Переворот. Часть 1.

Придя домой, Ноа первым делом пошел на кухню, где уже сидели его родители. Аалон задумчиво и хмуро копался в ноутбуке, перебирая кучу бумаг, которые лежали рядом, а Лорет устало пила чай из фарфоровой кружки. Ноа увидел множество бутылок вина на полу; казалось, родители готовятся к переезду. Эта картина его позабавила.

— А что происходит? — посмотрел на все эти бутылки сын, а затем переглянулся с родителями.
— Идём, покажу тебе кое-что, — встал отец из-за стола, снимая очки.

Они вышли из дома и пошли в сторону огромного дерева, которое росло на их участке. Под этим стволом, пережившим не одно столетие, скрывалась неприметная дверь, находившаяся в земле. Эта дверь вела в погреб, куда отец спускался довольно часто со своими партнерами по бизнесу. Ноа бывал в этом погребе пару раз в год, когда Аалон решал убраться или переставить полки. Крутая лестница вела вниз. Они оба аккуратно спустились и упёрлись в следующую дверь, защищенную паролем, который никто, кроме отца, не знал. Ноа был уверен, что Аалон хочет переставить полки, но тон отца беспокоил его. Ему казалось, что что-то не так.

Пройдя вглубь, Рувье оказался в комнате, где на кожаном диване лежало постельное белье — аккуратно сложенное, оно приятно пахло, будто его только что достали из стирки. Небольшая барная стойка, сделанная из дуба, давно простаивала без дела. Грязные стаканы напоминали о недавней встрече отца и его коллег. Тишина пугала Ноа; ему казалось, что погреб становится герметичной гробницей, благо хранилище было оснащено климат-контролем, поддерживающим идеальную, неизменную температуру и влажность. Мужчина, заметив стаканы на столе, взял их в руки и пошел к выходу.

— Ты куда? — резко обернулся Рувье, заметив, как отец начал уходить.
— Пойду помою, — захлопнул за собой железную дверь мужчина.
— Эй! Погоди, я не знаю пароль! Как я отсюда выйду?! — подбежал сын к двери и начал кричать вслед уходящему Аалону.
— Прости, сын, тебе придется побыть здесь, — ответил отец из-за двери.
— Отец! Отец, ты чего?! Выпусти меня! — начал со всей силы долбить кулаками по двери сын, пытаясь выбить защелки.
— Ты меня снова подвел, — раздался голос мужчины снаружи.
— Что я сделал-то?!
— Мне позвонил ваш директор и сказал, что тебя отстраняют на две недели от занятий из-за твоих ужасных оценок, — в голосе Аалона слышались отчаяние, беспомощность и разочарование. — Ты постоянно где-то гуляешь, я не знаю, что с тобой происходит. Как отец, я выбрал для тебя такое наказание, раз ты не понимаешь по-хорошему. С завтрашнего дня к тебе будет приходить мистер Чжун. Я выпущу тебя по окончании ареста или могу сделать это досрочно, если учитель скажет, что твои показатели стали лучше. Извини, сын, но тебе уже пора взрослеть, а ты все такой же ребенок, — устало говорил Аалон, и его слова ранили Ноа в самое сердце.
— Я выпью все вино, которое здесь есть! — пригрозил парень, крича в дверь.
— То самое, что стоит на полу на кухне?

Ноа в панике обернулся посмотреть на стеллажи: каждая ячейка действительно была пуста. Страх все сильнее одолевал его; казалось, погреб сжимается, затрудняя дыхание. Он никак не мог принять такого поступка со стороны родителей. Запереть родного сына в подвале из-за плохих оценок — для него это было жестокостью, равносильной предательству. В этот момент сердце Ноа наполнилось жгучей ненавистью и жаждой кого-нибудь убить. Тишина давила все сильнее. Он не знал, что делать дальше и как отсюда выбраться. Ведь в погребе была всего одна дверь и ни одного окна.

Рувье сел на диван и достал телефон — это была его последняя надежда связаться с внешним миром, но она обернулась провалом. Звонки не доходили ни до Джунг Со, ни до Майлис: связи под землей не было.

— Черт! — застучал по дивану кулаком Ноа. — Черт, черт!!! Что же делать?! Как же Джунг Со будет без меня?!

Оскалившись от мрачных мыслей, Ноа подумал: «Как только выйду отсюда, вмажу отцу со всей дури по лицу».

