Глава 19: Особые (и бесполезные) навыки
Литературный клуб приступил к написанию первого драфта сценария. Формально это уже выходило за рамки договорённостей с поварами, но работа всё-таки оказалась в надёжных руках: за дело взялись профессионалы своего направления. Оставалось лишь надеяться, что никто не станет слишком часто произносить запрещённое слово «готовка».
А всё благодаря Какуро, который закрутил задумку так, что с первого взгляда было совершенно непонятно, чем она собиралась обернуться: историей любви, рассказом о чести или давним противостоянием. Идея у него была довольно хитрая. Он раздал девочкам разные аннотации, чтобы каждая придумала для протагониста совершенно иной вариант героини. В голове Какуро сюжет должен был меняться в зависимости от того, какой путь в итоге выбирал игрок.
И девочки не заставили себя ждать. Всего за пару дней они успели придумать персонажей, их характеры и короткие предыстории. Последнее слово за всеми четырьмя историями оставалось за Коди.
Первой принесла работу Сатоми.
— Я... подготовила первый сценарий для моего героя. Проверьте, пожалуйста, — неуверенно произнесла она и протянула рукопись.
Сатоми, как обычно, сомневалась в собственной работе сильнее, чем того заслуживала. Текст, напротив, оказался практически безупречным: чистый, аккуратный и почти лишённый даже логических ошибок. Зная всю ситуацию и пообещав парням никого не выдавать, она аккуратно вписала в историю нужную тематику.
Зато характер Сатоми остался узнаваемым до последней строчки. Её героиня получилась замкнутой, скрытной и явно хранила несколько тайн, которые раскрывать сразу никто не собирался. Судя по всему, ребятам ещё предстояло немало времени разбирать её мотивы и искать скрытый смысл в каждом поступке. По крайней мере, в писательском вкусе Сатоми не изменяла себе.
Следующей пришла Мариэль с её работой.
— Я всё же не успела первой... Ой. Я это вслух сказала? В общем, вот моя история. Уверяю, это самая лучшая любовная история.
Никто и не думал сомневаться в мастерстве президента литературного клуба и по совместительству редактора. Текст был отполирован до блеска: идеальные абзацы, безупречная структура и тот самый аккуратный почерк, который сразу выдавал человека, способного часами исправлять одну лишнюю запятую.
Сюжет, правда, оказался куда менее неожиданным. Героиня представляла собой классический образ влюблённой девушки, которая буквально теряла всякое самообладание рядом с протагонистом.
Коди читал историю легко и без особых затруднений. А вот Харли несколько раз прерывался, чтобы то рассмеяться, то просто уставиться в текст с выражением человека, который не до конца понимал, что именно сейчас произошло с персонажем.
Впрочем, большинству история понравилась. Какуро и вовсе назвал её наиболее близкой к популярным визуальным новеллам. Так что за проделанную работу Мариэль вполне заслуживала похвалы. По крайней мере, с точки зрения исполнения к ней было практически невозможно придраться.
Следом появилась Юки.
— Вот моя история. Постаралась сжать её как могла. Если будут претензии или просьбы переписать — убью.
Темное фэнтези и слешеры всегда оставались её излюбленным жанром, поэтому никто не удивился, увидев в рукописи море крови, тщательно расписанные сцены страха и героев с весьма сомнительными моральными принципами.
Диалогов, правда, почти не было. Зато описаний хватало с избытком. Юки умела создать атмосферу так, чтобы читатель физически чувствовал тревогу происходящего, а её героиня получилась неоднозначной и явно не делила мир на простых «хороших» и «плохих».
Если бы решение принимала сама Юки, история игры давно превратилась бы в полноценный хоррор. Для портфолио Игронавтов это, возможно, было бы даже интересно. Проблема заключалась лишь в одном: Юки совершенно не умела себя сдерживать.
И наконец настал черёд Эмилии. Самый страшный сон Игронавтов открыл свою рукопись с совершенно невинной улыбкой.
— Я написала самую прекрасную историю запретной любви. Надеюсь, вы оцените.
