))

   На острове Кеос[2] в Карфейской долине, был  олень,  посвященный  нимфам.

Прекрасен  был  этот  олень.  Ветвистые  его рога были вызолочены, жемчужное

ожерелье украшало его шею, а с ушей спускались драгоценные украшения.  Олень

совсем  забыл  страх  пред  людьми.  Он  заходил  в  дома  поселян  и охотно

протягивал шею всякому, кто хотел ее  погладить.  Все  жители  любили  этого

оленя,  но  больше всех любил его юный сын царя Кеоса, Кипарис, любимый друг

стреловержца Аполлона. Кипарис водил слепя на поляны с  сочной  травой  и  к

звонко  журчащим  ручьям;  он  украшал  могучие рога его венками из душистых

цветов; часто, играя с оленем, вскакивал юный Кипарис, смеясь, ему на  спину

и разъезжал на нем по цветущей Карфейской долине.

---------------------------------------------------------------

   [1]  Были  также  следующие  мифы  о  смерти  Мелеагра.  Когда родился

Мелеагр, то к его матери Алфее явились богини судьбы мойры, и  одна  из  них

сказала  ей:  "Твой сын умрет тогда, когда сгорит вот эта головня на очаге".

Услыхав это, Алфея тотчас погасила  головню,  спрятала  в  ларец  и  бережно

хранила. И вот, когда Мелеагр убил в битве брата своей матери, вспомнила она

о  предсказании мойр. Гневаясь на сына, вынула она головню из ларца и сожгла

ее. Лишь только сгорела головня и  превратилась  в  пепел,  как  умер  герой

Мелеагр.

   [2] Один из Кикладских островов в Эгейском море.

---------------------------------------------------------------

   Был  жаркий  летний  полдень;  солнце палило; весь воздух полон был зноя.

Олень укрылся в тени от полуденного жара и лег в кустах. Случайно  там,  где

лежал олень, охотился Кипарис. Не узнал он своего любимца оленя, так как его

прикрывала листва, бросил в него острым копьем и поразил насмерть. Ужаснулся

Кипарис,  когда  увидал,  что  убил  своего любимца. В горе он хочет умереть

вместе с ним. Напрасно утешал его Аполлон. Горе Кипариса было  неутешно,  он

молит сребролукого бога, чтобы бог дал ему грустить вечно. Внял ему Аполлон.

Юноша  превратился  в  дерево. Кудри его стали темно-зеленой хвоей, тело его

одела кора. Стройным деревом кипарисом стоял он пред Аполлоном; как  стрела,

уходила его вершина в небо. Грустно вздохнул Аполлон и промолвил:

   --  Всегда буду я скорбеть о тебе, прекрасный юноша, скорбеть будешь и ты

о чужом горе. Будь же всегда со скорбящими!

   С тех пор у дверей дома, где есть умерший, греки вешали  ветвь  кипариса,

его  хвоей  украшали погребальные костры, на которых сжигали тела умерших, и

сажали кипарисы у могил.

ОРФЕЙ И ЭВРИДИКА

   Изложено по поэме Овидия "Метаморфозы"

ОРФЕЙ В ПОДЗЕМНОМ ЦАРСТВЕ

   Великий певец Орфей, сын речного  бога  Эагра  и  музы  Каллиопы,  жил  в

далекой  Фракии. Женой Орфея была прекрасная нимфа Эвридика. Горячо любил ее

певец Орфей. Но недолго наслаждался Орфей счастливой жизнью с  женой  своей.

Однажды,  вскоре после свадьбы, прекрасная Эвридика собирала со своими юными

резвыми подругами нимфами весенние  цветы  в  зеленой  долине.  Не  заметила

Эвридика  в  густой  траве  змеи  и наступила на нее. Ужалила змея юную жену

Орфея в ногу.  Громко  вскрикнула  Эвридика  и  упала  на  руки  подбежавшим

подругам. Побледнела Эвридика, сомкнулись ее очи. Яд змеи пресек ее жизнь. В

ужас пришли подруги Эвридики и далеко разнесся их скорбный плач. Услыхал его

Орфей.  Он  спешит  в  долину  и там видит холодный труп своей нежно любимой

жены. В отчаяние пришел Орфей. Не мог он примириться с этой  утратой.  Долго

оплакивал он свою Эвридику, и плакала вся природа, слыша его грустное пение.

   Наконец,  решил  Орфей  спуститься  в  мрачное царство душ умерших, чтобы

упросить владыку Аида и жену его Персефону вернуть ему жену.  Через  мрачную

пещеру Тэнара[1] спустился Орфей к берегам священной реки Стикса.

---------------------------------------------------------------

   [1] Тэнар (теперь мыс Матапан) находится на юге Пелопоннеса.

---------------------------------------------------------------

   Стоит  Орфей  на  берегу  Стикса.  Как переправиться ему на другой берег,

туда, где находится мрачное царство владыки Аида? Вокруг Орфея толпятся тени

умерших. Чуть слышны стоны их,  подобные  шороху  падающих  листьев  в  лесу

поздней  осенью.  Вот  послышался  вдали плеск весел. Это приближается ладья

перевозчика душ умерших, Харона.  Причалил  Харон  к  берегу.  Просит  Орфей

перевезти его вместе с душами на другой берег, но отказал ему суровый Харон.

Как ни молит его Орфей, все слышит он один ответ Харона -- "нет!"

   Ударил  тогда  Орфей  по  струнам  своей золотой кифары, и широкой волной

разнеслись по берегу мрачного Стикса звуки ее струн. Своей музыкой  очаровал

Орфей  Харона;  слушает  он  игру  Орфея,  опершись на свое весло. Под звуки

музыки вошел Орфей в падью, оттолкнул ее Харон веслом от берега,  и  поплыла

ладья  через  мрачные воды Стикса. Перевез Харон Орфея. Вышел он из ладьи и,

играя на золотой кифаре, пошел по мрачному царству душ умерших к трону  бога

Аида, окруженный душами, слетевшимися на звуки его кифары.

   Играя  на  кифаре,  приблизился  к трону Аида Орфей и склонился пред ним.

Сильнее ударил он по струнам кифары и запел; он пел о своей любви к Эвридике

и о том, как счастлива была его жизнь с ней в светлые, ясные дни  весны.  Но

быстро  миновали  дни  счастья.  Погибла  Эвридика.  О  своем  горе, о муках

разбитой любви, о своей тоске по умершей пел Орфей. Все царство Аида внимало

пению Орфея, всех очаровала его песня. Склонив на грудь голову, слушал Орфея

бог Аид. Припав головой к плечу мужа, внимала песне Персефона; слезы  печали

дрожали  на  ее  ресницах. Очарованный звуками песни, Тантал забыл терзающие

его голод и жажду. Сизиф прекратил свою тяжкую, бесплодную  работу.  сел  на

тот  камень,  который  вкатывал  на  гору,  и  глубоко,  глубоко  задумался.

Очарованные пением, стояли Данаиды, забыли они  о  своем  бездонном  сосуде.

Сама  грозная  трехликая богиня Геката закрылась руками, чтобы не видно было

слез на ее глазах. Слезы блестели и на глазах  не  знающих  жалости  Эриний,

даже  их  тронул  своей  песней Орфей. Но вот все тише звучат струны золотой

кифары, все тише песнь Орфея, и замерла она, подобно  чуть  слышному  вздоху

печали.

   Глубокое  молчание  царило кругом. Прервал это молчание бог Аид и спросил

Орфея, зачем пришел он в его царство, о чем он хочет просить  его.  Поклялся

Аид  нерушимой  клятвой богов -- водами реки Стикса, что исполнит он просьбу

дивного певца. Так ответил Орфей Аиду:

   -- О, могучий владыка Аид, всех  нас,  смертных,  принимаешь  ты  в  свое

царство,  когда  кончаются  дни  нашей  жизни. Не затем пришел я сюда, чтобы

смотреть на те ужасы,  которые  наполняют  твое  царство,  не  затем,  чтобы

увести,  подобно  Гераклу,  стража твоего царства -- трехголового Кербера. Я

пришел сюда молить тебя отпустить назад на  землю  мою  Эвридику.  Верни  ее

назад  к  жизни;  ты видишь, как я страдаю по ней! Подумай, владыка, если бы

отняли у тебя жену твою Персефону, ведь и ты  страдал  бы.  Не  навсегда  же

возвращаешь  ты  Эвридику.  Вернется  опять она в твое царство. Кратка жизнь

наша владыка Аид. О, дай Эвридике испытать радости жизни, ведь она  сошла  в

твое царство такой юной!

   Задумался бог Аид и, наконец, ответил Орфею:

   --  Хорошо,  Орфей! Я верну тебе Эвридику. Веди ее назад к жизни, к свету

солнца. Но ты должен исполнить одно условие: ты  пойдешь  вперед  следом  за

богом Гермесом, он поведет тебя, а за тобой будет идти Эвридика. Но во время

пути  по  подземному царству ты не должен оглядываться. Помни! Оглянешься, и

тотчас покинет тебя Эвридика и вернется навсегда в мое царство.

   На все был согласен Орфей. Спешит он скорее идти в обратный путь.  Привел

быстрый,  как мысль, Гермес тень Эвридики. С восторгом смотрит на нее Орфей.

Хочет Орфей обнять тень Эвридики, но остановил его бог Гермес, сказав:

   -- Орфей, ведь ты обнимаешь лишь тень. Пойдем скорее; труден наш путь.

   Отправились в путь. Впереди идет Гермес, за ним  Орфей,  а  за  ним  тень

Эвридики.  Быстро  миновали  они  царство  Аида. Переправил их через Стикс в

своей ладье Харон. Вот и  тропинка,  которая  ведет  на  поверхность  земли.

Труден  путь.  Тропинка  круто  подымается  вверх,  и  вся  она загромождена

камнями. Кругом глубокие сумерки. Чуть вырисовывается в них  фигура  идущего

впереди  Гермеса.  Но  вот  далеко  впереди забрезжил свет. Это выход. Вот и

кругом стало как будто светлее.  Если  бы  Орфей  обернулся,  он  увидал  бы

Эвридику.  А  идет  ли она за ним? Не осталась ли она в полном мрака царства

душ умерших? Может быть, она отстала, ведь путь так труден! Отстала Эвридика

и  будет  обречена  вечно  скитаться  во   мраке.   Орфей   замедляет   шаг,

прислушивается. Ничего не слышно. Да разве могут быть слышны шаги бесплотной

тени?  Все  сильнее и сильнее охватывает Орфея тревога за Эвридику. Все чаще

он останавливается. Кругом же все светлее. Теперь ясно рассмотрел  бы  Орфей

тень  жены.  Наконец,  забыв  все, он остановился и обернулся. Почти рядом с

собой увидал он тень Эвридики. Протянул к ней руки Орфей, но дальше,  дальше

тень  --  и  потонула  во  мраке.  Словно  окаменев, стоял Орфей, охваченный

отчаянием. Ему пришлось пережить вторичную  смерть  Эвридики,  а  виновником

этой второй смерти был он сам.

   Долго  стоял Орфей. Казалось, жизнь покинула его; казалось, что это стоит

мраморная статуя. Наконец, пошевельнулся Орфей, сделал шаг, другой  и  пошел

назад,  к  берегам  мрачного  Стикса. Он решил снова вернуться к трону Аида,

снова молить его вернуть Эвридику. Но не повез его старый Харон через  Стикс

в  своей  утлой  ладье, напрасно молил его Орфей, -- не тронули мольбы певца

неумолимого Харона, Семь дней  и  ночей  сидел  печальный  Орфей  на  берегу

Стикса,  проливая  слезы  скорби,  забыв  о  пище,  обо всем, сетуя на богов

мрачного царства душ умерших. Только  на  восьмой  день  решил  он  покинуть

берега Стикса и вернуться во Фракию.

СМЕРТЬ ОРФЕЯ

   Четыре  года  прошло  со смерти Эвридики, но остался по-прежнему верен ей

Орфей. Он не желал брака ни с одной женщиной Фракии. Однажды ранней  весной,

когда  на  деревьях  пробивалась  первая  зелень,  сидел  великий  певец  на

невысоком холме. У ног его лежала его золотая кифара. Поднял ее певец,  тихо

ударил по струнам и запел. Вся природа заслушалась дивного пения. Такая сила

звучала  в  песне Орфея, так покоряла она и влекла к певцу, что вокруг него,

как зачарованные, столпились дикие звери, покинувшие окрестные леса и  горы.

Птицы  слетелись  слушать  певца.  Даже деревья двинулись с места и окружили

Орфея; дуб и тополь, стройные кипарисы и широколистые платаны, сосны  и  ели

толпились  кругом  и слушали певца; ни одна ветка, ни один лист не дрожал на

них. Вся природа казалась очарованной дивным пением и звуками кифары  Орфея.

Вдруг  раздались вдали громкие возгласы, звон тимпанов и смех. Это киконские

женщины справляли веселый праздник шумящего Вакха. Все ближе  вакханки,  вот

увидали они Орфея, и одна из них громко воскликнула:

   -- Вот он, ненавистник женщин!

   Взмахнула вакханка тирсом и бросила им в Орфея. Но плющ, обвивавший тирс,

защитил   певца.   Бросила  другая  вакханка  камнем  в  Орфея,  но  камень,

побежденный чарующим пением, упал к ногам Орфея, словно моля о прощении. Все

громче раздавались вокруг певца крики  вакханок,  громче  звучали  песни,  и

сильнее  гремели тимпаны. Шум праздника Вакха заглушил певца. Окружили Орфея

вакханки, налетев на него, словно стая хищных птиц. Градом полетели в  певца

тирсы  и  камни.  Напрасно  молит  о  пощаде  Орфей, но ему, голосу которого

повиновались деревья и скалы,  не  внемлют  неистовые  вакханки.  Обагренный

кровью,   упал  Орфей  на  землю,  отлетела  его  душа,  а  вакханки  своими

окровавленными руками разорвали его тело. Голову Орфея и его кифару  бросили

вакханки  в  быстрые  воды  реки  Гебра[1].  И -- о, чудо! -- струны кифары,

уносимые волнами реки, тихо звучат, словно сетуют  на  гибель  певца,  а  им

отвечает  печально  берег.  Вся  природа оплакивала Орфея: плакали деревья и

цветы, плакали звери и птицы, и даже  немые  скалы  плакали,  а  реки  стали

многоводней  от  слез,  которые  проливали они. Нимфы и дриады в знак печали

распустили свои волосы и надели темные одежды. Все дальше  и  дальше  уносил

Гебр  голову и кифару певца к широкому морю, а морские волны принесли кифару

к берегам Лесбоса[2]. С тех  пор  звучат  звуки  дивных  песен  на  Лесбосе.

Золотую же кифару Орфея боги поместили потом на небе среди созвездий[3].

---------------------------------------------------------------

   [1] Река во Фракии (современная Марица).

   [2]  Остров  на  Эгейском  море  у  берегов  Малой  Азии  (современная

Митилена). Родом с Лесбоса был знаменитый впоследствии поэт  древней  Греции

Алкей и поэтесса Сапфо.

   [3] Созвездие Лиры, со звездой первой величины Вегой.

---------------------------------------------------------------

   Душа  Орфея  сошла  в  царство  теней и вновь увидала те места, где искал

Орфей свою Эвридику. Снова встретил великий певец тень Эвридики  и  заключил

ее  с любовью в свои объятия. С этих пор они могли быть неразлучны. Блуждают

тени Орфея и Эвридики по сумрачным полям, заросшим асфоделами. Теперь  Орфей

без боязни может обернуться, чтобы посмотреть, следует ли за ним Эвридика.

