Человек-банк

Небольшое предисловие.
Есть у меня друг, Филипп. Раньше я его совсем не понимал, потому что он никому ничего не продавал. То есть было у него, что продать, и спрос был, да только одних он лесом посылал, а другим отдавал это даром, и ноль продаж по итогу.
Филипп - художник. У него было много краски всякой. Вот её то у него и готовы были купить такие же художники. А как-то раз и нам с друзьями понадобилась эта краска. Обратились мы к Филиппу, мол, продай, пожалуйста. Купим за сколько скажешь и глазом не моргнем. Проект горит - выручай.
Но ничего он нам не продал.
Удивились мы тогда с его ответа: я, говорит, друзья мои, вам просто так отдам - выбирайте. Мы, конечно, ушам своим не поверили. Просто так... редкий дорогой материал, и просто так. Некрасиво совсем получается: деньги, конечно, продолжали предлагать. А он: - "Продавать не буду. Берите, что надо и в путь. Потом покажете, что сделали."
- "Ну спасибо, друг! Вот это ты добрая душа! Мы твои должники!" - Только и могли мы лепетать от восторга, цапая краску и не отдавая взамен ничего.
А были ещё ребята у нас по соседству, с которыми мы особо не общались, как и сам Филипп. Но городишка у нас небольшой: все друг друга знают, так что и эти парни как-то раз постучались к нашему небезызвестному другу. На что он им наотрез отказал. Просто - нет, и все тут. Упрашивали они его, охотно разжимая в кулаках купюры: мол, очень надо - проект ведь пылает, а тебе что стоит продать - только в плюсе окажешься, и вот, пожалуйста, заплатим сполна. Ага, говорит, не продаю и все. Так и ушли они ни с чем. И, видать, обиделись, раз молва пошла про тот случай.
А я вот тоже все думал и не понимал: в чем же подвох? Почему Филипп от продаж открещивается? У него ведь и корни еврейские имеются. А он такую выгоду подавляет, но в тоже самое время друзьям эту выгоду вовсе бесплатно отдает!
Так вот, после случая, о котором пойдёт повествование далее, я все понял.
Имена заменены.

Обычный понедельник.

