18 Часть

Блин, простите, пожалуйста, что задержала часть🌝
Я не специально. И тем более всего лишь года прошел

Книга раскрыта. Она лежала на полу на 48 странице на моменте, где главный герой умирал. Трагично, но интересно. Подобных книг у Арсения Сергеевича много. От классики до фантастики. Учитель литературы в конце концов. Он даже не слышал, что книга упала, а ведь звук должен быть довольно громкий, чтобы разбудить Арсения с чутким сном.
На его плече мило сопит парень, а плечо ведь отнимается как и шея ученика, которую он уже не чувствует.
Брюнет приоткрывает свои глаза и садится ровнее. Всё тело хрустит и болит. Он поворачивает голову к Антону и целует его в макушку, а после хлопает его по бедру.

— Антон, — шепотом зовет его учитель, но тот не просыпается. — иди в спальню. — добавляет брюнет, но видя, что тот не просыпается, берет ситуацию в свои руки. Он встает с дивана, потягивается, разминается, а потом берет Тошу на руки и уносит в спальню. Там он кладет его на постель и укрывает одеялом.
Арсений уходит прикрыв за собой дверь спальни. Из головы не выходит бедная, замученная и больная мама Антона. Только вспоминает и сразу зердве разрывается. Режет без ножа и на таком большом расстоянии.

Попов убирает упавшую книгу и уходит на кухню. Он готовит завтрак. Нормальный завтрак, в который вкладывает всю душу. Сырнихи. Такие золотистые и хрустящие, которые напоминают почему то солнышко. Наверное, потому что они золотистые.
Всё готовится быстро, но скрупулёзно. Всё для Антона. Положив на тарелку сырники, Попо думает как разукрасить эту невзрачную тарелку. Ягоды. В холодильнике у Арсения есть всё, но этим всем он редко пользуется, потому что работает. Всё ест Антон, пока владельца квартиры нету дома. Он красиво разрезает клубнику, кладет малину и голубику. Из этого всего получается определённая картинка, над которой учитель глумился час.
Доделав последние штрихи, будто по таймингу выходит из комнаты Антоша. Такой сонный и милый. Он плетется на кухню и садится за стол.

— У меня так болит шея. — мямлит парниша, а Арсений трепет его по волосам, а потом убирает русые прядки со лба ученика.
— А ты как хотел. За то это было мило. — он ухмыляется, хотя у самого спина болит не меньше. — Кушай. — добавляет тот, после недолгого молчания и садится напротив.

Шастун оценивает свой завтрак и улыбается. За такое долгое время улыбается.

— Мило. — парень кратко оценивает шедевр на тарелке, а потом безжалостно, начинает его есть на глазах у творца сие творения.

«В конце концов его бы, когда-нибудь да съели»

Думает Попов, а у самого невидимая слеза бежит по щеке.

Оба позавтракали, а про посуду можно забыть как минимум до вечера. В раковине ей и место. Антон с Арсением встречаются в ванной, пока ученик умывается. Попов подходит к Тоше и обнимает его за талию, положив голову на плечо.

— Давай поедем к твоей маме. — шепчет тот, да бы не спугнуть идиллию. 
— Мне больно на нее смотреть. — Антон выдыхает и вытирает свой рот полотенцем, ведь он чистил зубы.
— Мне тоже больно, но тебе же чуть чуть легче стало. Я вижу этого. — говорит Арсений, а ведь сам Антон тоскует и понимает, что это правда. Лучше стоит поехать.

Прошло какое то время, а Антон и Арсений как два незнакомых человека шли подальше от друг друга, чтобы точно складывался такой вид, что у них нет отношений.
Антон идет не спеша. Он волновался. Арсений это видел. Шастун для него читаемый. Хотел как то подбодрить, но только лишь похлопал его по плечу и слабо подтолкнул, чтобы парниша ускорился. Они дошли до палаты. Ученик туда вошел как то скромно, стараясь быть тихим, а вот Арсений даже постучался и рузьуоил женщину. Увидев сына, та расплакалась в улыбке. Тоша взял маму за руку и сел рядом с ней на койку.

— Мам, тебе лучше? — он смотрит на лицо собственной мамы и пытается скрыть все эмоции, которые чуть ли не выходят, а вот Майа даже не скрывает. В уголках глаз собрались слкзы, которые блестели при дневном свете из окна.
— Когда ты рядом. Мне всегда становится лучше. — отвечает мама, сжимая нежными и мягкими  руками ладонь сына. — Я бы хотел, чтобы это длилось бесконечно. — шепотом добавляет она.
— Я вас оставлю. — тихо, но слышно отвечает Арсений, а потом кивает на смотрящего на него Антона. Тот уже не был в таком растерянности. Лишь был подавлен и расстроен, но и одновременно рад, что видит маму.

Они говорили час, а то и больше но в итоге врач прилично выгнал Тошу из палаты. Вышел оттуда он более расслабленным. Его сразу встретил Арсений и взял под руку.

— Всё хорошо? — спрашивает он с черезмерным беспокойством, а голубые глазки бегают по лицу Антоши. Он не такой бледный, а более живой.
— Да. — кратко отвечает тот, а потом начинает идти к выходу из больницы, даже не бросив взгляд на дверь палаты матери.

Антон был загадочным для Арсения сейчас. Хотелось уточнить как всё прошло, но учитель не решился. Не хочет вскрывать только зашитые раны.
Ехали они молча. По дороге лишь заехали в магазин и там перекинулись парой слов. Парни поехали домой, а там уже разбрелись по комнатам и молча наслаждались тишиной.

Арсений проверял тетради, готовился к урокам, а Антон сидел в спальне.

Ближе к 12 учитель со всем закончил и пришел к Антону в спальню. Тот лежал на кровати и спал, в руке был телефон и видео, которое крутилось уже раз 20. Попов выключил телефон и убрал его на тумбочку. Он подсел к Антону, навис над ним и поцеловал в шею, прошептав тихо «Антош». Парень не просыпался. Брюнет раздвинул его ноги и сел между ними, а после вновь навис над парнем и начал целовать его шею, перед этим аккуратно задрав футболку Шастуна.  
    
 — Арсений Сергеевич, — сонным голосом полвит парень, положив руки на широкую спину учителя. — что ты делаешь? — оставив всё формальности на прямую, спрашивает Антон, будучи уже не сонным.
— Антон, пожалуйста. Позволь мне... — шепчет тот, а потом отстраняется и смотрит в глаза Тоши. При лунном свете его глаза становятся более выразительными, а волосы поблескивают, не смотря на чистоту.  — Я буду аккуратен. — добавляет тот, а потом целует парнишц в уголок губ.

Антон некоторое время молчит пока Арсений его целует, но когда он начинает стягивать с него шорты, то давит на грудь учителя, чтобы отстранить его.

— Не надо... — отвечает тот, отводя взгляд и уже руки.

Арсений отстраняется, понимая, что сделал ошибку.

— Хорошо. — спокойно произносит тот, а у самого болит сердце. Как будто туда вонзили пару иголок. — Тогда спокойной ночи. Можно я лягу с тобой? Я не буду тебя трогать. — быстро шепотом добавляет учитель.

— Хорошо. — Шастун кивает и отворачивается. Арсений раздевается до боксеров и ложится с Тошей.

***

_______________

Ещё раз сорянчик :)