11

“Это не гость, это домашнее животное”.

Лин Суй стряхнул руку Сун Юньцина, даже не поднимая век, продолжая просматривать книгу в своих руках.

Это были последние новости о разработке автомобилей класса люкс. Как правило, первоначальный владелец особенно любил сигары, марочное вино и роскошные автомобили, особенно легковые, что лучше всего иллюстрировалось транспортными средствами, расположенными в его гараже. Сун Юньцин особенно хорошо приспосабливался к его вкусам, поэтому неудивительно, что он смог заставить первоначального владельца, с которым было так трудно разговаривать, относиться к нему по-особому.

Сун Юньцин думал, что его сдержанность была вызвана тем, что он все еще был зол, вряд ли он представлял, что настоящий злонамеренный первоначальный владелец уже мертв.

“Когда ты начал играть с этой игрушкой? Раньше у тебя не было такого хобби."

Сун Юньцин слегка нахмурился, озадаченно глядя на Янь Циня.

Сун Юньцин не узнал, что молодой человек перед ним был незаконнорожденным сыном семьи Янь. Он никогда не участвовал в действиях Янь Чжоу и молодого мастера, просто закрывал на них глаза, поэтому раньше, когда Янь Чжоу издевался над Янь Цинем и закончил с окровавленным носом и распухшим лицом, Сун Юньцин даже не взглянул на него вторично. Естественно, он не помнил. Он всего лишь думал, что был игрушкой, которую держал Лин Суй, и был немного застигнут врасплох этими неожиданными вещами. Он никогда не знал, что Лин Суй нравятся мужчины, так как люди, которых он заключал в свои объятия, когда развлекался выпивкой и гонками на машинах, обычно были женщинами.

Но поскольку семья не позволяла ему бездельничать до того, как он стал взрослым, чтобы не навредить своему здоровью, а также учитывая тот факт, что сам молодой хозяин был очень разборчив, он никогда не делал ничего, что перешло бы черту, но теперь..... Сун Юньцин посмотрел на Янь Циня чуть более пытливо.

Может ли это быть причиной перемены взглядов Лин Суя до такой степени, что он даже пытался сам сдать университетский экзамен?

“Ты так долго был за границей, что теперь, когда ты вернулся, тебе все кажется новым?"

У Лин Суя на лице почти были написаны четыре буквы, обозначающие ”любопытный", и он закрыл книгу, которую держал в руках.

“Хорошо, я не буду спрашивать, пока тебе это нравится, маленький предок. Понравился ли вам какой-нибудь из этих стилей? Я отдам это тебе”.

Сун Юньцин говорил так, как будто просил прощения, наклоняясь к нему, когда его длинные серебристые волосы рассыпались, как лунный свет, по телу Лин Суя.

Под своими линзами он посмотрел на высокомерную внешность Лин Суя, его глаза были нежными и ясными.

Янь Цинь отвел взгляд, скрывая свое необъяснимое удушье. Вероятно, это была разыгравшаяся погода.

“Здесь ничего интересного ”.Лин Суй был равнодушен и, увидев, как слуги расставляют посуду, направился к обеденному столу.

“Спасибо вам, миссис Чен, за то, что все еще помните блюда, которые я люблю есть”.

Сун Юньцин посмотрел на тарелки на столе и улыбнулся госпоже Чен.

Госпожа Чен ничего не сказала, только с улыбкой поклонилась и ушла на кухню.

Сун Юньцин указал на Янь Циня и сел рядом с Лин Суем.

Янь Цинь изначально планировал пойти на кухню, чтобы поесть после того, как они закончат, но поскольку Сун Юньцин заговорил, у него не было другого выбора, кроме как остановиться и бросить вопросительный взгляд на Лин Суя.

Лин Суй уклончиво кивнул, хватая полотенце, чтобы вымыть руки и глядя на тарелки на столе.

Янь Цинь сел напротив Лин Суя и начал есть, как обычно, молча.

“Сначала я налью тебе тарелку супа, чтобы разогреть желудок, ты нормально поел, пока я был за границей?”

“Почему ты ведешь себя как старая леди”.

Лин Суй немного странно посмотрел на Сун Юньцина, когда он говорил, не понимая, во что он играет.

Сун Юньцин уговаривал первоначального владельца в прошлом, но он никогда не был так особенно внимателен.

Однако это не имело значения. Поскольку он хотел действовать, Лин Суй также без колебаний принял это. Интимные слова между молодыми людьми перешли на другую сторону стола, и Янь Цинь опустил голову, бессознательно нахмурив брови.