Раннее утро. Я вторгаюсь на базу экспресс-доставки. Здороваюсь с коллегами. А тут один из них, Валера, такой худощавый мужик, роста среднего... Хотя это я вот - среднего, а у него лоб точно превосходит над моим. В общем, худоба его подсушила и вытянула. С лицом такой же этюд вышел, только на нем ещё выражение часто усталое что-ли, задумчивое. По фигуре да одеге молод, а физиономия его так и старит. Собственно, как и сейчас, когда он ко мне обращается с каким-то разговором важным и хоть совсем в сторону от остальной бригады не уводит, но дистанцию сократил, приглушил голос и, слышу - дикцию заостряет:
- Вадим, слушай, выручишь? Можешь занять до зарплаты?
- Занять... - Только повторяю я, не понимая как отвечать. Но человек я отзывчивый, и через пару мгновений добавляю вопросительное слово:
- Сколько занять?
- Тридцать. На ребенка. Ипотеку закрываю. Жена сейчас не работает - дома с малым. У сестры тоже занял...
Во дела, думаю... Как людям тяжело приходится. Ещё ребёнок у них там, бедненький. И на него столько денег надо...
- Ух ты, тридцать значит... Тридцать тысяч получается... - Мнусь я, сонный и застигнутый врасплох такой мольбой.
- Ну сколько сможешь... С зарплаты отдам. - Добавляет Валера.
Вот, сразу видно - человек серьезный: все объяснил, сроки обозначил. А то есть такие, кто даже не ведают, когда пятьсот рублей вернут. Понабирают у всех и завтраками кормят потом.
А тут человек солидный, семьянин. И работает он лучше меня: много успевает, старается, по заработку обгоняет меня, скорее всего. Район доставки у него там насыщенный, а он, по рассказам, все раскидывает день ото дня. Да и ещё сколько у нас в бригаде таких шустрых - неужели никто больше не может скинуться Валере? Уточняю:
- А у наших ты спрашивал? Может скинемся все по чуть-чуть...
- Миша тоже, может, скинет.
- О, Миша тоже... - Повторяю я, словив позитивную ноту.
- Ну он - не факт. У него машина в кредит. У всех остальных вообще по два-три кредита. - Отрезает Валера, опустив уныло голову.
Во дела, думаю: у всех тут так с деньгами туго, в отличие от меня. Я вообще с девушкой живу припеваючи, и она у меня тоже работает! Жаловаться не смею, а даже коплю! И никаких кредитов. Могу, ведь, и все тридцать тысяч занять. Вот такое у меня положение приятное, в отличие от этих бедолаг. А Валеру жизнь совсем в тупик загоняет. Ребёнку есть нечего! Ещё я тут удивляюсь сумме... Делить её пытаюсь - некрасиво, только зубы человеку заговариваю. Там судьба семьи на волоске, а я тут на числа смотрю! Надо мне уже решать что-то... Тут делить, занимать меньше - без вариантов. Зачем - если человек уже у всех спросил, а у меня есть свободные тридцать тысяч...
Только для надёжности уточню ещё раз, когда там он вернет:
- Так... А когда отдашь значит?
- С зарплаты отдам. - Уверяет Валера также поникшим тоном.
- Ага.. - Продолжаю я мяться. Топчусь тут на одном месте, вниз смотрю на посылки под ногами, в руках кручу то один конверт доставки, то другой, а сам ничего в них не разбираю - как-то боязно сказать, что все тридцать "штук" занять могу...
И долго я ещё буду время терять понапрасну? Пора решаться. Поспособствую я в помощи ребёнку или останусь равнодушен? Действительно, сколько же можно человека мучить этим нелепым молчанием - отвечаю:
- Ну, в общем, раз так, тогда тридцать тебе и займу!
- Благодарю, Вадим! С аванса закину тебе. - Откидывает Валера в сторону очередную коробку и жмёт мне руку, произнося слова также сдержанно.
Чувствую себя настоящим мужиком. Вот так - поступок людям во благо с утра пораньше.
Провожу в телефоне нехитрую операцию, и деньги полетели. Представляю как он сейчас покажет их жене; как она обрадуется; пойдёт, купит ребёнку все необходимое без боязни о нехватке средств; а потом обрадуется и сам ребёнок...
А вот как моя девушка отреагирует, если я ей расскажу... Об этом я и не думал. Наверно, скажет, что многовато занял. Что бросаться такими суммами опрометчиво. Люди незнакомые совсем ведь.
Ну так она Валеру и не знает совсем. И это сейчас так может показаться, когда долг активен, а как Валера 25-го числа мне все назад вернет, так посмотрим, кто тут папка!
А пока ничего говорить не буду.
И кофе, пожалуй, возьму без излишеств. Без сахара. Да что там, сахара, и без воды отнюдь. Стопку эспрессо тяпну, и довольно. Вперёд трудиться на благо общества...

Прошло две недели. Пятница. Уже не совсем обычная.

