Глава 42. Хрупкое перемирие

К закату Себастьян вернулся в таверну с усталым, но решительным выражением на лице. Он молча прошёл в свою комнату, относительно быстро собрал вещи и вскоре был готов к выходу. Обстановка в таверне оставалась напряжённой, сквозь окна вереницей падали последние солнечные лучи, создавая длинные тени на полу.

Элизабет и Оминис стояли у входной двери, наблюдая за тем, как Себастьян завершал свои приготовления. Молчание тянулось, как будто никто не осмеливался нарушить хрупкое перемирие, установившееся между ними.

— Мы готовы? — наконец спросил Оминис, голосом, в котором звучала осторожность.

Себастьян кивнул, избегая прямого взгляда. Он накинул на плечи свою мантию и вышел к ним, держа сумку на плече.

— Да, — коротко отозвался он.

Элизабет, всё ещё чувствуя осадок после утреннего разговора, набралась храбрости и обратилась к юноше.

— Себастьян, может, нам стоит поговорить перед выходом? — предложила она, стараясь, чтобы голос звучал мягко, но решительно.

Себастьян на мгновение замер, его глаза потемнели от внутренней борьбы.

— Сейчас не подходящее время, Элизабет, — ответил он, избегая её взгляда. — Нам нужно двигаться. Чем раньше выйдем, тем лучше.

Ощущая беспомощность, девушка только кивнула, понимая, что любые попытки разговора сейчас могут только усугубить и без того напряженную ситуацию.

— Хорошо, — тихо сказала Элизабет, поворачиваясь к двери. — Пойдём.

Троица в молчании вышла из таверны. Вечерний воздух был прохладным, лёгкий ветерок шевелил их мантии. Дорога впереди казалась не менее мрачной из-за их напряжённых отношений.

Ребята шли вдоль тропы, ведущей к восточным горам на окраине Корнуолла, стараясь держаться вместе, но сохранять достаточную дистанцию друг от друга. В тишине вокруг слышались только тихий шелест листвы и редкие шаги.

— Нам нужно будет ночевать в лесу, — наконец сказал Оминис, прерывая молчание. — До восточных гор мы сегодня не доберёмся.

— Я могу заняться нашим лагерем, — предложила Элизабет, желая хоть как-то отвлечься.

Себастьян кивнул, на этот раз чуть мягче.

— Хорошо, — сказал он. — Я помогу.

Оминис вытащил карту и снова развернул её перед собой, проводя пальцами по рельефу пергамента.

— Нам нужно разбить лагерь на безопасном расстоянии от дороги. Здесь, — показал он пальцем на карте, — есть небольшой овраг, где мы будем скрыты от посторонних глаз. Но сперва нужно найти это место.

Элизабет и Себастьян посмотрели на карту и кивнули, соглашаясь с планом.

Юные волшебники снова двинулись вперёд, стараясь сосредоточиться на задачи и избегая дальнейших споров.

Вечер постепенно углублялся, создавая мрачную атмосферу ночного леса. Трое друзей, наконец, достигли указанного Оминисом оврага, скрытого среди густых деревьев и кустарников. Расслабиться не удавалось, напротив, напряжение рассекало воздух как острый нож.

Элизабет и Себастьян взялись за обустройство лагеря. Девушка начала аккуратно устанавливать палатку, которую они приобрели в деревне, и готовить место для сна, в то время как Себастьян с помощью магии собрал сухие ветки и приготовил всё для разведения обычного, немагического костра.

— Займусь костром, — предложил Себастьян, поднося палочку к собранным веткам.

— Хорошо, — коротко ответила Элизабет, занятая своим делом. Взрослая часть её сознания понимала необходимость фокусировки на задаче, но внутренние чувства не давали покоя.

Оминис стоял в стороне, держа карту перед собой и пытаясь понять, какие угрозы может нести лес.

— Себастьян, может, мне стоит взять первый дежурный пост? — предложил он, закрыв карту и убирая её в сумку.

Себастьян посмотрел на него, чувствуя лёгкое напряжение в голосе друга.

— Не утруждай себя, Оминис. Я могу начать. Элизабет и ты пока отдохнёте, — настаивал он.

— Всё в порядке, Себастьян, — сказал Оминис твёрдо. — Ты тоже заслуживаешь отдыха. Да и мне не помешает немного подумать в одиночестве.

Элизабет взглянула на Себастьяна, чувствуя раздирающие её эмоции.

— Себастьян, — вновь обратилась она к нему с осторожностью, — может, мы всё-таки поговорим?

Юноша посмотрел на неё, замерев на мгновение, но потом вновь отвёл взгляд.

