9. Давай мы с тобой сыграем в прятки...

Домой я попала ближе к полуночи, не в силах оторваться от Димы, а он от меня. Заглушив рёв мотора байка, мы ещё долго сидели возле двора на байке. И целовались. Одинцов ловил любую возможность, чтобы сорвать с моих губ такую желаемую награду. А я и не была против, очень даже за.

- Дим. - он обвил меня руками вокруг талии, заключая в кольцо объятий и не откликался. - Дима, нужно идти. Мне, точнее нам, завтра в школу.

- Малыш, я не хочу тебя отпускать. Давай ещё пять минуточек.

- Солнце, но мы же увидимся завтра. - я убираю его руки и чмокаю в щёку. - До завтра.

Он обиженно глядит вслед, как будто я забрала у него конфетку. В окнах дома горит свет. Я глубоко вдыхаю , выдыхаю, отхожу на пару метров, разворачиваюсь и подбегаю к нему и, обхват в руками за шею, на последок целую жарко и отчаянно. Дима отвечает и прижимает меня к себе ещё ближе. Однако, это не длится долго и я первая отстраняюсь.

- Добрых снов тебе. Напиши мне, как доберёшься домой, чтобы я не волновалась, ладно? - он кивает, надевает шлем и, отсалютовав правой рукой, заводит байк и срывается с места, скрываясь в манящей темноте ночи.

***

Как и ожидалось, с утра я проспала. Проснулась за пару минут до начала второго урока. На телефоне было несколько пропущенных, но я носилась по дому с криками о том, что меня пристрелит классный руководитель. Однако, когда я добралась в школу к третьему уроку, никто даже не удивился моему появлению. Я извинилась за опоздание и тихо шмыгнула за свою парту.

Меня вызвали к доске и я пытаясь собраться, рассказывая по новую экономическую политику СССР. Учительница внимательно слушала, кивала и, довольная ответом, поставила пятёрку.

- Видела Одинцова сегодня? Он приехал в школу раньше обычного, довольный- предовольный, не то, что вчера. - Алина тихо переговаривалась со своей лучшей подругой, а я навострила уши. - Носился, как разьярённый волк, вон, даже к Талловой приколебался. Хотя её он донимает постоянно. У них же это, типо война. - её подруга понимающие хмыкает, а я качаю головой. Им что, заняться больше нечем, кроме как обсуждать Одинцова?

- Алин, а как у тебя с... Ну, ты сама поняла с кем.

- Ой, Лиза, не спрашивай. - Алина записывает что-то в тетрадь, таким образом уходя от ответа.

Трель звонка звучит неожиданно быстро, я даже не успеваю оглянуться. Собираюсь и отправляюсь в столовую, намереваясь угомонить свой вредничающий желудок. Перемена после третьего урока длится двадцать минут и предназначена для перекуса средней школы и старшеклассников.

Я с непередаваемым удовольствием уминаю творожную запиканку, когда мои глаза закрывают широкие ладони. Улыбка моментально расцветает на лице.

- Угадай, кто? - я слышу довольный и бодрый голос Димы и сердце начинает биться сильнее.

- Хм... Может, Серёжа? А, нет, нет, знаю, ты Вася! Точно, Вася! - не сдерживаюсь, я прыскаю со смеху и он, убирая руки, мимолётом целует меня в губы и устраивается рядом, глядя обожающим взглядом. Я не хочу смотреть вокруг, потому как знаю, что все пялятся, не в силах поверить своим глазам.

- И тебе привет, малая. - Одинцов выхватывает с моей Вилки кусочек запеканки и в блаженстве прожёвывает. - ты что, от меня с утра пряталась? А я тебя нашёл и требую награду.

- Ага, пряталась. В кровати, в царстве Морферя. - он смотрит на меня обескураженно, а я накалываю на вилку ещё один кусочек запеканки и поднимаю в воздух. - Не смотри так на меня, это ты во всём виноват. - и творог отправляется мне в рот.

Сидящие за соседним столиком девчонки от этой фразы удивлённо переглядываются, наверняка надумав всяких глупостей. Я более чем уверена, что уже на этом уроке каждый в школе будет знать о нас. И за её пределами - тоже. Я чуток наклоняюсь к Одинцову и говорю:

- Всё так пялятся.

На нём надета белая рубашка-поло и чёрные джинсы.

- Тебя это напрягает? - он берёт меня за руку. Я отрицательно качаю головой. - Тогда не обращай ни на кого внимания, ты только моя.

Дима не хотел отпускать меня до самого звонка, но когда я вошла в класс все, как по щелчку, начали глядеть на меня. В воздухе так и летали искры напряжения. Я спокойно прошла к своей парте и села за неё, приготавливаясь к уроку.

- Так ты и Одинцов вместе? - Лиза заставила меня оглянуться на неё. - Неожиданно.

Пожимаю плечами и отворачиваюсь, мне нет никакого дела до того, что другие думают о наших отношениях, а вчера вечером Одинцов чётко и доходчиво мне объяснил, что мы теперь встречаемся. Я, в общем-то, даже не собиралась возражать. Когда тебя целуют пылко, жарко, жадно и до потери пульса, очень трудно вообще что-либо говорить против.

