Глава 14. Нищенка
Уже шел третий день конференции, который назывался «днем прогулки по садам», а поскольку Цзин Лин не собирался сопровождать какую-нибудь глупую девчонку, то ему было ужасно скучно. К тому же больше трех месяцев назад у него было больше свободы, поскольку как только они вернулись в башню Золотого карпа после событий в Юньпине, дядя Цзян приставил к нему охранников, которые действительно хорошо справлялись со своей работой...
Цзинь Лин отправился в Ланьлин, чтобы попытаться скрыться от бдительных глаз своей стражи, ведь до сих пор это ему не удавалось, но когда он стал проходить мимо одного из чайных домов, то споткнулся об уличную нищенку, которая тихонько вскрикнула от боли и сжалась в комок.
«Что за грязное создание?» - пронеслось в его голове.
- Пожалуйста, не пинайте меня! - взмолилась она.
«Я не собирался пинать ее, ведь вероятно она умудрилась испачкать грязью мои ботинки даже больше, чем я собрал за последний час ходьбы!» - подумал Цзинь Лин.
Цзинь Лин хотел сказать что-то вроде: «Держись от меня подальше!», как бы он сделал больше трех месяцев назад, еще до того, как он встретил Лань Сычжуя, который был бы разочарован, если бы узнал, что он подобным образом разговаривает с кем-то. Поэтому вместо того, чтобы кричать, он опустился на колени, как сделал бы Лань Сычжуй, и спросил:
- Вы не ранены?
Наконец женщина показала ему свое лицо и тело, которые были слишком худыми, а ее большие глаза были окружены пурпурными тенями.
- Нет, молодой господин, - прошептала она. - Я в порядке.
«Она использовала тот же тон и интонацию, что и дядя Вэй, когда притворяется, что все в порядке», - пронеслось в его голове.
На одной ее щеке был виден темно-фиолетовый синяк, а на лбу - желто-зеленый и, судя по тому, как она держала руку, кто-то причинил ей боль. Она явно была не в порядке.
- Позвольте мне угостить вас чаем и едой в качестве извинения за то, что чуть не наступил на вас, - предложил Цзин Лин, но когда она начала возражать, добавил: - Это было моей виной, ведь я не смотрел, куда иду!
- Молодой господин, если вам действительно нужно извиниться, то просто скажите мне...правда ли, что Вэй Усянь жив? - пробормотала она, но когда Цзинь Лин нахмурился, поспешно продолжила: - Ведь я знала его...мы были друзьями. Много лет назад я училась вместе с ним, его братом и сестрой в Облачных глубинах. Даже после того, как его стали называть Старейшиной Илин, я всегда знала, что он никогда не был злым.
- Вы учились в Облачных глубинах? - с сомнением спросил Цзинь Лин.
«Эта нищенка никак не могла знать мою мать!» - пронеслось в его голове.
- Да. Я помню, как Вэй Усянь и Не Хуайсан шалили во время занятий, а Цзян Чэн и Лань Ванцзи впивались в них взглядом. Цзинь Цзысюань и Вэй Усянь все время пытались ввязаться в драку...А бедный Лань Цижэнь пытался поддерживать дисциплину...Как будто заставляя Вэй Усяня копировать правила клана Лань, он мог бы заставить его подчиниться им!
Все, что она говорила, было в значительной степени общеизвестным, а не доказательством того, что она знала кого-либо из них. Но потом она добавила:
- Еще я помню, как однажды Лань Ванцзи и Вэй Усянь пропали на несколько дней. Никто не мог их найти, как вдруг они появились, выпав из горы! Тогда я шла с Цзян Чэном, и мы увидели Вэй Усяня, лежащего на Лань Ванцзи, при этом их запястья были завязаны налобной лентой Ланей! Было очевидно, что Вэй Усянь понятия не имел, что это значит...а бедный Лань Ванцзи был подавлен.
Цзинь Лин был совершенно уверен, что большинство людей за пределами Гусу не знали, что значит, если позволить другому человеку прикоснуться к налобной ленте Ланей...Он также знал, что эта история не была той, о которой все говорили...но это на самом деле произошло.
«Это означает, что эта нищенка действительно знает дядю Вэя», - пронеслось в его голове, и Цзинь Лин повернулся к одному из своих охранников.
- Найди Вэй Усяня и Ханьгуан Цзюня, они все еще должны быть в башне Золотого карпа! - приказал Цзинь Лин, при этом лицо женщины сразу же побледнело под грязью и синяками.