— Мы не слишком жестоко поступили с Ноашкой? — обеспокоенно спросила Лорет у мужа, который входил в дом.

— Я, конечно, против, но так порекомендовал сделать сам директор. Мистер Ха сказал, что Ноа это пойдёт на пользу, а то он совсем распоясался. К нему будет ходить новый учитель Чжун Хо. Директор уверяет, что он отличный специалист в области психологии. Надеюсь, он хорошо поработает с Ноа, — сел обратно за стол уставший мужчина и надел очки.

— Тебе не кажется странным, что мистер Ха сам тебе позвонил? Он же постоянно занят работой, какое ему дело до нашего сына?

— Согласен, я давно не разговаривал с ним, что в начале даже не признал его голос. Скоро будет собрание, я поговорю с Ха Сохен, может, она что-то расскажет, — внимательно читал документы Аалон, подписывая бумаги.

* * *

Приближение марта ощущалось с особым волнением и трепетом. У многих учеников в этом месяце начинаются подготовительные занятия к грядущим экзаменам. Так и у Майлис, Джорджа, Тамаки, Ха Джуна, Джунг Со и Ноа график заполняется дополнительными занятиями. В этом году ученики переходят в старшую школу, что означает, что их ждут непростые экзамены.

— Ноа сегодня не пришёл? — удивилась Майлис, подходя к парте Джорджа.

— Джунг Со положили в больницу из-за него, поэтому он на домашнем аресте.

— Что?!

— Да, мне учитель сказал. Я заходил после соревнований с Цией в медпункт. Чжун Хо в этот момент разговаривал с отцом Ноа. Кажется, он приготовил что-то не то и Джунг отравился. Бедолага, теперь неделю будет отходить.

— Странно, я никогда не травилась от еды Ноа, — вспомнила завтраки, приготовленные другом для неё.

— Джунг сам по себе очень слаб. У него хилое телосложение и плохой иммунитет, он об этом уже как-то упоминал, поэтому для него отравиться — дело двух секунд. Мне кажется, он даже от воды способен коньки двинуть, — посмеялся шатен, глядя на блондинку, которая совсем не разделила его шутку. — Гхм, извини, глупость сказал.

Майлис села за парту, внимательно разглядывая обстановку вокруг. Все были заняты своими делами. Ноа под арестом, Джунг в больнице, Джордж нескончаемо переписывался с Цией, Тамаки обнимался с Кендис, не обращая ни на кого внимания, а Ха Джун сидел рядом и спал. Чжун Хо ещё не было в кабинете. Всё вокруг Майлис казалось каким-то странным, словно всё происходящее вокруг — это сон, пока Кендис не упала со стула. От этого глухого звука Ха Джун моментально открыл глаза и повернулся к сестре, словно точно определил по звуку, что упала именно она. Гул учеников прекратился, все обратили внимание на лежащую девушку под столом.

— ТАЧИБАНА! — разорался Ха Джун в гневе, подозревая блондина в несчастье сестры.

— Это не я! — судорожно размахивал ладонями блондин, защищая себя от летящего на него брюнет.

— Х-х-Ха Джун, — посмотрела заплаканными глазами из-под парты Кендис на старшего брата.

Ха Джун, словно позабыл все эмоции, когда увидел заплаканное лицо сестры. Что-то внутри перевернулось, глядя на эту картину. В нём тут же включилась функция защиты. Он нежно прильнул к телу девушки и обнял её. Тепло помогло остановить тревогу. Он вытер тыльной стороной ладони холодные капли с её розовых щёчек, а затем вывел девочку в общий коридор. Тамаки хотел последовать за ними, но, увидев грозный взгляд хулигана, тут же понял, что ему велено оставаться на месте.

— Ты чем её так обидел? — аккуратно подошла Майлис, погладив Тамаки по хрупкому плечу.

— Не знаю, это случилось так неожиданно, что я сам ничего не понял, — нервно почесывал затылок парень, думая о смерти от рук Ха Джуна.

— Рассказывай, — вывел на лестничную площадку сестру брюнет.

— Я кое-что покажу, но только не ругайся, — слёзы полились ещё сильнее, заставляя Ха Джуна ещё больше сострадать. Он не мог спокойно наблюдать за тем, как слёзы льются по нежному лицу его дорогой сестрички.

— Показывай, — желваки поползли по челюсти сами по себе, выказывая беспокойство брата.

