5

— Ты хороший актёр.

Юнь Ю застыл на месте. Он был ошеломлён, когда Майкл уставился на герцога, у него было противоречивое мнение насчёт этого парня. Герцог непоколебимо отказывался принимать веру, несмотря ни на что. Но у него также была добрая душа, самая добрая, какую Майкл когда-либо видел в человеке. Даже когда Святая отправилась в эти трущобы, она помогала этим брошенным людям, но на её лице была небольшая, почти незаметная хмурость.

Но герцог был слишком добор, и Майкл не хотел этого признавать. Ему хотелось думать, что герцог просто притворяется. Он просто вёл себя по-доброму потому, что хотел бросить вызов Майклу, как верному последователю Бога.

Майкл отказывался признавать, что герцог действительно был доброй душой.

Герцог на мгновение замолчал, но в мыслях Юнь Ю уже паниковал.

«Система! Куколка! Я потерпел неудачу, ааааа!»

«Не-а.»

«Но он знает, что я актёр!»

«Может быть, он просто осуждает тебя. Если он узнает, что ты не из этого мира, нас немедленно вышвырнет вон. Может быть, он просто подумал, что ты притворяешься добряком.»

«А, так вот оно что.»

Юнь Ю почувствовал облегчение. Он действительно подумал, что его прикрытие раскрыто.

«Может быть, ты не такой хороший актёр, как думаешь.»

Куколка начала парить вокруг и учащённо моргать, говоря это.

«Эй! Я был постоянным членом театрального кружка в средней школе!»

Юнь Ю хотел дать пощечину этой глупой куколке, но система исчезла сразу же после того, как ей надоело издеваться над Юнь Ю.

Юноша же продолжил своё выступление.

Герцог нахмурился и повернул голову, вся его нежность в глазах исчезла, когда он столкнулся с Майклом. Майкла это немного задело, герцог, очевидно, был очень добр с этими брошенными людьми, но на него он даже не хотел смотреть.

— Прекрати это шоу, я знаю, что ты просто притворяешься, — снова обвинил его Майкл.

— Ваше высочество, это место - грязные трущобы. Здесь повсюду крысы и разные болезни. Ваше Святейшество не должно приходить в это место, уходите, — сказал Юнь Ю.

Майкл прикусил губу. Правда, если бы не этот парень, он бы не ступил ногой в эту трущобу. Но, видя, что герцога совсем не беспокоит грязь, он почувствовал стыд в глубине души.

Юнь Ю увидел, что Майкл не ответил, усмехнулся и обошёл принца стороной, но Майкл схватил герцога за запястье. Он хотел что-то сказать, но его внимание тут же переключилось, когда он почувствовал, какой холодной была рука герцога.

Ощущалось, будто труп.

Юнь Ю сразу же начал вырывать руку, его глаза стали тёмными и холодными:

— Отпустите.

Майкл стиснул зубы:

— Почему у тебя такая холодная рука?

— Это не касается Вашего Высочества. Отпустите, иначе я не буду таким вежливым, — Юнь Ю впился в него взглядом.

Майкл наконец отпустил руку герцога, и тот немедленно ушёл.

Майкл уставился на спину, которая удалялась всё дальше и дальше. Он потёр пальцы, ощущение холодных рук всё ещё отдавалось в сердце Майкла. Герцог действительно был странным, он был бледен, холоден, как труп. У него были элегантные, но резкие черты лица, будто... если бы среди его зубов была пара клыков, он был бы настоящим вампиром.

Майкл подозревал это, но герцогу, очевидно, не вредила святая вода. Он не сгорел, когда находился рядом с комнатой Святой.

Кроме того, Майкл был уверен, что вампир не пошёл бы в трущобы, чтобы помочь бедным. Вампиров не беспокоили такие вещи, как сострадание. Все они были хладнокровными маньяками, убивающими своих жертв и высасывающими их кровь для ежедневной пищи.

Майкл был в замешательстве. Он не знал, о чём сейчас думал. Его инстинкт подсказывал, что герцог был гнусным вампиром, и должен быть немедленно уничтожен, но сердце говорило, что тот был добрым человеком. И герцог был неверующим - худшим человеком в его представлениях о мире. Но герцог был и тем, кого следовало защищать потому, что он никогда никому не причинял вреда.

Майкл прогуливался по трущобам, не обращая внимания на грязь. На нём был капюшон так, что его никто не узнавал. Он видел бедных детей, которые ели яблоки вместе. Эти яблоки сегодня подарил им герцог. Они выглядели очень счастливыми, просто поедая их.

Майкл вздохнул. Он покинул трущобы и немедленно вернулся обратно в церковь. Умывшись, он пошёл на встречу со Святой.

Когда юноша открыл дверь комнаты Святой, там сидела женщина, одетая в белое, любуясь луной в небе. Она взглянула на Майкла и улыбнулась:

— Ты выглядишь очень потерянным, что случилось?

Святая, конечно, была прекрасной. Она была благословлена Богом. Когда Майкл впервые встретил её, то был поражен красотой и святой аурой. Она была совершенным человеком. Таким образом, Майкл посвятил себя служению ей из восхищения и благочестия. Он думал, что заслужил это, но теперь…

— Ваше Святейшество, могу я задать вопрос?

— Конечно.

— Ты веришь, что неверующий может быть хорошим человеком? — спросил Майкл.

