещён, а из-за чередующихся массивных колонн и вовсе казался мрачным. Нескончаемые стены украшали различные старинные картины, пол был выложен паркетом, поверх которого лежала красная дорожка с затейливой золотой вышевкой. Оформление потолка и верхних частей стен удивляла своей индивидуальностью. Узор леплины нигде не повторялся, каждый орнамент был по своему уникален и неповторим. Но на данный момент Наруто не заботили никакие убранства здания. Вместо изумительной обстановки он видел угнетающее помещение, в котором он уже успел знатно заблудиться.
Внезапно услышав приближающиеся за очередным поворотом голоса, Наруто мигом влетел в первую попавшуюся комнату, тихо прикрыв за собой дверь и прижавшись спиной к её прохладному покрытию. Практически не дыша, омега проследил за удаляющимся говором  женщин, после чего облегченно съехал вниз. Быстрый звук сердца до сих пор эхом отдавался в опустевшей от мыслей голове.
Удивительно, что комнаты не запирают, но в любом случае ему это только поспособствовало.   Оставаться здесь блондин не собирался, но перевести дух ему определённо стоило.