41 глава.

{i feel like drowning slowed} – песня под которую писалась глава.

Ками-сама, что он наделал? Мог же как-нибудь соврать или же сказать это в более укромном месте. Как всегда, сначала он, Наруто, делает, а уже потом предпочитает думать о последствиях.
Впрочем, блондин боялся именно реакции Учихи на эту ситуацию. Не всей этой толпы, затихшей в ожидании дальнейших событий.  Казалось, есть только он и альфа, всё остальное – задний фон в размытом ракурсе, не значащий особого интереса. По ощущением, звенящая тишина висела слишком долго. Саске подозрительно молчал, а Наруто упорно не сводил глаз с его начищенных до блеска туфлей.
Что он скажет?

– Пойдём. – словно громовой тучей прозвучал спокойный голос мужчины.
Блондин не видел, как сужались его брови, как тонкая полоска губ плотно сжалась, а руки нервно дрожа, то превращались в твёрдый кулак с еле заметными венами и побелевшими костяшками, то разжимались, для новой попытки сдавить воздух.
Что-то больно кольнуло.
Не этого он ждал.
В принципе, как и всегда. Ты думаешь, что полагаешь о самом плохом. Но в то же время глубоко внутри осознаёшь, что обманываешь себя и на самом деле подсознательно мечтаешь о лучшем исходе. Всё время пытаешься самообмануться, чтобы при любом исходе не чувствовать боль, но всё равно, раз за разом, в конечном итоге чувствуешь невыносимое разочарование.
Так и сейчас.
Не поднимая взгляда, омега пошёл за брюнетом.
Забытая всеми девушка, не переставала корить себя за оплошность, которой так таковой и не было. Ей оставалось лишь надеяться, что у этих двоих всё будет хорошо.

Лёгкий ветерок залезал под просторную ткань футболки, мягко охлаждая разгорячённую от тревоги кожу. Виски, сдавалось, напряглись не хуже натянутых до придела струн. Грудь болела, и Узумаки не сразу понял, что не дышит.
Почему ему так важно решение Саске? На нём жизнь не заканчивается.
Заведённый мотор вывел из размышлений. Учиха сидел рядом и блондин заметил, с какой силой тот сжимал руль. Злиться. И не удивительно, ведь фактически он опозорил его на всю клинику своим заявлением.

– Почему не сказал? – сдержанно произнёс брюнет, смотря в лобовое стекло.

– Зачем? – буднично отозвался парень, нервно отведя взгляд в окно.

– Зачем? – переспросил Учиха тоном, не предвищавщим ничего хорошего. – Это мой ребёнок, я обязан был узнать об этом! А ты, как я полагаю, решил найти более лёгкий способ, избавившись от него! Наруто, ты...  – рычал мужчина, ногтями впиваясь в кожу руля.
Узумаки крупно вздрогнул и резко повернулся.

– Это мой ребёнок, и только мне решать, что с ним делать! Ты мне никто, чтобы запрещать и указывать мне! – не остался в долгу Наруто. Честно, ему просто очень хотелось возразить, независимо от того, согласен ли он с Учихой или нет. Так скажем, детская вредность, что никак не хочет его покидать.

– На тебе моя метка, означающая, твою принадлежность ко мне! Я твой альфа, ты мой омега, прими это. Ты родишь этого ребёнка, и это не обсуждается. –  ответил мужчина, стальным голосом, не терпящим возражений. Свирепый взгляд впился в негодующие лазурные очи. Парень чувствовал шквал имоций мужчины, как свои и они пугали.
Этот Саске наводил ужас. Омега внутри сжалась, тихо скуля и еле заметно виляя хвостом в глупой надежде утихомирить гнев своей...пары. От этого было мерзко, казалось, он будто подчиняется ему не хуже самой преданной шавки. Грёбаные инстинкты.
Сейчас Наруто особенно ощущал разницу между ними.
Альфа и омега.
Саске выпустил феромон в ещё терпимом для омеги количестве, но тот уже чувствовал головокружение и временное помутнение рассудка. От холодного взгляда хотелось укрыться, спрятаться, убежать и в то же время прильнуть к его носителю, заслуживая прощение.
Узумаки смог лишь опустить взгляд вниз, крепко сжав челюсть, чтобы отбросить столь желанную и дурную на данную минуту мысль. У него ещё осталась гордость.
Гнева больше не было. Он испарился под натиском испуга. Наруто не мог и подумать, что тот Саске, который был почти всегда сдержанным и уравновешенным может быть таким... Нагоняющим страх в перемешку с пугающим восхищением. Ранее блондин не замечал, насколько широкие у него плечи, мускулистая грудь и крепкие руки. Вся поза альфы демонстрировала его мощь и лидерство. У самого блондина были свойственная для омег талия, хрупкие плечи, стройные, ровно девичьи ноги. Различия между ними были кардинальны. И если раньше Наруто завидовал другим альфам в их телосложении и силе, то сейчас он испытывал потребность в этом теле. Хотелось подчиняться, быть ведомым и получать удовольствие от напористых ласк.
И почему он испытывает столь двоякое чувство, когда он должен злиться на него? Ответа Наруто не знал.
Злости в Учихи видимо не поубавилось, потому как, тот завернув на главную дорогу, будто с цепи сорвался, сразу набирая высокую для омеги скорость. Но последний решил промолчать, цепко вцепившись в мягкую обивку сидения. На душе остался неприятно давящий всей своей пресловутой обидой, осадок. Маленький огонёк раздражения клокотал, то увеличиваясь в размерах и обжигая всё вокруг, подначивая высказаться, показать характер, то наоборот уменьшался при одном взгляде на Саске. Злить его ещё, казалось плохой идеей.

