День рождения Саши.
Для начала - я не знаю когда у Саши день рождения(если кто знает, напишите, я исправлю), поэтому возьму осень, сентябрь, двадцать третье.
_______________________________
В квартире по обыкновению тихо, не считая кипятящегося чайника, негромко идущего мультфильма - "Гравити Фолз" на телевизоре, который смотрит Паша и мурчания кота Персика рядом с мальчиком. Влад снова пропадал где-то в городе, совсем не желая отвечать на вопрос о том, что он там делает, тем более в субботу. Тем более в эту субботу в восемь вечера. Саша сидел за столом на кухне, ждя пока чайник скипятит воду, листая ленту новостей и переодически отвечая "спасибо" на сообщения с поздравлениями. Двадцать третье сентября, восемь вечера, день рождения Абрикосова.
Шатен не празднует этот праздник, но проводит его с дорогими ему людьми. С родителями, обычно, с бабушкой и дедушкой, но именно сегодня он решил провести его с Владом. Правда, вот, Морок в обед уехал в город. Зато пришли друзья с колледжа, с которыми он просидел до семи вечера. Ну и патруль заглянул.
Вздохнув, шатен встал намереваясь сделать себе чай.
Дверь в квартиру почти бесшумно открылась, в коридор зашёл Владислав, матерясь себе под нос, держа в руках среднего размера букет из ромашек и ещё каких-то небольших разноцветных цветочков, вместе с небольшим чёрным и картонным пакетиком. Сняв обувь и куртку, бывший князь прошёл в квартиру, коротко и тихо здороваясь с сыном, после проходя на кухню и стараясь не шуметь, подходит к любимому человеку со спины. Чёрный пакетик он оставляет стоять на столе и обнимает левой рукой за плечи вздрогнувшего от неожиданного прикосновения, Сашу, коротко целуя в макушку и поднимая чуть ниже его лица букет цветов.
– Банально, но думал тебе понравится. С днём рождения, солнце, – тихим голосом, но не шёпотом, произнёс старший, тогда как лицо факира уже украшала широкая улыбка, а пальцы сомкнулись возле ленты на букете цветов.
– Спасибо, – коротко, но искренне произнёс одно слово Абрикосов, продолжая улыбаться и радоваться одновременно.
– Там, – Влад кивнул головой в сторону стола, на котором в одиночестве покоился чёрный, картонный пакетик. – Ещё подарок, – он не улыбался, но голос выдавал настоящие чувства и эмоции. Младший кивнул.
– Достанешь вазу? – парнишка запрокинул голову назад, укладывая её на плечо голубоглазого. Очаровательная улыбка, сияющие глаза, растрёпанные волосы - в этом весь Саша, как обычно прекрасен.
– Конечно, – вид любимого всё же вызвал у Морока, хоть и слабую, но улыбку и он, отойдя, потянул руку на верх за стоящей на шкафу стеклянной и узорчатой вазой. После забрал у Александра цветы и налив в стекло воды, поставил его на стол, а в него растения.
Шатен вытащил из пакетика небольшую коробочку (в стиле Влада, по обыкновению чёрную, словно у второго жизнь всегда в трауре) и такой же мешочек.
– Кулон, – сказал он себе под нос, доставая эту вещь из мешочка. А после добавил чуть громче, улыбаясь, поворачиваясь к брюнету и доставая вещь из коробочки:
– И ремешок на шею?
– Я подумал что тебе подойдёт, – ответил Морок, кивая и пожимая плечами. Он взял кружку, наливая холодной воды в стакан из под крана. – На руках у тебя уже много чего, а вот на шее - нет, – он повернулся лицом к Саше, делая глоток и сразу же широко улыбаясь.
– Помоги застегнуть, – растерянно просит Абрикосов, уже надевший кулон с тёмно-синем переливающимся камнем, но испытавший трудности с застёгиванием тёмно-коричневого кожаного ремешка.
Влад помог парню застегнуть его, поправляя вещь так, чтобы та прилегала к совсем слабо выпирающему кадыку и всей шеи ровно, после чего отошёл назад на шаг.
– Ахриненно, – выдохнул старший, сглатывая, тогда как на его щеках появился ели различимый румянец, от слегка странноватой мысли в голове.
Саша просто очаровательный. Сидит перед ним по турецки, руки с браслетами на запястьях и кольцами на пальцах были расположены как опора между ног, ремешок на шеи и кулон, серые спортивки, белая свободная футболка, сияющие глаза и улыбка, непослушные волосы.
– Ты просто чудо, Саш.
Александр был счастлив.
В следующий раз Влад подарит ему серёжки, они бы вписались в образ младшего.