Так! Ну какую стопку... Ну какое тут кофе без сахара - 25-е число наступило! День зарплаты! А у меня ещё и день принятия долгов. В общем, сегодня все включено. Сегодня варим каппучино-амаретто ноль-три! В нем и кофе двойная доза, и пена молочная, и сироп миндальный, и водицы вдоволь.
Оп, готово - пропищал автомат. Так, осталось из пасти у него стаканчик мой забрать аккуратно... О, Валерина спина... Пошла в этой своей брутальной жилетке, а-ля ковбойской... Шляпы только не хватает. И мимо меня что-ли молча?
- Валера, здорова! - Кричу я вслед.
- Здорова. - Выдавил он тихонько в ответ, даже не оборачиваясь и пропал из виду, свернув на склад.
Что это он... Как-то не приветлив... Возможно, не сопоставил еще спросони: меня, дату, долг. Хотя... вот я бы на его месте сразу вспомнил! Я бы все эти две недели и не забывал ни на минуту. Надо пойти к Валере... Раз такие дела...
Иду в его сторону со стаканом в руках и с мыслями собираюсь. Думаю, как диалог начать на такую щепетильную тему, какие слова подобрать... А "ковбой" в жилетке вдруг резко из-за угла выскакивает и рохлю с палетом тянет словно кобылу из стойла. Так он в миг близко оказался с этим своим прицепом, что я растерянно назад дернулся.
- Вадим, ты откуда взялся? - Удивляется мой должник.
Я же стою, язык проглотив, терплю, руку отряхиваю - мне по инерции кипятком из стакана по пальцам прилетело. А палетный воротила так дальше и прётся себе спокойно.
- Погоди... Валер! Ты... это... - Догоняю я его мелкой рысцой, стараясь не взбаламутить кофе снова. -... Сегодня скинешь "бабки"? - Произношу это все, а эта рохля долбаная громко дребезжит по полу и глушит мой вопрос.
- Чего? - Переспрашивает Валера, но не останавливается.
Меня это уже раздражать начинает: он будто не понимает, какой сегодня день, поэтому я уже горланю ему в ухо, наперебой рохле:
- "Бабки"! Говорю, скинешь?
- А, ну да... Ближе к вечеру - как "зэ-пэ" дадут... - Отвечает он спокойно.
- Ага, хорош... - Киваю я и отстаю.
Вот же - все помнит. А я, кажется, переборщил с интонацией... и с формулировкой: "скинешь бабки". Нельзя было подобрать слова проще? А как бы попроще: "отдашь долг"? Это тоже как-то вызывающе звучит... И еще я в вопросе зачем-то выбор предоставляю: можно отдавать, а можно и не отдавать что-ли? Можно сегодня, а можно и не сегодня?? Бред, конечно. Понятное дело итак! Как зарплата поступит - ясен-красен!
И все же Валера этим своим равнодушием меня как-то смутил. Уходил от меня все время куда-то. Бегать за ним пришлось - даже кофе пролил. Хотя я тоже как пуп земли: если человек мне денег должен, что он теперь на цыпочках передо мной должен бегать? Да нет - я лишь считаю, что у любого человека ответственность должна быть перед тем, у кого он занял.
Ладно. Эх, пока тут бегал и тревожился, уже и вершки кофейные пропустил: пена разошлась и амаретто улетучилось. Не насладился... Ладно, работать надо.

Тем же днем.
Вот разъезжаю я тут, а мысли лишние прут в голову... Мысли о долгах... Чужих. Раньше не было мне дела до чужих долгов, а теперь очень даже есть. Работать не могу спокойно. Томлюсь теперь в ожидании, когда отдадут. Вспоминаю ещё друга своего, Эдика. Тому хоть соточку рубликов займи - он потом отдавать не торопится. А через пару недель ещё займет купюру побольше - сумма, вроде, тоже плёвая, тем более для друга, только смутно уже помню про первый заем... Да и первый ли был тот, и сколько там было - попробуй разбери! А Эдик уверяет всегда: - "Все помню, все отдам! Все отдам сразу, братик! "- И пропадает вновь. С работы на работу прыгает, а то и вовсе без неё сидит. Но не дома - всегда где-то тусуется. На какие шиши - попробуй разбери. Девушку нашёл опять новую - может, она платит? Потом в какой-то момент он вновь жалуется на тяжёлое время, что сейчас еле-еле концы свёл; из квартиры съезжал; в подъезде ночевал; Венера, его бывшая, должна ему киберкошелек, а она его кинула, потому что он ей изменил. Изменять не хотел, но словно затмение на него нашло - "Ретроградный Меркурий тогда совсем сошёл с орбиты"...
Итого: долг мне только копится. Если я ещё и проценты начислю, Меркурий упадет Эдику на голову.
О! А мне вот упала зарплата на карту. Хорошо, конечно, но от Валеры вестей пока нет... Деньги начислили, а он молчит. Так, ладно, может он и не знает ещё об этом: с телефоном рабочим гоняет, а в свой пока и не заглядывал. Да и в нашем деле некогда отвлекаться - надо рулить и звонить тут всем наперёд.

