Глава 4. О тех, кто нас любил.

Неожиданный порыв сильного, но теплого ветра распахнул прикрытые оконные створки моей комнаты. Да так громко, что Фауна, зашедшая в гости, дернулась. Она широко раскрыла глаза и посмотрела в сторону окна, а затем, прижав руку к груди, глубоко выдохнула.

- Прости, - я почувствовал себя виноватым, но улыбнулся, когда та махнула рукой. Пока девушка рассматривала абсолютно пустые полки, я плотно закрыл окно. – Слушай, мне мало что объяснили. Сказали, я все должен понять сам, но... Честно говоря, я просто сижу в комнате и ничего не понимаю.

- Виктор как-то обмолвился, что Тиль раньше был другим. Он носился с каждой душой, будто с собственным ребенком, все рассказывал и показывал, помогал вспомнить, даже в мир людей ходил, но... время шло, и он перестал так часто бывать тут. Как думаешь, Жнецы умеют уставать?

Девушка постучала носком ботинка о пыльные половицы, а затем повернула к себе зеркало, стоящее в самом дальнем углу.

- Идем, я покажу тебе одно место, - прозвучал ее голос в моей голове, и спустя секунду девушка шагнула вперед, исчезая в водных разводах.

Этот способ путешествий все еще немного пугал, однако, закрыв глаза, я несмело шагнул за ней. Прошла секунда тишины, а затем раздался лай собак. Вокруг вновь появились какие-то звуки, помимо ветра, что гулял по коридору моей тюремной камеры без воспоминаний. Это место было... уютным. Что-то вроде садика, но для собак. Хозяева оставлялись здесь своих животных, пока уезжали, об этом гласили фото и надписи на стенах, вывески и брошюры, а за ними бережно присматривали молодые девочки а парни, а также местные волонтеры. Просторная комната, где творился полнейший хаос: все клетки были открыты, а псы, весело лая, бегали от одной стены к другой, уворачиваясь от рук девушек, что старались их поймать. Кто-то рычал, кто-то перетягивал игрушки, а одна такса, кажется, залезла под шкаф.

- Боже, Джинжер, ну какого черта?! – злобно крикнула девушка с длинными черными волосами, тыльной стороной ладони стирая со лба пот. – Зачем ты все клетки открыла?!

- Да не я это была! – прозвучал отчаянный женский голос из соседней комнаты.

Казалось, в этом хаосе моя новая знакомая чувствовала себя уютно. Она улыбалась, смотря на собак, хихикала с поведения девушек и иногда поворачивалась в мою сторону, проверяя, нравится ли мне тут. Мне, определенно, нравилось. Я прошел вперед, рассматривая холл, где за небольшой стойкой сидела бабуля с пучком седых волос и что-то писала в журнал, а у соседней стенки располагался стол. Небольшой, ровный, на котором стояла ваза с цветами и фото. На фото была изображена Фауна. Она широко улыбалась и прижимала к себе белоснежного самоеда, сидя ровно в том месте, где секунду назад мы появились.

- Я здесь работала, - озвучила она очевидный факт, встав позади меня. – На самом деле, я была тут чаще, чем дома. Это место и было моим домом.

Её улыбка стала печальной. Я опустил взгляд, а затем нерешительно спросил:

- Что случилось?

Она закрыла глаза. Наверно, это был тяжелый вопрос, но я с трудом это понимал, не имея собственных вспоминании. Не помню, как погиб, но Фауна, кажется, помнила. Она выдохнула, посмотрела на пожилую женщину, что недовольно пробубнила себе под нос и подошла к ней, смотря на записи через плечо. Я уже посчитал, что рыжая не будет отвечать, как в голове раздался голос:

- Я работала допоздна. В этот день я решила не брать Бена и Дарси с собой, так что мне нужно было скорее вернуться домой и выгулять их. Они были рады увидеть меня, как и всегда, и мы пошли в парк. Было тепло, мне не было страшно, так как в парке было много фонарей и камер, я часто ночью гуляла там то с ними, то с друзьями. Плохо помню, но знаю, что на нас напала стая бродячих агрессивных псов. У меня был корм для Бена и Дарси, помню, как кинула его им, а потом защищала Дарси от собаки, что вцепилась в нее... Помню боль и... - она запнулась. Я взял девушку за руку, притянул к себе и осторожно обнял, погладив ее по мягким рыжим волосам. – И еще...

- Не надо. Я все понял. Прости, что спросил, - Черт. Это было грубо. Никогда больше не буду спрашивать о таком. 

Девушка стерла тыльной стороной ладони капли слез, медленно отстранилась и неуверенно, криво улыбнулась. Фауна перевела взгляд на хмурую брюнетку, которая всё ещё шумела, крича на напарницу. Девушка вышла в холл и стала помогать бабушке с подсчетами. Моя новая знакомая печально выдохнула, посмотрев на девушку, а глаза наполнились любовью. Она прикусила нижнюю губу, а после отвернулась.

