1

POV: Jan.

Вот уже какой раз я сижу и не могу заставить себя взять  инструмент. Я - флейтист. Учусь в музыкальном колледже. Иногда мне кажется, что я зря переехал сюда: жил бы дальше себе на родине, заграницей, окончил бы учебу, поступил в Высшую школу, а затем... Не знаю. Просто когда на тебя повышают голос на каждом занятии, на репетиции, не можешь себя сдержать, чтобы не выплеснуть эмоции, попросту разреветься.
Ко всему прочему я - бета, поэтому на семейной жизни можно поставить жирный крест. Все альфы буквально сходят с ума от этих нежненьких течных омежек. Не понимаю я, что они в них находят? Хотя...невысокого роста, хлюпенькие, с длинными ресницами, голубыми глазами, с вьющимися мягкими волосами, кудряшками. Грустно, конечно, но ничего не поделаешь. Не жизнь, а одиночество.
Может, если бы я остался жить у себя, то никогда бы и не задумывался об этом. В Европе, а тем более во Франции, очень много бет, которые создают семьи, рожают детей. Родители уже всю...как там говорится...мышь пропели (плешь проели) по этому поводу. Не могу ж я им сказать, что во время медосмотра, меня отправили на дополнительное обследование и поставили страшный диагноз: бесплодие.
Вот и приходится только и строить профессиональную карьеру музыканта-флейтиста.
7:30 утра. Снова я зафилософствовался, лежа в кровати. Эх, почему я не могу заболеть, чтобы никуда не ходить, ни с кем не видеться? Надоело.
Минут за 15 я прибрал себя в порядок, выпил сок и вышел на улицу, прихватив с собой черный рюкзак. Поскольку на дворе была осень, я оделся подобающе: бежевая водолазка, выглядывающая из под темно-серого пальто, такого же цвета шапка и кожаные ботинки. На мой взгляд русские одеваются как-то непонятно. Одни - уже в зимних пуховиках, а другие - ещё в толстовках расстёгнутых ходят. Живу уже здесь больше года и, думаю, никогда не пойму этих русских.

- Zut! (Черт!), - буркнул я, переходя на носочках огромную лужу на дороге.

Как назло светофор замигал, а я ещё «проплыл» только половину, какой-то лихач сорвался с места и, благо не сбил меня, а всего лишь окатил меня грязью из этой чёртовой лужи. Да лучше бы сбил меня!
7:40. Через 20 минут начало пары по специальности. Если идти домой - не успею, и тогда на меня наорут. А если так приду, то тоже крик будет.
Неподалёку замаячила маршрутка и я побежал на остановку, не обращая внимания на грязь и лужи.
Что меня до сих пор поражает, так это кондукторши в транспорте. Как бы ни был забит он, эти толстые Madame лезут и своим скрипучим голосом: «Передаём билет за проезд». Вот нет, чтобы подождать немного или чтобы не пускать столько народу. Нет, нужно, как только забьётся до краев маршрутка несчастная, так сразу же вскакивать, всех давить, переплющивать и кричать прямо в ухо, будто бы мы их не слышим и не чувствуем.
Забежал я в транспорт последним и встал на самую первую ступень вместе с мужчиной. Стояли мы с ним вплотную, и если бы я был омежкой, то, наверное бы, бросился бы к нему на шею. Высокий, статный, с темно-зелеными глазами, какими-то правильными чертами лица, которые обрамляли черные волосы. Да, безусловно, он был красив. Иногда жалею, что не родился омегой.
Как только мы остановились, я прижал флейту к себе, чтобы ничего не произошло, ведь если её уронить, Mon Dieu! (О Боже), то ее мгновенно раздавят.
Открылись двери. Никто из маршрутки не выходил, а с улицы сюда смотрели не менее 5 пар глаз. Я зажался в противоположный угол от мужчины, от которого несносно пахло несколькими омегами, и зажмурил глаза.
Однажды я натолкнулся в транспорте на извращенца-альфу. Народу было немного, и его никто не видел. Я тогда ещё только недавно переехал сюда и не знал, как вести себя. Я даже не мог сдвинуться с места. А тот безумно смотрел на меня и, видимо, наслаждался. Выбежав, меня стошнило и я расплакался. Впервые было так страшно. Поэтому сейчас я всегда закрываю глаза в транспорте, чтобы не увидеть того, чего мне не нужно. Меня снова бросило в дрожь. Что за день то такой.
И вдруг я почувствовал чьи-то сильные руки, которые меня прижали к себе. Без сомнений, это был тот альфа. Не знаю, зачем я это сделал, но я его понюхал. Звучит смешно, но просто захотелось. Но, к сожалению, ничем, кроме запаха омег и недавнего секса, от него не пахло.
Как только маршрутка немного опустела, я высвободился и тихо проговорил:

- Спасибо.

На что услышал смешок. И всё. Было конечно грустно, вспомнились недавние мысли о жизни без семьи и тому подобное. Но от них меня отвлёк телефонный звонок. На секунду взглянув на альфу, я понял, что ему я был безразличен.

- Bonjour, mami (Привет, мамуля).

- Mon cher. Comment ça va? Qu'est-ce que tu fais? (Мой дорогой, любимый. Как дела? Что делаешь?)

- Ça va bien. Je vais au college. J'ai bientôt un concours. J'essaie de ne pas m'inquiéter. Comment êtes-vous? (У меня всё нормально. Еду в училище. У меня кстати скоро конкурс. Стараюсь не волноваться. Как у вас?)