Итак, уже три часа прошло! Ну загляни уже в свой портативный банкомат, Валера-а! Понимаю, ты занят, но как бы ты должен мне! За все это время ты об этом так и не вспомнил?! Странно... Вот с самого утра он мне каким-то странным казался... Черт, не туда свернул - вот что бывает, когда голова не на месте!
Тем не менее, сегодня в плане работы день лёгкий - идеальная пятница. Вообще работа меня сегодня даже как-то успокаивает и "удерживает в колее". Только начало шестого, а я уже обратно на базу выехал, но настроение падает. И усталость пребывает. Хотя обычно на обратный путь у меня всегда второе дыхание открывается, и я бодро мчу отдыхать, а тут как-то тягостно с ожиданием долга. Так что вот уже ищу контакт этого прохиндея одной рукой и глазом, а вторыми за дорогой слежу. Поставил на громкую. Гудки. Абонент не отвечает. Сука, ещё и трубку не берет! И на базе я сейчас этого махинатора не встречу - он на выходные рабочую машину у дома паркует, а груз уже, наверно, скинул нашему коллеге, Вове, и сленял домой.
Так, ну подожду немного - как минимум, он мне перезвонить должен. Понимает же прекрасно, чего я звоню! А лучше бы ему просто мне деньги перевести и закрыть вопрос наконец!

Я уже недалеко от базы, а этот леший как в воду канул... Никаких вестей. Японский городовой - я прозевал поворот! Хотел ведь сегодня здесь свернуть пораньше, чтобы побыстрее пробку обогнуть. Теперь на следующем съезде сейчас затор, наверно...
Ну точно - приплыли. "Толкаюсь" теперь до светофора. Какой же напряжённый день... И все из-за Валеры... Позвоню ему опять.
Гудок. Ещё гудок. Ещё... Ещё... Он меня игнорирует специально?!
Что вообще происходит?!
Вдруг из динамика доносится:
=Але.=
- Але, Валер, ну ты когда переведёшь? Я же жду! - Стараясь скрыть тревогу в интонации, сдержанно выясняю я ртом у экрана телефона.
= Вадим, сейчас тебе скину. =
- Ага, давай, жду-жду. - Ещё спокойнее пытаюсь подытожить я, но все равно произношу эту фразу спешно, с явной нетерпимостью.
Эх, опять похоже я перебрал с тревогой. Все равно, наверно, Валере слышно было моё недовольство в голосе. А он, может, просто занят был - ехал где-то. Ладно, я подуспокоился и вновь окунулся в рабочие хлопоты.
Поставил машину и бегал по базе с двумя телефонами в руках: в рабочем закрывал смену, а в своем личном томился в ожидании денег. В итоге в такой суматохе мой телефон выпал у меня из рук, а я еще машинально выставил колено в нелепой попытке поймать, чем сделал только хуже и совсем отфутболил бедный аппарат в пол. Трясущимися руками подобрал его - экран вроде целый. Поспешил убрать эту "драгоценность" обратно в карман от греха подальше. И занимался дальше только рабочей вознёй.
В общем, собрался, вышел с базы и тут только вновь взглянул в экран телефона... Аж ахнул! Ура! Вот оно - уведомление на экране. Зачисление поступило!

