42 день. Начало конца.

Помогите мне кто-нибудь. Хотя бы открыть глаза. Мне последний раз так плохо было… Да никогда так плохо не было! Самое ужасное, это то, что я не помню, что вчера было. Просто пустота. Я открыл глаза. Сначала, все двоилось. Когда картинка соединилась, мне стало страшно, потому что я не знал, где нахожусь. Еле как перебравшись из лежачего положения в сидячее, выяснилось, что я спал на кровати. Радовало то, что в одежде.
     
Я начал осматривать комнату, а заодно вспоминать вчерашний вечер. Я помню, что немного выпил, но это если знать, что я мог выпить в разы больше. Потом эта комната и… Гоша! Мы о чем-то поговорили, таблетки и все. Вспоминая все это, я не заметил, как в комнату зашел хозяин вечеринки.

— Добрый день, котик, — промурлыкал Гоша, а я вжался в спинку кровати, как мог, — ну же, поговори со мной. Ты же хочешь узнать, что вчера было?
     
— Почему я здесь? — шепотом спросил я.
     
— А ты думаешь, я бы отпустил тебя одного, беззащитного такого, — Гоша смотрел на меня оценивающим взглядом, на что я еще сильнее сжался, — Ах, да! У тебя телефон все утро разрывался. Твой Арсений сообщениями закидывает, — мне на ноги приземлился телефон. Гоша поставил стакан с водой на прикроватную тумбочку и вышел из комнаты. Я быстро схватил телефон и сначала посмотрел на время. Уже второй час. Неплохо. Потом начал читать сообщения.

Арс. 23:12.
Знаю, что ты всё равно не ответишь, но я за тебя волнуюсь. Напиши, что с тобой всё в порядке.

Арс. 23:35.
Спокойной ночи, зайчонок. Надеюсь завтра увидимся в школе.

Арс. 8:03.
Доброе утро.

Арс. 9:05.
Антон, где ты?

Арс. 10:15.
Надеюсь, что ты не натворил глупостей.

Арс. 11:07.
Я всё ещё верю, что то сообщение было неудачной шуткой.

Арс. 11:35.
Я к тебе сейчас приеду.

Арс. 12:06.
Ты дома? Почему не открываешь?

Арс. 12:19.
Я так понимаю, что тебя дома нет. Скажи пожалуйста, где ты.

Арс. 12:37.
Тебя не раздражают мои сообщения?

Арс. 12:53.
Такое ощущение, что я схожу с ума и переписываюсь сам с собой.

Пока я думал, стоит ли писать Арсению всю правду, пришло ещё одно сообщение от него.

Арс. 13:16.
Я готов исчезнуть из твоей жизни навсегда, только напиши что-нибудь.

И в этот же момент зашел Гоша. Он забрал у меня телефон и что-то начал набирать.
     
— Что ты там пишешь? — спокойно спросил я. В ответ тишина, — Что ты пишешь?! — уже прокричал я.
     
— Я написал ему то, что он так хотел от тебя услышать, котик, — телефон опять прилетел мне на ноги. Гоша приблизился ко мне и прошептал в губы, — Теперь он нам не помешает, — я даже не заметил, как меня затянули в поцелуй. Он не был таким нежным, как у Арсения. Он был жестким, требовательным. Он был неправильным.
     
— Ты обещал меня не трогать, — проговорил я, оторвавшись от чужих губ.
     
— Ты сам скоро попросишь, — Гоша направился к выходу и не поворачиваясь добавил, — Попей водички, легче будет.
     
Я быстро выпил стакан воды и тут на телефон опять пришло сообщение. Заодно я прочитал сообщение от Гоши.

Вы. 13:19.
Отстань от меня. Со мной всё хорошо. Я сейчас с человеком, которого действительно люблю.

Арс. 13:25.
Хорошо. Я понял. Я не буду к тебе лезть. Просто знай, что я люблю тебя. И не натвори глупостей.

Это конец. Из-за своей идиотской обиды я потерял самого любимого человека. Я от злости кинул телефон на пол. Я услышал сильный удар. Телефон точно не выжил. Я скоро уйду за ним. «Не натвори глупостей.» Я, блять, уже их натворил! На звуки бьющегося телефона пришел Гоша.
     
— Что ты тут буянишь без меня! — строго спросил Георгий.
     
— Что ты натворил?! — прокричал я, спрыгивая с кровати.
     