ГИАЦИНТ

   Изложено по поэме Овидия "Метаморфозы"

   Прекрасный,  равный  самим богам-олимпийцам своей красотой, юный сын царя

Спарты, Гиацинт,  был  другом  бога  стреловержца  Аполлона.  Часто  являлся

Аполлон на берега Эврота в Спарту к своему другу и там проводил с ним время,

охотясь   по   склонам   гор  в  густо  разросшихся  лесах  или  развлекаясь

гимнастикой, в которой были так искусны спартанцы.

   Однажды, когда близился уже жаркий полдень, Аполлон и Гиацинт состязались

в метании тяжелого диска. Все выше и выше взлетал  к  небу  бронзовый  диск.

Вот,  напрягши силы, бросил диск могучий бог Аполлон. Высоко к самым облакам

взлетел диск и, сверкая, как звезда, падал на землю. Побежал Гиацинт к  тому

месту,  где  должен  был упасть диск. Он хотел скорее поднять его и бросить,

чтобы показать Аполлону, что он, юный атлет не уступит ему, богу,  в  умении

бросать  диск.  Упал  диск  на  землю, отскочил от удара и со страшной силой

попал в голову подбежавшему Гиацинту.  Со  стоном  упал  Гиацинт  на  землю.

Потоком  хлынула  алая  кровь  из  раны  и окрасила темные кудри прекрасного

юноши.

   Подбежал испуганный Аполлон. Склонился он  над  своим  другом,  приподнял

его,  положил  окровавленную  голову  себе  на  колени и старался остановить

льющуюся из раны кровь. Но все напрасно. Бледнеет Гиацинт.  Тускнеют  всегда

такие ясные глаза Гиацинта, бессильно склоняется его голова, подобно венчику

вянущего на палящем полуденном солнце полевого цветка. В отчаянии воскликнул

Аполлон:

   --  Ты  умираешь,  мой  милый друг! О, горе, горе! Ты погиб от моей руки!

Зачем бросил я диск! О, если бы мог я искупить мою вину  и  вместе  с  тобой

сойти  в безрадостное царство душ умерших! Зачем я бессмертен, зачем не могу

последовать за тобой!

   Крепко держит Аполлон в своих объятиях  умирающего  друга  и  падают  его

слезы  на  окровавленные  кудри  Гиацинта. Умер Гиацинт, отлетела душа его в

царство Аида. Стоит над телом умершего Аполлон и тихо шепчет:

   -- Всегда будешь ты жить в моем  сердце,  прекрасный  Гиацинт.  Пусть  же

память о тебе вечно живет и среди людей.

   И  вот  по слову Аполлона, из крови Гиацинта вырос алый, ароматный цветок

-- гиацинт, а на лепестках его запечатлелся стон скорби бога Аполлона.  Жива

память  о  Гиацинте  и  среди  людей,  они  чтут  его  празднествами  во дни

гиацинтий[1].

---------------------------------------------------------------

   [1] Греки считали, что на лепестках  дикого  гиацинта  можно  прочесть

слово  "ай-ай",  что  значит  "горе,  горе!".  Празднества в честь Гиацинта,

бывшего раньше божеством пастухов, так называемые гиацинтии,  справлялись  в

июле,  главным  образом  дворянами,  на  Пелопоннесе,  в  Малой Азии, на юге

Италии, в Сицилии, в Сиракузах.

---------------------------------------------------------------

ПОЛИФЕМ, АКИД И ГАЛАТЕЯ

   Прекрасная нереида Галатея любила сына  Симефиды,  юного  Акида,  и  Акид

любил  нереиду.  Не  один  Акид  пленился Галатеей. Громадный циклоп Полифем

увидел однажды прекрасную Галатею, когда выплывала  она  из  волн  лазурного

моря,  сияя  своей  красотой,  и воспылал он к ней неистовой любовью. О, как

велико могущество твое, златая Афродита! Суровому циклопу, к которому  никто

не  смел приблизиться безнаказанно, который презирал богов-олимпийцев, и ему

вдохнула ты любовь! Сгорает от пламени любви Полифем. Он забыл своих овец  и

свои  пещеры.  Дикий  циклоп  начал  даже  заботиться  о  своей  красоте. Он

расчесывает свои косматые волосы киркой, а  всклокоченную  бороду  подрезает

серпом. Он даже стал не таким диким и кровожадным.

   Как  раз  в  это  время  приплыл  к берегам Сицилии прорицатель Телем. Он

предсказал Полифему:

   -- Твой единственный глаз, который у тебя во лбу, вырвет герой Одиссей.

   Грубо засмеялся в ответ прорицателю Полифем и воскликнул :

   -- Глупейший из  прорицателей,  ты  солгал!  Уже  другая  завладела  моим

глазом!

   Далеко в море вдавался скалистый холм, он круто обрывался к вечно шумящим

волнам. Полифем часто приходил со своим стадом на этот холм. Там он садился,

положив  у  ног дубину, которая величиной была с корабельную мачту, доставал

свою сделанную из ста тростинок свирель и начинал изо всех сил дуть  в  нее.

Дикие звуки свирели Полифема далеко разносились по морю, по горам и долинам.

Доносились  они  и  до  Акида  с Галатеей, которые часто сидели в прохладном

гроте на морском берегу, недалеко от холма. Играл на свирели Полифем и  пел.

Вдруг,  словно  бешеный  бык,  вскочил  он. Полифем увидал Галатею и Акида в

гроте на берегу  моря  к  закричал  таким  громовым  голосом,  что  на  Этне

откликнулось эхо:

   -- Я вижу вас! Хорошо же, это будет ваше последнее свидание!

   Испугалась  Галатея  и  бросилась  скорее в море. Защитили ее от Полифема

родные морские волны. В ужасе ищет спасения в бегстве  Акид.  Он  простирает

руки к морю и восклицает:

   -- О, помоги мне, Галатея! Родители, спасите меня, укройте меня!

   Настигает  Акида  циклоп.  Он  оторвал от горы целую скалу, взмахнул ею и

бросил в Акида. Хотя лишь краем скалы задел Полифем несчастного  юношу,  все

же  весь  он  был  покрыт  этим краем и раздавлен. Потоком текла из-под края

скалы алая кровь Акида. Постепенно пропадает алый цвет крови, все светлее  и

светлее  становится  поток. Вот он уже похож на реку, которую замутил бурный

ливень. Все светлее и прозрачнее он. Вдруг  раскололась  скала,  раздавившая

Акида.  Зазеленел  звонкий  тростник в расщелине, и струится из нее быстрый,

прозрачный поток. Из потока показался по пояс  юноша  с  голубоватым  цветом

лица, в венке из тростника. Это был Акид -- он стал речным богом.

ДИОСКУРЫ -- КАСТОР И ПОЛИДЕВК

   Женой  царя  Спарты  Тиндарея  была  прекрасная  Леда,  дочь царя Этолии,

Фестия. По всей Греции славилась Леда своей  дивной  красотой.  Стала  женой

Зевса  Леда,  и  было у нее от него двое детей: прекрасная, как богиня, дочь

Елена и сын, великий герой Полидевк. От  Тиндарея  у  Леды  было  тоже  двое

детей: дочь Клитемнестра и сын Кастор.

   Полидевк  получил  от  отца  своего  бессмертие,  а  брат  его Кастор был

смертным. Оба брата были великими героями Греции.  Никто  не  мог  превзойти

Кастора  в  искусстве править колесницей, он смирял самых неукротимых коней.

Полидевк же был искуснейшим кулачным бойцом,  не  знавшим  равных  себе.  Во

многих  подвигах  героев Греции участвовали братья Диоскуры. Всегда были они

вместе, самая искренняя любовь связывала братьев.

   У  Диоскуров  было  два  двоюродных  брата,  Линкей  и  Идас  --  сыновья

мессенского царя Афарея. Могучим бойцом был Идас; брат же его Линкей обладал

таким  острым  зрением, что оно проникало даже в недра земли; ничто не могло

скрыться от Линкея. Много подвигов совершили Диоскуры со своими  двоюродными

братьями.  Однажды во время смелого набега угнали они из Аркадии стадо быков

и решили поделить между собой добычу. Делить стадо должен был Идас.  Захотел

Идас завладеть с братом всей добычей и решил прибегнуть к хитрости. Разрезал

Идас  быка  на  четыре  равные  части,  разделил  их  между  собой, братом и

Диоскурами и предложил отдать одну половину стада тому, кто съест свою часть

первым, а другую половину -- тому, кто съест вторым. Быстро съел  Идас  свою

часть и помог брату Линкею съесть его часть.

   Страшно  разгневались  Кастор  и Полидевк, увидев, что Идас обманул их, и

решили отомстить своим двоюродным братьям, с которыми их связывала до  этого

неразрывная  дружба.  Вторглись  Кастор  и Полидевк в Мессению и похитили не

только стадо, угнанное из Аркадии, но и часть стада Идаса и Линкея.  И  этим

не  удовлетворились  Диоскуры,  они  похитили  еще  невест  своих двоюродных

братьев.

   Знали Диоскуры,  что  не  простят  им  этого  Идас  и  Линкей,  и  решили

спрятаться  в  дупле  большого  дерева и ждать, когда начнут преследовать их

Идас и Линкей. Братья Диоскуры хотели  врасплох  напасть  на  них,  так  как

опасались вступать в бой с могучим Идасом, который однажды отважился даже на

борьбу  с  самим Аполлоном, когда сребролукий бог спорил с ним за прекрасную

Марпессу[1]. Но не могли скрыться Диоскуры от зорких глаз Линкея. С высокого

Тайгета увидел Линкей братьев в дупле дерева. Напали  на  Диоскуров  Идас  и

Линкей.  Прежде  чем  они успели выйти из засады, Идас ударил своим копьем в

дерево и пронзил грудь Кастора. Бросился на них Полидевк. Не  выдержали  его

натиска  Афареиды  и  обратились  в  бегство.  У  могилы  их  отца настиг их

Полидевк. Он убил Линкея и начал смертельный бой с Идасом. Но Зевс прекратил

этот поединок, он бросил сверкающую молнию и ею испепелил и  Идаса,  и  труп

Линкея.

---------------------------------------------------------------

   [1]   Идас   похитил   Марпессу  на  крылатой  колеснице,  данной  ему

Посейдоном. Аполлон хотел отнять Марпессу у Идаса и вступил  с  ним  в  бой.

Зевс прекратил этот бой и повелел Марпесса самой выбрать себе мужа, Марпесса

выбрала  Идаса:  она  знала,  что бог Аполлон не будет любить ее до самой ее

смерти, что забудет ее бессмертный бог, когда она состарится.

---------------------------------------------------------------

   Вернулся Полидевк туда, где  лежал  смертельно  раненный  Кастор.  Горько

плакал он, видя, что смерть разлучает его с братом. Взмолился тогда Полидевк

к  отцу  своему  Зевсу  к  просил дать и ему умереть вместе с братом. Явился

громовержец своему сыну и дал ему на выбор: или  жить  вечно  юным  в  сонме

светлых  богов  на  Олимпе,  или же жить вместе с братом один день в мрачном

царстве Аида, другой на светлом Олимпе. Не  захотел  Полидевк  расстаться  с

братом  и  выбрал  общую  с ним долю. С тех пор братья один день блуждают по

мрачным полям царства теней умерших, а другой день живут вместе с богами  во

дворце  эгидодержавного  Зевса. Чтут греки братьев Диоскуров, как богов. Они

защитники людей во всех опасностях, они защищают их во  время  пути  как  на

чужбине, так и на родине.

АТРЕЙ И ФИЕСТ

   Сыновьями  великого  героя  Пелопса  были  Атрей и Фиест. Проклял некогда

Пелопса возничий царя Эномая  Миртил[1],  предательски  убитый  Пелопсом,  и

обрек  своим  проклятием  на  великие  злодеяния  и гибель весь род Пелопса.

Тяготило проклятие Миртила и над Атреем и Фиестом. Ряд  злодеяний  совершили

они.  Погубили Атрей и Фиест Хрисиппа, сына нимфы Аксионы и отца их Пелопса.

Это мать Атрея и Фиеста Гипподамия уговорила убить  Хрисиппа.  Совершив  это

злодеяние,  бежали  они  из царства отца, боясь его гнева, и укрылись у царя

Микен Сфенела, сына Персея, который женат был на сестре их Никиппе. Когда же

умер Сфенел и сын его Эврисфей, захваченный в плен  Иолаем,  погиб  от  руки

матери  Геракла  Алкмены, стал властвовать над Микенским царством Атрей, так

как Эврисфей не оставил после себя наследников.  Завидовал  Атрею  брат  его

Фиест  и решил каким бы то ни было способом отнять у него власть. Он похитил

у своего брата с помощью жены Атрея Аеропы подаренного  ему  богом  Гермесом

златорунного овна. Похитил этого овна Фиест потому, что сказано было богами:

"властвовать  над Микенами будет тот, кому принадлежит златорунный овен[2]".

Похитив овна, Фиест потребовал и власти над царством  --  ведь  овен  был  у

него.  Разгневался  на  Фиеста Зевс-громовержец, небесными знамениями дал он

понять жителям Микен, что нечестивым путем пытается захватить Фиест  власть.

Отказались  микенцы  признать  царем  Фиеста, и он, спасаясь от гнева брата,

принужден был бежать из Микен. Мстя брату,  он  тайно  увел  из  Микен  сына

Атрея,  Полисфена.  На чужбине воспитал Фиест Полисфена, как родного сына, и

внушил ему великую ненависть к Атрею. Хотел коварный  Фиест  воспользоваться

Полисфеном  как  орудием  мести  своему  брату.  Когда Полисфен вырос, Фиест

послал его в Микены, велев ему убить Атрея. Но юноша пал сам от руки  своего

отца. В ужас пришел Атрей, узнав, кто убитый им юноша. Поклялся он отомстить

своему  брату  и  придумал  коварный и зверский план. Атрей, чтобы выполнить

свой план, притворился, что готов примириться с Фиестом. Он послал к брату и

звал его вернуться в Микены. Когда Фиест вернулся в Микены, он снова с женой

Атрея Аеропой стал строить козни против Атрея,  помышляя  лишь  о  том,  как

убить  ему  брата.  Знал об этом Атрей, и еще больше окрепла в нем решимость

отомстить коварному брату. Велел тайно  схватить  он  сыновей  Фиеста,  юных

Полисфена  и Тантала, и убить их. Из их тел приготовил Атрей ужасную трапезу

своему брату.

---------------------------------------------------------------

   [1] См. миф о Пелопсе.

   [2] Овен -- баран.

---------------------------------------------------------------

   Пригласил он Фиеста на пир  и  поставил  перед  ним  яства  из  мяса  его

сыновей.  Громы  Зевса раскатились по небу. Разгневался громовержец на Атрея

за его злодеяние. Содрогнулся от  ужаса  и  лучезарный  бог  солнца  Гелиос,

повернул  он  свою  колесницу и погнал своих крылатых коней назад к востоку,

чтоб не видеть, как отец будет насыщаться мясом  своих  сыновей.  Фиест  же,

ничего  не  подозревая, сел за трапезу и спокойно ел. Насытился Фиест. Вдруг

смутное предчувствие великого несчастья овладело им, и он  спросил  Атрея  о

своих  сыновьях.  Атрей позвал слуг и велел им показать Фиесту головы и ноги

Полисфена и Тантала. Зарыдал Фиест увидев, что погибли его сыновья. Он  стал

молить Атрея выдать ему трупы сыновей, чтобы похоронить их. Но Атрей ответил

брату,  что сыновья уже похоронены им самим, но не в земле, а в нем самом. В

ужасе понял Фиест, что за кушанья ел он только что. Он опрокинул стол и упал

с ужасным воплем на пол. Обезумев от горя, вскочил он, наконец, и, проклиная

Атрея и весь его род, выбежал из дворца. Ничего не помня,  ничего  не  видя,

бежал  из  Микен  Фиест и укрылся в пустыне. Долго скрывался он там, наконец

пришел к царю Эпира Феспроту, который дал ему пристанище.