Эх, какой счастливый конец! А то я уж так распереживался! Уже "понакрутил" себе в мыслях всякого. Получается, я все это время чего-то боялся, нервничал, человека про себя обзывал по-всякому. А ведь он...
Она? Перевод от некой Евгении... На сумму... Пять тысяч? Так, ничего не понял. Какое-то смешанное ощущение: вроде приятно, радостно, что деньги мне скинули, а с другой стороны вновь тревога охватывает... И злоба! Будто меня развели, надули, кинули... В общем, кинулся я сам проверять баланс. И...
Так, очевидно - всего пять тысяч рубликов поступило от Евгении Игоревны. И что это значит?
Видать, это жена Валеры перевела. Так, ладно, стоп. Может они там ещё кумекают, кто сколько скидывает - скребут по сусекам, так сказать. Пойду пока в метро.
И вот, я уже с подземки вышел обратно на поверхность, а с финансами у меня та же картина: не привалило тридцать кусков, а только капнуло пять тыщёнок. Где ещё двадцать пять?! Так... И этот дятел опять трубку не берет! Ну это уже точно издевательство...
Пятница, вокруг птички поют, погодка шепчет, а у меня настроение злобное. Агрессивное прям. Это в какой-такой момент у нас долг разбился на платежи?! Или что это?? Договаривались об одном, а теперь что получается?!
Да чего ж ты, сука, трубку не берёшь?! Неужели это тот же самый "Эдик" оказался, только семейный?? Так Эдик наш хотя бы трубки берет и по суммам так харей не трескает!
В общем, так я и не дозвонился до "семейного Эдика" в этот суровый вечер пятницы. Оставшиеся выходные старался вообще об этом не думать. Отложил "стрелку" до понедельника, где я уже смогу спросить у своего должника всё с глазу на глаз.

Прошли выходные. "Другой" новый понедельник.

Отвратительно спалось мне сегодня. Сначала уснуть не мог: все блуждал в томных мыслях с закрытыми глазами. За ночь просыпался два раза. И каждый раз не мог сразу окунуться обратно в сон со своей одеревенелой башкой, а только бултыхался на поверхности с подушкой ещё какое-то время.
Теперь, словно ежик в тумане, бреду на работу. Те затяжные антракты во снах, теперь это мое аморфное состояние и сознание, в котором густые клубы сомнений, тревог и даже некой печали - честно говоря, уже жалею, что занял эти деньги. Мне предстоит столь тяжёлый разговор...
Зашёл на базу, и прямо мандраж меня охватил. Что ответит Валера? Что, если он меня совсем "кинуть" решил? Придётся морду ему бить прям там... Прямо перед всеми...
Да ну, нет! Да как он может меня так обмануть, в конце то концов?! Я же занимал коллеге, трудяге, семьянину, а не какому-то проходимцу. И он, ведь, скинул через жену уже пять тысяч. Может, стряслось чего, и не смог сразу всё перевести. Но как же странно, что трубку не брал и не удосужился перезвонить за весь вечер, да что там - за целые выходные... Этот факт, конечно, меня подбивает. Не могу успокоиться.
Вон он, этот недоступный абонент. Стоит собственной персоной, потягивает папиросу в курилке с Вовой. Ребёнок у него там недоедает, а на сигареты деньги есть, получается?!
Подбегаю к нему, и мой кулак уже летит ему прямо в нос, захватив его сигарету из зубов и затыкая ей же его ноздрю! Что, сука - деньги не пахнут?! Вырываю у Вовы ещё один бычок и втыкаю обидчику во вторую ноздрю. А теперь за волосы мордой об лавочку: раз! Сука, два! Сука, три... Забьем запах поглубже, чтоб не забывал!

