4 глава
Девушка сидела на детской площадке, склонив голову. Она уже её дико раздражала, Настя недоумевала, как это вообще возможно? Как возможно полное безразличие и незаинтересованность со стороны Саши. Девушка не собиралась возвращать прежнюю дружбу, но она была уверена, что Субботина скучала и сама проявит инициативу к общению. Но она буквально не видела в Насте равную.
Нет, это не высокомерие, это просто открытое ничто. Яркий указатель, со словами "это конец". Без слов, объяснений. Все что нужно, было уже сказано давным-давно, а что не нужно так и не началось. Их нить не оборвана, а просто сожжена дотла. Кажется, Настю доводило это до полного отказа соображать. Мозг отключился и остался один гнев и раздражение.
Грусти нет, есть лишь яростные стуки сердца в грудной клетке.
Афанасьева полезла за пачкой сигарет в рюкзак. Девушка находилась на площадке в двух домах от школы, но на удивление её редко посещали. Детские горки и качели были огорожены высокими кустами. Настя сидела на старой облезлой лавочке, что прикрывал огромный зеленый куст, закрывающий вид на остальную площадку. Но абсолютная тишина показывала слушающим нервное чирканье зажигалкой и неожиданный тяжелый вздох после череды звонких уведомлений.
Розовые волосы взметнулись вверх вместе с резким движением головы. Настя прищурилась, разглядывая преступника, нарушившего её уединение. Уединение, что так долго ей не хватало. Хотя что уж врать, она задыхалась в постоянном одиноком времяпрепровождении. И будто никто ничего не замечал.
Медленный выдох никотина и тихие шаги, заставляющие сжиматься сердце. Не надо, оставьте.
Обойдя хаотичное скопление веток, спокойно вышла девушка, учащаяся в десятом классе той же школы, что и Настя. Напоследок взглянув в экран мобильника, она обратилась к Афанасьевой:
— Дай сигу.
Настя, не моргнув, протянула ей открытую пачку.
— Спасибо,- пробубнила она, зажав сигарету между губ и пытаясь воспользоваться чужой зажигалкой.
Афанасьева пригляделась и узнала в девушке десятиклассницу Варю. Всегда невозмутимая и ровная. Ровная - не поддающаяся чужим сплетням, а их было не мало. Когда наша Варя была в девятом классе по школе пробежала короткая волна слухов про ориентацию девушки. Настю не обошел наплыв противных шепотков о Саблуковской. Но Афанасьеву не сильно интересовала чужая ориентация, потому она даже ухом не повела. Это не те сплетни, что она собирает.
Варя оглядела девушку и присела рядом. Афанасьева все ждала, что пришедшая заговорит с ней, но та долго и очень задумчиво затягивалась сигаретой. Настя слышала свое дыхание и наблюдала за тем, как тлеет сигарета девушки.
Варя подергала локон вьющихся волос цвета соломы, а потом с выдохом серого облака нажала на чей-то номер из списка быстро набираемых.
— Супер, ты ответил. - без единой эмоции начала она.
Настя скользнула по черным брюкам девушки и её коричневой рубашки. Её волосы спадали такими сильными волнами, что казались не расчесанными.
— Мама сказала, что это твое решение.
Выпалила и замолчала. Горстка пепла упала на коленку Вари, а та и не заметила. Настя подумала, что может остаться след. Потому пока Саблуковская слушала кого-то на той стороне трубки, ее одинокая сестра по безмолвию стряхнула пепел.
Варя, не дослушав, сбросила.
— Идиот.
— Отец? - поинтересовалась Настя. Девушка повернулась и как-то странно оглядела её, но все же ответила:
— Отчим.
— Сочувствую, - пожала плечами Афанасьева и, затушив сигарету подошвой кроссовка, собрала волосы в высокий хвост.
— Не нужно. Сочувствовать надо женщине, что вышла за него. А я не настолько тупая и слепая, чтобы когда-нибудь выйти за что-то подобное. - Варя замолчала на мгновение, а потом, встав с лавочки, добавила, - В жизни не совершу подобных ошибок.
— Может быть она просто не знала? - предположила Настя.
— А может не видела? И не хотела видеть?- девятиклассница понятия не имела, что же такое сказал отчим Вари и что он вообще из себя представляет, но почему-то ей хотелось надеется, что та просто преувеличивает, а не говорит правду.
— Удачи.
Последнее, что сказала Саблуковская перед тем, как уйти.