— Нам нужно оставаться на страже, Элизабет, — ответил он, пытаясь избежать дальнейшего разговора. — Мы не должны отвлекаться.

— Мы можем поговорить, не теряя бдительности. Разве нет? — настаивала девушка, чувствуя, как напряжение в её голосе становится всё более явным.

— Эй, вам не стоит спорить, — вмешался Оминис, чувствуя усиливающееся напряжение между ними. — Мы уже здесь, и наша цель — безопасно добраться до Фелдкрофта.

— Да, Оминис прав, — согласился Себастьян, бросая быстрый взгляд на Элизабет. — Давайте просто сосредоточимся на том, что нужно сделать.

Юные волшебники обустроились вокруг костра. Ветки зашумели, когда огонь, наконец, начал разгораться, и их лица осветились тёплым золотым сиянием. Оминис, готовясь к первому дежурству, прислушался к звукам леса вокруг.

— Я на посту, — тихо сказал он, уходя в сторону от лагеря, но оставаясь в пределах видимости.

Элизабет и Себастьян сели около огня, избегая смотреть друг на друга. Напряжённая тишина окутывала их, словно холодный туман.

— Ведь на самом деле... — начала Элизабет, нарушая молчание, но тут же осеклась. Себастьян поднял руку, словно умоляя её не продолжать.

— Позже, — сказал он с горечью в голосе. — Всё будет позже. Сейчас мы просто должны выжить и добраться до цели.

— Хорошо, — ответила Элизабет, почувствовав нарастающую волну злости.

Они продолжали сидеть в тишине, каждый погружённый в свои мысли. Тени деревьев окружали их, оставляя лёгкий привкус непредвиденной опасности. Ночь наступала, и первый привал в лесу проходил под аккомпанемент звуков природы и невысказанных слов.

Путешествие трёх волшебников продолжалось несколько дней, прежде чем они достигли переправы. Долгие часы пути и просторы, встречавшиеся им, сменяли друг друга, пока ребятам не удалось добраться до небольшого поселения рудокопов у подножия восточных гор на окраине Корнуолла. Измождённые, но полны решимости, они радостно остановились на привал в тихом уголке деревни.

— Наконец-то немного отдыха и цивилизации, — вздохнула Элизабет, садясь на каменный парапет у окраины поселения и протирая пот со лба.

— Ты права, — подтвердил Себастьян, присоединившийся к ней с усталым, но удовлетворённым видом. — Нам нужно перевести дух в более комфортных условиях.

— Здесь должно быть безопаснее, чем в лесу, — заметил Оминис, подходя к ним. — И, возможно, у местных жителей найдутся какие-то полезные вещи.

Они окинули взглядом деревушку: расставленные вдоль узких дорожек домики из лучшего корнуэльского камня, возле которых рудокопы сновали туда-сюда, занимаясь делами. Элизабет подошла к одному из стариков, занятому чисткой инструментов неподалёку.

— Здравствуйте, сэр. Мы путешественники и ищем место, чтобы отдохнуть и, возможно, немного запастись провизией. Можете помочь? — вежливо обратилась Элизабет.

Старик приподнял головной убор, окинув их внимательным взглядом.

— Конечно, детишки. Тут неподалёку есть трактир. Там сможете найти еду и ночлег. А что до провизии, то у трактирщика и прикупите всё необходимое, — сказал он, указывая черенком кирки в сторону небольшого здания с вывеской «Волчья нора».

— Благодарим вас, — вежливо ответил Себастьян, делая знак Элизабет и Оминису, следовать за ним.

Оказавшись внутри трактира, они сразу ощутили тёплый, гостеприимный дух этого места. Трактирщик, высокий мужчина с густыми усами, встретил их улыбкой.

— Добро пожаловать, путники. Что привело вас в наши края? — с интересом спросил он.

— Мы путешествуем на восток и ищем место для ночлега, а также немного еды и припасов, — объяснил Себастьян.

— Ну, у нас есть несколько свободных комнат. Расслабляйтесь и чувствуйте себя как дома, — с улыбкой ответил трактирщик. — А за едой и припасами всегда можете обратиться ко мне.

Друзья разместились за деревянным столом в углу, затем заказали еду и напитки, чтобы подкрепить силы. Едва трапеза началась, напряжение между Себастьяном и Элизабет вновь дало о себе знать. Оминис, всегда чувствительный к атмосфере, заметил это.

— Элизабет, Себастьян, — начал он тихо, с заботой в голосе, — возможно, стоит поговорить прямо сейчас. Мы в безопасном месте, и у нас есть немного времени. Пора решить все наши разногласия.