- Лизка, отстань от неё. Всё к тому шло: они либо прибили бы друг друга, либо начали встречаться. - Алина окидывает меня взглядом ледяных глаз. - Главное, что Димка теперь счастлив.

***
День шёл за днём, неделя за неделей, месяц за месяцем. Мы написали итоговое сочинение, успешно получив заветный зачёт, съездили с Одинцовым на новогодних каникулах в горы, я впервые глядела на Эльбрус и думала, на сколько красива и величественна нашла страна. Когда мы вернулись, время до экзаменов полетело ещё быстрее. За два месяца до последнего звонка нам заявили, что мы, как одиннадцатикласскики, обязательно обязаны подготовить прощальный вальс. Я не хотела участвовать во всём этом, у меня почти не было свободного времени на репетиции, но Дима был очень убедителен.

- Я хочу этого, хочу, чтобы все видели, что ты моя.

Я лишь посмеялась, назвав его милым собственником и согласилась.  А что мне ещё оставалось делать? Я вообще заметила странную закономерность: почти никогда не могла отказать ему.

Перед выходом на сцену, я пыталась держать себя в руках, но всё-равно скрыть дрожь ладоней перед Одинцовым не смогла. Он был одет в модный костюм-тройку, гладко выбрит и доволен собой. На мне было лёгкое, нежное и милое небесно-голубое атласное платьице, спадающее чуть ниже колен и открывающее взор на ключицы. Почти месяц я упрашивала сначала папу, а потом и Одинцова, которые были всеми руками и ногами против платья с декольте. Была б их воля, они бы надели на меня паранжу, причём единогласно.

Наш вальс смотрят затаив дыхание, сдерживая рвущиеся наружу слёзы. Я не замечаю никого, кроме Одинцова, уверенно ведущего меня вперёд. Мне, как самой лучшей ученице, претендентке на золотую медаль, предоставляют честь сказать прощальное слово родителям.

Медленно выхожу, беру микрофон, подношу к губам. Делаю глубокий вдох.

- Спасибо вам за всё, мои родные, - нахожу глазами маму с папой.  - Спасиво вам за то, что я живу! - голос хрипнет от подступающих слёз. - За то, что есть вы уменя такие. - я обвожу взглядом всех зрителей и, улыбнувшись, продолжаю. - Я папой с мамой нежно вас зову. - я делаю вздох и чувствую, что дрожу. - Спасибо вам за ласку и любовь, спасибо вам за помощь и терпение. - чувствую, что голос совсем стихает и я чуть ли не шепчу эти слова. - Я повторю вам это вновь и вновь. Я повторю, я ваше  ведь творенье. - несколько секунд, после того, как я заканчиваю стоит звенящая тишина. Я нервно кусаю губы, чувствуя, что щёки становятся мокрыми.

Когда мы уходили с линейки, я плакала и видела, как наворачиваются слёзы в глазах всех родителей. Они проходили через это, знали как это больно и от этого знания им было хуже в тысячу раз. Я не могла поверить, что всё закончилось, что я теперь не буду ждать трели звонка, чтобы отправиться на встречу к Одинцову или на следующий урок, что мне теперь не нужно бегать от класса к классу, что я больше не буду учиться со своими одноклассниками и мы все разлетимся по разным городам. Больше не будет тех беззаботных будней, я никогда не смогу стать маленькой и беру свой единственный билет во взрослую жизнь.  Но что не делается, всё к лучшему, так ведь?

Пору экзаменов я могу охарактеризовать лишь тремя словами: истерики, бессонницы и Одинцов. Он поддерживал меня, когда я ныла о том, что не смогу, не сдам, говорил, что любит меня и просто был рядом. А что ещё нужно для счастья?

Дима держал меня за руку, когда я, дрожащими пальцами пыталась вбить данные, для того, чтобы увидеть результаты. И счастливо обнимал, когда я расплакалась от счастья, узнав, что все эти долбанные одиннадцать лет я пахала как проклятая не зря, что золотая медаль теперь моя по праву и я смогу пройти на бюджет в тот ВУЗ, о котором мечтала.

***

Мы лежали на кровати, прижавшись друг к другу и Димка, закрыв глаза, гладил мою талию сквозь одежду пальцами. Я приподнялась, опершись ему на грудь.

- Одинцов, а представь, что было бы, не забудь я ту ночь?

Он открыл вначале один глаз, затем второй и глянул на меня.

- Мы бы встречались. Как и сейчас. Хотя... - он озорно улыбнулся. - Тогда я был бы не так хорош в поцелуйном деле. - и рассмеялся, гадёныш.

Я потрепала его по волосам, а он, схватив, повалил меня, оказавшись надо мной.

- Ну, и чем мы займёмся?

____________________________________
Эта глава была очень тяжёлой, одной из самых эмоциональных. Особенно момент последнего звонка сильно въелся в мою душу. Я буквально сидела и ныла, пока писала тот момент, а моя кожа до сих пор покрывается мурашками, когда я перечитываю сие безобразие.

Но давайте думать о хорошем: они наконец-таки вместе!!! Завтра ближе к обеду выложу последнюю главу, заодно и ещё кое-что. Подписывайтесь и ставьте лайки, чтобы не пропустить!