Отказать Эмилии сразу означало почти гарантированно получить истерику, поэтому Коди решил не рисковать. К тому же сама тема в последнее время пользовалась популярностью, а для разнообразия она вполне подходила. К тому же игроки сами решают какого героя им выбирать.
Была у Эмилии и сильная сторона: её диалоги получались на удивление подробными и живыми. Персонажи действительно разговаривали друг с другом, а не просто обменивались репликами ради продвижения сюжета.
Вот только некоторые описания всё-таки пришлось мысленно отправить в корзину. Слишком уж откровенно она расписывала отдельные сцены. Откуда она вообще это знала?
Собрав все четыре истории, Коди решил сначала самостоятельно разобрать каждую из них, а затем передать готовый материал Какуро, чтобы тот уже мог заниматься рисунками. Разумеется, полностью оставить тексты в исходном виде не получилось.
Некоторые сцены пришлось переписать, отдельные моменты связать между собой, а кое-где аккуратно вернуть сюжет к нужной тематике.
Если бы девочки узнали, сколько Коди изменил в их историях, его, скорее всего, сначала повесили на столбе и сожгли, а уже потом закопали. Но такова была цена репутации.
На редактирование ушло куда больше сил, чем Коди рассчитывал. Даже наличие готового материала не сильно облегчало задачу: параллельно он продолжал программировать, делал домашние задания и, каким-то чудом, ещё находил время играть.
В результате его внутренняя батарейка довольно быстро достигла абсолютного нуля.
Уже в кабинете Коди лежал лицом на столе, а его руки продолжали автоматически нажимать на клавиши.
Луис сидел рядом и долго не мог понять, что произошло с их президентом. Ещё вчера тот хотя бы передвигался самостоятельно, а сегодня выглядел так, словно организм уже официально подал заявление на увольнение. Подобное состояние раньше наблюдалось разве что у Какуро. Правда, тот обычно спасался чашкой кофе. Коди, насколько Луис знал, кофе не пил.
— Народ, у нас, кажется, президент сломался, — наконец сообщил Луис остальным членам клуба.
— Та ладно, пора менять его! — тут же заявил Харли и моментально прикрыл рот. На всякий случай. Мало ли президент США услышал.
— Он много чего переписывал в сюжете для игры, а ещё сильно нагрузил себя учёбой, — объяснил Какуро.
— Да уж, — Луис покачал головой. — Сам всем говорил: «Не перетруждайтесь». А сам пашет больше всех. Что за двойные стандарты?
Какуро подошёл к Коди и осторожно похлопал его по плечу. В ответ из-за стола донеслось едва различимое:
— Slash... if... else... return...
Какуро замер.
— Кажется, он застрял на начальном уровне программирования.
Он осторожно потряс Коди за плечо, но тот даже не поднял головы. Луис и Харли тоже подошли ближе и попытались привести президента клуба в чувство. Результат оказался тем же.
Коди продолжал печатать.
— Такими темпами вся наша игра будет состоять из одного огромного if/else, — мрачно заключил Какуро. — Надо что-то с этим делать.
Именно в эту секунду дверь кабинета открылась, и внутрь вошла Сатоми.
— Ребята, я пришла с исправленной рукописью. Мне не понравился один момент в середине, поэтому я его переписала, — сообщила она, держа в руках аккуратно сложенные листы.
Однако, сделав всего несколько шагов, девушка остановилась. Перед ней стояли Луис, Харли и Какуро, окружившие кресло, в котором Коди практически безжизненно лежал перед компьютером.
Сатоми несколько секунд молча смотрела на эту картину.
— Эм... а что случилось?
— Президента хороним. Хочешь с нами? — совершенно спокойно предложил Харли.
— Он что, умер?! — вскрикнула Сатоми, едва не выронив рукопись.
— Нет, но на одном HP точно держится, — пояснил Какуро и отодвинул Харли в сторону. — Из-за учёбы и проекта он совсем вымотался. А ещё переписывает ваши истории, чтобы подогнать их под игру. Не удивлюсь, если он ещё и сегодня вечером собирался сидеть за компьютером допоздна.
Сатоми нахмурилась и посмотрела на Коди внимательнее.