- Нет, не надо Лань Ванцзи, - прошептала она. - Только Вэй Усяня!
- Боюсь, что прямо сейчас, если вы хотите увидеть Вэй Усяня, то вам придется увидеть и Лань Ванцзи, ведь эти двое практически неразлучны! - сказал Цзинь Лин, помогая женщине подняться. - А пока мы их ждем, позвольте мне купить для вас немного еды.
Несмотря на протесты женщины, он провел ее в чайный дом и потребовал, чтобы хозяин позволил своей гостье умыться, и как только она исчезла из поля его зрения, он повернулся к другому охраннику:
- Иди найди главу клана Цзян и приведи его сюда!
Поскольку это касалось его дяди Вэя до его смерти, он посчитал мудрым решением, сообщить об этом также своему дяде Цзяну.
***
Внезапно счастливый голос позади него заставил его снова обернуться:
- А-Лин! Я так и знал, что это ты!
- Я думал, что ты сегодня будешь гулять по саду, - сказал Цзинь Лин.
- Я гулял, но назначенная мне заклинательница сообщила мне, что она не намерена выходить замуж за человека, который красивее ее. Не знаю, похвалила она меня этим или оскорбила? В любом случае это не имеет значения, ведь я тоже не хочу жениться на ней, - с улыбкой на лице ответил Лань Сычжуй. - А что это за женщина была с тобой?
- Я не узнал ее имени, но она утверждает, что училась в «Облачных глубинах» вместе с моими родителями, твоим отцом и дядей Цзяном», - сказал Цзинь Лин, оглянувшись, чтобы посмотреть, не вернулась ли она. - Я послал за ними на тот случай, если она говорит правду. Она выглядит голодной, бедняжка.
Цзинь Лин все еще смотрел на своего друга, когда увидел, как вдруг вся кровь отхлынула от лица Лань Сычжуя.
- Ты же умерла! - прошептал Лань Сычжуй и упал в обморок у ног Цзинь Лина.
- Сычжуй! - воскликнул Цзинь Лин, ведь хотя тот выглядел таким же красивым и нежным, как девушка, но на самом деле он всегда был довольно сильным.
«Так почему же он упал в обморок?» - пронеслось в его голове.
Женщина сразу же бросилась на колени рядом с Лань Сычжуем. Она быстро проверила его пульс и приоткрыла веки. Затем она наклонилась, чтобы послушать его сердцебиение.
- С ним все в порядке, - заявила она. - Он просто потерял сознание. Часто ли у него бывают обмороки?
- Никогда, насколько я знаю, - сказал Цзинь Лин.
- Не волнуйтесь, он придет в себя через пару минут, - успокаивала она.
- Дорогой племянник! В какую передрягу ты вляпался на этот раз! - услышал Цзянь Лин на входе и сразу же вздохнул с облегчением.
- Дядя Вэй, Сычжуй...- он не смог произнести оставшуюся часть фразы, потому что увидел, как лица Вэй Усяня и Лань Ванцзи стали такими же бескровными, как и у Лань Сычжуя.
- Ты же умерла! - произнес Вэй Усянь ту же фразу, что и Лань Сычжуй, перед тем как его ноги подкосились, и он упал бы на пол, если бы муж вовремя его не подхватил.
- Вэй Ин, ты в порядке? - обеспокоенно спросил Лань Ванцзи.
- Все хорошо, просто голова закружилась, - пробормотал Вэй Усянь, придя в себя. - Отведи моего племянника, и его охрану в башню Золотого карпа, а я позабочусь обо всем остальном!
- Вэй Ин, ты уверен, что справишься здесь без меня? - с сомнением в голосе спросил Лань Ванцзи.
- Конечно, - ответил Вэй Усянь, подарив ему улыбку. - А теперь иди, Лань Чжань.
Лань Ванцзи кивнул и, обратив внимание на заклинательницу, сказал:
- Мы очень рады были узнать, что сообщение о вашей кончине было сильно преувеличенным.
***
Затем он схватил Цзинь Лина за руку, вытаскивая его из чайного дома, и жестом приказал охранникам, чтобы они шли впереди них.
- Кто она? - спросил Цзинь Лин, безуспешно пытаясь вырвать свою руку из хватки нового дяди, ведь было не очень достойно, быть шестнадцатилетним главой клана, которого тащили по улицам, как заблудшего пятилетнего ребенка.