Сун Юньцин недолго оставался после того, как закончил есть, потому что Лин Суй прогнал его.

“Я хочу учиться, не мешай мне”.

Причина Лин Суя была хорошей, чтобы Сун Юньцин не смог опровергнуть ее, поэтому у него не было другого выбора, кроме как уйти. Прежде чем уйти, он бросил взгляд на Янь Циня.

Янь Цинь спокойно оглянулся на него и закрыл дверь после того, как он ушел.

Необъяснимым образом воздух казался гораздо более свежим.

Лин Суй немного погулял в саду, а затем пошел учиться, как он и сказал Сун Юньцину.

Янь Цинь увидел книгу экзаменационных вопросов в его руках и увидел, что молодому мастеру не нужно было набрасывать свои расчеты, когда он читал текст. Он пошевелил губами, но не знал, что ему следует сказать, поэтому промолчал.

Как обычно, он прислуживал Лин Сую после того, как закончил мыться. Янь Цинь присел на корточки, помогая ему вытереть ноги, и перед ним была брошена книга.

“Почитай мне это позже, относись к этому как к чтению перед сном”.

Все тело Лин Суя смягчилось от горячей воды, даже в его голосе звучало немного ленивое настроение, смешанное с мягким гнусавым звуком, и, не глядя в эту пару глаз, казалось, что он ведет себя избалованно.

Янь Цинь согласился. Как только он взглянул на содержание книги, он сразу же перешел к оглавлению, его глаза задрожали, и в них промелькнуло странное выражение.

Это была книга, в которой говорилось о бизнесе, она не была похожа на одну из широко распространенных популярных книг об успехе, каждая страница содержала бизнес-кейс, охватывающий все виды промышленности, включая инвестиции, финансирование, правильные ставки и т.д., Некоторые кейсы были успешными, а другие - неудачными. Это было подлинное знание.

Можно сказать, что это была чрезвычайно прекрасная и продвинутая книга для бизнес-просвещения. У автора анализа конкретных случаев был лаконичный и проницательный тон, и чтение его выводов было немного похоже на внезапное озарение. Если бы Янь Цинь не оказался в неподходящем месте, он бы уже жадно прочитал это.

У книги не было ни названия, ни даже подписи автора, просто простая черная обложка.

Янь Цинь не мог не посмотреть на молодого мастера, который лежал, завернувшись в одеяло, выражение его лица было усталым, его светлое лицо было светло-розовым от воздействия водяных паров, совершенно не подозревая, что книга, которую он небрежно бросил в него, содержала такие важные знания, даже рассматривая это как чтение перед сном.

На долю секунды он задумался, знал ли Лин Суй и использовал ли это как способ проверить его, но потом почувствовал, что в этом нет необходимости. Учитывая положение и статус Лин Суя, ему не нужно было делать больше, чем требовалось. Возможно, он просто думал, что такого рода знания о бизнесе были утомительными, поэтому он принес их, чтобы помочь себе уснуть.

Голос Янь Циня звучал необычно хрипло, когда он начал говорить, тихо и сдержанно. Маленькие ночники у изголовья кровати светили мягко, Лин Суй закрыл глаза, действительно чувствуя легкую сонливость.

Он надеялся, что Янь Цинь своими способностями оправдает этот благонамеренный подарок. Эти случаи на самом деле были вещами, которые Янь Цинь не смог бы найти в этом мире, они были частью того, что он пережил, даже того, что он сделал, и он надеялся, что не подведет свое учение.

Уголки рта Лин Суя приподнялись, предвкушая будущего Янь Циня, который уже давно все знал.

Янь Цинь посмотрел на крепко спящего Лин Суя, и его голос постепенно понизился.

Он пристально смотрел на страницу книги в своих руках, пытаясь проникнуть сквозь написанное и прикоснуться к душе ее безымянного старшего.

Он мог определить характер человека по их манере говорить и стилю комментариев, и, добавив к этому их способ ведения дел, этот старший был безжалостным человеком, который иногда использовал самые экстремальные и радикальные методы, чтобы делать маленькие ставки и выигрывать по-крупному.

- Проницательный и непоколебимый игрок с непомерными амбициями.

Эта книга требовала тщательного изучения и многократного анализа, как игра в шахматы. Янь Цинь проанализировал каждый случай с трех точек зрения: с точки зрения зрителя, черных фигур и белых фигур, что отняло чрезвычайно много времени. В разгар этого погружения небо невольно погрузилось в сумерки.

До того, как ему нужно было идти в школу, оставался еще час, Янь Цинь записал номер страницы, закрыл книгу и отложил ее в сторону, планируя закрыть глаза и немного отдохнуть.