Заходили в дом в полном молчании. Наруто от упёртости и обиды, а Саске... кто его знает?! Узумаки нервировало, когда брюнет проходил мимо него, даже не взглянув. Словно его, Наруто, и вовсе здесь не было. Это он должен обижаться и френдзонить его присутствие, но никак не наоборот!
Блондин хотел, как нибудь напакостить, да так, чтобы Учиха извинился. Искренне, а не на отмах.
Правда, рамен, принесённый курьером, который Наруто точно не заказывал, слегка поумерил его пыл и пока что, омега решил отложить гадости на потом. Пустой желудок вновь подал заявку на голод, и отвергнуть её парень не мог.
В этот раз он пытался есть медленне, чтобы организм принял еду, которая была  сейчас в его положении особенно необходима. На удивление Наруто, он смог осилить лишь половину чашки, когда в более молодом возрасте, он мог съесть по две, а то и по три порции лапши, что, конечно же, было для нормального омеги не нормой.
Что ещё сильнее ужаснуло парня, так это то, что он не чувствовал присущего  для него восторга от поедания любимого блюда, при том, что рамен был действительно вкусным. В голове, как бы между прочим, вертелись помидоры, которые в его представлении, казались сочными и до безумия сладостными. Но он ведь ненавидит не то что помидоры, а все овощи в целом!
Весь последующий вечер, Узумаки то и дело заглядывал в холодильник в надежде, что они чудесным образом там окажутся. Не найдя чудесного овоща, блондин с показушной надутостью уходил в зал. Больше к сожелению было некуда. Его комната была пока что непригодна для прибывания, а идти к брюнету он не собирался, тем-более на виду у альфы у него было больше шансов удостоиться должного внимания. Учиха, которому поднадоело смотреть на долгие скитания омеги, наконец-то принял решение спросить в чём дело. Наруто продолжительное время побухтел, но всё же заявил о заветном желании, между тем обвиняя брюнета в бессодержательном холодильнике. Саске показалось, что его глаза стал дёргаться.

– Почему ты раньше не сказал? Сейчас двенадцать часов ночи, а ты... – мужчина не стал продолжать, замечая нахохлившегося блондина.

– Ну да, как же я не заметил! Прости, что я такой тупой! Подумаешь, беременный омега попросил об одной единственной просьбе, переживёт! – Узумаки подняв подбородок, развернулся. – Конечно, как рожать, так сразу, а если бедный узмученый омега просит о чем-то, то это его проблемы... – на последок довольно громко пробубнил Наруто.

– Какие? –резко отозвался мужчина, мысленно уже перечисляя известные виды сортов. Всё же, если разговор идёт об этом овоще, то к нему нужно подойти с особой серьёзностью и усмотрительностью. На подкорке сознания он догадывался, что такой речью хитрый омега выбивал из него совесть, но отказать всё равно не мог.

Подавив победную ухмылку, Узумаки старательно сделал задумчивое выражение лица.

– Откуда мне знать? – спустя томительную паузу, спросил Наруто, чем ввёл Саске в растерянность.

– Ну, маленькие или большие? – старясь узнать более конкретный ответ от омеги.  Учихе не хотелось потом повторно ездить в магазин из-за неправильно выбранных помидоров.

– Маленькие и сладкие! – глаза блондина загорелись, а рот обильно наполнился слюной только от одного представления сочного томата.

Вздохнув Саске вышел из дома, чуть вздрагивая от прохладного ночного воздуха. Ему не раз доводилось слышать, что беременные омеги "слегка" меняются в характере и в образе питания. Но чтобы так быстро?