— Хм... раньше с ним такого не было. Он спокойно успевал и играть, и делать домашнюю работу. Дайте я его осмотрю его.
Парни разошлись, уступая ей место. Сатоми подошла к креслу, внимательно осмотрела Коди, его лицо, руки, экран и даже то, как он держал спину. Наконец она задумчиво кивнула.
— Понятно. Это не полное истощение, а обычное переутомление.
— А разница какая? — не понял Харли.
Сатоми проигнорировала вопрос.
— Эй, Коди! Что ты сейчас делаешь?
— Домашку по информатике... Потом стирка вещей... потом вечером в школу... Папе надо помочь... — сухо пробормотал Коди, практически не отрывая взгляда от монитора.
На экране, однако, совершенно явно был открыт проект. Сатоми медленно повернула голову к остальным. Затем встала, скрестила руки на груди и посмотрела на них с выражением человека, чьи подозрения только что полностью подтвердились.
— И такое часто с ним бывает? — осторожно уточнил Луис.
— Только если он спит меньше восьми часов, — ответила Сатоми. — Обычно у него с режимом всё в порядке. Даже игры он заканчивает вовремя. Его распорядок примерно такой: утром и днём учёба, потом обед, досуг или клубные дела. Вечером — домашние задания и игры. Обычно он ложится до полуночи. В редких случаях может засидеться до часа или двух.
Луис медленно поднял брови.
— Как много ты про него знаешь...
— Но сейчас у него слишком много контрольных, плюс ваш проект, — продолжила Сатоми.. — Поэтому игры он перенёс на поздний вечер. В итоге спит от силы часов пять.
Луис ещё несколько секунд подозрительно смотрел на неё.
— Меня напоминает, — внезапно вмешался Какуро. — Когда я пытался выучить 3D. До сих пор страшно вспоминать.
Харли скрестил руки на груди.
— Ну и что нам теперь делать? Домой его тащить?
— Никакой... домой... проект... важнее... — простонал Коди, продолжая с трудом нажимать на клавиши.
Луис посмотрел на него с недоверием.
— Да ты даже ртом нормально пошевелить не можешь!
Коди больше ничего не ответил. Он лишь продолжил печатать, словно последние остатки жизненной энергии уходили непосредственно в клавиатуру. Сатоми вздохнула.
— Я помогу вам. Однако после этого понадобится кто-нибудь, кто сможет донести его домой.
Все одновременно посмотрели на Харли.
Тот медленно перевёл взгляд с одного лица на другое.
— Эй, чего зыркаете на меня? — возмутился он. — Пусть тогда здесь на диване отлеживается.
Никто не стал спорить. После общего одобрения Сатоми приступила к своему методу. Она подошла к Коди, наклонилась к нему и осторожно убрала прядь волос от его уха. Затем совсем тихо прошептала:
— Коди... дедлайн скоро закончится.
Произошло нечто странное. Коди замер, а затем его глаза широко раскрылись.
— Что?!
Он мгновенно выпрямился в кресле, словно в него только что вставили новую батарейку. Пальцы обрушились на клавиатуру с такой скоростью, что остальные едва успевали следить за движением рук.
— Слеш, фор, вайл, слеш, иф, елс, ретёрн...
— Что с ним происходит?! — вскрикнул Луис, отступая на шаг.
Коди печатал всё быстрее. На экране одна за другой появлялись строки кода. Казалось, ещё немного — и клавиатура просто загорится от перегрева. Харли молча смотрел на происходящее с открытым ртом. Какуро не мог оторваться от увиденного.
— Похоже, он пробудил какой-то новый источник энергии. Словно Супер Сайян! — Какуро внезапно вспомнил про аниме.
— Он вообще человек? — прошептал Луис.
Сатоми же совершенно спокойно наблюдала за происходящим.
— Этому методу меня научила его мама. С его отцом это тоже работает.
— Какому ещё методу? — Луис наконец повернулся к ней.
— Когда Коди слышит слова «дедлайн заканчивается», он моментально набирается сил и старается закончить всё как можно быстрее.
Луис снова посмотрел на экран.