Когда он взглянул на большую кровать, его взгляд остановился.
Лин Суй плохо спал. Слабый, бледный свет неба скользил по одеялу и окутывал его кожу нежным сиянием, а линии от плеч к ногам плавно перетекали.

Янь Цинь не знал, что делать со своими руками, он колебался между тем, чтобы просто проигнорировать это и желанием поднять одеяло для Лин Суя.

Уголок одеяла был слегка приподнят. Янь Цинь беспокоился, что этот темпераментный мастер проснется, поэтому он понемногу прикрыл его.

Именно в то время он обнаружил, что у Лин Суя на бедре есть маленькое голубое родимое пятно, похожее на бабочку.

Лин Суй перевернулся, все еще крепко спал, и эта бабочка пролетела мимо его ладони, и в это мимолетное мгновение она как будто пронеслась по его душе.

Янь Цинь отдернул руку, как будто его ошпарили, глядя на слегка взволнованное лицо Лин Суя.

Молодой мастер все еще лежал с закрытыми глазами, его красивое лицо выглядело нежным и безобидным, как у обманчивой, ядовитой бабочки в покое.

Когда он снова лежал неподвижно, он больше не давил на одеяло, поэтому Янь Цинь плавно помог укрыть его им и вернулся в свою кровать.

Его тело явно устало и хотело спать, но по какой-то причине он не мог заснуть.

На его руке все еще сохранился след того атласного прикосновения, как будто голубая бабочка была поймана в ловушку на его ладони.

Солнце стояло высоко в небе, но его скрывал толстый слой облаков.

Когда Лин Суй открыл глаза, было уже 10 часов, но небо снаружи было затянуто тучами, и казалось, что вместо этого наступили сумерки.

“Бюро прогнозирования погоды выпустило желтое предупреждение о проливном ливне, который, по прогнозам, начнется в течение двадцати четырех часов. Ожидается, что через пять часов в большинстве районов выпадет более пятидесяти миллиметров осадков...”

Механический женский голос эхом отозвался в помещении, Лин Суй нажал на кнопку, и в комнате стало тихо. Лин Суй пролистал эту книгу, и уголки его рта слегка приподнялись, когда он увидел следы, оставленные на ней.

Янь Цинь был очень старательным, прилежным человеком. В прошлом он обычно заходил в библиотечный павильон, чтобы взять книги, чтобы принести обратно, и мог провести бесчисленное количество дней, читая нефритовые листы внутри пещеры.

Думая о прошлом, Лин Суй снова опустил уголки рта.

Он умылся и прополоскал рот, чтобы пойти поесть, затем вернулся в свою комнату и включил компьютер.

Система просмотрела данные и спросила: [Что ты делаешь?]

Лин Суй: [Если ты действительно глуп, не выходи и не объявляй об этом миру, помолчи.]

На самом деле, Лин Суй не слишком охотно использовал ‘Волю Небес’ для обозначения Системы, потому что это был только Небесный Закон в узком смысле. Он существовал в книге, в которую он переселился, и это был дух-хранитель сюжета, так что на самом деле это было не слишком умно.

В настоящее время Лин Суй не испытывал желания спорить с этим, у него были дела, и он не хотел, чтобы его внимание рассеивалось.

Система была заморожена словами Лин Суя, но, подумав, что Лин Суй, похоже, должным образом завершает миссию, она просто замолчала.

Холодные порывы ветра сдували с дороги опавшие листья.

Внутри небольшой виллы Янь Чжоу слушал Сун Юньцин с широко раскрытыми глазами.

“Вы хотите сказать, что А-Суй держит этого человека рядом с собой, и у этого человека все хорошо?”

Сун Юньцин кивнул: “Помогите мне расследовать его историю, он выглядел подростком примерно того же возраста, что и А-Суй”.

“Не нужно расследовать, никто не знает, кто этот ублюдок лучше меня. Как и ожидалось от собаки, родившейся на чужбине, он ничем не отличается от своей матери, по-настоящему бесстыдный и отчаянно пытающийся сблизиться с А-Суй. Неудивительно, что А-Суй помог ему выплеснуть свой гнев раньше." Выражение лица Янь Чжоу исказилось от гнева, и он усмехнулся.

“Я думаю, А-Суй делает это по прихоти, достоин ли он быть рядом с А-Суй? Юньцин, мы братья, ты должен быть рядом со мной”.

“Не заходи слишком далеко”.

Указал Сун Юньцин, в его глазах было задумчивое выражение.

Лин Суй была непостоянным в прошлом, но нынешнего Лин Суя еще труднее поймать.