Ладно. На самом деле я ещё не дошёл. Не буду я его бить. Здесь точно не могу я с ним драться. Да и надо же сначала поговорить. Приближаюсь, ступаю под навес беседки, здороваюсь с Вовой молча. А поджимая руку Валере и бросив на его сигарету лишь робкий взгляд, начинаю диалог:
- Здорова, ну что, ты это... В пятницу... Потерялся где-то...
Сам не знаю вопрос это был или утверждение - запинался невпопад, но интонацию все же выразительнее подкрутил в конце. На что получаю закос под дурачка:
- В смысле?
- В прямом! Я тебе звонил сколько раз? Ты говорил, что... - Тут я уже повысил голос, чем, все же заставил собеседника "дурачка отключить" и активировать немного мозги.
Валера меня перебивает тихонько:
- Вадим, я отдам чуть позже.
Тут Вова, удалился из-под навеса. А я уже итак не заботился о лишних ушах. Напротив - где-то внутри возникло желание даже придать общественности такой проступок коллеги. Так что я продолжал в полный голос:
- Слушай, Валер, мы договаривались, что ты с зарплаты все вернёшь, а уже выходные прошли и...
- Вадим, я знаю. Я отдам. Тебе Женя уже закинула "пятёру"...
- А когда ты от... И что мне эта "пятёра", когда мы договаривались совсем по-другому!
Тут он тяжело вздохнул и выдал:
- У меня мать оформляет банкротство. У нас с ней "И Пэ". Мы ждем "бабки". Как выплатят, я тебе переведу.
Я ни черта не понял и молчал ещё несколько секунд, пытаясь разобрать мысленно эту лабуду. Затем продолжил:
- Почему я должен ждать, кого-то там?! Ты мне со своих денег отдай и сам жди сколько влезет!
- Вадим, я же тебя не кидаю. Я перевёл, сколько смог.
Тут я уже растерял все мысли от такого аргумента Валеры, потупил взгляд куда-то вниз в сторону и нашёл занятным наблюдать, как останки сигареты трутся о крышку урны в пальцах должника. А тот вскоре просто молча зашагал в направлении базы.
Я его не догонял - только стоял и смотрел вслед. Захотелось самому постоять тут покурить, хотя я и не курю вовсе. Но сейчас, после такой щепетильной беседы и оставшегося груза ожидания где-то внутри, я готов был променять все это на зловоние во рту. И лишь бы с дымом рассеялось беспокойство.
Хотя как показала пятница, негативные мысли и вообще любые размышления хорошо тушатся только напором рабочих хлопот. Но с приходом вечера в сознании вновь разгораются угли негатива, предлагая неутешительное будущее.
Так я вспыхивал несколько дней, придумывая даже весьма изощренные сценарии:
- "А что, если Валера вообще вздумал уволиться? Допустим, жене он мог сказать, что всего пять тысяч у меня занял. Вот она спокойно их перевела без задней мысли. А остальное он вообще от неё скрыл... И потратил куда-то в неизвестность... Вообще всех кругом надул! Как я мог на такое клюнуть?
Таким образом, в моем сознании все больше власти теперь забирали злоба и страх. Эти двое взялись искать виновных всей этой неурядицы и нашли довольно быстро. На скамье подсудимых перед госпожой Совестью оказались моя доброта и моя отзывчивость. Их горький дуэт заклеймили "доверчивостью" и потребовали свободы им поубавить. А дальше, с новыми одиозными лидерами, в моих размышлениях начал назревать чуть ли не "конец света":
- "А может у Валеры вообще проблемы с наркотиками... или он игрок... Алкоголик? Или сразу все вместе. Вот падла!"
- "Что, если он в тайне от всех спустил эти деньги на казино? На проституток? Ещё и чужие деньги! Мои деньги! Тогда может и не только мои деньги он тратит... Если так, то он и не думает ничего возвращать. А если буду "прессовать" его на работе, он возьмёт и сбежит..."
-"Может, пять тысяч - это просто предлог, чтобы я пока успокоился. А он тем временем тихонько подпишет все документы и в один прекрасный день просто не выйдет больше на работу... Никогда! Возьмёт вот так и потеряется, отняв у меня мои честно заработанные..."
И, конечно, не обошлось без разработки плана возмездия:
-"Но я же знаю, где он, примерно, обитает. И у меня в том же городишке друг живет. Можно там вычислить точный адрес Валеры по машине компании, на которой он домой ездит. А затем, позже, подкараулить его у подъезда и тут уж морду ему и начистить...
Или ещё лучше проследить в выходной за ним: узнать, какая машина его собственная там во дворе. У него она точно имеется. Так вот ночью её атаковать: поцарапать, проткнуть, сломать..."