   Прогневались боги на Атрея за совершенные им  злодеяния.  Чтобы  наказать

его,  наслали  они  неурожай  на  Арголиду. Ничего не произрастало на тучных

полях. Голод воцарился во владениях Атрея. Тысячами гибли жители.  Обратился

к  оракулу  Атрей,  чтобы  узнать о причине несчастья. Оракул дал ответ, что

бедствие прекратится только тогда, когда будет  возвращен  в  Микены  Фиест.

Долго  разыскивал  по  всей Греции Атрей своего брата, но не мог открыть его

убежища. Наконец, нашел он его малолетнего сына Эгисфа. Привез Атрей  Эгисфа

в свой дворец и воспитал его как сына.

   Прошло  много  лет.  Как-то  случайно сыновья Атрея, Менелай и Агамемнон,

открыли, где скрывается Фиест. Им удалось схватить Фиеста и привезти  его  в

Микены. Не примирился Атрей с братом. Он заточил его в темницу и решил убить

его.  Призвал  он  Эгисфа, дал ему острый меч, велел пойти в темницу и убить

там узника. Не знал Эгисф,  на  какое  страшное  дело  посылает  его  Атрей,

которого  он  считал  своим  отцом. Лишь только вступил Эгисф в темницу, как

тотчас узнал в нем своего сына Фиест. Он открыл ему, кто он, и отец с  сыном

тут  же  в  темнице  составили  план,  как погубить Атрея. Эгисф вернулся во

дворец и сказал Атрею,  что  исполнил  он  его  приказание  и  убил  узника.

Обрадовался Атрей, что наконец-то удалось ему погубить брата. Он поспешил на

берег  моря,  чтобы  принести  жертву  богам-олимпийцам.  Здесь-то  во время

жертвоприношения ударом в спину поразил его насмерть Эгисф тем самым  мечом,

который  дал  ему  Атрей,  чтобы  он убил им отца. Освободил Эгисф Фиеста из

темницы. Фиест с  сыном  завладели  властью  над  Микенами.  Сыновья  Атрея,

Менелай  и  Агамемнон, принуждены были спастись бегством. Они нашли защиту у

царя Спарты Тиндарея. Там женились они на дочерях  Тиндарея  --  Менелай  на

прекрасной,  как  богиня  Афродита,  Елене,  а Агамемнон -- на Клитемнестре.

Через некоторое время Агамемнон  вернулся  в  Микены,  убил  Фиеста  и  стал

править  там,  где правил некогда его отец. Менелай же после смерти Тиндарея

стал царем Спарты.

ЭСАК И ГЕСПЕРИЯ

   Изложено по поэме Овидия "Метаморфозы"

   Эсак был сыном царя Трои, Приама, братом великого героя Гектора.  Он  был

рожден  на  склонах  лесистой  Иды,  прекрасной  нимфой  Алексироей, дочерью

речного бога Граника. Выросши в горах, не любил Эсак города и избегал жить в

роскошном дворце отца своего Приама.  Он  любил  уединение  гор  и  тенистых

лесов, любил простор полей.

   Редко показывался Эсак в Трое и в совете троянцев. Несмотря на уединенную

жизнь  Эсака, характер его не был дик и груб, он был приветлив, а сердце его

было доступно чувству любви. Часто встречал юный сын Приама в лесах и  полях

прекрасную  нимфу  Гесперию.  Пламенно полюбил он ее. Скрывалась нимфа, лишь

только увидит Эсака.

   Однажды застал на берегу реки Кебрена Эсак красавицу Гесперию в то время,

когда она  сушила  на  солнце  свои  пышные  волосы.  Увидела  нимфа  юношу,

испугалась и бросилась бежать от него. Погнался за ней Эсак.

   Вдруг  спрятавшаяся  в траве змея ужалила в ногу нимфу и яд змеиных зубов

остался  в  ране.  Вместе  с  жизнью  кончилось  бегство.  Упала   на   руки

подбежавшего  Эсака  Гесперия.  Обняв  умершую, обезумев от горя, воскликнул

Эсак:

   -- О, горе! горе! Как ненавистно теперь мне это преследование! Не думал я

победить такой дорогой ценой! Мы оба убили тебя, Гесперия! Смертельную  рану

нанесла тебе змея, а я виновник этого. Я буду коварнее змеи, если не искуплю

своей смертью твою смерть!

   Бросился  Эсак  с  высокой  скалы в пенистые волны моря, которые бились с

шумом о скалу. Сжалилась над несчастным юношей Фетида, ласково приняла его в

волнах и одела всего перьями, когда  погрузился  он  в  морскую  пучину.  Не

постигла сына Приама смерть, которую он так желал. Выплыл уже птицей Эсак на

поверхность  моря.  Негодует  он,  что  должен  жить  против воли. Он высоко

взлетает на своих только что выросших крыльях и с размаху бросается в  море,

но перья защищают его при падении. Еще и еще бросается в море Эсак, он хочет

найти  гибель  в  морской  пучине. Нет ему гибели! Он только ныряет в волнах

моря! Худеет тело Эсака, ноги его стали сухими  и  тонкими,  вытянулась  его

шея, он обратился в нырка.

* ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ДРЕВНЕГРЕЧЕСКИЙ ЭПОС *

АРГОНАВТЫ

   Мифы   о  походе  аргонавтов  в  основном  изложены  по  поэме  Аполлония

Родосского "Аргонавтика"

ФРИКС И ГЕЛЛА

   В древнем Минийском Орхомене в Беотии[1] правил сын бога ветра Эола, царь

Афамант. Двое детей было у него от богини облаков Нефелы -- сын Фрикс и дочь

Гелла. Изменил Нефеле Афамант и женился на дочери Кадма, Ино. Невзлюбила Ино

детей от первого брака своего мужа и замыслила погубить  их.  Она  уговорила

орхоменянок  иссушить  семена,  заготовленные для посева. Засеяли орхоменяне

поля иссушенными семенами, но ничего не  взошло  на  их  всегда  плодородных

нивах.  Грозил  голод  орхоменянам. Тогда решил Афамант послать посольство в

священные Дельфы, чтобы вопросить оракула стреловержца  Аполлона  о  причине

бесплодия  нив.  Коварная  Ино подкупила послов, и они, вернувшись из Дельф,

принесли ложный ответ оракула.

---------------------------------------------------------------

   [1] Область в средней Греции с главным городом Фивы.

---------------------------------------------------------------

   -- Вот какой ответ  дала  прорицательница  пифия,  --  говорили  Афаманту

подкупленные  послы.  -- Принеси в жертву богам твоего сына Фрикса, и вернут

боги плодородие нивам.

   Афамант, чтобы избежать великого  бедствия,  грозившего  Орхомену,  решил

пожертвовать своим любимым сыном. Торжествовала Ино: удался ее план погубить

Фрикса.

   Все  было  уже  готово для жертвоприношения. Пасть под ножом жреца должен

был юный Фрикс, но вдруг явился златорунный овен, дар бога Гермеса.  Послала

овна  мать  Фрикса,  богиня  Нефела,  чтобы  спасти  своих  детей.  Сели  на

златорунного овна Фрикс с сестрой своей Геллой, и овен понес их  по  воздуху

далеко на север.

   Быстро  несся  овен.  Далеко  внизу  расстилались поля и леса, и серебром

извивались между ними реки. Выше гор несется овен. Вот и море.  Несется  над

морем  овен.  Испугалась  Гелла,  от  страха не может она держаться на овне.

Упала в море Гелла, и поглотили ее  вечно  шумящие  морские  волны.  Не  мог

спасти  Фрикс сестру. Погибла она. С той поры море, где погибла Гелла, стало

называться Геллеспонтом (море Геллы; современный пролив Дарданеллы).

   Все дальше и дальше несся овен с Фриксом и спустился, наконец, на берегах

Фасиса в далекой Колхиде[1], где правил сын  бога  Гелиоса,  волшебник  Эет.

Воспитал  Эет  Фрикса,  а  когда  он  возмужал,  женил  его  на дочери своей

Халкиопе. Золотого же овна, спасшего  Фрикса,  принесли  в  жертву  великому

тучегонителю  Зевсу.  Золотое руно[2] овна Эет повесил в священной роще бога

войны Ареса. Сторожить руно должен был ужасный,  извергающий  пламя  дракон,

никогда не смыкавший сном своих глаз.

---------------------------------------------------------------

   [1] Река Фасис -- современный Рион на Кавказе. Колхидой называли греки

Черноморское побережье Закавказья.

   [2] Руно -- шерсть.

---------------------------------------------------------------

   Молва об этом золотом руне распространилась по всей Греции. Знали потомки

Афаманта,  отца  Фрикса,  что  спасение  и  благоденствие их рода зависят от

обладания руном, и хотели любой ценой добыть его.

РОЖДЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ ЯСОНА

   На берегу голубого морского залива  в  Фессалии[1]  брат  царя  Афаманта,

Кретей,  построил  город  Иолк.  Разросся  город Иолк, плодородие его полей,

торговля и мореплавание дали ему богатство. Когда  умер  Кретей,  править  в

Иолке  стал сын его Эсон, но его брат по матери, сын Посейдона, Пелий, отнял

у него власть, и пришлось Эсону жить в городе, как простому гражданину.

---------------------------------------------------------------

   [1] Область на востоке северной Греции.

---------------------------------------------------------------

   Вскоре  у  Эсона  родился  сын,  прекрасный  мальчик.  Боялся  Эсон,  что

надменный  и  жестокий  Пелий убьет его сына, которому по праву принадлежала

власть над Иолком, и решил скрыть его. Он объявил, что младенец умер  тотчас

после  рождения,  и справил даже по нем пышные поминки; сам же отнес сына на

склоны горы Пелиона к мудрейшему из кентавров, Хирону. Там в лесу  в  пещере

рос  мальчик,  воспитываемый  Хироном,  матерью его Филирой и женой Харикло.

Мудрый Хирон дал ему имя Ясон. Всему обучал Хирон  Ясона:  владеть  мечом  и

копьем,  стрелять  из  тугого  лука,  музыке  и всему, что знал сам. Не было

равного Ясону в  ловкости,  силе  и  храбрости,  а  красотой  он  был  равен

небожителям.

   До  двадцати лет жил Ясон у Хирона. Наконец, решил он покинуть уединенные

склоны Пелиона, идти в Иолк и потребовать  у  Пелия,  чтобы  он  вернул  ему

власть над Иолком.

ЯСОН В ИОЛКЕ

   Изложено по стихам Пиндара (Пифийская ода)

   Когда  Ясон  пришел в Иолк, он отправился прямо на площадь, где собрались

все жители. С удивлением смотрели жители Иолка  на  прекрасного  юношу.  Они

думали, что это или Аполлон, или Гермес -- так он был прекрасен. Он был одет

не как все жители Иолка; на плечи его была накинута пестрая шкура пантеры, и

лишь  одна  правая нога была обута в сандалию[1]. Пышные кудри Ясона спадали

на плечи, весь он сиял красотой и силой юного бога. Спокойно стоял он  среди

толпы любовавшихся им граждан, опершись на два копья.

---------------------------------------------------------------

   [1]  Почему  у  Ясона  была  обута  только  правая нога, поясняется на

стр.

---------------------------------------------------------------

   В это время на богатой колеснице приехал на площадь и Пелий. Взглянул  он

на  юношу  и вздрогнул, заметив, что у юноши обута лишь одна нога. Испугался

Пелий: ведь оракул открыл ему некогда, что грозит ему  гибель  от  человека,

который  придет  в  Иолк  с гор и будет обут на одну ногу; этот человек, сын

Эсона, должен был силой или хитростью погубить Пелия, и гибель  должна  быть

неизбежной.

   Скрыл свой испуг Пелий и надменно спросил неизвестного юношу:

   --  Откуда  ты  родом,  юноша,  к  какому племени принадлежишь? Но только

отвечай правду, не оскверняй себя ложью, я -- враг ненавистной лжи.

   Спокойно ответил Пелию Ясон:

   -- Мудрый Хирон лишь правде и честности учил меня, и я всегда  верен  его

наставлениям.  Целых  двадцать  лет  прожил  я  в пещере Хирона и ни разу не

нарушил истины и не провинился ни в чем. Я вернулся  сюда  домой,  в  родной

Иолк,  к  отцу  моему  Эсону.  Я хочу потребовать, чтобы возвращена была мне

власть над Иолком. Ее, как слышал я, отнял  у  отца  моего  коварный  Пелий.

Граждане,  отведите  меня  в  дом  моих  великих  предков. Не чужой я вам, я

родился здесь, в Иолке. Я Ясон, сын Эсона.

   Указали жители Иолка Ясону дом его отца. Когда  Ясон  вошел,  отец  сразу

узнал  своего  сына.  Слезы  радости  навернулись на глаза старого Эсона, он

ликовал, видя, что сын его стал могучим и прекрасным юношей.

   Быстро донеслась весть о возвращении Ясона до братьев Эсона: Ферета, царя

Фер, и Амфаона из Мессении. Вскоре прибыли они к Эсону со  своими  сыновьями

Адметом  и  Меламподом.  Пять дней и ночей чествовали их Эсон и сын его Ясон

пирами. Открыл им Ясон в беседе свое  желание  вернуть  власть  над  Иолком.

Одобрили  они  желание  Ясона и вместе с ним пошли к Пелию. Потребовал Ясон,

чтобы вернул ему Пелий власть, и обещал оставить ему все богатства,  которые

отнял он у Эсона. Пелий побоялся отказать Ясону.

   --  Хорошо,  я  согласен,  --  ответил  Пелий,  -- но только одно условие

поставлю я тебе: ты должен раньше умилостивить подземных богов. Тень Фрикса,

умершего в далекой Колхиде, молит, чтобы отправились в Колхиду  и  завладели

золотым  руном.  Открыла  мне  это  тень  Фрикса в сновидении. В Дельфах сам

стреловержец Аполлон повелел мне отправиться в Колхиду. Я  стар  и  не  могу

решиться  на  такой  великий  подвиг, ты же молод и полон силы, соверши этот

подвиг, и я верну тебе власть над Иолком.

   Так ответил Пелий Ясону, затаив злобу в сердце. Он  верил,  что  погибнет

Ясон, если решиться отправиться за золотым руном в Колхиду.

ЯСОН СОБИРАЕТ СПУТНИКОВ И ГОТОВИТСЯ К ПОХОДУ В КОЛХИДУ

   Тотчас  же  после  разговора  с  Пелием  Ясон  стал готовиться к походу в

Колхиду. Он объехал все страны Греции и всюду звал славных своими  подвигами

героев в поход в Колхиду за золотым руном. Все великие герои откликнулись на

его  призыв.  Согласился  принять участие в походе сам величайший из героев,

сын Зевса Геракл. Собрались все герои в Иолке. Кого  только  не  было  среди

них:  здесь  были  и  гордость  Афин, могучий Тесей, и сыновья Зевса и Леды,

Кастор и Полидевк со своими друзьями Идасом  и  Линкеем,  и  крылатые  герои

Калаид  и  Зет,  сыновья  Борея  и  Орифии, и Мелеагр из Калидона, и могучий

Анкей, и Адмет, и Теламон, и многие другие. Среди героев был я певец  Орфей.