Себастьян опустил голову, изучая свою тарелку, но затем поднял глаза и кивнул.

— Наверное, ты прав, — неохотно согласился он. — Элизабет, что ты хотела сказать в ту ночь в лесу?

Элизабет посмотрела на него, пытаясь подавить волну эмоций, но, чувствуя поддержку Оминиса, наконец заговорила:

— Себастьян, мне... мне просто нужно понять, что происходит. Я чувствую, что между нами пробежала тень недосказанности. Я не хочу, чтобы это мешало нашему путешествию и... — Элизабет не нашла в себе силы, чтобы закончить фразу, и замолчала.

Себастьян вздохнул, будто сбрасывая с плеч невидимый груз.

— Понимаю тебя, Элизабет. И, честно говоря, я тоже много думал об этом. У нас впереди нелёгкий путь, и мы должны быть честными друг с другом. Просто иногда я не знаю, как выразить то, что чувствую.

— Это не просто для нас обоих. Но мы должны попытаться, ради нашего общего дела, — сказала Элизабет с теплотой в голосе. — Я...

Разговор их прервала вошедшая в таверну группа рабочих. Громкие голоса и смех разлетелись по всему помещению, нарушая тишину. Среди них особенно выделялись несколько гоблинов, одетых в кожаные куртки и высокие сапоги, что напоминало форму гоблинских наёмников. Юные волшебники сразу напряглись. Взгляды Себастьяна и Элизабет моментально встретились, полные тревоги и настороженности.

Элизабет нервно прикусила губу, замерев на месте. Она прекрасно понимала, что гоблины могли узнать её. Ведь в прошлом именно она приложила руку к уничтожению Ранрока — главаря крупнейшего восстания гоблинов. Именно за Элизабет и её силами древней магии охотились подручные гоблинов и наёмники Ранрока весь прошлый учебный год в Хогвартсе.

Каков шанс, что они не узнают девушку здесь?

Оминис прислушался к разговорам и быстро оценил ситуацию. Он тихо шепнул:

— Спокойно, не привлекаем к себе лишнего внимания.

Себастьян внимательно следил за входящими гоблинами, готовый в любой момент вытащить волшебную палочку.

— Может, им всё равно на нас? Просто обычные рабочие, — попытался он успокоить остальных, но голос его дрогнул, выдав собственное беспокойство.

Один из гоблинов, заметив их напряжённые взгляды, ухмыльнулся и обратился к трактирщику:

— Эй, хозяин, подай нам эль! День был длинный, и мы жаждем отдохнуть.

Трактирщик, сохраняя спокойствие, быстро налил эль и подал кружки гоблинам.

— Конечно, господа. Расслабляйтесь и чувствуйте себя как дома, — ответил он, делая всё, чтобы не создавать конфликта.

— Нам действительно надо быть честными друг с другом... — Элизабет, стараясь выглядеть непринуждённо, вновь обратилась к Себастьяну. — Думаешь, мы можем не опасаться этих гоблинов?

— Не уверен, но будем начеку, — тихо отозвался Себастьян, не отрывая глаз от группы. — Ночлег у нас есть, главное — не провоцировать. Если что, уйдём до зари.

Гоблины, передохнув и выпив, начали обсуждать какие-то свои дела и больше не обращая внимания на юных волшебников. Но напряжение не уходило. Всё это время Оминис продолжал прислушиваться к их переговорам:

— Они обсуждают свои работы в шахтах. Не думаю, что мы у них на прицеле. Но... лучше не искать неприятностей и стычек.

Наконец, один из гоблинов, заметив неугомонность троицы, бросил им короткий взгляд и произнёс:

— Вы, люди, всегда такие нервные? Прячете что-то под свои столы?

Элизабет быстро сообразила, что всё время держит руку у своего бедра, где прикреплена волшебная палочка, и натянуто улыбнулась:

— Нет, вовсе нет. Просто у нас был напряжённый день, и мы не привыкли к таким шумным местам. Ничего личного.

Гоблин фыркнул, но, к счастью, решил не продолжать разговор. Он вернулся к своим товарищам, предпочитая не вмешиваться в чужие дела.

Когда гоблины, наконец, ушли, оставив трактир в относительном спокойствии, Себастьян облегчённо выдохнул и повернулся к Элизабет и Оминису:

— В любом случае нам стоит уйти отсюда как можно раньше. Это место стало слишком... тесным.

— Согласна, — кивнула Элизабет. — Давайте отдохнём. Утром продолжим путь.

Закончив трапезу и забрав припасы, они поднялись в свои комнаты, понимая, что спокойствие может быть обманчивым.