- Это твоя...?

- Девушка. Да. Ее зовут Шана, мы были вместе четыре года до того, как...

Брюнетка закатила глаза, что-то исправила в подсчетах и посмотрела в сторону столика, на котором стояло фото. Она уверенно подошла, вытащила из вазы подведшие цветы, смела тыльной стороной ладони пыльцу, что успела осыпаться, и выкинула их. Затем лишь несколько минут покинула здание, а когда вернулась – то держала в руках новых букет. Аккуратно поправила листочки, сменила воду и осторожно поставила вазу обратно рядом с фото. Фауна присела на корточки и закрыла рот руками, наблюдая за всем этим. Казалось, это причиняло ей больше боли, чем воспоминания о собственной смерти. Шана дернулась, когда Джинджер громко позвала ее, наклонилась, быстро чмокнула стекло фотографии и, прошептав «Люблю тебя», вернулась к собакам.

В комнате воцарилась тишина. Но она казалась настолько оглушительной, что пропадали другие звуки. Я не умею успокаивать людей, не знаю, что делать в такие моменты. Мне надо обнять Фауну? Или, может, оставить одну? Сесть рядом или перед ней? Что мне делать?!

- Прости, я в порядке, - ее голос был настолько неожиданным, что я испугался. Девушку это рассмешило, она торопливо стерла слезы и встала, похлопав меня по плечу. – Ты такой милашка, Мик. И мне очень нравятся твои волосы. Такой необычный цвет... Любил экспериментировать?

В голове раздался шум, похожий на стук. Затем уши буквально заложило стуком, что размеренными ударами бил по перепонкам.

Бам.

Бам. Бам.

- Ну хватит, Ник! Не дергайся ты так!

- Она щиплет, блять! Почему предыдущая краска так не щипала?!

- Потому что тогда был тоник, болван! А это – осветлитель! Хочешь быть блондином? Терпи! – знакомые глаза туманно-серого цвета прищурились, смотря на меня. Девушка, очень низкого роста, с широкими темными бровями недовольно хмурилась, смотря прямо в глаза. Она снимала с рук перчатки, которыми только что обмазала мою голову, и причитала без перерыва. Ее длинные русые волосы были завязаны в аккуратную косичку с яркой бело-розовой резинкой на конце. Она была одета в белую футболку и джинсовый комбинезон, в котором, будто в широкой палатке, явно чувствовала себя уютно. В глаза сразу бросался местами облезший черный лак и небольшая татуировка в виде птицы, на запястье.

- Так, потом какой? – она взяла в руки два тоника, зеленый и синий, переводя взгляд то на один, то на второй. – Напомни, как ты хотел? Вся голова белая, но кончики – цветастые, да?

- Ага.

- Хм... - девушка бегло состав двух тоников, хотя они и были одинаковыми, а затем выдохнула. – Ты такой чудик.

- Но ты все равно меня любишь, - я рассмеялся, когда та закатила глаза вновь и громко цыкнула.

– Если бы не кровная связь, я бы забила на тебя ровно в тот момент, когда увидела, идиот! – от ее громкого и насмешливого голоса не было обидно. Она дала мне увесистый щелбан и поставила на стол зеленый флакон с тоником.

- Сделаем тебе синий, - девушка показала мне картинку на упаковке и коварно рассмеялась. – Может подстрижем тебя? Хоть на мальчика будешь похож.

- Ну ты и засранка, Ида.

- Ну а что? У тебя волосы по плечи, - она показала ладонями длину моих волос, помахав ими у своих щек. – А ты еще разноцветный весь. Выглядишь, как девчонка.

Я улыбнулся. Я знал, что она не издевается надо мной, что не смеется. Знал, что иногда Ида перебарщивает, но ее шутки всегда были острыми и я давно привык. Она осмотрела мою голову, а затем выставила таймер. Девушка никогда не училась на парикмахера, но много читала ради меня, с охотой соглашаясь на любую авантюру. Наверно, она и сама хотела бы сделать что-то подобное, так блестели глаза каждый раз, но ее молодой человек еще со времен школы запрещал. Кусок говна, терпеть его не могу.

- Все, иди смывай, - она шлепнула меня по бедру, приводя в себя, и широко коварно улыбнулась.

Бам.

Бам бам.

Я все также стоял посреди холла, смотря в никуда широко раскрытыми глазами, пока взволнованная Фауна пыталась привести меня в себя. Она и трясла, и звала, и даже стукнула, но все безрезультатно. Да, мы все еще были в приюте для собак, но я только что увидел совершенной иной мир. Ида... Маленькая проказница, как же я люблю тебя. Как я мог тебя забыть?..

Я слегка повернул голову и пальцами приподнял прядь длинных бледно-синих волос, переходивших на кончиках в осветлённый блонд. Синий уже почти смылся, но оттенок был заметен.

- Ты в порядке? – Фауна наклонила голову набок. – Вспомнил что-то?

Я кивнул.