Заложники на пляже

Солнце Майами-Бич слепило, превращая океан в расплавленное золото. 16-летняя Кэтти, высокая и нескладная (целых 173 см роста), пробиралась сквозь толпу к своему шезлонгу. Она крепко прижимала к почти голой груди ледяную бутылку воды - единственное спасение от жары.

Внезапный треск автоматной очереди разорвал гул пляжа. Группа мужчин в масках возникла словно из ниоткуда.

- Всем лежать! Лицом в песок, если хотите жить! - проревел рослый мужчина в черном тактическом жилете. Это был Марк.

Кэтти замерла, выронив бутылку. Песок обжигал кожу, когда Марк грубо рванул её за плечо вверх. Холодный металл наручников сомкнулся на её запястьях за спиной с резким щелчком.

- Ты слишком красивая, чтобы просто лежать в пыли, - прошептал он, его голос был странно спокойным на фоне криков.

Он достал рулон синего армированного скотча. Кэтти попыталась что-то выкрикнуть, но широкая лента плотно легла на её губы, обматывая голову.
- Мыы-ыы! - отчаянно замычала она, чувствуя, как липкая основа намертво впивается в кожу.

Марк не сводил с неё глаз, поправляя автомат. Вместо ужаса Кэтти вдруг почувствовала странное оцепенение. Его грубая сила казалась ей сейчас единственной опорой в этом хаосе. Когда он притянул её к себе, удерживая за локоть как живой щит, она не отпрянула, а почти прижалась к его плечу.
- Тихо, Кэтти, - он знал её имя по бирке на пляжной сумке. - Со мной ты в безопасности. Главное - не переставай мычать, чтобы они знали, что ты жива.

Она посмотрела в его глаза через прорези маски и кивнула. Сквозь скотч вырвалось приглушенное, согласное мычание. Полицейские сирены выли где-то вдалеке, но для неё мир сузился до запаха пороха и уверенных рук Марка.

Марк резко утянул Кэтти за бетонную стену спасательной вышки, спасая от палящего солнца и прицелов копов. Девушка паниковала, её грудь судорожно вздымалась, а скованные наручниками руки за спиной онемели. Плотный синий скотч на губах мешал сделать нормальный вдох.
- Тихо, тише, маленькая, - тихо, но твердо скомандовал Марк, заглядывая ей прямо в глаза. - Не хватай воздух ртом, задохнешься. Дыши носиком.

Кэтти замерла, подчиняясь его уверенному тону. Страх внутри неё странно перемешался с полным послушанием.
- М-мм... ммы-ы... - жалобно замычала она сквозь липкую ленту, послушно и медленно втягивая горячий пляжный воздух через нос.- Вот так, умница, - одобрительно шепнул Марк, сильнее прижимая её к себе. - Со мной ты не пропадешь.

Она снова согласно и преданно замычала в ответ, окончательно забыв, что этот человек - её похититель.

Прошло долгих три часа. Солнце Майами уже клонилось к закату, но жара в укрытии оставалась невыносимой. Кэтти сидела на горячем песке, обессиленная, с затекшими в наручниках руками. Синий скотч намертво въелся в нежную кожу лица, стягивая губы.
Марк присел перед ней на корточки, шумно выдохнув, и окинул её оценивающим взглядом сверху вниз. Его глаза задерживались на фигуре девушки.
- А ты держишься молодцом, - хмыкнул он, лениво перебирая пальцами ремень автомата. - И форма у тебя отличная. Какая у тебя спортивная грудь для своего возраста, Кэтти. Настоящая пляжная красотка. Рост, фигура - копы там, небось, с ума сходят, высматривая тебя в бинокли.

От этих слов по телу Кэтти пробежала странная волна - смесь стыда и обжигающего удовольствия. Ей, связанной и беспомощной, это грубое восхищение похитителя казалось сейчас высшей наградой.
- М-мм... ммы-ы-х... - приглушенно и преданно замычала она сквозь скотч, выгибая спину и испуганно-благодарно глядя на своего хозяина.

Неподалеку от Кэтти, прямо на раскаленном песке, лицом вниз лежала другая семья. Солнце за три часа успело превратить их кожу в пунцовую, но пошевелиться они не могли - руки и ноги каждого были намертво стянуты жестким пластиковым крепежом позади спины.