Никогда  еще  не  видала Греция такого собрания героев. Могучие, прекрасные,

как боги, привлекали  они  восторженные  взоры  всех  жителей  Иолка.  Какие

преграды  могли  остановить  их,  кто  мог  им  противиться,  что  могло  их

устрашить?

   Готов был и корабль для героев. Построил этот корабль сын Арестора,  Арг;

сама богиня Афина помогала ему. Она вделала в корму кусок священного дуба из

рощи  оракула  Зевса  в  Додоне. Прекрасен был этот десятивесельный корабль,

названный "Арго". Он был легок и быстр; словно чайка,  несся  он  по  волнам

моря.  По имени корабля "Арго" назвали и героев, принявших участие в походе,

аргонавтами (моряки с "Арго"). Не одна Афина покровительствовала  аргонавтам

--  их  приняла под свою защиту и Гера. Она горела ненавистью к Пелию за то,

что он не приносил ей жертв. Ясон же пользовался особой милостью Геры.  Так,

однажды  она,  чтобы  испытать  юного  героя,  явилась ему под видом дряхлой

старухи на берегу горной реки и со слезами попросила  его  перенести  ее  на

другой  берег. Бережно поднял герой старуху себе на плечи и перенес ее через

бурную реку. Только сандалию с левой ноги потерял Ясон, переходя реку. С тех

пор возлюбила Гера Ясона и  во  всем  помогала  ему.  Также  и  стреловержец

Аполлон  покровительствовал  аргонавтам:  ведь он побудил героев предпринять

поход, и он же предсказал им счастье и удачу.

   Собравшись в Иолке, хотели герои  избрать  своим  предводителем  великого

Геракла, но отказался он и предложил избрать Ясона. Кормчим на "Арго" избран

был  Тифий,  а  на  носу  корабля встал Линкей, от взгляда которого ничто не

могло скрыться не только на земле, но даже под землей.

   Все  было  готово  к  отплытию.  "Арго",  спущенный  в  воду,  уже   тихо

покачивался  на  волнах;  нагружены  уже  были  запасы  пищи и пресной воды;

принесены  были  последние  жертвы  Аполлону  и   всем   богам.   Счастливые

предзнаменования  дало  жертвоприношение.  Справлено  было вечером и веселое

пиршество. Пора было в далекое, полное опасностей плавание.

   Лишь только край неба  загорелся  пурпурным  светом  утренней  зари,  как

разбудил  кормчий  Тифий  аргонавтов.  Взошли аргонавты на корабль и сели на

весла, по два на каждую лавку. Дружно налегли на весла могучие гребцы. Гордо

выплыл "Арго" из гавани в открытое море. Подняли пловцы  белоснежный  парус.

Попутный  ветер  надул  парус, и быстро понесся легкий корабль по приветливо

шумящим волнам. Вот на колеснице, запряженной белоснежными конями,  поднялся

на небо лучезарный бог солнца Гелиос. Розовым светом окрасился парус "Арго",

и засверкали волны моря в утренних лучах солнца.

   Ударил  Орфей по струнам золотой кифары, и разнеслась его дивная песня по

морскому простору. Заслушались песней герои. А из глубины моря выплыли  рыбы

и   быстрые   дельфины;  очарованные  пением  Орфея,  плыли  они  за  быстро

рассекавшим волны "Арго", подобно  стаду,  которое,  внимая  сладким  звукам

свирели, следует за пастухом.

АРГОНАВТЫ НА ЛЕМНОСЕ

   После  недолгого  счастливого  плавания  аргонавты  прибыли  к  цветущему

острову Лемносу. Там правила юная царица Гипсипила.  Ни  одного  мужчины  не

было  на  Лемносе.  Всех мужей своих перебили лемниянки за их измену. Только

один царь Фоант, отец Гипсипилы, спасся от смерти. Его спасла дочь.

   Когда аргонавты пристали к берегу Лемноса и  послали  вестника  в  город,

собрались  лемниянки  на  совет  на  городской  площади,  и  юная  Гипсипила

советовала им не пускать аргонавтов в город. Она боялась, что герои узнают о

том  злодеянии,  которое  совершили  лемниянки.  Но  старая  Полуксо   стала

возражать царице.

   Она настаивала на том, что надо пустить аргонавтов в город.

   -- Кто будет защищать вас, -- говорила Полуксо, -- если нападут на Лемнос

враги?  Кто будет заботиться о вас, когда вы состаритесь, если останетесь вы

одинокими? Нет, пустите в город чужеземцев, пусть останутся они здесь.

   Послушались  лемниянки  старую  Полуксо.  Тотчас  послали  они  одну   из

лемниянок  с  вестником,  пришедшим  с  "Арго",  к героям просить их войти в

город.

   Надел  Ясон  роскошное  пурпурное  одеяние,  вытканное  для  него   самой

Афиной-Палладой,  и  пошел  в  город.  С  почетом  приняла  его  Гипсипила и

предложила ему поселиться у нее  во  дворце.  Пришли  в  город  и  остальные

аргонавты. Лишь несколько человек с Гераклом остались на "Арго".

   Веселье  и  радость  воцарились  на  острове.  Всюду на кострах сжигались

жертвы богам, празднества сменялись празднествами, пиры -- пирами. Казалось,

что герои забыли о том великом подвиге, который ждет их. Беззаботно пировали

они на богатом Лемносе. Наконец, Геракл тайно  вызвал  аргонавтов  на  берег

моря,  где  стоял  "Арго". Гневно упрекал их величайший из героев за то, что

они ради удовольствия, ради веселой и беззаботной жизни забыли  о  подвигах.

Пристыженные  стояли герои, внимая заслуженным укорам. Они решили немедленно

покинуть Лемнос. Тотчас снаряжен был в путь "Арго". Уже готовы  были  взойти

на корабль и сесть за весла герои, как на берег толпой пришли лемниянки. Они

молили героев не покидать их, остаться с ними. Но непреклонны были герои. Со

слезами  простились с ними лемниянки. Взошли герои на "Арго", дружно налегли

на весла; вспенились волны под ударом весел могучих гребцов, и,  как  птица,

понесся "Арго" в морской простор.

АРГОНАВТЫ НА ПОЛУОСТРОВЕ КИЗИКЕ

   Когда аргонавты плыли по Пропонтиде[1], то по пути пристали к полуострову

Кизику. Там жили долионы, потомки Посейдона. Правил ими царь Кизик. Недалеко

от Кизика  находилась  Медвежья  гора,  на которой жили шестирукие великаны;

только благодаря защите Посейдона могли в безопасности жить рядом  с  такими

соседями  долионы.  С  почетом  принял  аргонавтов царь Кизика, и целый день

провели они у него за веселым пиром. Лишь только забрезжило утро,  собрались

в  путь  аргонавты.  Взошли  они уже на "Арго", как вдруг на противоположном

берегу залива появились  шестирукие  великаны.  Они  стали  бросать  в  море

громадные камни, отрывали цельте скалы и наваливали их одну на другую, чтобы

заградить  аргонавтам  выход  из  залива  в открытое море. Схватился за свой

тугой лук Геракл и одну за другой стал посылать свои смертоносные  стрелы  в

великанов.  Прикрывшись  щитами,  с  копьями в руках, бросились на великанов

аргонавты. Недолго длился бой, один за другим падали великаны на землю  и  в

море, все они были перебиты, не спасся ни один из них.

---------------------------------------------------------------

   [1] Современное Мраморное море.

---------------------------------------------------------------

   Отправились  в  путь  аргонавты. Попутный ветер надул парус, и целый день

спокойно несся по волнам "Арго". Наступил вечер, спустился бог Солнца Гелиос

с неба, ночь окутала тьмой небо и землю. Переменился ветер и  уже  несет  он

"Арго"  обратно, к тем берегам, которые он еще так недавно покинул. В ночной

тьме пристали к Кизику аргонавты. Не узнали их жители Кизика, они приняли их

за морских разбойников и напали на них во главе со своим юным царем.  Грянул

страшный  ночной  бой.  В  полной  тьме  бьются  герои  со  своими недавними

друзьями. Острым копьем поразил могучий Ясон в грудь юного царя Кизика, и со

стоном упал он на землю. Но вот лучи богини зари Эос  окрасили  восток  алым

светом.  Утро  наступает.  Узнают бойцы друг друга и приходят в ужас. Друзья

бились с друзьями. Три дня совершали тризну[1] аргонавты и жители Кизика  по

убитым,  три  дня оплакивали они убитого юного царя. Жена же его, прекрасная

Клейте, дочь Меропа, не перенесла смерти мужа, она сама пронзила себе  грудь

острым мечом.

---------------------------------------------------------------

   [1] Поминальное пиршество и военные состязания в честь умершего.

---------------------------------------------------------------

АРГОНАВТЫ В МИЗИИ

   После   недолгого  плавания  достигли  аргонавты  берегов  Мизии[1].  Там

пристали они к берегу, чтобы запастись водой и пищей. Могучий Геракл пошел в

лес, который рос недалеко от берега, чтобы сделать себе взамен  сломавшегося

весла  новое. Он нашел высокую пихту, обхватил ее могучими руками и вырвал с

корнями. Взвалил могучий герой пихту  на  плечо  и  пошел  к  берегу.  Вдруг

навстречу  ему  бежит  его  друг  Полифем  и рассказывает, что он только что

слышал крик юного Гиласа, который звал их. Бросился Геракл искать Гиласа, но

нигде не мог найти его. Опечалился Геракл. Вместе с Полифемом всюду ищет  он

Гиласа, но все напрасно.

---------------------------------------------------------------

   [1] Область на западе Малой Азии с главным городом Пергамом.

---------------------------------------------------------------

   А  аргонавты,  лишь  только  взошла  на  небо лучезарная утренняя звезда,

предвещая  скорое  наступление  утра,  отправились  в  путь,  не  заметив  в

предрассветных  сумерках,  что  нет  среди  них  ни  Геракла,  ни  Полифема.

Опечалились герои, увидав, когда наступило утро, что  нет  между  ними  двух

славнейших товарищей. Опустив голову, сидел в горе Ясон; он словно не слышал

сетований  своих спутников, словно не замечал отсутствие Геракла и Полифема.

Верный друг Геракла Теламон подошел к Ясону и, осыпая его упреками, сказал:

   -- Один ты сидишь так спокойно. Ты можешь теперь  радоваться.  Нет  между

нами  Геракла,  и  некому затмить теперь твою славу. Нет, не поеду я с вами,

если вы не вернетесь и не отыщете Геракла и Полифема.

   Бросился Теламон к кормчему Тифию и хотел заставить его  повернуть  назад

"Арго".  Напрасно  пытались  успокоить  его бореады, никого не хотел слушать

разгневанный Теламон, всех винил он, что намеренно покинули  они  Геракла  и

Полифема  в  Мизии.  Вдруг из волн моря показалась увитая водорослями голова

вещего морского бога Главка. Схватил он "Арго" за киль рукой, остановил  его

и сказал:

   --  По воле великого громовержца Зевса остались Геракл и Полифем в Мизии.

Должен вернуться Геракл в Грецию и на службе у Эврисфея совершить двенадцать

великих подвигов. Полифему же суждено  основать  в  стране  халибов  славный

город  Киос.  Остались  же  герои  в  Мизии потому, что ищут они похищенного

нимфами прекрасного Гиласа.

   Сказав это, снова погрузился в море Главк и скрылся из глаз аргонавтов.

   Успокоились герои. Теламон примирился с Ясоном. Сели на  весла  герои,  и

быстро помчался по морю "Арго", гонимый дружными взмахами могучих гребцов.

АРГОНАВТЫ В ВИФИНИИ[1] (АМИК)

---------------------------------------------------------------

   [1] Область на северо-западе Малой Азии.

---------------------------------------------------------------

   На следующий день утром пристали аргонавты к берегу Вифинии. Не встретили

их там  так  гостеприимно,  как  в  Кизике.  В  Вифинии  на берегу моря жили

бебрики, правил ими царь Амик. Он гордился своей исполинской силой и  славой

непобедимого  кулачного  бойца.  Всех  чужестранцев  заставлял жестокий царь

биться с собой и безжалостно убивал их  могучим  ударом  кулака.  Насмешками

встретил  Амик  аргонавтов,  бродягами  назвал  он  великих героев и вызывал

сильнейшего  из  них  на  бой,  если  только  отважится  кто-нибудь  из  них

помериться  с  ним  силами.  Разгневались  герои. Из их среды вышел юный сын

Зевса и Леды, Полидевк. Спокойно  принял  он  вызов  царя  бебриков.  Словно

грозный  Тифон,  стоял  Амик  в  своем черном плаще и с громадной дубиной на

плечах перед Полидевком. Мрачным взглядом смерил он Полидевка; а  тот  стоял

перед  Амиком,  сияя,  словно  звезда,  своей  красотой. Приготовились к бою

бойцы. Бросил Амик на землю кулачные ремни[1]. Не выбирая, поднял  ближайшие

ремни  Полидевк  и  обвязал  себе  руку.  Начался  бой. Как разъяренный бык,

бросился на Полидевка царь бебриков. Ловко отражал его  удары  Полидевк,  не

отступая  ни  на  шаг  под натиском Амика. На мгновение прервался бой, чтобы

могли перевести дыхание бойцы. Вот уже опять бьются они, и сыплются один  за

другим  удары. Замахнулся Амик и хотел уже нанести Полидевку страшный удар в

голову, но уклонился юный герой  и  нанес  Амику  такой  удар  по  уху,  что

раздробил  ему  черепную кость. В предсмертных судорогах Амик упал на землю.

Громкими кликами приветствовали аргонавты победителя Полидевка.

---------------------------------------------------------------

   [1] Во время кулачного боя греки обматывали руки до локтя ремнями,  на

которых часто прикреплялись медные выпуклые бляхи. Удар вследствие этого мог

быть смертельным.

---------------------------------------------------------------

   Когда  бебрики  увидали,  что убит их царь, напали они на Полидевка. Двух

первых поверг на землю сам Полидевк ударами  кулака.  Схватились  за  оружие

аргонавты  и  бросились  в бой с бебриками. Вихрем засвистала тяжелая секира

Анкея в рядах бебриков, одного  за  другим  поражает  их  Кастор  сверкающим

мечом.  Как  львы,  бьются  герои.  В бегство бросились бебрики. Герои долго

преследовали их. С богатой добычей они вернулись на  берег  моря.  Всю  ночь

пировали  победители  на  берегу, и громко звучала победная песнь Орфея. Под

звуки своей золотой кифары славил он юного победителя царя  бебриков  Амика,

прекрасного Полидевка, сына громовержца Зевса.

АРГОНАВТЫ У ФИНЕЯ[1]

---------------------------------------------------------------

   [1]  Миф  о Финее в той версии, в которой его приводит историк Диодор,

использован как пример  пережитка  матриархата  Ф.  Энгельсом  в  его  труде

"Происхождение  семьи,  частной собственности и государства". Энгельс пишет:

",.: аргонавты  под  предводительством  Геракла  высаживаются  во  Фракии  и

находят там, что Финей, подстрекаемый своей новой женой, истязает своих двух

сыновей,  рожденных  от  отвергнутой  жены  его, бореады Клеопатры. Но среди

аргонавтов оказываются также бореады, братья Клеопатры, т. е., братья матери

истязуемых. Они тотчас вступаются за своих  племянников,  освобождают  их  и

убивают   стражу"  (Ф.  Э  н  г  е  л  ь  с.  Происхождение  семьи.  частной

собственности и государства. Госполитиздат, 1953, стр. 141).