В какой-то момент сама Совесть не выдержала и тюкнула молоточком:
-"Да о чем я только думаю... Совсем спятил - мыслю как коллектор уже..."
А кстати, точно: вон, у наших знакомых ночью так машина и загорелась. Они у банков заядлые должники. Понабрали кредитов на бизнес, а теперь банкротство оформили.
Так те хотя бы банк облапошили, а этот заемщик разводит меня. Я что, похож на банк?!
Я же помог по-человечески...

Прошло ещё два дня. Настала "совсем другая" среда.

Я опять к Валере за деньгами топаю. Покоя мне нет, и надо дать ему понять, что я не отстану: жду свои деньги как можно скорее. И без всяких приветствий сразу рублю с плеча о своих рублях:
- Ну что, Валера, когда отдашь?
Валера неохотно вздыхает:
- Мне на следующей неделе должны перевести, и тебе закину.
Это очень размытый ответ, нет конкретики - меня не устраивает:
- Когда именно? Когда мне ждать?
- Я пока не знаю. Как банк переведёт... - Вновь отписывается Валера.
- Так а когда банк такие запросы переводит? Ты уточни, будь добр!
- Максимум в следующую пятницу...
- В следующую пятницу! - Цитирую я негативным тоном. Да это ведь наглость - он мне сроки тут устаналивает... Хотя я же сам до этого допытывался. Охота возразить, сократить срок, но не нахожу внятного аргумента. В воздухе виснет тишина. Делать нечего - прошу лишь подтвердить:
- Та-ак, то есть до следующей пятницы ты всё остальное точно переведёшь?
- Да.
- Хорошо, а то это - не дело. Мне самому уже деньги нужны... Я рассчитывал, что ты уже отдашь, а теперь жду... И как мне без денег быть? - Тут я уже начал выдумывать на ходу, драматизируя и добавляя в голосе минорные ноты.
- Хорошо, да, я понимаю. - Выцеживает в ответ этот бедолага.
Фух, ну хоть поговорил с ним - как-то легче стало. Только теперь еще закрадывается ощущение, будто я из него долг выбиваю, потому что на самом деле я до сих пор не чувствую в своём положении никакой драмы. Денег у меня даже сейчас с запасом. То есть коробит мою совесть от таких выдумок. Валера теперь словно бедный маленький заяц со своими зайчатками, а я, свободный вольный коршун, которому лишь бы кого слопать без разбору даже не ради выживания, а просто лишь бы боялись: кружу над слабыми и угрожаю расправой, если не выполнят, что мне нужно. И вновь как-то не по себе, даже жалко Валеру становится. И вообще, что я ему сделаю - заклюю? Допустим, буду морду бить, либо "тачку" жечь - в любом случае перспективы весьма удручающие. За такое меня, коршуна, поймают и в цепи закуют... А разве стоит свобода меньше двадцати пяти тыщёнок? Мне ответ очевиден.
И не стоит забывать, что с какого-то куста "зайчата" уже отщипнули мне обратно "капусты".

Прошла ещё неделя. И теперь уже не важно какой день.