Мать, сорокалетняя высокая женщина, даже в этой жуткой позе выглядела вызывающе в своем неоновом микро-бикини. Она судорожно дергала плечами, пытаясь ослабить путы, и глухо стонала через плотную ленту скотча. Отец семейства лишь бессильно уткнулся лбом в серый песок, изредка хрипя от удушья и жары.

Но тяжелее всех приходилось их 15-летней дочери Эмили. Длинноногая, ростом почти с мать, она лежала чуть в стороне. Её откровенный купальник едва прикрывал тело, а песок уже забился под завязки плавок. Эмили не переставая металась из стороны в сторону, насколько позволяли связанные лодыжки. Из-под черного скотча, намертво закрывавшего её рот, вырывалось самое громкое, отчаянное мычание.

- М-ммм! Ммм-фф! Хммм! - надрывалась девочка, тщетно пытаясь привлечь внимание Марка или кого-то из боевиков, пока слезы прокладывали дорожки по её испачканному лицу.

Один из налетчиков с силой пнул песок прямо ей в сторону:
- Заткнись, малявка, или я добавлю еще пару слоев!

Эмили испуганно сжалась, издав последний, прерывистый хрип, но её тело продолжало мелко дрожать от ужаса и перегрева.

В этот момент 15-летняя Эмили выглядела по-настоящему беспомощной, а её фигура привлекала ненужное, опасное внимание боевиков. Несмотря на юный возраст, при росте 175 см девочка обладала на редкость развитыми, женственными формами и пышным 4-м размером груди. Сейчас, когда её руки были туго стянуты за спиной, а сама она лежала на животе, это лишь усиливало дискомфорт. Тонкие полоски ткани откровенного микро-бикини врезались в кожу, едва удерживая объемы и выставляя её фигуру напоказ перед налетчиками. Песок облепил её вздымающуюся от тяжелого дыхания грудь, а из-под намертво наклеенного скотча продолжало вырываться глухое, надрывное мычание.

Такой экстремальный выбор купальников для матери и дочери объяснялся вполне конкретными причинами:

Особенности фигуры Эмили: Из-за раннего развития и 4-го размера груди любой стандартный подростковый купальник выглядел на Эмили вызывающе. Пытаясь найти трендовую модель на Саут-Бич, где в моде минимализм, она выбрала микро-бикини на завязках, так как его было проще отрегулировать под её нестандартные пропорции.

Культура Майами-Бич: В этой части города царит культ идеального загара без белых следов от лямок. Мать Эмили, будучи высокой и ухоженной 40-летней женщиной, всегда стремилась выглядеть безупречно и модно, поэтому сознательно покупала себе и дочери самые открытые комплекты для ровного загара.

Эффект соцсетей: Перед самым нападением Эмили как раз позировала маме для фото в блог, намеренно подчеркивая свои взрослые формы ради лайков. Никто из них не думал, что через минуту им придется часами лежать на песке под прицелом автоматов в столь беззащитном виде.

Теперь, лежа на раскаленном песке под прицелом автоматов, Эмили испытывала горькое раскаяние. То, что еще утром казалось ей пределом мечтаний - выглядеть взросло, смело и максимально открыто, - превратилось в её главный кошмар.
Вместо восхищенных взглядов ровесников в соцсетях она чувствовала на себе тяжелые, циничные лица бандитов. Тонкие веревочки микро-бикини, которые должны были подчеркивать её пышный 4-й размер груди, теперь безжалостно врезались в кожу при каждом движении. Вся её былая уверенность полностью испарилась. Ей казалось, что её откровенный наряд делает её еще более беззащитной, буквально обнажая её страх перед налетчиками.
Она судорожно пыталась сжаться, уменьшиться, спрятаться в песок, но со связанными руками и заклеенным ртом это было невозможно. Каждое её испуганное мычание «М-ммм!» было наполнено осознанием того, как глупы и опасны были её утренние мечты о взрослой жизни.

Марк медленно подошел к лежащей на песке Эмили и остановился над ней, поигрывая автоматом. Окинув циничным взглядом её фигуру в крошечном купальнике, он ухмыльнулся.
- Ничего себе у тебя сисяндры для пятнадцати лет, - хмыкнул он, бесцеремонно разглядывая её пышные формы. - Вырядилась, как на панель, а теперь ревешь тут.

Эмили от ужаса зажмурила глаза и попыталась отвернуться, но Марк носком ботинка слегка повернул её плечо обратно.
- Не дергайся. С такой фигурой тебе надо было дома сидеть, а не светить ею на весь пляж. Теперь лежи тихо и не мычи, пока я добрый, - лениво процедил бандит, перешагивая через нее.