— А он не сделает всё как попало?
Ему действительно было о чём беспокоиться. На мониторе уже появилось столько строк, что код практически заполнил весь экран. Судя по всему, за какие-то тридцать секунд Коди успел написать материала страниц на двадцать.
— Нет, — спокойно ответила Сатоми. — Даже в самых стрессовых ситуациях он сохраняет голову холодной. Так что ошибок быть не должно.
Коди внезапно замер. Последняя строка появилась на экране.
— ГОТОВО! — торжественно объявил президент.
И тут же окончательно отключился. Коди рухнул с кресла прямо на пол. Несколько секунд никто не произносил ни слова.
Ребята присели рядом и осторожно посмотрел на Коди.
— Он... живой? — уточнил Харли.
— Судя по всему. — спокойно ответил ему Луис.
Сатоми задумчиво посмотрела на лежащего Коди.
— Ах да, я забыла сказать. После этого он обычно полностью отключается и какое-то время не может говорить и двигаться.
Прошло около получаса.
Коди уже успел прийти в себя и теперь лежал на диване с бутылкой воды в руках. Сделав несколько глотков, он поставил её на пол и устало посмотрел в сторону Сатоми.
— Спасибо за активацию моего навыка.
— Почему сразу «навыка»? — Сатоми слегка улыбнулась. — Мы же не в какой-нибудь игре. Это всего лишь метод, который заставляет человека вроде тебя работать быстрее. И маму за него не забудь поблагодарить.
Сатоми невзначай улыбнулась ещё раз, после чего перевела взгляд на остальных. Луис, Харли и Какуро уже успели увлечься новой темой и что-то оживлённо обсуждали.
— Если у Коди есть какие-то навыки, значит, наверняка и у меня есть, — задумчиво заявил Харли.
— Конечно, — саркастично отозвался Луис. — Навык под названием «Прогуляю-ка урок, кто заметит?».
— Это скорее пассивный навык. Мне нужен активный, как у Коди.
— Вообще-то это...
— Так, не разговаривай, — тут же перебила его Сатоми. — Ты и так еле восстановился. Тебе нужно молчать и отдыхать.
Коди послушно замолчал. Харли тем временем уже придумал очередную способность.
— А если назвать её «Щас размажу всех к чертям!»? Навык активируется, когда мне хочется с кем-нибудь подраться. А если противник — Такеши, мои характеристики увеличиваются втрое.
— Сказал человек, который сбежал, когда его пыталась догнать толпа спортсменов из соседней школы, — невозмутимо вставил Луис, идеально выбрав момент для комментария. Харли замер. Впервые в жизни.
— Ну знаешь... один в поле не воин...
Он отвернулся и поправил очки, старательно изображая человека, которому совершенно нечего скрывать.
— Я тоже придумал себе навык, — подключился Какуро. — Он будет называться «Чёткое изображение». С его помощью я смогу рисовать быстрее и точнее.
— Та ну, такая же фигня, как у Коди, — фыркнул Харли. — Возьми лучше «Залью вас всех чёрной краской». В экстренной ситуации ты поливаешь обидчика краской и убегаешь.
— Я тебе что, осьминог? — возмутился Какуро. — Зачем мне такой жестокий навык?
— Хорошо, тогда заменим. «Я позвоню своей маме». При активации появляется твоя мама.
— Это уже совсем стыдоба!
Какуро закрыл лицо руками, скрывая внезапно вспыхнувшее смущение.
— А если добавить фотографическую память? — неожиданно предложила Сатоми, стоявшая неподалёку. — У тебя она очень хорошо развита.
Харли тут же оживился.
— Точно! Тогда навык будет называться «Я вас запомнил, хейтеры». Какуро запоминает, как выглядят его хейтеры, и потом рисует с ними всякую...
— ХВАТИТ МНЕ ПРИДУМЫВАТЬ ТАКИЕ ГЛУПЫЕ НАВЫКИ!
Какуро окончательно сорвался и принялся колотить Харли кулаками. Атака была стопроцентной. Урон — нулевой. Харли лишь прикрыл голову руками и продолжил смеяться, пока Какуро безуспешно пытался пробить его защиту.