---------------------------------------------------------------

   Утром на следующий день отправились аргонавты в дальнейший  путь.  Вскоре

прибыли  они к берегам Фракии[1]. Вышли герои на берег, чтобы пополнить свои

припасы. На морском берегу  они  увидали  дом  и  пошли  к  нему.  Навстречу

аргонавтам  вышел  из дома слепой старец; он едва держался на ногах и трясся

всем телом от слабости. Дойдя до порога своего дома,  старец  в  изнеможении

опустился  на  землю. Подняли его аргонавты, и чувство жалости овладело ими.

Из слов старца они узнали, что это Финей, сын Агенора, бывший  раньше  царем

Фракии.  Не  наказал  Финея  Аполлон  за  то,  что  злоупотреблял  он  даром

прорицания, полученным от Аполлона, и открывал людям  тайны  Зевса.  Поразил

Аполлон  слепотой  Финея,  а боги наслали на Финея гарпий, полудев-полуптиц,

которые, прилетая в дом его, пожирали всю  пищу  и  распространяли  по  дому

страшное  зловоние.  Боги открыли Финею, что он избавится от этой кары богов

только тогда, когда прибудут к  нему  аргонавты,  среди  которых  будут  два

крылатых  сына  Борея, Зет и Калаид. Стал молить Финей героев освободить его

от бедствия, он молил бореадов изгнать гарпий; ведь не чужой он был бореадам

-- он был женат на сестре их Клеопатре.

---------------------------------------------------------------

   [1] Страна в северо-восточной части Балканского полуострова.

---------------------------------------------------------------

   Согласилась герои помочь Финею. Они приготовили богатую трапезу, но  лишь

только  возлег[1] Финей за стол, чтобы утолить голод, как налетели гарпии и,

не обращая внимание на крики аргонавтов, пожрали все кушания,  распространяя

по  всему  дому страшное зловоние; затем взвились гарпии и понеслись из дома

Финея.  Погнались  за  ними  на  своих  могучих   крыльях   бореады.   Долго

преследовали  они  гарпий  и,  наконец,  настигли  их у Плотийских островов.

Бореады  обнажали  свои  мечи  и  уже  хотели  поразить  гарпий,  как  вдруг

принеслась  на  своих  радужных  крыльях  с высокого Олимпа посланница богов

Ирида. Она остановила бореадов и  сказала,  что  боги  повелели  гарпиям  не

возвращаться больше к Финею. Полетели обратно бореады во Фракию.

---------------------------------------------------------------

   [1]  Греки  обыкновенно  за  столом  не сидели, а полулежали, опираясь

одной рукой на подушку.

---------------------------------------------------------------

   С тех пор  стали  называться  Плотийские  скалы  Строфадами  [1],  т.  е.

островами возвращения.

---------------------------------------------------------------

   [1]  Строфады  -- три небольших острова, лежащие на юге Греции, против

западного побережья Мессении.

---------------------------------------------------------------

   Лишь  только  гарпии,  преследуемые  бореадами,  улетели,  как  аргонавты

приготовила  новую  трапезу  Финею,  и  старец  мог,  наконец,  утолить свой

страшный голод. За трапезой открыл Финей  аргонавтам,  какие  еще  опасности

ждут  их  на  пути в Колхиду и давал им советы, как преодолеть их. Советовал

также Финей героям по прибытии в Колхиду призвать на помощь златую Афродиту,

так как лишь она может  помочь  Ясону  добыть  золотое  руно.  Со  вниманием

слушали вещего старца аргонавты, стараясь запомнить все, что сказал он им.

   Вскоре  вернулись  и  бореады  и рассказали, как преследовали они гарпий.

Радовался престарелый Финей, узнав, что навсегда избавлен  он  от  появления

гарпий.

СИМПЛЕГАДЫ [1]

---------------------------------------------------------------

   [1]  Симплегады,  или  Симплегадские скалы (в переводе на русский язык

значит "сталкивающиеся скалы"), находились,  по  представлению  греков,  при

входе в Черное море.

---------------------------------------------------------------

   Недолго  пробыли  аргонавты  у  Финея.  Они  спешили дальше. Быстро несся

"Арго" по волнам моря. Вдруг послышался впереди отдаленный шум. Все яснее  и

громче  этот шум. Он похож на рев приближающейся бури, временами заглушаемый

как бы раскатами грома. Вот показались и Симплегадские скалы. Герои  видели,

как  расходятся  и  снова со страшным грохотом ударяются друг о друга скалы.

Море вокруг них клокотало, брызги высоко взлетали  при  каждом  столкновении

скал.  Когда  же  вновь  расходились  скалы,  то  волны  меж  ними неслись и

кружились в неистовом водовороте.

   Вспомнили герои советы Финея пустить вперед голубя  между  скалами;  если

пролетит голубь, то и "Арго" проплывет невредимым мимо Симплегад. Налегли на

весла  аргонавты.  Вот  они  уже  у самых скал. С громом столкнулись скалы и

опять расходятся. Выпустил тогда герой Эвфем голубя.  Стрелой  летит  голубь

меж  скалами.  Вот  снова  сомкнулись  скалы  с таким громом, что, казалось,

дрогнуло небо. Соленые брызги обдали аргонавтов, а "Арго"  закружился  средь

волн,  словно подхваченный вихрем. Невредимым пролетел голубь меж скал, лишь

кончик хвоста  вырвали  у  него  столкнувшиеся  скалы.  Радостно  вскрикнули

аргонавты  и  дружно  налегли  на  весла. Разошлись скалы. Громадная волна с

пенистым гребнем подхватила "Арго" и бросила его в пролив. Навстречу несется

другая волна, она откинула назад "Арго".  Волны  кипят  и  клокочут  кругом.

Гнутся весла. "Арго" трещит, словно стонет от напора волн. Вот поднялась еще

волна,  высокая,  подобная  горе; она обрушилась на "Арго", и закружился он,

как  утлый  челн.  Уже  сближаются  скалы.  Сейчас  столкнутся  они.  Гибель

неминуема.  Тогда  явилась  на  помощь  аргонавтам  сама любимая дочь Зевса,

Афина-Паллада. Могучей рукой удержала она одну из скал,  а  другой  с  такой

силой  толкнула "Арго", что он стрелой вынесся из пролива. Только конец руля

раздробили сомкнувшиеся скалы. Снова разошлись скалы и остановились,  навеки

недвижимые,  по сторонам пролива. Исполнилось веление рока, что только тогда

будут недвижимы Симплегады, когда проплывет между ними  корабль.  Радовались

аргонавты  --  они  избегли  самой страшной опасности. Теперь они могли быть

уверены, что счастливо окончат свой поход.

ОСТРОВ АРЕТИАДА И ПРИБЫТИЕ В КОЛХИДУ

   Долго плыли аргонавты вдоль берегов  Эвксинского  Понта[1].  Много  стран

миновали  они, много видели народов. Наконец, вдали показался остров. "Арго"

быстро приближался к  острову,  недалек  был  уже  берег.  Вдруг  с  острова

поднялась,  сверкая  в  лучах  солнца  своими  крыльями,  большая птица; она

пролетела над "Арго" и уронила перо свое  на  одного  из  героев  --  Оилея.

Подобно  стреле,  вонзилось  перо  в  плечо Оилею, кровь полилась из раны, и

выпало весло из рук раненого героя. Товарищи Оилея вынули перо из его  раны.

С удивлением смотрят аргонавты на перо и видят, что оно медное и острое, как

стрела.  Вот  над  островом взвилась другая птица и полетела к "Арго", но ее

уже ждал герой Клитий с луком в руках. Лишь только подлетела птица к "Арго",

как Клитий пустил в нее стрелу, и убитая птица  упала  в  море.  Увидев  эту

птицу, покрытую медными перьями, поняли аргонавты, что это птицы-стимфалиды,

а  остров,  где живут они, -- Аретиада. Амфидамант посоветовал героям надеть

доспехи и прикрыться щитами. Прежде чем пристать к берегу,  аргонавты  стали

кричать,  ударять  в  щиты  копьями  и  мечами. Громадной стаей взвились над

островом птицы, они высоко взлетели над "Арго", и посыпался на героев  целый

дождь  перьев-стрел. От этих стрел прикрылись герои щитами. Птицы же, описав

круг над "Арго", вскоре скрылись далеко за горизонтом.

---------------------------------------------------------------

   [1] Эвксинский Понт -- т.  е.  гостеприимное  море;  так  стали  греки

называть  Черное  море,  познакомившись  с  его плодородными, гостеприимными

берегами.  Раньше  же  они  называли   Черное   море   Авксинским,   т.   е.

негостеприимным, так как их пугали бури этого моря.

---------------------------------------------------------------

   Аргонавты  вышли  на  берег Аретиады и уже хотели расположиться на отдых,

как навстречу вышли  четыре  юноши.  Юноши  были  страшно  истощены,  одежда

лохмотьями  висела  на них, едва прикрывая их тело. Это были сыновья Фрикса.

Они покинули Колхиду, чтобы вернуться в Орхомен, но по пути потерпели бурной

ночью кораблекрушение,  и  только  благодаря  счастливой  случайности  волны

выбросили  их на Аретиаду, где и нашли их аргонавты. Герои обрадовались этой

встрече; особенно рад был Ясон:  ведь  юноши  были  ему  родными.  Накормили

аргонавты  юношей, дали им новые одежды и рассказали, что они едут в царство

Эета за золотым руном. Старший из юношей, Аргос, обещал помогать аргонавтам,

но предупреждал их, что царь Эет, сын Гелиоса, могуч и жесток  и  никому  не

дает  пощады.  Но  ничто  не  могло  удержать  аргонавтов  от выполнения раз

принятого решения -- добыть золотое руно.

   На следующее утро аргонавты пустились в дальнейший путь. Долго плыли они.

Наконец, вдали, подобно тучам, собравшимся на  горизонте,  засинели  вершины

Кавказа. Теперь уже недалеко было и до Колхиды.

   Быстро несется гонимый равномерными взмахами весел "Арго". Уже скрывается

солнце,  опускаясь  в  море.  Побежали  по  волнам вечерние тени. Высоко над

"Арго" послышались взмахи крыльев. Это летел громадный орел к той  скале,  к

которой  прикован  был  титан  Прометей.  Ветер  поднялся на море от взмахов

огромных крыльев орла. Скрылся он вдали, и печально донеслись до  аргонавтов

тяжелые  стоны  Прометея;  издалека  доносились  они,  заглушаемые временами

ударами весел.

   Недалек уже берег. Вот и устье  Фазиса.  Аргонавты  на  веслах  поднялись

вверх  по  течению  и стали на якорь в заливе реки, заросшем густым камышом.

Ясон совершил благодарственное возлияние богам и  призвал  богов  Колхиды  и

души  умерших героев помочь ему в его опасном деле. Спокойно уснули герои на

"Арго". Цель их была достигнута, они в Колхиде,  у  столицы  царя  Эета,  но

много еще опасностей предстояло им впереди.

ГЕРА И АФИНА У АФРОДИТЫ

   Когда  аргонавты  прибыли  в  Колхиду, великая богиня Гера и богиня Афина

советовались на высоком  Олимпе,  как  помочь  Ясону  добыть  золотое  руно.

Наконец,  решили богини идти к богине любви Афродите и просить ее, чтобы она

повелела сыну своему Эроту пронзить золотой  стрелой  сердце  Медеи,  дочери

Эета,  и  внушить  ей любовь к Ясону. Знали богини, что одна лишь волшебница

Медея может помочь Ясону в его опасном подвиге.

   Когда обе богини пришли в Афродите, она была дома одна.  Афродита  сидела

на  богатом  золотом  троне и золотым гребнем расчесывала свои пышные кудри.

Увидела  вошедших  богинь  Афродита,   встала   им   навстречу   и   ласково

приветствовала  их.  Усадив  богинь  на  золотые  скамьи,  выкованные  самим

Гефестом, спросила их богиня любви о причине их прихода.  Богини  рассказали

ей,  как  хотят  они  помочь  герою  Ясону,  и просили Афродиту велеть Эроту

пронзить сердце Медеи. Согласилась Афродита. Простились богини с  Афродитой,

а  она  пошла  искать  своего  шаловливого  сына.  Эрот  в это время играл с

Ганимедом в кости. Обыграл  хитрый  Эрот  простодушного  Ганимеда  и  громко

смеялся  над ним. В это время подошла к ним Афродита. Она обняла своего сына

и сказала ему:

   -- Послушай, шалун. Я хочу поручить тебе одно дело.  Возьми  скорей  твой

лук  и  стрелы и лети на землю. Там, в Колхиде, пронзи стрелой сердце дочери

царя Эета, Медеи, пусть полюбит она героя Ясона. Если ты  исполнишь  это,  я

подарю  тебе  ту  игрушку,  которую  некогда сделала Адрастея для маленького

Зевса. Только лети сейчас же, это нужно сделать скорее.

   Эрот просил мать дать ему  сейчас  же  игрушку,  но  мать,  зная  хитрого

мальчика,  не  согласилась  дать  ему  игрушку  раньше,  чем  он исполнит ее

поручение. Убедившись, что ему ничего не  получить  от  матери  раньше,  чем

выполнит  он  поручение,  Эрот схватил свой лук и стрелы и быстро помчался с

высокого Олимпа на землю в Колхиду, сверкая в лучах солнца  своими  золотыми

крыльями.

ЯСОН У ЭЕТА

   Рано  утром  проснулись  аргонавты. На совете решили они, что Ясон должен

идти с сыновьями Фрикса к царю Эету и просить его  отдать  руно  аргонавтам,

если же откажет гордый царь, то только тогда прибегнуть к силе.

   С  посохом  мира отправился Ясон во дворец к Эету. Густым облаком покрыла

Ясона и его спутников богиня Гера, чтобы не оскорбили жители Колхиды героев.

Когда герои подошли ко дворцу  Эета,  расступилось  облако,  и  они  увидели

дворец Эета. Величествен был этот дворец. Высоки были его стены с множеством

башен, уходящих в небо. Широкие ворота, украшенные мрамором, вели во дворец.

Ряды белых колонн сверкали на солнце, образуя портик.

   Все,  что  было во дворце Эета, все богатое убранство сделал ему Гефест в

благодарность за то, что отец Эета, бог солнца Гелиос, умчал изнемогавшего в

битве с гигантами Гефеста с флегрейских полей  в  своей  золотой  колеснице.

Много чертогов окружало двор. В самом роскошном жил царь Эет со своей женой,

в  другом  --  его сын Абсирт; за красоту прозвали колхидцы Абсирта Фаэтоном

(сияющим). В остальных же чертогах жила дочь Эета  Халкиопа,  жена  умершего

Фрикса,  и младшая дочь Эета Медея, великая волшебница, служительница богини

Гекаты.

   Когда Ясон со своими спутниками вошел во двор у  дворца  Эета,  из  своих

чертогов  вышла  Медея.  Она шла навестить Халкиопу. Вскрикнула от изумления

Медея, увидав чужеземцев. На крик ее вышла Халкиопа и увидала своих сыновей.

Радуясь их возвращению, подбежала к ним Халкиопа. Она обнимает, целует своих

сыновей, с которыми не думала больше увидаться. На шум вышел и Эет. Он зовет

к себе во дворец чужеземцев и велит приготовить своим слугам роскошный  пир.

