День 1. Отслойка

Воскресенье. 8:43 утра

Это утро было особенным, не похожим на те, которые он встречал в психиатрической больнице. Рядом с ним нет людей, которые кричат от боли и страха, что их прямо сейчас зарежут или, что гораздо хуже, будут делать уколы. Тяжело ли ему было в больнице с особенными людьми? Но ведь и он был особенным, не так ли? Иногда сам Бог посылает нам, людям, испытания, с которыми мы должны справиться. «Однако на наш выбор Бог не сможет повлиять», — подумал про себя Колл и улыбнулся.

С самого утра солнце струилось яркими лучами прямо к нему на кровать. Такая неопрятная квартира, в которой он почти не убрался вчера, давила на него своей атмосферой. Мир, кажется, снова схлопнулся и остановился именно на этой картинке, где Колл лежал на кровати, и резко в стороне он увидел силуэт. Это была женщина. Взрослая.

Резкое дыхание в затылок заставило его напрячься, будто кто-то, кого он увидел пару секунд назад, уже оказался сзади.

«Колл, держи себя в руках», — пронеслось у него в голове, когда он попытался пошевелиться и убежать с этого места. Снова видения, вновь что-то, что он не может остановить.

Дыхание. Он замер. Поза, которую он принял на кровати, была очень неестественная для отдыхающего человека. Однако за секунду Колл почувствовал оцепенение. Его тело перестало слушаться, ноги словно залили бетоном, само тело опалило током, который будто специально подвели к нему. Закрыв глаза, он увидел картину: женщина, силуэт которой он видел у себя в комнате, показалась ему на секунду знакомой. Однако он давно перестал различать лица, и даже самые близкие друзья не узнавались им. В миг в нос ударил сильный запах затхлости и железа.

Кажется, в эту секунду он открыл глаза, однако они распахнулись в его сон, будто проводя его к себе внутрь, в сознание, которое он пытался скрыть посредством таблеток. Этот мир был абсолютно пустым, однако...

По центру вдруг появилась эта женщина. «Она», — пронеслось у Колла в голове, и, ни о чём не думая, он направился в её сторону.

— Сынок... — мамин голос был всё так же хорош, всё так же ласков и восхитителен. Он всегда считал её иконой, до которой не может и прикоснуться. Казалось бы, родная мать, что особенного? Однако эта женщина и вправду была невероятной. Она мастерски научила его видеть в этом мире нечто, что неподвластно обычному человеку. Примерно по этой причине он оказался в психиатрической больнице: люди не знают, что такое красота на самом деле. Они видят всё вокруг как творение природы, но даже не предполагают, что мы сами можем творить искусство.

Когда-то они гуляли, и эта женщина показала маленькому Коллу, что значит творить по-крупному. На их взор упал человек, который еле-еле держал себя на ногах и расхаживал шатающейся походкой. В тот момент, когда Колл, испугавшись, забежал за маму, она сказала: «Не бойся, Колл, сейчас я тебе покажу, кого надо бояться», — и рассмеялась. Он ужаснулся только от мысли, что мама может с ним сделать, однако та уверила маленького ребенка в том, что поступает абсолютно правильно, так, как велено самим Богом.

Вечер в парке, по которому гуляли только Колл, его мама и бездомная собака, удался. Примерно так и считала она. Отойдя к скамейке, на которую указала его мама, Колл присел и стал ждать «шоу», которое она обещала подарить ему на день рождения.

Хоть сам день рождения не был у него сегодня, мать решила подарить подарок заранее.

Сидя на скамейке, Колл наблюдал, как высокая женщина с тёмными волосами подошла к мужчине. Она действовала быстро и чётко. Так, будто занималась этим всю свою жизнь. Но как она могла, если всё время проводила вместе со своим ребёнком?

Мам... — пронеслось у Колла из уст, когда он увидел, что человек, который раньше ходил, стал падать в мамины объятья. Она всё так же улыбалась, когда притянула того человека к скамейке, на которой велела ждать её сыну.