Когда очередная битва почти сошла на нет, Сатоми перевела взгляд на Луиса. Тот сидел чуть поодаль и задумчиво вертел в руках свой двадцатигранный дайс.
— А какой навык ты придумал себе, Луис?
Луис поднял голову. Парень подкинул дайс в воздух, ловко поймал его и раскрыл ладонь перед девушкой.
— Мой навык будет связан с этим дайсом. Когда я подбрасываю дайс, выпавшее число показывает вероятность успеха какого-нибудь события. Прям как в настолках.
— Единица выпала, — увидела цифру Сатоми.
Его удача плюс цифры ниже десяти гарантировано дают провал.
— Да блин, опять критический провал! Я ведь был уверен, что правильно держал дайс.
— О, это мой любимый момент, — довольно заявил Харли.
Он уже успел перехватить Какуро и держал его под мышкой, время от времени грубо взъерошивая ему волосы.
— Когда у Луиса выпадает меньше десяти, с ним обязательно случается что-нибудь странное. Или он сам себе наносит урон.
— Что за бред? — возмутился Луис. — Навыки не работают против своего исполни...
Он сделал шаг назад и тут же нечаянно ударился ногой о деревянную перекладину дивана. Харли победно ткнул пальцем в его сторону.
— Вот видишь! Назовём этот навык «Абсолютная не/удача». И срабатывает он каждый раз, когда ты бросаешь дайс.
— Ещё чего! — Луис поднял двадцатигранник. — Вот сейчас брошу и выпадет двадцатка.
— Тогда вся школа взорвётся от такого события.
— Так навыки не работают!
Спор между ними вспыхнул с новой силой.
Тем временем Какуро, наконец освобождённый из хватки Харли, лежал на полу почти без сил после нескольких подзатыльников и пытался привести в порядок волосы.
Сатоми наблюдала за происходящим со стороны с выражением человека, который уже перестал пытаться понять, как именно разговор о навыках превратился в очередную катастрофу.
— У вас, как всегда, весело и шумно, — негромко заметила она.
Девушка подошла к столу Коди и только теперь обратила внимание на оставленные там рукописи.
Несколько страниц были покрыты подчёркиваниями, пометками и исправлениями. На полях красовались комментарии, некоторые абзацы были переписаны практически целиком, а между отдельными сценами явно обнаруживались сюжетные несостыковки.
Сатоми пролистала несколько страниц, затем тяжело вздохнула. В писательстве Коди действительно разбирался не слишком хорошо. Особенно когда дело доходило до прописывания историй.
Она собрала все рукописи в одну стопку.
— Если тебе нужна помощь с сортировкой и редактированием истории, мог бы просто сказать мне. Не обязательно было мучиться самому. Ты так себя до ручки доведёшь.
— Нам скоро показывать игру Шону, а ещё не всё готово, — тихо ответил Коди, протирая очки.
Теперь, когда он немного пришёл в себя, голос звучал лучше, но усталость всё ещё отчётливо слышалась в каждом слове.
— Всё навалилось одновременно: учёба, игра, вечерние посиделки и переписывание сценария. В итоге я просто потратил всю энергию и ману.
Сатоми покачала головой, но спорить не стала.
— Я помню про ваш договор. Если разрешишь, я перепишу историю так, чтобы устроить и поваров, и наш клуб. Девочки ничего не заметят. И обещаю никому вас не выдавать.
Она слегка приподняла стопку рукописей.
— Считай, это мой дружеский навык: «Сатоми всегда поможет».
Коди впервые за последние полчаса заметно расслабился.
— Спасибо, подруга, — спокойно сказал он, повернувшись к ней. — С меня милкшейк и любой десерт на твой выбор.
Сатоми задумалась буквально на секунду.
— Ого. А мне нравится такая плата за мой навык.
Она забрала рукописи и направилась к выходу. Когда дверь за ней закрылась, Коди наконец откинулся на спинку дивана. Впервые за весь день ему показалось, что хотя бы одна проблема действительно исчезла.
И его внутренняя шкала энергии наконец перестала мигать красным.