В  то  время когда Ясон обменивался приветствиями с Эетом, с высокого Олимпа

опустился на своих золотых крыльях Эрот. Спрятавшись за колонной, натянул он

тетиву своего лука и вынул золотую стрелу. Затем, невидимый для  всех,  Эрот

встал  за  спиной  Ясона и пустил свою стрелу прямо в сердце Медеи. Пронзила

стрела ее сердце, и сразу почувствовала она любовь к Ясону.

   Ясон пошел со своими спутниками во дворец Эета.  Там  пригласил  их  царь

Колхиды  возлечь за пиршественный стол. Во время пира Аргос рассказал Эету о

том, как потерпел он со своими братьями кораблекрушение,  как  выбросили  их

бурные  волны  на  остров  Аретиаду и как нашли их там, умирающих от голода,

аргонавты. Сказал также Аргос, зачем приехал Ясон с героями в Колхиду.  Едва

услыхал  Зет,  что  Ясон хочет добыть золотое руно, как гневом сверкнули его

очи и грозно сдвинул он брови. Не верит Эет, что за золотым  руном  приплыли

герои,  он  думает:  уж  не завладеть ли властью над всей Колхидой замыслили

сыновья Фрикса и с той целью привели с собой греческих героев?  Эет  осыпает

упреками  Ясона, он хочет прогнать его ив дворца и грозит ему казнью. Готовы

были уже слететь гневные речи с уст Теламона в ответ на угрозы царя, но Ясон

остановил его. Он старается успокоить Эета, уверяет его, что лишь  за  руном

приплыли  они  в  Колхиду,  и обещает царю сослужить любую службу, исполнить

любое поручение, если в награду царь отдаст ему золотое руно. Задумался Эет.

Наконец, решив погубить Ясона, он сказал ему:

   -- Хорошо, ты получишь руно, но раньше исполни следующее  мое  поручение:

распаши  поле,  посвященное  Аресу,  моим  железным плугом, а в плуг запряги

медноногих, дышащих огнем быков; засей это  поле  зубами  дракона,  а  когда

вырастут из зубов дракона закованные в броню воины, сразись с ними и перебей

их. Если исполнишь ты это, получишь руно.

   Ясон не сразу ответил Эету, наконец промолвил:

   --  Я согласен, Эет, но и ты исполни данное обещание, ведь ты знаешь, что

я не могу отказаться от выполнения своего поручения,  раз  уже  волей  судеб

прибыл я сюда, в Колхиду.

   Сказав это, ушел Ясон со своими спутниками.

АРГОНАВТЫ ОБРАЩАЮТСЯ ЗА ПОМОЩЬЮ К МЕДЕЕ

   Когда  Ясон  вернулся  на  "Арго",  он  рассказал  своим  товарищам,  что

произошло во  дворце  Эета  и  какое  поручение  дал  ему  царь.  Задумались

аргонавты. Как быть им, как выполнить поручение Эета? Наконец, сказал Аргос:

   --  Друзья,  во  дворце  Эета  живет  дочь  его,  Медея.  Она  -- великая

волшебница и одна лишь может помочь нам. Я пойду просить  мою  мать  убедить

Медею  оказать нам помощь. Если поможет Медея, то никакие опасности не будут

нам страшны.

   Едва сказал это Аргос, как над "Арго" пронесся белый голубь, преследуемый

коршуном. Голубь подлетел к Ясону и укрылся в складках его плаща,  а  коршун

упал на "Арго".

   -- Это счастливое знамение богов, -- воскликнул прорицатель Мопс, -- сами

боги  велят  нам  просить  помощи  у  Медеи.  Смотрите,  птица,  посвященная

Афродите, спаслась на груди у Ясона! Вспомните, что говорил Финей. Разве  не

советовал  он  нам  молить  о помощи Афродиту? Молите же богиню, она поможет

нам. Пусть скорей идет Аргос к матери, она убедит Медею оказать нам помощь.

   Послушались вещего Мопса аргонавты: они принесли жертву Афродите, и Аргос

быстро направился во дворец Эета к своей матери.

   Между тем Зет собрал на  площадь  всех  колхидцев.  Он  сказал  народу  о

прибытии чужеземцев и повелел сторожить "Арго", чтобы никто из аргонавтов не

мог  спастись  бегством. Эет решил сжечь "Арго" со всеми героями, после того

как погибнет Ясон на поле, посвященном Аресу; сыновей  же  Фрикса  он  решил

подвергнуть мучительной казни.

   Наступила  ночь.  Погрузилась  в сон столица Эета. Покой воцарился всюду.

Лишь нет его в чертогах Медеи. Над ее головой  вереницей  летают  сны,  один

тревожнее другого. То снится Медее, что Ясон борется с быками, а наградой за

победу  должна служить герою сама Медея. То снится ей, что она сама вступает

в борьбу с дышащими пламенем быками и легко  побеждает  их.  То  видит,  как

отказывают  родители  отдать  ее  в жены Ясону, -- ведь не он победил быков.

Разгорается спор между Ясоном и Эетом, сама Медея должна решить  этот  спор.

Когда  же решила она спор в пользу Ясона, то разгневала отца своего и грозно

закричал он на нее. Проснулась вся в слезах Медея, хочет бежать к  Халкиопе,

но  стыдится  идти к ней. Три раза уже бралась она за ручку двери, но каждый

раз возвращалась назад. Упала на ложе Медея и  зарыдала.  Услыхала  одна  из

рабынь Медеи ее рыдания и сказала об этом Халкиопе. Спешит Халкиопа к сестре

своей и видит, как лежит, рыдая, Медея на своем ложе.

   --  О,  сестра  моя,  --  говорит Халкиопа, -- о чем плачешь ты? Уж не об

участи ли моих сыновей льешь ты слезы? Не узнала ли ты, что  хочет  погубить

их наш отец?

   Ни  слова  не промолвила Медея в ответ Халкиопе, -- ведь не о ее сыновьях

плакала она, но, наконец, сказала:

   -- Зловещие сны снились мне,  сестра.  Гибель  грозит  твоим  сыновьям  и

чужестранцу,  с  которым  они вернулись. О, если бы боги дали мне сил помочь

им!

   Содрогнулась Халкиопа от ужаса, услыхав слова Медеи; обняв ее, молит  она

о  помощи.  Знает  Халкиопа,  что  может Медея помочь Ясону своими чарами. И

сказала Медея Халкиопе:

   -- Слушай, сестра, я помогу чужестранцу. Пусть придет  он  утром  в  храм

Гекаты, я дам ему талисман, который поможет ему совершить подвиг. Обещай мне

только хранить все в тайне, иначе погубит всех нас отец.

   Ушла  Халкиопа.  Медея  осталась одна. Противоположные чувства боролись у

нее в груди. То боялась она идти против воли отца, то снова решалась  помочь

Ясону,  которого так полюбила. Она даже хотела покончить с собой, приняв яд.

Медея уже достала ларец с ядом, открыла  его,  но  богиня  Гера  внушила  ей

неудержимую  жажду  жизни.  Оттолкнула  Медея  ларец с ядом, забыла все свои

сомнения, лишь о Ясоне думала она и решила ему помочь.

   Лишь только занялась заря и розовым  светом  стали  окрашиваться  далекие

снежные  вершины  Кавказа,  как  пришел Аргос к аргонавтам и сообщил им, что

Медея согласилась помочь Ясону и просит Ясона прийти в  храм  Гекаты.  Когда

взошло  солнце,  Ясон  отправился  с  Аргосом  и прорицателем Мопсом к храму

Гекаты. Богиня Гера сделала  Ясона  столь  прекрасным,  что  даже  аргонавты

залюбовались, глядя на него.

   Медея же между тем, встав рано утром, достала ларец с волшебными мазями и

вынула   из  него  мазь,  которая  называлась  "масло  Прометея".  Она  была

приготовлена из сока корней растения, выросшего из крови  Прометея.  Всяким,

кто  натирался этой мазью, становился неуязвимым ни для железа, ни для меди,

ни  для  огня;  непоборимую  силу  приобретал  он  и  на   день   становился

непобедимым.  Эту-то  мазь и решила Медея дать Ясону. Позвала Медея рабынь и

поехала в храм Гекаты. Радостно была на сердце у Медеи, она забыла все  свои

тревоги и думала лишь о свидании с Ясоном.

   Вот  и храм Гекаты. Вошла в него Медея. Ясона еще не было. Скоро пришел и

Ясон. Взглянула на него Медея, и сильно забилось сердце в груди ее. Не может

вымолвить слова Медея.

   Долго стояли молча Ясон и Медея; наконец, прервал молчание герой. Он взял

за руку Медею и сказал:

   -- Прекрасная дева, зачем опустила ты в землю очи?  Зачем  боишься  меня?

Неужели  ты  думаешь,  что  я  таю злой умысел? Нет, не со злыми намерениями

пришел я сюда. Я пришел молить тебя о защите. Только, молю тебя,  скажи  мне

правду;  помни, что лжи не потерпит в святилище своем Геката, не потерпит ее

и Зевс, защитник всех молящих о помощи. Скажи, поможешь ли ты мне?  Если  ты

поможешь,  то  прославят твое имя по всей Греции великие герои, пришедшие со

мной сюда, в Колхиду. Вспомни, как  велика  слава  дочери  Миноса,  Ариадны,

помогшей великому Тесею.

   Молчала  Медея и лишь смотрела на Ясона глазами, полными любви. Прекрасна

была она в  своем  смущении.  Трепетной  рукой  достала  она  приготовленную

волшебную  мазь  из-за  пояса  и подала ее Ясону. Чуть слышным голосом Медея

сказала ему:

   -- Слушай, Ясон, вот в чем будет заключаться моя помощь: ночью омойся  ты

в  реке; надев черные одежды, вырой глубокую яму на берегу и над ней принеси

Гекате в жертву черную овцу, облив ее медом. Потом иди на корабль  твой,  но

смотри  --  не  оборачивайся. Услышишь ты голоса и яростный лай собак, но ты

иди прямо и не бойся. Когда же наступит утро, намажь свое тело, копье, щит и

меч этой мазью. Неодолимую силу даст тебе мазь,  и  выполнишь  ты  поручение

Эета. Помни только: когда вырастут из земли воины, брось в них камень, и они

начнут  сражаться  друг  с другом, тогда напади на них. Возьми же мазь, с ее

помощью ты добудешь руно. Вези тогда руно, куда хочешь.

   Умолкла Медея. Печально затуманились ее очи от одной мысли  о  разлуке  с

Ясоном. Опустив голову, стояла Медея, полная грусти, и, наконец, промолвила:

   --  Ты  уедешь,  Ясон, к себе на родину, но не забывай меня, хоть изредка

вспоминай Медею, -- ведь я же спасла тебя.

   Спросила Медея, откуда родом Ясон. Ясон рассказал ей об Иолке, о цветущей

долине, где стоит он. Он звал Медею  поехать  с  ним  в  Грецию.  Обещал  ей

великий почет, обещал, что будут чтить ее, как богиню, в Иолке.

   -- О, если бы согласился Эет заключить со мной союз дружбы! -- воскликнул

Ясон, -- о, если бы он отпустил он тебя со мной на мою родину!

   --  Нет, не бывать этому, -- со вздохом, полным скорби, сказала Медея, --

суров и неумолим мой отец. Возвращайся один на  родину,  только  не  забывай

меня.  О,  как  была  бы  я рада, если бы буйный ветер отнес меня на крыльях

своих в Иолк, чтобы могла я напомнить тебе о себе, когда ты  забудешь  меня,

когда забудешь, что я спасла тебя.

   Слезы  навернулись  на  глаза Медеи. Смотрит на нее Ясон, и овладевает им

любовь к Медее. Он молит ее тайно покинуть дом отца и бежать с ним в Иолк.

   Готова покинуть Колхиду Медея, разлука с Ясоном пугает  ее,  она  боится,

что  не  перенести  ей этой разлуки. Плачет Медея от одной мысли о разлуке с

Ясоном. Гера внушила ей желание следовать всюду  за  Ясоном.  Хочет  богиня,

чтобы  поехала  в  Иолк  Медея;  там  с  ее  помощью  Гера  решила  погубить

ненавистного ей Пелия.

   Простилась Медея с Ясоном; он обещал ей прийти опять в храм Гекаты, чтобы

еще раз встретиться с ней и решить, что им делать.  Весело  ехала  домой  на

своей колеснице Медея -- она знала, что любит ее Ясон.

ЯСОН ИСПОЛНЯЕТ ПОРУЧЕНИЕ ЭЕТА

   Наступила  ночь.  Одевшись  в черные одежды, Ясон пошел на берег Фазиса и

там в глухую полночь омылся в его быстрых волнах. Затем  он  вырыл  глубокую

яму  и  принес  над  ней,  как  велела ему Медея, жертву Гекате. Лишь только

жертва была принесена, как содрогнулась земля и появилась великая  Геката  с

дымящимися  факелами  в  руках. Страшные чудовища и изрыгающие огонь драконы

окружали Гекату, лаяли и выли вокруг нее ужасные адские псы. Окрестные нимфы

с громким криком бежали, увидя Гекату. Ужас объял  Ясона,  но,  помня  слова

Медеи, не оборачиваясь, шел он к "Арго", где ждали его друзья.

   Лишь  только наступило утро, как послали аргонавты Теламона и Мелеагра за

зубами дракона к Эету. Эет  дал  им  зубы  убитого  Кадмом  дракона  и  стал

собираться  ехать  на  поле  Ареса,  чтобы посмотреть, как выполнит Ясон его

поручение. Одел Эет свои доспехи, покрыл  голову  шлемом,  сиявшим,  подобно

солнцу,  взял в руки копье и шит, которые были по своей тяжести только впору

Гераклу, и взошел на колесницу;  ею  правил  сын  его  Абсирт.  Собрались  и

аргонавты отправиться на поле Ареса.

   Ясон  натер  копье,  меч и щит волшебной мазью, а затем натерся ею и сам.

Страшную силу ощутил он тогда во  всем  теле.  Словно  стальными  стали  его

мускулы,  тело  его  стало  таким, словно оно было выковано из железа. Когда

аргонавты на своем быстром "Арго" приплыли к полю Ареса, Эет уже ждал их,  а

кругом  поля по склонам гор толпились колхидцы. Ясон сошел на берег, сверкая

как лучезарная звезда, своими доспехами. Ясон пошел по полю, нашел  на  поле

железный   плуг  и  медное  ярмо  и,  прикрывшись  щитом,  пошел  отыскивать

извергающих огонь быков. Вдруг выскочили оба быка из пещеры, и  с  неистовым

ревом  бросились  на героя. Клубы огня вылетали у них из пастей. Прикрывшись

щитом, ждет их герой. Вот налетели на него быки и со страшной силой  ударили

рогами  в  щит  героя.  Ни  один  человек  не  выдержал  бы  этого удара, но

незыблемо, словно скала, стоял Ясон. Еще и еще  налетают  с  ревом  на  него

быки,  вздымая  клубы  пыли.  Одного  за другим схватил Ясон могучими руками

быков за рога и привлек их к плугу. Рвутся быки, они палят Ясона  огнем,  но

невредим он, и не могут вырваться из рук его яростные быки. Запряг их в плуг

Ясон  с  помощью Кастора и Полидевка. Погоняя копьем быков, Ясон вспахал все

поле Ареса, засеял его зубами дракона. Окончив  посев,  выпряг  быков  Ясон,

грозно  крикнул  и  ударил  их  своим  копьем. Как бешеные, помчались быки и

скрылись в глубокой пещере. Окончена была  первая  половина  работы,  теперь

нужно  ждать,  когда  вырастут  на  поле  воины. Пошел на берег Фазиса Ясон,

зачерпнул шлемом воды и утолил жажду.