Девочка дрожащими руками достала небольшую фотографию, распечатанную на принтере. Она неуверенно протянула её брату.

Парень вырвал фотографию из её хрупких рук и увидел на ней Кендис в эротичном купальнике. Брат даже не знал о наличии таких фотографий у сестры. Он покраснел от стыда и резким движением вернул ей фото.

— Какого чёрта ты показываешь мне такое?! Совсем дура?! — освирепел Ха Джун, пытаясь забыть этот кадр.
— Брат, мне это кто-то подсунул, — занервничала девушка.
— В смысле? — лицо брюнета моментально стало серьёзным, когда он понял, что это похоже на шантаж и сестре угрожает опасность.
— Моей подруге подсунули в шкафчик шарик с красной краской. Когда она открыла дверцу, шарик лопнул, краска растеклась по всем вещам, а фотография вылетела прямо на неё. Сначала она подумала, что это сделала кто-то из её завистливых одноклассниц, но потом, когда мы поговорили, она поняла, что никому не показывала такие фотографии.
— Хочешь сказать, что это делает один и тот же человек? — задумался Ха Джун.
— Вероятнее всего. Вот ещё наводка: недавно моя одноклассница получила такую же фотографию прямо на уроке! Она выбежала в коридор поплакать и наткнулась на странного мужчину. Он был не из нашей школы, но с недавнего времени его стали замечать всё чаще.
— Что за мужчина? Она не говорила, как он выглядит?
— Мы с ней это не обсуждали, — прикрыла рукой дрожащие губы девушка.
— Собери сегодня этих девочек после школы в спортивном зале. Попробую решить вопрос, — занервничал старший брат, чувствуя опасность.

Ха Джуну показалось, что за этим мог стоять главарь той банды, которого он оставил инвалидом, ведь тот учился на программиста. Вдруг он решил отомстить спустя столько времени и начал действовать издалека, чтобы запугать.

«Не дай бог это ты, Сусуми», — подумал он о калеке из прошлого, как о самом тёмном пятне в его жизни.

— И да, если они знают кого-то с такой же историей, пусть зовут всех, — приказал брюнет, уходя обратно в кабинет.

* * *

Джунг Со, еле разлепив глаза, наконец-то очнулся. Яркий свет ламп на потолке слепил так сильно, что у него потекли слёзы. Он никак не мог понять, что происходит вокруг и почему он лежит на кушетке с капельницей в руке.

— О! — оглянулся мужчина со стаканчиком кофе в руках, а затем резко поставил его на прикроватную тумбу. — Проснулся! — радостно обнял Чжун Хо парня и погладил по голове.
— Г-где я? — оглядывался Джунг Со, пытаясь отыскать рядом Ноа.
— Не переживай, ты в больнице, — присел рядом учитель и аккуратно взял за руку беспомощного мальчика. — Лежи, не вставай!
— Что случилось? Почему я здесь?
— Ты упал в обморок на соревнованиях. Врачи сказали, что ты чем-то отравился, к тому же у тебя и так был ослабленный иммунитет, поэтому они решили поставить тебе капельницу. Наберёшься сил, и тебя отпустят! Судя по анализам, у тебя очень плохая кровь. Совсем не питаешься?
— Редко, — наклонил голову парень, словно провинившаяся собачка. — Бабушка уже не может мне готовить, а мне некогда. — Его глаза искали знакомые красные волосы, но не находили их. — А где Ноа? Он разве не пошёл за нами?

Чжун Хо не понравилось, что Джунг, очнувшись, первым делом спрашивает про одноклассника. Лёгкая ревность и злость промелькнули на лице учителя.

— М-м-м, знаешь, — задумался он, — ты, когда упал, никто не обратил внимания, что тебе плохо. Я тут же подбежал с бутылкой воды и начал приводить тебя в чувство, но понял, что дело куда серьёзнее, и на руках отнёс тебя сюда, — выставлял себя героем мужчина.
— Правда? — удивился мальчик. — С-спасибо вам большое, мистер Хо. — Джунг почувствовал лёгкую грусть от того, что его возлюбленного не было рядом. Он тут же схватил телефон, выдернув свою руку из объятий учителя, но на экране не было ни сообщений, ни пропущенных звонков от парня. Он поднял голову и увидел перед собой мило улыбающегося Чжун Хо. Разные эмоции переполняли парня; всё было как в бреду. Ему хотелось ответить на доброту учителя, но сил встать с кровати не хватало.