В один из моментов отчаянного движения, когда 15-летняя Эмили в панике выгибала спину на песке, тонкая, натянутая до предела полоска ткани её микро-бикини сдвинулась в сторону. Из-за пышного 4-го размера груди крошечный топ просто не удержал объем, и у девочки случайно вывалился сосок.

Эмили мгновенно почувствовала это по прикосновению горячего воздуха к обнаженной коже. Ей стало невыносимо, обжигающе стыдно. Обреченно лежа со связанными за спиной руками, она не могла сделать абсолютно ничего, чтобы поправить одежду и прикрыться. Слезы унижения хлынули из её глаз с новой силой, а из-под черного скотча вырвалось глухое, жалобное мычание.

Марк, стоявший рядом, сразу это заметил. Он опустил взгляд вниз и цинично ухмыльнулся, качнув головой.

- Ого, а купальник-то твой явно не рассчитан на такие формы, малявка, - лениво протянул бандит, бесцеремонно разглядывая покрасневшую от стыда девочку. - Растеряла всю свою уверенность?

Марк лениво перевел взгляд с плачущей Эмили на Кэтти, которая покорно сидела рядом в своих наручниках и все так же прижимала к груди бутылку с водой. Он окинул обеих оценивающим взглядом и пренебрежительно усмехнулся
- Хотя знаешь... - протянул Марк, кивнув в сторону Кэтти. - Вся эта твоя дутая роскошь ни к чему. Всё же у Кэтти сиськи получше будут. Аккуратные, подтянутые, глазу приятно. А у тебя, малявка, один лишний шум и паника.

Эмили от унижения и страха лишь сильнее зажмурилась, издавая сквозь скотч глухое, прерывистое мычание. Кэтти же, услышав это сравнение, неожиданно для самой себя почувствовала странный прилив гордости. Она посмотрела на Марка снизу вверх, ища его одобряющего взгляда.
- Сиди тихо, золото, - добавил Марк, слегка потрепав Кэтти по волосам, отчего та едва заметно улыбнулась под своим синим скотчем.

Неподалеку на пластиковых шезлонгах находились еще две пленницы - мать и её 16-летняя дочь Стейси, высокая и стройная девушка ростом 172 см.
Поскольку до налета они загорали топлес, бандиты не позволили им одеться, оставив в одних лишь тонких плавках. Налетчики грубо завели их руки вверх за голову и намертво прикрутили запястья к верхним перекладинам шезлонгов тяжелыми строительными стяжками. Рты обеих были наглухо заклеены плотным серым скотчем.

Стейси, полностью обнаженная, оказалась абсолютно беззащитна перед палящим солнцем и циничными взглядами бандитов. Её открытая, подтянутая грудь высоко и прерывисто вздымалась от накатывающего ужаса, а нежная кожа уже начала гореть от зноя. Она тщетно пыталась пошевелить онемевшими руками, но пластик лишь сильнее въедался в кожу.
- М-мм! Ммм-пф! Хмм! - испуганно и глухо мычала Стейси сквозь клейкую ленту, переводя полные слез глаза на такую же беспомощную маму на соседнем шезлонге.

Марк медленно подошел к шезлонгу Стейси, лениво покачивая автоматом на ремне. Он остановился рядом, сверху вниз разглядывая привязанную к пластиковой раме полуобнаженную девушку, чья грудь испуганно вздымалась от каждого его шага. На его лице появилась издевательская, циничная усмешка.
- Надо же, какая типичная американская школьница, - протянул Марк, бесцеремонно окинув взглядом её беззащитную фигуру. - И как тебе только не стыдно ходить голой у всех на виду? Нацепила одни трусы и думала, что это нормально?

Стейси от унижения и страха попыталась сильнее вжаться в шезлонг, но намертво прикрученные вверх руки не давали ей сдвинуться ни на сантиметр. По её щекам покатились горячие слезы, смешиваясь с песком.
- М-ммм! Ммм-пф! - отчаянно и глухо замычала она сквозь плотный серый скотч, мотая головой в попытке скрыться от его тяжелого взгляда.
- Вот теперь лежи и загорай, раз так хотелось, - лениво усмехнулся бандит, похлопав ладонью по пластиковой спинке её шезлонга.