   Но недолог был отдых Ясона. Вот на поле показалось из земли острие копья,

за ним другое, еще и еще, и все поле покрылось как бы  медной  щетиной.  Вот

словно  зашевелилась  земля,  и из нее показались шлемы и головы воинов. Вот

уже покрылось все поле воинами в  блестящих  доспехах.  Помня  слова  Медеи,

схватил  Ясон  громадный  камень;  не  под силу было бы сдвинуть его четырем

сильнейшим героям, но Ясон поднял его одной рукой  и  далеко  бросил  его  в

толпу  рожденных  из  зубов  дракона  воинов.  Схватились  за оружие воины и

началась между ними кровавая битва. Бросился с мечом на воинов Ясон,  одного

за  другим поражал он их, и вскоре все поле было покрыто убитыми воинами, ни

одного из них не осталось в живых, все пали они от могучей руки Ясона.

   Все  поле  покрыли  они,  подобно  срезанным  острым   серпом   колосьям,

покрывающим  плодотворную  землю. Окончен был подвиг. С изумлением глядел на

Ясона Эет, дивясь его нечеловеческой силе. Грозно сдвинул царь  брови,  гнев

сверкал  в его очах. Не промолвив ни слова, помчался он на своей колеснице в

город, думая лишь об одном -- как погубить ему дивного чужестранца. Ясон же,

вернувшись на "Арго", отдыхал в кругу друзей своих,  славивших  его  великий

подвиг.

        МЕДЕЯ ПОМОГАЕТ ЯСОНУ ПОХИТИТЬ ЗОЛОТОЕ РУНО

   Вернувшись  во  дворец,  Эет  созвал на совет знатнейших жителей Колхиды.

Далеко за полночь советовался с ними царь о том,  как  погубить  аргонавтов.

Эет  догадывался,  что  лишь  с  помощью  Медеи  мог  Ясон совершить подвиг.

Чувствовала Медея, что грозит великая опасность и ей, и Ясону. Она не  могла

найти  покоя в своих пышных чертогах. Сон бежал от ее глаз. Встала она ночью

со своего ложа и тихо покинула дворец Эета. Тропинками, известными  лишь  ей

одной,  идет она к берегу Фасиса, туда, где пылает яркий костер, разведенный

аргонавтами. Подойдя к костру, позвала она Ясона  и  младшего  сына  Фрикса,

Фронтиса.  Медея  сказала  Ясону,  какие  злые  предчувствия  тревожат ее, и

убедила его немедленно идти с ней за руном. Ясон надел свои доспехи и  пошел

в  священную рощу Ареса. Все кругом окутано было тьмой, лишь в роще сверкало

золотым блеском руно, висевшее на священном дереве.  Когда  Медея  с  Ясоном

вошли  в  рощу,  поднялся  страшный  дракон,  извергая пламя. Призвала Медея

могучего бога сна Гипноса. Страшные заклинания шепчет она и  льет  на  землю

волшебные  зелья.  Упал на землю дракон, еще поднимает он ослабевшую голову,

но окропила его Медея снотворным зельем,  закрылась  пасть  его,  сомкнулись

сверкающие  огнем  глаза,  и,  охваченный  сном,  растянулся он у дерева, на

котором висело золотое руно. Ясон снял руно, он спешил вернуться  скорее  на

"Арго".

   В  удивлении  толпились  герои вокруг Ясона и Медеи, рассматривая золотое

руно. Но некогда было медлить,  нужно  было  покинуть  Колхиду,  прежде  чем

узнает  Эет  о  похищении  руна.  Обрубил Ясон канаты, которыми привязан был

"Арго" к берегу, схватились за весла герои, и, как стрела,  помчался  "Арго"

вниз  по течению Фасиса, к морю. Вот и море. Налегают на весла герои, птицей

несется по волнам "Арго", все дальше и дальше Колхида.

   Рано утром Эет узнал о похищении золотого руна и о том, что Медея  бежала

вместе  с  аргонавтами.  В неистовый гнев пришел Эет. Он созвал колхидцев на

берег моря. Но далеко уже "Арго", не видно его среди волн моря. Эет  повелел

собираться в погоню колхидцам.

   Он грозит им смертью, если не настигнут они аргонавтов. Спустили колхидцы

корабли   и,  с  сыном  Эета  Абсиртом  во  главе,  пустились  в  погоню  за

аргонавтами.

ВОЗВРАЩЕНИЕ АРГОНАВТОВ

   Когда  "Арго"  вышел  в  открытое  море,  подул  попутный  ветер.   Герои

распустили  паруса  и "Арго" быстро понесся по волнам Эвксинского Понта. Три

дня плыли герои. Наконец, вдали показались берега Скифии.  Аргонавты  решили

плыть  вверх  по  течению  Истра,  чтобы  потом  спуститься по одному из его

рукавов в Адриатическое море[1]. Когда аргонавты  приплыли  к  устью  Истра,

увидели  они,  что  все  устье  его  и все острова заняты войском колхидцев,

которые  приплыли  туда  на  своих   кораблях   кратчайшим   путем.   Увидав

многочисленное войско колхидцев, герои убедились, что им не победить его; их

было  слишком мало, чтобы решиться на битву с тысячами прекрасно вооруженных

воинственных колхидцев. Аргонавты решили прибегнуть к хитрости. Они вступили

в переговоры с  предводителем  вражеского  войска  Абсиртом  и  обещали  ему

заключить  Медею  в храме и выдать ее, если царь соседнего города решит, что

Медея должна возвратиться в Колхиду, золотое же руно должно было остаться  у

аргонавтов,  так  как  Ясон исполнил точно подвиг, за который Эет обещал ему

выдать руно. Но все эти переговоры велись  лишь  для  того,  чтобы  выиграть

время. Медея же обещала Ясону заманить Абсирта на один из островов в храм.

---------------------------------------------------------------

   [1]  Греки,  плохо  знакомые  с  географией  Европы,  думали, что Истр

(современный Дунай) сообщается особым рукавом с Адриатическим морем.

---------------------------------------------------------------

   Послал Ясон к Абсирту, как бы от Медеи, богатые дары и велел просить  его

прийти  в  уединенный  храм,  чтобы  увидеться там с Медеей. Абсирт пришел в

храм, но лишь показался он в дверях храма, как бросился на него с обнаженным

мечом Ясон, и пал Абсирт на землю, пораженный  насмерть.  Ужасное  злодеяние

совершили  Ясон  и Медея: они убили безоружного Абсирта в храме. Разрубив на

куски тело Абсирта, бросил его Ясон в волны Истра. В ужас  пришли  колхидцы,

бросились  они  собирать части тела своего предводителя, аргонавты же быстро

поплыли вверх по Истру.

   Долго  плыли  аргонавты,  наконец  по  рукаву  Истра  спустились  они   в

Адриатическое  море к берегам Иллирии. Там поднялась ужасная буря. Как горы,

вздымаются покрытые пеной валы. Ветры, как бы сорвавшиеся с  цепей,  носятся

над  морем  и  рвут  парус  с "Арго". Стонет "Арго" под напором волн, гнутся

борта его, ломаются весла в руках могучих гребцов. Как  щепку,  носят  волны

"Арго".  Гибель  грозит аргонавтам. Тогда раздался голос с кормы. Он исходил

из вставленного в корму "Арго" куска  священного  дуба,  росшего  в  Додоне.

Голос  повелел аргонавтам ехать к волшебнице Кирке, чтобы очистила она Ясона

и  Медею  от  осквернившего  их  убийства  Абсирта.  Лишь  только  повернули

аргонавты  "Арго"  на  север,  как  стихла  буря, и поняли все, что это воля

богов.

   Через Эридан и потом по Родану спустились аргонавты в Тирренское  море  и

долго  плыли по нему, пока, наконец, не приплыли к волшебному острову Кирки,

сестры Эета. Кирка очистила Медею и Ясона от скверны убийства. Она  принесла

жертву  Зевсу,  очищающему от скверны убийства, облила руки Ясона жертвенной

кровью и заклинала у алтаря Эриний не преследовать гневом  своим  убийц.  Не

отказала Кирка Медее в очищении от страшного злодеяния, так как по блеску ее

глаз  узнала  волшебница, что Медея, как и сама она, происходит из рода бога

солнца Гелиоса.

   Отправились аргонавты в дальнейший путь. Много еще пришлось преодолеть им

опасностей. Проплыли они между Сциллой и Харибдой, где ждала  бы  их  верная

гибель,  если бы не помогла им великая жена Зевса, Гера. Проплыли они и мимо

острова сирен и слышали их манящее пение, которое с непобедимой силой влекло

их к сиренам. Но певец Орфей ударил по струнам золотой кифары, и  песнь  его

победила  чары  песен  сирен. Наконец, приплыли аргонавты к Планктам, узкому

проливу, над которым сводом подымались громадные скалы.  Море  билось  между

скалами,  волны  кружились  под  сводом  в  страшном  водовороте,  временами

подымаясь до самого верха свода. Даже голуби, приносившие Зевсу амврозию, не

пролетали невредимыми под этим сводом, и каждый день погибал один из них. Но

тут помогла аргонавтам Гера, она упросила Амфитриту смирить волны у  Планкт,

и аргонавты невредимо миновали их.

   После долгого пути аргонавты прибыли к острову феаков. Там радушно принял

их царь Алкиной. Могли отдохнуть от опасностей пути аргонавты, но не пробыли

они  и  дня у феакийцев, как появился у острова флот колхидцев и потребовали

они выдать им Медею. Начался бы кровавый бой,  если  бы  Алкиной  не  разнял

врагов.  Алкиной  решил, что Медея должна быть выдана колхидцам, если она не

жена Ясона. Ночью послала вестника  жена  Алкиноя,  Арета,  к  Ясону,  чтобы

вестник  сообщил  ему  решение  Алкиноя.  Той  же ночью Ясоном и Медеей были

совершены свадебные обряды, и на следующий день Ясон дал перед  собравшимися

феакийцами  и  колхидцами торжественную клятву, что Медея -- его жена. Решил

тогда Алкиной, что Медея должна  остаться  с  мужем,  и  пришлось  колхидцам

вернуться к Эету, не завладев Медеей.

   Отдохнув  у  гостеприимных феакийцев, отправились дальше аргонавты. Долго

плыли они благополучно. Вот  показались  уже  в  голубой  дали  моря  берега

Пелопоннеса. Вдруг поднялся страшный вихрь и помчал "Арго" в море. Долго нес

вихрь  "Арго"  по  безбрежному  морю и, наконец, выкинул "Арго" на пустынный

берег. Глубоко завяз "Арго" в тине  залива,  сплошь  покрытого  водорослями.

Отчаяние  охватило  аргонавтов.  Кормчий  Линкей,  опустив  голову, сидел за

корме, потеряв надежду на возвращение в Грецию. Аргонавты печальные  бродили

по  берегу,  словно  утратив  все силы, все мужество. Все видели перед лицом

своим гибель. На помощь Ясону пришли нимфы. Они  открыли  Ясону,  что  вихрь

занес  "Арго"  в  Ливию[1] и что аргонавты должны на плечах перенести "Арго"

через Ливийскую пустыню, подняв его из ила тогда, когда  Амфитрита  выпряжет

коней из своей колесницы. Но когда же выпрягает Амфитрита из колесницы своих

коней?  Этого  не  знали  аргонавты.  Вдруг увидели они, как из моря выбежал

белоснежный конь и быстро помчался через пустыню. Поняли аргонавты, что  это

конь  Амфитриты.  Подняли  "Арго" на плечи аргонавты и двенадцать дней несли

его через пустыню, изнемогая от жары и жажды. Наконец  они  достигли  страны

гесперид.  Там  указали  им  геспериды  источник, выбитый из скалы Гераклом.

Герои утолили жажду, запаслись водой и отправились  в  путь  на  родину.  Но

аргонавта  никак не могли найти выхода в море. Они находились не в море, а в

озере Тритона. Но совету Орфея, посвятили они богу озера треножник. Появился

перед аргонавтами прекрасный юноша. Он подал герою Эвфему  комок  земли  как

знак  гостеприимства  и  указал  аргонавтам  выход в море. Принесли в жертву

аргонавты барана. Перед "Арго" появился сам бог Тритон и вывел  "Арго"  мимо

белых  скал,  через  водоворот  в  открытое море. Из озера Тритона аргонавты

приплыли к острову Криту  и  хотели  запастись  там  водой  для  дальнейшего

плавания.  Но не допускал их на берег Крита медный исполин Талос, подаренный

Миносу самим громовержцем Зевсом. Талос охранял владения Миноса, обегая весь

остров. Но Медея своими чарами усыпила Талоса. Упал Талос на землю, и  выпал

у  него  медный гвоздь, замыкавший единственную жилу, по которой текла кровь

Талоса. Хлынула на землю кровь Талоса,  подобная  расплавленному  свинцу,  и

умер  исполин.  Аргонавты  могли теперь беспрепятственно пристать к берегу и

запастись водой.

---------------------------------------------------------------

   [1] Ливией греки называли берег Африки на запад от Египта.

---------------------------------------------------------------

   По пути от Крита к Греции герой Эвфем  уронил  комок  земли,  данный  ему

Тритоном,  в море, и из этой глыбы образовался остров, названный аргонавтами

Каллистой. Этот остров впоследствии  заселили  потомки  Эвфема,  и  стал  он

называться Ферой[1].

---------------------------------------------------------------

   [1] Современный остров Санторин.

---------------------------------------------------------------

   После  этого  буря застигла аргонавтов в море. Темной ночью разбушевалась

буря. Аргонавты боялись ежеминутно  натолкнуться  на  подводный  камень  или

разбиться  о прибрежные скалы. Вдруг ярким светом блеснула над морем золотая

стрела и озарила все кругом, за ней блеснула другая, третья. Это бог Аполлон

озарял своими стрелами путь аргонавтам. Они пристали и  острову  Анафе[1]  и

переждали  бурю.  Утихла,  наконец,  буря,  успокоились  волны моря, и подул

попутный ветер. "Арго" спокойно понесся по лазури моря. Больше не  встречали

аргонавты опасностей на своем пути и вскоре прибыли в желанную гавань Иолка.

---------------------------------------------------------------

   [1] Современный остров Анафи.

---------------------------------------------------------------

   Когда  аргонавты  прибыли  в  Иолк,  принесли  они  богатую жертву богам,

помогавшим во время опасного плавания. Ликовали все в  Иолке  и  праздновали

возвращение  аргонавтов;  все  славили  великих  героев  и  вождя  их Ясона,

добывшего золотое руно.

ЯСОН И МЕДЕЯ В ИОЛКЕ. СМЕРТЬ ПЕЛИЯ

   Изложено по поэме Овидия "Метаморфозы"

   Коварный Пелий не сдержал слова, он не вернул Ясону власть  его  предков.

Затаил  Ясон  обиду  и  решил жестоко отомстить Пелию. И здесь пришла ему на

помощь Медея. Вскоре представился  и  случай  для  мести.  Престарелый  отец

Ясона,  Эсон, узнав, что Медея -- великая волшебница, захотел, чтобы вернула

она ему молодость. Сам Ясон просил Медею сделать отца  его  моложе.  Обещала

исполнить эту просьбу Медея, если только поможет ей Геката.