Ну что ж, с момента как я дал взаймы кругленькую сумму прошёл уже целый месяц. Идёт пятая неделя моего ожидания: я по-прежнему вижу Валеру на работе, жму ему руку, но уже не спрашиваю про долг. Нет, я не смирился - просто отпустил ситуацию. Не вижу смысла дёргать должника сейчас. Он обещал до конца этой злосчастной недели все отдать, вот там его и потревожу, если ничего не переменится. Не тешу себя больше ни надеждами, ни опасениями -хватит, буду разбираться по факту.
Также "верховный суд" моей личности вынес ещё одно суровое решение по этому делу:
"Я никогда больше никому ничего занимать не буду!"
Благодарите Валеру! Эдик, пошёл-ка ты тоже куда подальше! Хоть "дружище", хоть "братик" - мне плевать теперь! Я понял, что заемы - это зло. Независимо от исхода этой истории: пусть даже Валера все вернет. Да пусть даже он с процентами все воротит, я больше попадать в эту муть не намерен - выводы сделал, спасибо!
И дело тут даже не в просрочке, не в моих обидах или плохом отношении к пустым обещаниям окружающих. Я просто не хочу больше переживать это гнетущее ожидание, страх, ненависть; проводить какие-то нелепые выяснения с людьми.
Ведь гарантий нет. Никаких. Слова - это не гарантии, и не важно, чьи это слова, как показывает практика. Сама жизнь может заставить любого не заплатить по счетам. Потому что, допустим, Валера подготовил конверт с деньгами и понес мне, а его ветром унесло. Конверт унесло или самого Валеру, и чего Валера картой не расплатился - уже не столь важно. Сломалась карта! В любом случае форс-мажор может произойти абсолютно с каждым. Так что никогда никому я больше ни рубля не займу!
Точнее... вот только родным могу занять... Даже не занять - родным если понадобится, просто так дам денег сколько смогу. Безвозмездно. Что же касается всех остальных: друзей, знакомых, коллег - обращайтесь к своим родным по таким вопросам. Я вам - не родня, чтобы деньгами делиться и не банк, чтоб их вам занимать!
С такими железобетонными выводами я готов был встречать последний закат перед "судной" пятницей, как вдруг с какого-то денежного дерева дыщ - упало мне пятнадцать "тыщ"! Может это вообще от работы что-то... Я уже ни во что не верю...
Что ж, теперь я вновь судорожно клацал пальцами в экран телефона, проверяя историю, баланс карты, убеждаясь, что деньги действительно поступили. И что деньги эти именно от того самого Валеры Даниловича! В этот раз он сам их перевёл.
Не успел я опомниться, как "верховный суд" в голове быстро подсуетился, снял обвинения с "добряков", распустил суровый парламент и засобирался куда-то в отпуск. Настроение расцвело. И хоть ещё не хватает аж трети долга, мнение о Валере у меня быстро меняется. Похоже, он не выдумывал про все эти свои бизнес-процессы, и действительно где-то там у него в "огороде" зреют плоды. Зреют с опозданием, но все же падают в моё банковское лукошко.
Тем не менее моё отношение к заемам остаётся прежним: никому не занимаю и ничего общего с этими заемами иметь не хочу. Свои деньги могу передать теперь только родителям, брату и девушке. Последняя, правда, не сказать, что родня мне. А я ей, значит, деньги отшипываю. Причём ей как раз сейчас больше всех. Да, честно признаться, за последнее время только с ней и делюсь из всех своих близких. А она, может, завтра себе кого-то другого сыщет и уйдёт от меня вовсе.
Да не уйдёт она. Все у нас с ней хорошо. Вообще, не в этом суть.
А в чем суть?
Тут то и вспомнился мне принцип Филиппа: вот он тоже с нами поделился тогда краской, хотя мы ему не родня ведь. Но, видимо, была у него возможность так друзьям помочь. Вот и у меня есть возможность поделиться финансами с девушкой. Поделиться просто так - просто потому, что она рядом. И ничего от неё не жду в ответ. И ни от кого другого, с кем решусь чем-либо поделиться, также ничего ждать не стану. Как, собственно, и делает Филипп.
Вот я раньше не понимал, но ведь он тем самым остаётся всегда с чистой совестью и ограждает себя от той самой "головной боли". То есть, допустим, он "помог" так, как его и просили - взял и продал своей краски. А она оказалась, например, бракованная внутри. Или ещё какие обстоятельства открылись уже после покупки. Может, в итоге вовсе и не понадобился этот "товар". Но ведь деньги были уплачены. И что же это получается: могут нагрянуть горе-потребители обратно со своими "обменами-возвратами"? Филипп ведь вам не магазин: просто он помог ровно так, как его и просили, а ему в ответ такие сюрпризы: какие-то возвраты, перерасчёты, может, ещё и недовольства. И кто в этом виноват?
Так вот, Филипп одним своим принципом всю эту "головную боль" отмел от себя. Теперь и у меня есть такой железный принцип. Я вам не банк!

А последние десять тысяч Валера мне тоже вернул. Правда, спустя ещё месяц.