- Кто-то, кто должна была умереть еще шестнадцать лет назад. Она была очень важна для обоих твоих дядей и для твоего друга - призрачного генерала. Похоже, Цзинь Гуаньяо оставил после себя еще больше секретов, - ответил Лань Ванцзи.
- Но единственная женщина, которая подходит под это описание - это госпожа...
- Замолчи! - предупредил его Лань Ванцзи. - Если ты не хочешь нести ответственность за то, чтобы многие люди пострадали, то не произноси ее имени вслух!
- Она настолько опасна?
- Опасна? - усмехнулся Лань Ванцзи. - Она была целительницей и очень хорошей, может быть даже лучшей в свое время. Вэй Усянь и Лань Сычжуй сделают все возможное, чтобы защитить ее. И я надеюсь, что Боги помогут нам, если Цзян Чэн и другие главы кланов узнают о том, что она жива, ведь в прошлом они все выступали против нее.
- А что, по-вашему, сделает дядя Цзян? - спросил Цзинь Лин, немного побледнев от его заявления. - Ведь я послал за ним сразу же после того, как я послал за вами!
- Я не знаю, - ответил Лань Ванцзи, тяжело вздохнув. - Он либо попытается убить ее, либо поцелует, хотя я уверен, что Вэй Усянь не допустит ни того, ни другого...ну может быть, позволит поцелуй после их помолвки. Однако если же он все-таки попытается убить ее, Вэй Усянь может воздержаться от братоубийства, но Сычжуй определенно сдержит смертельный удар.
«Позволит поцелуй после их помолвки?» - мысленно повторил Цзинь Лин, пытаясь собрать воедино старые разговоры с этой новой информацией.
«Единственная заклинательница, которая завладела сердцем моего дяди, была женщина с гребнем. Неужели эта оборванная нищенка и есть та женщина с гребнем? Неудивительно, что дядя утверждал, что политика мешает ему, ведь он не мог жениться на Вэнь после кампании «Низвержение Солнца»! Если бы он женился на одном из людей Старейшины Илин, все остальные кланы сторонились бы его, и возможно свергли бы его с поста главы клана! Но почему Сычжуй упал в обморок при виде Вэнь Цин? И почему Лань Ванцзи сказал, что он будет готов сражаться с дядей Цзян, чтобы защитить ее? Ведь ему было всего три года, когда она «умерла». Откуда малышу Лань знать, кто такая Вэнь Цин? Вот только Сычжуй не был Лань, а его старший брат знал Лань Ванцзи!»
Цзинь Лин искоса взглянул на человека, который все еще тащил его за собой.
«Стал бы Лань Ванцзи усыновлять ребенка Вэнь? Был ли старший брат с рынка в памяти Лань Сычжуя дядей Вэем? Из того, что я знаю о Ханьгуан Цзюне, случайное усыновление ребенка в девятнадцать лет было нехарактерным для него. Но двадцать лет назад Вэй Усянь, Цзян Чэн и Вэнь Цин учились в Облачных глубинах в течение полугода, а затем были снова вместе на «Идеологической обработке» Вэней, год спустя. Что, если у дяди Цзян за это время родился ребенок от Вэнь Цин? И она не сказала ему об этом из-за кампании против ее клана...Вполне логично, что Вэй Усянь защищал и мать и своего племянника, при этом держа дядю Цзяна в неведении, чтобы не разрушить его репутацию или же, чтобы не заставить его делать выбор между своей возлюбленной и их ребенком и своим кланом. И Вэй Усянь непременно отдал бы ребенка на воспитание своему другу, если бы знал, что умрет...Лань Ванцзи возможно не усыновил бы бездомного ребенка, но он наверняка усыновил бы того, кого его муж считал своей семьей...Был ли Сычжуй мне двоюродным братом по крови, а не по усыновлению? Но стал бы Лань Ванцзи скрывать Сычжуя от Цзян Чэна? Мог ли он отказать мужчине в собственном сыне после смерти матери, а сыну в его истинном отце? У Лань Ванцзи не было причин защищать дядю Цзяна от презрения глав кланов, а только все основания желать, чтобы тот потерпел неудачу. В конце концов, дядя Цзян пытался убить дядю Вэя...Унижение этого человека, было бы хорошим началом мести, но тогда тоже самое произошло бы и с его ребенком, поэтому Ханьгуан Цзюнь решил сохранить для себя последнюю связь с человеком, которого он любил».