   Когда  наступило  полнолуние,  в  полночь  вышла  Медея  из дома в темных

одеждах, босая,  с  распущенными  волосами.  Все  кругом  было  погружено  в

глубокий  сон,  всюду  царила немая тишина. Молча идет Медея, залитая светом

луны. Остановилась Медея там, где сходятся три дороги, подняла руки и трижды

громко воскликнула. Опустилась она на колени и стала шептать заклинание. Она

заклинала ночь, небесные светила, луну,  землю,  ветры,  горы  и  реки.  Она

призывала  явиться ей богов лесов и ночи. Она молила великую Гекату услышать

ее и помочь ей. Услыхала ее  Геката,  и  появилась  пред  Медеей  колесница,

запряженная  крылатыми  драконами. Девять дней и девять ночей собирала Медея

на этой колеснице волшебные травы и коренья в горах, в лесах, по берегам рек

и моря. Когда же вернулась она к дому Эсона, то поставила два  алтаря:  один

--  Гекате,  другой -- богине молодости. Вырыла она перед алтарями две ямы и

над ними принесла в жертву мрачной богине тьмы и  колдовства  Гекате  черных

овец,  совершая  ей  возлияния  медом  и  молоком. Призывала Медея подземных

богов, Аида и Персефону, и молила их не  отнимать  у  старого  Эсона  жизни.

Потом  велела  ода  привести Эсона. Чарами своими она усыпила его и положила

Эсона на волшебные травы. В медном  котле  сварила  Медея  волшебное  зелье.

Вскипело  зелье  и  покрылось  белой  пеной. Сухой веткой от векового дерева

мешала зелье Медея. И ветка зазеленела, покрылась листьями, и  появились  на

ней  зеленые плоды. Всюду, куда только ни капала пена зелья, вырастали цветы

и травы. Увидав, что поспело зелье, Медея  мечом  перерезала  горло  старику

Эсону  и  выпустила  его  старую  кровь, Через широкую рану влила она в жилы

Эсона волшебное зелье. И -- о, чудо! -- волосы  старика  прежде  белые,  как

снег,  потемнели,  пропали  морщины  и  старческая худоба, на щеках появился

вновь румянец. Проснулся Эсон и вновь увидал себя молодым, сильным и бодрым.

   После того как Медее  удалось  вернуть  молодость  Эсону,  она  решилась,

составив  коварный план, отомстить старому Пелию за то, что он обманул Ясона

и не вернул ему власть над Иолком.

   Медея уговорила дочерей Пелия вернуть их  отцу  молодость,  а  чтобы  еще

сильнее  уверовали они в ее чары, она привела барана, заколола его и бросила

в котел с зельем. Лишь только погрузился заколотый баран в котел, как тотчас

выпрыгнул из котла резвый  ягненок.  Дивились  дочери  Пелия  этому  чуду  и

согласились попытаться вернуть отцу молодость.

   Медея  приготовила  зелье,  но  не  такое,  какое  приготовила она, чтобы

вернуть молодость отцу Ясона. Не было волшебной силы в этом  зелье.  Усыпила

Медея  своими  заклинаниями Пелия, привела в его спальню дочерей и велела им

перерезать горло отцу. Но дочери не решались.

   -- Малодушные! -- воскликнула Медея, -- скорей обнажите же меч, выпустите

из жил отца вашего его старую кровь, а я волью ему молодую.

   Не решаются дочери Пелия нанести спящему отцу смертельный удар.  Наконец,

отвернувшись,  одна  за  другой  стали  наносить  дочери  отцу  удары мечом.

Проснулся Пелий, смертельно раненный, приподнялся он на  ложе  и,  простирая

слабеющие руки к дочерям, со стоном воскликнул:

   --  О,  дочери,  что делаете вы! Что заставило вас поднять руку на вашего

отца?

   Опустились от ужаса руки у дочерей Пелия.  Бледные  стоят  они,  сознание

покидает  их. Медея же подбежала к ложу Пелия, вонзила ему в горла свой нож,

разрезала тело его на куски и  бросила  их  в  кипящий  котел.  Появилась  в

спальне  Пелия колесница, запряженная крылатыми драконами, и на ней скрылась

Медея из глаз обезумевших от ужаса дочерей Пелия.

   Сын Пелия, Адраст, устроил пышные похороны отцу, а после похорон --  игры

в  честь погибшего. В них приняли участие величайшие герои Греции. Судьей на

играх был сам Гермес.  Кастор,  Полидевк  и  Эвфем  состязались  в  беге  на

колесницах,  Адмет  и Мопс -- в кулачном бою, Аталан с Пелеем -- в борьбе. В

беге всех победил Ификл.

   Но не удалось Ясону получить власть над Иолком. Адраст  не  позволил  ему

остаться в Иолке, он изгнал его из Иолка за убийство женой его Медеей Пелия.

Покинул родину Ясон и удалился с Медеей в Коринф.

ЯСОН И МЕДЕЯ В КОРИНФЕ. СМЕРТЬ ЯСОНА

   Изложено по трагедии Еврипида "Медея"

   После  убийства  Пелия  изгнанные из Иолка Ясон и Медея поселились у царя

Креонта в Коринфе. Два сына родились у  Медеи.  Казалось,  счастливы  должны

были  быть  даже  и  на чужбине Ясон и Медея. Но судьба не судила счастья ни

Ясону, ни Медее. Ясон, пленившись красотой дочери  Креонта  Главки,  изменил

клятвам,  данным  в  Колхиде Медее еще тогда, когда получил от нее волшебную

мазь; он изменил той, с помощью которой совершил великий  подвиг.  Он  решил

жениться  на  Главке,  и  царь  Креонт  согласился  отдать  свою дочь в жены

знаменитому герою.

   Когда Медея узнала об измене Ясона,  отчаяние  овладело  ею.  По-прежнему

любила  Медея  Ясона.  Словно  обратившись в бездушный камень, сидела Медея,

погруженная в печаль. Она  не  ела,  не  пила,  не  слушала  слов  утешения.

Понемногу  неистовый  гнев  овладевал Медеей. Не может смириться неукротимый

дух Медеи. Разве может снести  она,  дочь  царя  Колхиды,  сына  лучезарного

Гелиоса,  чтобы  восторжествовали над ней враги ее, чтобы они издевались над

ней! Нет, страшна в гневе Медея,  месть  ее  должна  быть  ужасна  по  своей

жестокости. О! Медея отомстит и Ясону, и Главке, и отцу ее Креонту!

   Все   клянет  Медея  в  неистовом  гневе.  Она  проклинает  детей  своих,

проклинает Ясона. Страдает Медея и молит богов, чтобы отняли сразу они у нее

жизнь ударом молнии. Что, кроме мести, осталось ей  в  жизни?  Смерть  зовет

Медея,  это будет концом ее мучений, смерть освободит ее от горя. За что так

жестоко поступил с ней Ясон, с ней,  которая  спасла  его,  помогла,  усыпив

дракона,  добыть  золотое  руно, которая ради его спасения заманила в засаду

своего брата и убила ради  Ясона  Пелия?  Призывает  Медея  Зевса  и  богиню

правосудия  Фемиду  быть  свидетелями того, как несправедливо поступил с ней

Ясон. Все сильней и сильней решение Медеи отомстить Ясону.

   Но вот приходит Креонт. Он объявляет Медее,  что  она  должна  немедленно

покинуть  Коринф.  Боится Медеи Креонт, он знает, как страшна в гневе Медея,

знает, как могущественны ее чары; ведь она может погубить и дочь его, и  его

самого.

   Медея  же,  чтобы  выиграть  время для мести, делает вид, что подчиняется

Креонту, что признает его право изгнать ее, но просит его лишь об  одном  --

разрешить  ей  остаться  еще  на  один день в Коринфе. Согласился Креонт, не

подозревая, что этим сам обрек себя на  гибель;  но  он  грозит  Медее,  что

предаст  казни  и  ее,  и  ее  сыновей,  если  застанут в Коринфе Медею лучи

восходящего солнца. Медея знает, что казни  ей  нечего  бояться.  Скорее  ее

погибнет  Креонт,  недаром  клялась  она бледноликой богиней Селеной и своей

покровительницей Гекатой погубить своих  врагов.  Нет,  не  она,  а  они  не

избегнут казни. Неужели станет она, внучка бога Гелиоса, посмешищем потомков

Сизифа и невесты Ясона!

   Напрасно  говорит  Медее Ясон, что для ее блага и для блага детей женится

он на Главке, что сыновья его найдут опору в  своих  будущих  братьях,  если

пошлют  ему  боги  детей  от нового брака. Медея не может верить искренности

слов Ясона, она упрекает в измене Ясона и грозит ему гневом богов, не  хочет

она  слушать  его.  Теперь  ненавистен  ей  Ясон,  которого когда-то она так

любила, для которого забыла отца, мать, брата и родину. Разгневанный  уходит

Ясон, а вслед ему несутся насмешки и угрозы Медеи.

   В это время приходит в Коринф, по пути из Дельф в Троисену[1], Эгей, царь

Афин.  Дружелюбно  приветствует он Медею и спрашивает ее, чем опечалена она.

Рассказывает о своем горе Медея и  молит  царя  Афин  дать  ей,  изгнаннице,

забытой  мужем,  приют  в  Афинах.  Она  обещает  Эгею помочь своими чарами,

обещает,  что  он  будет  иметь  многочисленное  потомство,   не   останется

бездетным,  как  до сих пор, лишь только бы дал ей приют. Клянется Эгей дать

приют Медее. Он клянется богиней земли Геей, Гелиосом,  дедом  Медеи,  всеми

богами  Олимпа  --  не выдавать Медею ее врагам. Лишь одно условие ставит он

Медее: она сама должна без его помощи прийти в Афины, так как не хочет  Эгей

ссориться с царем Коринфа.

---------------------------------------------------------------

   [1] Город в Арголиде на Пелопоннесе.

---------------------------------------------------------------

   Обеспечив себе приют, Медея приступает к выполнению задуманной мести. Она

решается  не  только  погубить  Креонта  и дочь его Главку, но и убить своих

детей, детей Ясона. Она посылает свою служанку  за  Ясоном.  Приходит  Ясон.

Покорной  притворяется  Медея,  она  делает  вид,  что  примирилась со своей

судьбой и с решением Ясона, и просит его  лишь  об  одном,  чтоб  он  убедил

Креонта  оставить  в  Коринфе ее сыновей. Приходят и дети. Увидав их, плачет

Медея, она обнимает, целует своих сыновей, она  любит  их,  но  жажда  мести

сильнее любви к детям.

   Но  как  погубить  Главку  и  Креонта? И вот, под предлогом того, что она

стремится склонить Главку оставить  ее  детей  в  новом  доме  Ясона,  Медея

посылает  Главке в подарок драгоценную одежду и золотой венец. Этот-то дар и

несет с собой гибель. Лишь только надела Главка одежду и  венец,  присланные

Медеей,  как  яд,  которым  были  напитаны они, проник ей в тело; как медный

обруч сжимает ей голову  венец.  Одежда  жжет  огнем  ее  тело.  В  страшных

мучениях умирает Главка. Спешит к ней на помощь отец, он обнимает несчастную

дочь,  но  одежда  прилипает  и  к нему. Он старается оторвать эту одежду от

тела, но с нею вместе отрывает и куски своего тела. И Креонт погиб  от  дара

Медеи.

   С  торжеством  слышит  Медея,  стоя  у  своего дворца, о гибели Креонта и

Главки, но их гибель не утолила жажду мести Медеи:  ведь  она  решила  убить

своих  детей,  чтобы  еще сильнее заставить страдать Ясона. Теперь побуждает

Медею решиться на это убийство и то, что она знает, какая участь  грозит  ее

сыновьям,  когда  родственники  Креонта  будут  мстить им за преступления их

матери. Поспешно ушла Медея во дворец и тотчас раздались там крики  и  стоны

ее  сыновей.  Родная мать убила их. Ясон же, когда погибли Креонт и дочь его

Главка от руки жены его Медеи, в страхе, что родственники Креонта  из  мести

погубят его сыновей, спешит к себе во дворец. Дверь во дворец заперта, хочет

взломать  ее  Ясон.  Вдруг  в  воздухе  на  запряженной драконами колеснице,

посланной богом Гелиосом,  появляется  Медея:  у  ног  ее  лежат  убитые  ею

сыновья. В ужасе Ясон. Он молит Медею оставить ему хотя бы тела его сыновей,

чтобы  он  сам  мог  похоронить  их. Но и этого утешения не дает ему Медея к

быстро уносится на чудесной колеснице.

   Безрадостна была вся дальнейшая жизнь Ясона. Нигде  не  находил  он  себе

пристанища  надолго.  Однажды  проходил  он через Истм, мимо того места, где

стоял вытащенный на берег корабль  "Арго",  посвященный  аргонавтам  и  богу

моря,  Посейдону.  Усталый  Ясон  прилег в тени "Арго" под его кормой, чтобы

отдохнуть, и заснул. Когда Ясон спокойно спал, обрушилась корма пришедшего в

ветхость "Арго" и похоронила под своими обломками спящего Ясона.

ТРОЯНСКИЙ ЦИКЛ

   Мифы троянского  цикла  изложены  по  поэме  Гомера  "Илиада",  трагедиям

Софокла   "Аякс-биченосец",   "Филоктет",   Еврипида  "Ифигения  в  Авлиде",

"Андромаха", "Гекуба", поэмам Вергилия "Энеида", Овидия "Героини" и отрывкам

ряда других произведений.

ЕЛЕНА, ДОЧЬ ЗЕВСА И ЛЕДЫ

   Некогда славный герой Тиндарей был изгнан из своего царства Гиппокоонтом.

После долгих скитаний нашел он приют у царя Этолии[1], Фестия. Полюбил  царь

Фестий  героя  и  отдал  ему  в жены свою прекрасную, как богиня, дочь Леду.

Когда великий сын Зевса Геракл победил Гиппокоонта и убил  его  и  всех  его

сыновей,  вернулся  Тиндарей с прекрасной женой своей в Спарту[2] и стал там

править.

---------------------------------------------------------------

   [1] Область на западе средней Греции.

   [2] Главный город в области Лакония на Пелопоннесе.

---------------------------------------------------------------

   Четверо детей было у Леды. Прекрасная Елена и Полидевк были детьми Леды и

громовержца Зевса, а Клитемнестра и Кастор были детьми Леды и Тиндарея.

   Прекрасна была Елена. Ни одна из смертных женщин не  могла  сравниться  с

ней красотой. Даже богини завидовали ей. По всей Греции гремела слава Елены.

Зная  о  ее божественной красоте, ее похитил у Тиндарея великий герой Аттики

Тесей, но братья Елены, Полидевк и Кастор, освободили сестру и вернули ее  в

дом  отца.  Один  за другим приходили во дворец Тиндарея женихи свататься за

прекрасную Елену, каждый хотел назвать ее, прекраснейшую  из  женщин,  своей

женой. Не решался Тиндарей отдать кому-нибудь из приходивших к нему героев в

жены Елену, он боялся, что другие герои из зависти к счастливцу начнут с ним

борьбу  и  возникнет  великая  распря. Наконец, хитроумный герой Одиссей дал

такой совет Тиндарею:

   -- Пусть прекраснокудрая Елена решит сама, чьей женой хочет она стать.  А

все  женихи  пусть  дадут  клятву  в  том, что никогда не подымут они оружия

против того, кого изберет Елена в мужья, а будут всеми силами помогать  ему,

если он призовет их в случае беды на помощь.

   Послушался  Тиндарей  совета  Одиссея.  Все  женихи  дали клятву, а Елена

выбрала из них одного, и этим избранным был прекрасный сын Атрея, Менелай.

   Женился на прекрасной Елене Менелай. После смерти Тиндарея он стал  царем

Спарты. Спокойно жил он во дворце Тиндарея, не подозревая, сколько бед сулит

ему брак с прекрасной Еленой.