Святая улыбнулась и кивнула. Она посмотрела на луну и сказала:

— Не всё в мире чёрно-белое. Кроме Божьего повеления, ничего не является абсолютным. Неверующий человек может быть самым добрым на земле, а верный священник может быть самым злым человеком, когда-либо жившим.

Майкл опустил голову:

— Святая… могу ли я узнать, грешный я человек или нет?

Майкл знал, что Святая могла видеть грех каждого человека. Сначала он думал, что достоин быть со Святой, но то, что сказал ему герцог, было нелегко забыть. Если он был даже более грешен, чем неверующий, тогда это означало…

Святая сделала паузу, а затем ответила:

— Майкл, я возлагаю на тебя большие надежды. Я надеюсь, что ты сможешь научиться тому, что не всё чёрно-белое. Но не от меня.

Святая повернула голову и улыбнулась Майклу:

— Я всего лишь маленькая птичка, запертая в этой светлой клетке. Поэтому я настоятельно призываю тебя хорошо учиться, прежде чем уйду.

Майкл почувствовал, что у него защемило сердце. Он знал, что Святая была не в добром здравии, и её здоровье ухудшилось бы ещё сильнее, если бы она испытала стресс. Прогноз состояния девушки не был оптимистичным, словно Бог не хотел запятнать её грязью этого мира, поэтому решил забрать пораньше.

Майкл думал, что, ограничив Святую от новостей, поможет ей, но теперь, казалось, что Святая и без того видела всё.

— Разве я... грешен? — спросил Майкл.

Он никогда не спрашивал об этом Святую даже после того, как приказал убить триста человек потому, что думал, что это правильно, а также потому, что был слишком напуган, чтобы спросить.

Но теперь, когда Майкл встретил кого-то, кто поставил под сомнение его внутреннюю веру, словно внезапное землетрясение, он не смог удержаться.

— Юный священник Майкл, каждый грех может быть искуплён в этом мире, если ты действительно хочешь изменить свой путь, — сказала Святая.

Майкл молчал, он склонил голову и оставил Святую в покое. Посланница Бога не дала ему прямого ответа, но этого он и ожидал.

Святая сказала, что ему нужно у кого-то учиться.

— Я должен учиться у него...

***

Юнь Ю в данный момент перекатывался по кровати потому, что умирал с голоду. Он был вампиром в этом мире и вообще не мог есть человеческую пищу. Вчера он попробовал съесть цыпленка-гриль, но у него был такой вкус, будто он жевал пластилин.

«Мне действительно нужно пить кровь?»

«Да, тебе нужно пить достаточное количество крови по крайней мере раз в неделю.»

«Но это отвратительно! Почему бы тебе не помочь мне и не утолить мой голод? Я не могу сосредоточиться на своей работе, если умираю с голоду!»

«Ты просто можешь пить свежую кровь животных. Может быть, тебе пойти и выпить коровьей крови? Куриной? Исходя из истории, кровь животных рассматривается как худшая альтернатива человеческой крови, но некоторые вампиры пьют кровь животных вместо неё, потому что они "вегетарианцы".»

«Вампир-вегетарианец? Значит, они осуждают насильственный акт убийства людей? И вместо этого убивают домашний скот?»

«Именно. Но вкус у него ужасный. Съедобно, но ужасно.»

«Ты не помогаешь!»

«Я даю тебе альтернативу. В моём словаре это считается помощью.»

Юнь Ю закрыл рот, он был слишком голоден, чтобы спорить с системой. Он закрыл глаза, пытаясь не обращать внимания на боль в животе. Завтра ему снова предстояло вернуться в трущобы, он просто надеялся, что сможет это вытерпеть.

Утром Юнь Ю снова готовился покинуть особняк. Он не был человеком, поэтому его желудок не урчал, когда он был голоден. Но зато он выглядел ещё бледнее, чем раньше, и это делало его ужасающим.

Когда Юнь Ю готовился вернуться в трущобы, его слуга доложил:

— Милорд, принц Майкл ждёт вас с рассвета.

Юнь Ю был удивлён, когда сам удостоверился в этом. Он увидел, что Майкл стоит в комнате для гостей. Он выглядел серьёзным, и когда заметил герцога, вежливо склонил голову:

— Доброе утро, герцог.

«Куколка! Что сейчас показывает его Счётчик Разлуки?»

«Счётчик Разлуки 60%, Счётчик Судьбы 30%»

Юнь Ю был в восторге от прогресса. Он проигнорировал Счётчик Судьбы, потому что он не был ему важен, но Счётчик Разлуки уже достиг 60%! Он был на полпути к своей цели!

Юнь Ю продолжил своё выступление. Он бдительно встал поодаль от принца Майкла и спросил:

— Что вы здесь делаете? Вы здесь, чтобы снова осудить меня за неверность? Я прикажу охраннику показать вам выход.

— Нет, — мотнул головой Майкл.

Он сглотнул, пытаясь найти лучший способ ответить:

— Я… Я буду следовать за вами в течение этого дня.

— Следовать за мной? Снова в трущобы? Ха, вы слишком святой для этого.

Майкл сжал кулак. Это было трудно признать, но теперь ему придется умолять.

Майкл подошёл ближе к Юнь Ю и низко склонил голову:

— Я очень прошу герцога снова отвезти меня в трущобы. Я хочу учиться.