Лань Ванцзи резко оттащил своего племянника на обочину дороги, прервав ход его мыслей, и остановился. Он приказал охранникам оставить их, и как только они ушли, вынул из рукава листок бумаги.
- Хм, похоже, Цзян Чэн прибыл в чайный дом, но он выбрал третий вариант и упал в обморок. Хозяин выгнал их всех, и они сняли отдельные комнаты в гостинице дальше по улице, - пробормотал Лань Ванцзи, когда прочитал иероглифы на бумаге.
«Дядя Цзян тоже упал в обморок?» - пронеслось в голове Цзинь Лина.
- Что это? - спросил Цзинь Лин, указывая на листок бумаги, на котором иероглифы медленно исчезли.
- Еще одно изобретение Вэй Ина, чтобы дать мне понять, что даже заклинание молчания не помешает ему говорить, - объяснил Лань Ванцзи. - В башне Золотого карпа есть комната, где мы могли бы спрятать ее? Там, где слуги отказываются убирать?
- Старый дом Цзинь Гуаньяо - «Благоуханный дворец» сейчас пуст, - ответил Цзинь Лин, ведь теперь он отказывался называть его своим дядей. - Если она не будет зажигать свечи по ночам и не будет производить слишком много шума, она будет там в полной безопасности, ведь даже охранники не подходят слишком близко к этому дому.
- Я могу позаботиться о шуме и освещении, но сначала нам нужно решить проблему «взлома» башни Золотого карпа, - сказал Лань Ванцзи и зашагал прочь, но к счастью больше не таща за собой Цзинь Лина, но поскольку у старшего мужчины шаги были длиннее, чем у младшего, тот ощущал себя маленьким ребенком, спешащим за своим взрослым. Они остановились только для того, чтобы поговорить с капитаном стражи.
- Мне нужно посмотреть, как вы защищаете моего племянника, - сказал Лань Ванцзи, но капитан стражи стал сомневаться, мог ли он посвятить его в детали обеспечения безопасности башни Золотого карпа. Однако Лань Ванцзи это не смутило, и Цзинь Лин боковым зрением уловил необычное движение.
Лань Ванцзи славился тем, что мог часами стоять совершенно неподвижно, спокойно держа левой рукой Бичэнь, а правую, сжатую в кулак, положив себе на спину.
«Так почему же теперь этот кулак сжимается и разжимается? Было ли это каким-то сигналом? - подумал Цзинь Лин, увидев, как кулак Лань Ванцзи крепко сжался, оставив на ладони видимые пятна. - Что же это значит? Мне нужно показать гнев?»
- Я больше не ребенок, Ханьгуан Цзюнь, мне почти семнадцать, и мне больше не нужно, чтобы кто-то стоял надо мной! - воскликнул Цзинь Лин, сделав угрюмый вид и слегка сгорбившись, при этом он увидел, как кулак Лань Ванцзи расслабился, и в ответ он получил едва заметный кивок. Затем холодный взгляд Ханьгуан Цзюня скользнул на капитана и обратно, и Цзинь Лин каким-то образом понял, что этот взгляд был ему приказом убедить капитана.
«Так вот как он это делает, не разговаривая!» - пронеслось в его голове.
- Вы ведь знаете, что целью этой конференции было найти жен для глав кланов, кроме меня, конечно, - продолжил Цзинь Лин, и капитан кивнул. - В таком случае разумно ожидать, что мой дядя Цзян проведет следующие несколько лет, уделяя внимание своей новой жене и детям? Вместо того чтобы приезжать сюда каждые несколько недель, чтобы присматривать за мной? И поскольку Цзян Чэн сейчас занят другими делами, Верховный заклинатель и Старейшина Илин решили взять на себя мою опеку, хотя мне это вовсе не нужно!
- Нет, в этом действительно есть смысл, - поспешно согласился капитан, хотя он вероятно согласился бы почти на все, как только был упомянут ужасный Старейшина Илин.
- Я хочу посмотреть, какая у вас защита вокруг башни, ведь мы не всегда будем здесь, чтобы присматривать за мальчиком, - продолжил настаивать Лань Ванцзи.
- Я не мальчик! - заскулил Цзинь Лин, продолжая играть.