— А теперь иди за мной и смотри, Колл, — радостно произнесла мама и скрылась вместе с телом человека в густом лесу, который был в центре парка. Медленно идя, маленький Колл был очень осторожен и оглядывался по сторонам, будто кто-то мог бы приехать в эту глушь по своей воле. Он ощутил дрожь по всему телу. Руки стали трястись сильнее, когда в голове проносились плохие мысли. Его мама достала из кармана маску, которую надела на своё новое произведение искусства. Кажется, она что-то ему подсыпала, ведь мышцы человека моментально сократились, и ими можно было двигать как угодно. Выглядывая из-за плеча матери, Колл видел человека, которому мама придала позу, совсем не похожую на человеческую. Руки его сложились вместе, будто он молился, ноги были поджаты, словно он сидел на коленях и просил у кого-то прощения, голова была повёрнута вверх — вывернута шеей вверх. Глаза были выкачены из глазных яблок и выглядели ужасно привлекательно. Такой прекрасный образ заканчивала кровь, которая разлилась по всему телу «молящегося человека», когда мама, улыбнувшись ему вновь, с лёгкостью провела по его шее. Фонтан, который струился прямо из шеи человека, так заворожил Колла, что на секунду он замер.

Закатное солнце сделало своё дело, и солнечные лучи, пробиваясь через алый фонтан крови, стали выглядеть ещё более живописно, нежели мы, люди, привыкли их видеть.

С тех пор мама научила Колла мастерству, которое назвала «железное солнце». Именно ради этого она явилась ему в сознание — напомнить о даре, который передала сыну.

***
Резко проснувшись, Колла обдало холодом. Глаза оцепенели, когда он понял, что мама опять явилась ему во сне. Решив проверить время, он нашёл телефон на прикроватной тумбочке. 10:11. «Кажется, встреча с мамой заняла достаточно много времени», — подумал он и направился на кухню, предварительно оглянувшись и осмотрев все углы комнаты.

Кухня также не радовала своей чистотой: всё, что он сделал вчера, — это лишь убрал мусор со стола и дивана. На большее его не хватило. Медленно открывая кран, он выдохнул, когда увидел, что из него течёт обычная вода.

— Отлично, это всего лишь адаптация моего организма к тому, что я не пью таблетки, — сказал Колл себе и выдохнул, наливая в стакан холодную воду. Выпив её залпом, он встретился со своим отражением в чайнике, которому непроизвольно улыбнулся, и, набрав в него воды, поставил кипятиться. Сегодня ему приходилось довольствоваться малым: его любимая лапша, которая осталась здесь ещё задолго до того, как его отправили в больницу. Он предполагал, что срок годности ещё не истёк, ведь почему-то был уверен, что она была куплена вчера.

На секунду он повернулся в сторону раковины, когда ему показалось, что там есть что-то красное. Какое-то красное пятно, которое он видел ещё вчера. Он замер. По телу прошлись мурашки и озноб, перекрывшие все остальные чувства. Подойдя к раковине и проведя по пятну пальцем, он обнаружил, что это просто вода. Но с каких пор он видел то, чего нет? Подумав, что можно упустить этот момент, он постарался откинуть эти мысли из головы и вернуться в комнату, чтобы наконец записать видео.

— Я снова здесь, мои любимые. На самом деле день прошёл уж очень муторно и необычно. Здесь я попытаюсь говорить всю правду, ведь единственный, кто найдёт эту запись, — человек, который найдёт либо мой труп, либо тот, кто успеет отвезти меня в больницу обратно, — Колл хихикнул в ладошку и посмотрел на пол, где валялись его старые кроссовки, и спросил себя: «Когда же я их уже уберу?» Однако ответа не последовало, ведь он завис и опять увидел ту каплю в раковине.

— Чёрт!! Вы только посмотрите, здесь же красная капля, не так ли?! — он начал кричать в камеру и, взяв её с собой, навёл объектив на каплю, которую увидел. Однако, посмотрев на картинку, он увидел, что это лишь вода. Камера чётко передавала каплю воды, но, отведя камеру, он всё так же видел красную жидкость. Взяв себя в руки, он с тремором установил камеру обратно на штатив и, громко сглотнув, продолжил говорить, но уже с тревожностью в голосе.

— Эм-м-м... В общем, вот такие вещи меня пугают в последнее время. Я всё чаще и чаще начинаю видеть то, чего на самом деле нет. А так... я сегодня снова видел маму, она была как живая. Прекрасная женщина, я ей восхищаюсь. С утра болела голова и было немного не по себе. Однако я решил начать записывать видео днём только из-за этой капли красной жидкости. Я думаю, что вернусь сюда ещё. Надеюсь, встретимся не скоро, дорогие! Ну, пока!