— Не за что. Таких учеников, как ты, нужно носить на руках, — улыбнулся мужчина, допивая кофе из автомата.
— Сколько я спал? — спросил ученик, ища глазами часы на стене.
— Почти весь день, — усмехнулся Чжун Хо, внимательно рассматривая каждую черточку его бледного лица.
— Что?! Как я мог так долго спать?!
— У тебя переутомление, организм очень истощён, это нормально. Я буду навещать тебя время от времени. Но ты тоже пойми: у меня уроки и дополнительные занятия, я не смогу постоянно находиться рядом.
— Вы не обязаны, — замахал ладонями Джунг Со, — я вам и так благодарен.
— В любом случае, пока ты не выздоровеешь, я буду навещать тебя каждый день в 19:00. Будем заниматься, чтобы ты ничего не пропустил. Уверен, твои друзья тоже тебя навестят, когда узнают, что ты проснулся! — Улыбка учителя создавала ложное чувство безопасности и комфорта. Рядом с ним Джунг Со ощущал тишину и покой, будто все проблемы могли исчезнуть в одно мгновение.
— Я буду очень рад! — Его глаза, словно бусины, вглядывались в лицо симпатичного мужчины. Чжун Хо не мог отвести взгляд от хилого парня; облегающая футболка подчёркивала его тонкое тело, заставляя учителя непроизвольно сглатывать.
— Ч-что ж, мне пора на уроки. Отдыхай как следует! — Учитель на прощание погладил мальчика по голове и улыбнулся. — Увидимся.
— До свидания! — крикнул он вслед уходящему силуэту.

— Мистер Хо, — подбежала к мужчине медсестра. — Что думаете?
— Никого не впускайте к нему в палату, кроме меня. Он мальчик стеснительный, с ним надо поработать мне как психологу. Если будет задавать вопросы, скажите, что никто не приходил, — мужчина снова улыбнулся девушке и выбросил стаканчик в урну. — Вы же сможете сделать это ради меня? — Учитель страстно наклонился к медсестре.
— К-к-конечно! Для вас всё что угодно, мистер Хо! — пробормотала девушка на подкашивающихся ногах, еле держа себя в руках при виде такого харизматичного красавца.
— Рассчитываю на вас, — подмигнул он и вышел за дверь.

* * *

В спортивном зале после уроков собралось около тридцати шести учениц из разных классов. Все они были совершенно разными, без малейшего сходства, но каждая — как на подбор — необычайной красоты. Глядя на них, Ха Джун усомнился, что сможет решить эту непростую головоломку.

— Встаньте в шеренгу! — крикнул он, и все девушки тут же послушались.

Многие тряслись при виде парня, ведь репутация у брата Кендис была не лучшей. Кто-то прятал глаза, избегая прямого взгляда, кто-то вовсе отвернулся. Девушки перешёптывались, выражая недоверие, но иного выбора у них не было. Кендис хорошо общалась с каждой из них, и, если бы кто-то не пришёл, Ха Джун заставил бы их явиться силой.

— Что думаешь? — подошла Кендис к брату.
— Сложно, — парень ходил вдоль шеренги. — Покажите фотографии, которые вам подсунули.
— Ну вот ещё! Не хватало с тобой таким делиться! — выкрикнула одна девушка из толпы, и другие её поддержали.
— Так, дамочки, мне абсолютно плевать на ваши формы и фотографии. Я пытаюсь найти человека, который обидел мою сестру, а вы — всего лишь материал для расследования. Так что будьте добры, показывайте.
— Мы ничего тебе показывать не будем! — возмущались девушки.

Ха Джун моментально понял, что ничего не добьётся, пока девушки препираются. Он перестал изображать «доброго парня», отбросив все рамки приличия. Парень подошёл к самой «громкой» девушке и ударил её по щеке так сильно, что она упала на пол.

— Кто ещё не хочет показывать фотографии?! — свирепо оглядел Ха Джун дрогнувшую шеренгу и увидел перед собой испуганные глаза.

Каждая вытянула свою фотографию вперёд, опустив взгляд в пол, лишь бы не встречаться с его безумными янтарными глазами.

— Так-то лучше! Вечно нужно применять силу, чтобы до людей дошло.

Ха Джун встал напротив первой девушки. Её руки дрожали не то от страха, не то от волнения.

Парень хрустнул костяшками пальцев и шеей, затем прикрыл глаза, медленно вдохнул и сказал: «Начнем».