Теперь капитан был более чем счастлив, ознакомить Ханьгуан Цзюня со всеми протоколами, ведь холодный авторитет старшего в сочетании с раздражительным поведением младшего и завуалированной угрозой со стороны Старейшины Илина - сработали. Час спустя Лань Ванцзи поклонился капитану в знак благодарности.
- У вас прекрасные планы, я не могу придумать ни одного улучшения, - сказал Лань Ванцзи.
Оказавшись снаружи и вне пределов слышимости, Лань Ванцзи покачал головой:
- Почти семнадцать?
- Это, правда, мне через месяц будет семнадцать! - заявил Цзинь Лин. - А эти планы будут проблемой для дяди Вэя и его друзей?
- Нет, эти планы не изменились за последние двадцать лет, - признался Лань Ванцзи. - Теперь я понимаю, почему Цзинь Гуаньяо оставил их, ведь очень легко проникнуть сюда и выбраться отсюда.
- Если в планах полно дыр, то почему вы ничего не сказали? - удивился Цзинь Лин.
- Потому что я хочу, чтобы твой дядя мог легко проникнуть сюда! Сычжуй и Цзян Чэн могут войти прямо через врата, но Вэй Усяню понадобится помощь с женщиной. Цзян Чэн почти так же незаметен, как гроза, а Сычжуй никогда не пытался пробраться или выйти из какого-нибудь места. Вэй Усянь же может прекрасно это делать, и если бы женщина была здорова, то она тоже смогла бы проникнуть сюда незамеченной, - объяснил Лань Ванцзи.
- Дядя Вэй умеет вламываться в чужие дома? - спросил Цзинь Лин.
- Я думаю, он провел большую часть своего детства, перелезая через стены «Пристани Лотоса», и я знаю, что он пробирался в башню Золотого карпа и выходил из нее, по крайней мере один раз... - сказал Лань Ванцзи. - В первый же день нашей встречи я поймал его, когда он перелезал через стены в Облачных глубинах после комендантского часа, но я поймал его только потому, что он, для того чтобы войти, случайно выбрал именно то место, где стоял я. Вэй Усянь прорвался через наш барьер, а затем снова залатал его так, что старейшинам понадобилось несколько дней, чтобы понять, как он это сделал?
- А что вы там делали после комендантского часа? - снова спросил Цзинь Лин.
- Я был на патрулировании, - просто ответил Лань Ванцзи, ведь не хотел признаваться в том, что сам вызвался на патрулирование, когда познакомился с самым необыкновенным юношей всего за несколько часов до этого...Ему хотелось побыть одному, но это было трудно сделать, когда вокруг него храпели еще пять подростков.
- Не беспокойся, если Цзян Чэн ошибется и его поймают, то он сможет найти выход из положения, и Сычжуй будет делать то, что ему скажут, - продолжил Лань Ванцзи, вынув из своего рукава листок бумаги и начал писать на нем пальцем. - Я только что сказал Вэй Усяню пойти в «Благоуханный дворец», как только стемнеет. Когда они прибудут сюда, тебе, возможно, придется устроить еще одну истерику, чтобы отвлечь всех, кто будет находиться рядом со зданием.
Цзинь Лин кивнул, ведь он умел устраивать истерики очень хорошо, но ему все еще было любопытно узнать об этой удивительной бумаге.
- Как работает этот лист бумаги? - поинтересовался Цзинь Лин.
- Каким-то образом наши два листа бумаги связаны, поэтому то, что написано на одном листе бумаги, на короткое время появляется на другом, - пояснил Лань Ванцзи.
- Дядя Вэй решил сделать это просто так?
- Несколько недель назад мы со старшими учениками отправились на ночную охоту, но через несколько часов я не разрешил Вэй Усяню говорить, - признался Лань Ванцзи.
- Почему? Он был слишком громким? - удивился Цзинь Лин.
- Нет, просто старшие ученики потратили слишком много времени, спрашивая его мнения и помощи. Просить совета у старших - это хорошо, но не до такой степени, чтобы не принимать собственных решений. Я наложил на него заклинание молчания, когда Вэй Усянь отказался прекратить им помогать. Твой дядя был расстроен тем, что я не разрешил ему говорить, поэтому он придумал этот способ переговоров.
- Прямо во время ночной охоты?
- Мгм, - подтвердил Лань Ванцзи.
- Дядя Вэй, должно быть очень умный, - заявил Цзинь Лин.
- Так и есть.