— А что ты так кричишь? Ты же сам хотел этого, — улыбаясь, заявил Гоша.
     
— Я не хотел этого! — все так же кричал я.
     
— Котик мой, если бы этого не хотел, то вчера бы не пришел.
     
— Я не хотел вчера приходить!
     
— Таблетки принимать тоже не хотел? — с усмешкой произнес Гоша.
     
— Что тебе, блять, от меня надо? — я сел на кровать и боялся смотреть на этого человека.
     
— Ты знаешь, что я хочу. И я тебя не выпущу, пока не получу желаемое, — серьезно сказал Гоша и поднял мой разбитый телефон, — Я это забираю, чтобы ты не наделал глупостей, — и ушел. Последнюю фразу я где-то уже слышал.
     
Хотелось разрушать все, что было здесь. А потом и себя. Но если я что-то здесь сломаю, то придется отдавать натурой Гоше. А сам я давно уже разрушен. Я лег на кровать и заскулил. Не было слез, не было криков. Была пустота. Хотелось разнести все вокруг, чтобы невозможно было пройти без травм, чтобы повсюду валялись осколки, и одновременно хотелось лежать где-нибудь в подворотне без пульса.

Что мне делать?
     
Тупик. Я не знаю вообще ничего. Я помню, что говорили про Гошу в школе. Самый непредсказуемый ученик. Да самый непредсказуемый человек! С поехавшей крышей. Чего от него ждать? На все сто уверен, что не ласки.
     
Мне не страшно. Страх давно ушел на второй план. Я в панике. Это даже смешно. Я нахожусь в квартире у человека, который меня изнасиловал, из-за которого меня избили и из-за которого я расстался с любимым человеком. И уже даже не боюсь. Прям анекдот. Кому расскажешь, не поверят.
     
Я пролежал до позднего вечера. Даже смирился. Хотя кого я обманываю! Я пиздец боялся каждого звука. За весь день Гоша так и не заходил ко мне. От этого было легче, но он ведь мог зайти в любой момент. А еще у него мой телефон. Почему я не поставил пароль?
     
Я лежал на боку и грыз ногти, когда дверь открылась и в комнату вошел Гоша
     
— Что тебе нужно? — спросил я, когда он сел возле меня и начал поглаживать спину.
     
— Ничего. Просто ты сейчас должен выпить одну таблеточку, — таким же голосом родители уговаривают больных детей пить лекарства.
     
— Я ничего не буду пить, — почему-то как маленький ребенок ответил я.
     
— Котик, а у тебя нет выбора, — он резко меня поцеловал, языком проталкивая таблетку. Мне ничего не оставалось, как проглотить ее, — Вот и славно. Через полчаса таблетка подействует. К этому времени я и приду, — Гоша опять направился к выходу, — Там тебе, кстати, писали. Твои друзья не знают о тебе ничего, да котик? Ну, я им написал, что тебе все равно на них. Надеюсь, ты не против?
     
— Сука, — прошептал я. Дверь опять закрылась.
     
Вчера вечер закончился тоже на этой таблетке. Гоша оставил мою сумку в этой же комнате. Хоть за это ему можно сказать спасибо. Здесь, конечно, нет ничего такого важного. Всего-то две тетрадки и дневник. Описав сегодняшний день (хотя описывать нечего), я почувствовал головокружение. Я вернулся на кровать. Как во сне услышал открывающуюся дверь.
     
— Котик, ты уже готов! — я открыл глаза и увидел в руках Гоши телефон. Не сложно догадаться, что он снимает, — Скажи своим друзьям, что тебе хорошо.
     
— Пошел ты! — заплетающимся языком, ответил я.
     
— Ну уж нет! — Гоша сел на мои ноги, — Скажи Арсению, что тебе со мной хорошо, — я молчал, — Я думаю ему понравится, что его бывший под наркотой будет стонать не его имя, — это было последнее, что я слышал. Дальше таблетка взяла свое и мой мозг отключился.

***

Дорогой Дневник,

Сегодняшний день можно описать одним словом. Пиздец. Причем полный.

Я у Гоши, он забрал у меня телефон и не выпускает меня. А еще он написал Арсению с моего же телефона. И если бы он написал от моего лица, что я скучаю по Арсу, я бы очень сильно удивился. А еще он написал моим друзьям, что мне плевать на них.

Еще он мне опять сунул таблетку. Честно говоря, мне уже плохо. Так что все.

42 день. 12 октября. Антон.