---

Под вечер Колл решил, что вновь хочет поесть, и, увидев в тумбочке макароны, решил их приготовить. Кухня казалась очень тихой без его родителей и сестры. Если бы он только знал, куда они разъехались... С момента попадания в больницу его никто не навещал. Мамы не стало ещё раньше, спустя несколько месяцев после того случая в парке. Он всё-таки остался между Коллом и ней. Предположительно это было убийство, однако никто из родных не говорил Коллу об этом. СМИ писали, что женщину 43 лет убили где-то в районе того же леса, но все запрещали ему смотреть новости. Спустя время он узнал, что это была его мама. Отец уехал после смерти мамы на заработки, оставив Колла с сестрой жить вдвоём. Конечно, он обеспечивал детей, однако до сих пор остаётся загадкой, почему его не лишили родительских прав. Дикость. А сестра Колла уехала сразу же, как позволила возможность: у неё появился парень, с которым они съехались, и в итоге она вышла замуж. В общем, Колл сейчас здесь, в этой огромной квартире, один...

Сварив макароны, он тотчас же быстро положил их в тарелку. Открыв холодильник, он почувствовал странный запах, который прям сочился оттуда, пробивая нос. И опять эта капля. Протерев глаза, он ощутил, что в миг его руки стали мокрые. Но он же не мыл их пару секунд назад, тогда откуда?.. Встряхнув руки, Колл посмотрел на полку холодильника, где раньше была капля, однако в этот раз её там уже не оказалось. «Странно», — подумал он и закрыл холодильник, так ничего в нём и не найдя.
— Наверное, это так организм работает на отказ от таблеток, попробую привыкнуть...

И в воздухе опять повисла тишина. Так тихо в этой квартире было только тогда, когда не стало его мамы.

Вот за этим столом, за которым они раньше проводили поминки, он прямо сейчас сидел и ел макароны. Когда-нибудь он возьмёт себя в руки и сходит в магазин. Карточка полна денег, которые скидывает отец. Так что жаловаться он не собирается.

Вечер. 19:23

Колл сидел за столом, уставившись в пустую тарелку из-под макарон. Вкуса он не помнил. Он вообще не помнил, как ел, — просто смотрел на вилку, на тарелку и вдруг понимал, что они уже пустые. Будто кто-то вырезал из его памяти целый кусок времени.

Он провёл пальцем по краю тарелки. Сухая. На ней не осталось ни крошки. «Я вылизал её, что ли?» — промелькнула мысль, но он не мог вспомнить, чтобы наклонялся над ней.

Колл решил, что ему нужно проверить квартиру. Не потому что он что-то искал — просто ему казалось, что если он посидит ещё минуту в этой тишине, что-то случится. Что-то, что он не сможет остановить.

Он встал и прошёл в коридор. Там было темно — он не включал свет, когда шёл на кухню. Теперь он стоял в полумраке и смотрел на дверь комнаты сестры.

Закрыта. Она всегда была закрыта. Он не заходил туда с тех пор, как она уехала. Даже когда убирался вчера, он просто провёл шваброй под дверью, не открывая её. Ему казалось, что если он откроет, то увидит там не пустоту.

А что он мог там увидеть? Мебель. Вещи. Пыль. Ничего страшного.

Но он не открывал.

Колл сделал шаг в сторону комнаты, но в этот момент из ванной донёсся звук. Тихий, но чёткий. Капля. Одна. Потом вторая. Он замер и повернул голову к ванной. Дверь была приоткрыта — буквально на пару сантиметров. Он не помнил, оставлял ли её открытой. Ему казалось, что он закрывал, когда утром умывался.

Он пошёл туда.

Ванная. 19:31

Колл толкнул дверь, и она медленно отворилась, издав тихий скрип. В ванной было темно, но через матовое окно пробивался уличный свет — серый, болезненный.

Он подошёл к раковине и посмотрел на неё. Сухая. Никаких красных пятен. Он повернул кран — полилась чистая вода.

Но он чувствовал запах. Тот самый. Железо. Слабое, почти незаметное, но оно было здесь, в воздухе. Он зажмурился и потряс головой, будто пытался стряхнуть его с себя.