Вид Кэтти, которая добровольно прижималась к своему похитителю, окончательно сломал оставшуюся волю других заложниц. Стейси и Эмили одновременно охватила настоящая, неуправляемая паника.
15-летняя Эмили, лежащая на животе, начала в ужасе выгибать спину. Её пышная грудь 4-го размера судорожно вдавливалась в горячий песок при каждом движении. Она отчаянно задергала связанными ногами, пытаясь отползти подальше от Марка, но пластиковые стяжки безжалостно врезались в щиколотки. Из-под черного скотча вырывалось глухое, захлебывающееся мычание:
- М-МММ! МММ-ФФФ! МММ! - девочка задыхалась от слез, осознавая свою полную уязвимость в микро-бикини.

На шезлонге Стейси паника выглядела еще страшнее. Привязанная руками вверх, 16-летняя девушка начала метаться всем телом, отчего легкий пластиковый шезлонг ходил ходуном. Её обнаженная по пояс грудь ходила ходуном от бешеного пульса, а клейкая лента на рту натянулась от крика, который не мог вырваться наружу.

- ММ-МФФ! ХММ-МММ! - надрывалась Стейси, тщетно пытаясь вырвать онемевшие запястья из строительных стяжек. По её покрасневшей от солнца коже градом катился пот, смешиваясь с солеными слезами.Обе девочки в один голос мычали от ужаса, понимая, что их откровенный вид и беспомощность делают их абсолютно беззащитными перед вооруженными мужчинами.

От мощного всплеска адреналина и парализующего страха по телам пленниц пробежал мгновенный озноб. На полностью обнаженной выше пояса груди 16-летней Стейси и её 40-летней матери отчетливо и синхронно затвердели соски, резко выделившись на покрасневшей от солнца коже.

Марк, лениво прохаживавшийся между шезлонгами, сразу зафиксировал этот момент взглядом. Он притормозил, опустил ствол автомата чуть ниже и с циничной усмешкой оглядел высокую 172-сантиметровую Стейси, а затем её мать.
- Какая интересная реакция на стресс, - хмыкнул бандит, бесцеремонно разглядывая беззащитных женщин. - Руки привязаны, рты наглухо в скотче, а тела сами всё выдают. Сразу видно, как вам обеим страшно.

Мать и дочь от невыносимого стыда одновременно зажмурились, пытаясь отвернуться, насколько позволяли путы. Их грудь ходила ходуном от бешеного сердцебиения, а из-под серых лент вырывалось лишь сдавленное, прерывистое мычание: «М-ммм! Ммф-пф!».

Звук приближающихся вертолетов береговой охраны разорвал тяжелый пляжный зной. Спецназ ворвался на побережье Саут-Бич стремительно, не оставив налетчикам шанса - после короткой перестрелки банда Марка была обезврежена и уложена лицом в песок.

Для заложников наступил долгожданный момент освобождения. Спецназовцы и медики бросились к шезлонгам, где томили Стейси и её мать. Тяжелые строительные стяжки, намертво удерживавшие руки 16-летней Стейси над головой, были мгновенно перерезаны тактическими ножами. Онемевшие конечности тут же бессильно упали, и девушка со стоном облегчения схватилась за затекшие плечи. Врачи сразу же накинули на её обнаженную по пояс грудь и на плечи её матери плотные спасательные термопокрывала, скрывая их от чужих взглядов и солнца. Сдернутый с их лиц серый скотч оставил красные следы, и Стейси, наконец обретя голос, громко разрыдалась, утыкаясь в плечо подбежавшей матери.

Чуть дальше медики освобождали Эмили и её родителей. Крепкие пластиковые путы на руках и ногах 15-летней Эмили были разрезаны. Девочка смогла перевернуться с живота и первым делом судорожно поправила съехавший топ своего микро-бикини, возвращая на место вывалившийся сосок. Когда с её лица аккуратно сняли черный скотч, она, кашляя от песка и всхлипывая, бросилась в объятия отца. Вся её былая паника вырвалась наружу потоком слез, но теперь это были слезы спасения.

Особого внимания потребовала Кэтти. Когда спецназовец срезал с её запястий стальные наручники и осторожно снял синий скотч с губ, она выглядела полностью дезориентированной. Бутылка с водой, которую она так долго сжимала в руках, наконец покатилась по песку. Вместо радости Кэтти испуганно оглядывалась по сторонам, провожая взглядом арестованного Марка, которого полицейские уводили в наручниках. Её стокгольмский синдром не исчез в секунду - она дрожала и испуганно шептала вслед своему захватчику, пока психолог бережно укутывал её плечи пледом и уводил в сторону скорой помощи.