- Bien. Ton chat est apparu des noirs chatons. Ils sont si mignons. (Хорошо. У твоего кота родились черненькие котятки. Такие милашки).

- Je m'ennuie. (Я скучаю).

- En bien, jusqu'au soir. (Ну ладно, до вечера, пока).

Не передать ни на русском, ни на французском, насколько я соскучился по родным, по родине. После разговора так потеплело на душе. Хотя даже разговор был ни о чем.
Убрав телефон, я случайно взглянул на альфу. Тот стоял удивленный и как будто он приклеился взглядом ко мне. Забавно. Аж рот приоткрыл.
Маршрутка остановилась и, недолго думая, я сказал ему: "Mignon". Я не пожалею об этом, ведь больше мы не увидимся, а если и встретимся, то меня не вспомнят.
Наивный альфа, принюхаться даже пытался. Не выйдет. Я каждое утро принимаю блокаторы для омег и брызгаюсь одеколоном для отвлечения запаха. Не хочу, чтобы ко мне кто-то лез.
7:52. Забежал в кабинет я практически во время. Преподавателя ещё не было, поэтому я быстренько достал инструмент и стал разыгрываться.
12:30. Время перерыва. Все бегут в столовую, а я предпочитаю проводить время на 5 этаже. Как и все французы, я в душе романтик. Люблю я созерцать, любоваться всем. Вот только с той встречи альфа не выходит у меня из головы. Когда он прижал к себе, я, кажется, разучился дышать. Он был таким тёплым.

- Bête! (Дурак!).

Жан, у тебя скоро конкурс, тебе нужно работать, заниматься, а ты тут на альфу залип. Точно! Это же один из побочных эффектов блокаторов, если их часто принимать. А я уж подумал.
Я приоткрыл окно и вдохнул воздух. Как же хорошо, вот только что это за странный аромат. Резко закрыв окно, я оттянул ворот у водолазки. Вот только этого мне здесь не хватало. От одного запаха возбудиться. В какой раз уже благодарю судьбу за то, что я не омега.
Спрыгнув с подоконника, я поплёлся на 4 этаж к туалету, чтобы снять напряжение. Оглядываясь по сторонам, заметил, что альфы начали принюхиваться. Ненавижу свою особенность: бета, сводящий с ума своим запахом любого альфу. Вот только при возбуждении блокаторы как назло перестают действовать, и вся моя сущность выползает наружу.
18:24. Наконец день окончен. Выйдя на улицу, я решил прогуляться до дома. Ночь всё равно будет бессонной, так почему бы и не пройтись по вечернему городу. Запах по прежнему заметен, но не такой сильный, каким был. Я даже сам не могу понять, какой он. Друзья говорят, что похож на мед, но какой-то не такой.
Я остановился. Вновь, вновь это запах. Морской бриз, свежесть, то, что я люблю, что мне напоминает о провинции на берегу моря, в которой я родился.
Я оглядываюсь. Не могу понять, откуда этот запах.

- Да, я скоро буду, - прозвучал рядом голос. Это был он. Тот самый альфа. - Не ругайся, сладенький, я скоро буду.

Он сказал сладенький? Значит, у него уже есть пара?
Я отшатнулся назад, повернулся и пошёл в другую сторону. Мне же просто понравился его запах. Всего лишь один раз, а я уже одержим им. Но почему с утра от него так разило сразу несколькими омегами?

- Какой миленький! - позади раздались смешки. - Не хочешь скрасить вечерок в компании брутальных альф?

- Вы ошиблись адресом, - я ускорил шаг, не оглядываясь назад.

- Да ладно тебе. С бетами тоже классно кувыркаться, - меня схватили за локоть и потащили назад. Вокруг люди слышали всё, но не подходили.

- Прошу прощения, но этот юнец уже занят, - меня вырвали из лап извращенцев и вновь прижали к себе. - Если есть возражения, просьба обратиться к моему кулаку. Он не против разбить кому-нибудь физиономию.

Я ничего больше не слышал. Его запах окутал меня, но я боялся показать ему это. Мною словно овладело безумие. Я хотел к нему прикоснуться, обнять, поцеловать.

- Ты как? - пара изумрудных глаз уставилась на меня.

- Всё нормально, - с акцентом на картавую «р», которая была неисправима.

- Скажи по-французски, - альфа прикоснулся к моему лицу и я, словно загипнотизированный, ответил:

- Merci beaucoup.

Он тепло улыбнулся и поцеловал меня. Но вдруг всё потемнело в глазах, моё тело стало невесомым. Как мне показалось, я очнулся минут через 5-10, но на самом деле я лежал в больнице с самого утра. То, что со мной произошло, мне приснилось. Это был сон, такой реалистичный. Я отвернулся, захотев пустить слезу, как в палату зашёл тот самый высокий альфа.

- Он вас привёз сюда. Вы упали без сознания в транспорте, - констатировал медбрат и спешно вышел из палаты, оставив нас вдвоём.

- Как вы себя чувствуете? - спросил он холодным, стальным голосом.

- Всё нормально. Извините, что побеспокоил вас.

- Сейчас вам принесут вещи и лекарства, и я вас отвезу домой.

- Не стоит. Я и так доставил вам столько хлопот.

- За мои хлопоты вы расплатитесь, - альфа улыбнулся и вышел и палаты, а я не знал, что мне делать: ждать или бежать.