— Нет, — сказал он вслух. — Это просто трубы. Старые трубы. В этом доме всегда пахло...

Он не договорил. Ему показалось, что за его спиной в зеркале что-то мелькнуло. Он резко обернулся — никого.

Тогда он снова посмотрел в зеркало.Сначала он увидел себя. Уставшего, бледного, с тёмными кругами под глазами. Волосы торчали в разные стороны. Он выглядел так, будто не спал несколько дней, хотя проспал почти десять часов.

А потом он заметил дверь. Не ту, в которую он вошёл, а дверь ванной, которая была за его спиной. В отражении она была открыта. Так же, как он оставил.

Колл медленно повернулся. Дверь была закрыта. Наглухо, до щелчка.
Он перевёл взгляд обратно на зеркало. В отражении дверь всё ещё была открыта.

Он смотрел на себя, на открытую дверь за спиной, и чувствовал, как начинают дрожать руки.— Всё в порядке, — прошептал он. — Это игра света. Просто игра света. Он подошёл к двери, открыл её и вышел, не оглядываясь. И закрыл за собой. На этот раз плотно.

Гостиная. 20:15

Колл включил свет во всей квартире. Везде. Даже в туалете. Теперь не было ни одной тёмной комнаты. Свет горел повсюду, будто он готовился к осаде.

Он сидел на диване и листал ленту телефона — новости, фотографии, мемы. Всё казалось чужим, будто он смотрел на жизнь с другой планеты. Он понимал шутки, но не смеялся. Читал новости, но не запоминал их.

Пальцы сами открыли галерею. Он долго листал старые фотографии, пока не наткнулся на ту, где мама держала его за руку в парке. Он был совсем маленьким. Она улыбалась в камеру, а он смотрел куда-то в сторону.

В сторону леса.

Колл задержал взгляд на этой фотографии и почувствовал, как внутри начинает подниматься что-то тёплое, почти живое. Он провёл пальцем по экрану, касаясь её лица.

— Зачем ты это сделала? — прошептал он. — Зачем ты меня научила?

Фотография не ответила. Но ему показалось, что её улыбка стала чуть шире.

Он убрал телефон и лёг на диван. Свет включён. Везде. Дверь ванной закрыта. Дверь комнаты сестры закрыта. Всё под контролем.

Он закрыл глаза и постарался уснуть.

Ночь. 23:47

Колл не мог уснуть. Он лежал с открытыми глазами, глядя в потолок, где прямо над люстрой вилась тонкая трещина. Он заметил её ещё днём, но сейчас она показалась ему длиннее.

Он прищурился. Точно, она стала длиннее. Или нет? Может, он просто слишком долго на неё смотрел?

Он хотел встать, чтобы проверить поближе, но в этот момент услышал звук. Знакомый, но чужой одновременно. Дыхание. Тихое, ровное, будто рядом с ним кто-то спал.

Он резко повернул голову в сторону — на кровати рядом с ним никого не было. Но он чувствовал присутствие. Кто-то стоял в углу комнаты. Он не видел, но знал — так же, как знал свой собственный запах. Это была она.

Колл не поворачивался. Он лежал и смотрел в потолок, на трещину, и чувствовал, как его тело застывает.

— Ты здесь? — прошептал он.

Никто не ответил. Но дыхание стало чуть глубже.

— Зачем ты пришла?
Ответа не последовало.

Я не хочу тебя видеть, — сказал он, но голос дрожал. — Я хочу, чтобы ты ушла.
Дыхание стало ближе. Он чувствовал, как воздух в комнате стал холоднее, будто кто-то открыл окно. Но окна были закрыты.

Он закрыл глаза и сжал зубы.

— Мама, пожалуйста...

И в этот момент он услышал голос. Тёплый, ласковый, как в детстве. Как в том воспоминании, когда она тянула его в лес:

— Сынок... ты же знаешь, я не могу уйти. Я здесь, чтобы напомнить тебе, кто ты есть.

Колл сжался в комок и уткнулся лицом в подушку.

— Я не хочу, — прошептал он. — Я не хочу быть таким.

— Но ты уже такой, Колл. Ты всегда был таким. Я просто показала тебе, что можно не бояться.

Он зажмурился изо всех сил. Когда он открыл глаза, в углу никого не было. Но воздух всё ещё пах железом.

Он не спал до самого утра.