ГЛАВА V

Туманная глыба поглощала все окрестности, изредка оставляя окошки просвета вдали. Подобная погода была строга в своих нарративах отчего каждый питал надежды остаться в людских норках подольше обычного. Чего не скажешь о вокзалах, - с ними погода не могла справиться и была на скамье проигравших. Сплошная суета окольцовывала местные ларьки, салоны и таверны, и каждый нехотя погружался в этот живой лабиринт. Можно было услышать, с одной стороны, «Часы! Продаются часы! Успейте купить!», а с другой стороны, доходил крик продавца со словами «Покупайте мясо, всего лишь 15 пенни килограмм!» Всякий, кто сталкивался с подобными предложениями, редко отзывался, после чего у покупателей зарождался азарт прикупить чего-нибудь еще, ведь подарки бывают весьма приятными, когда их дарят, в особенности с чужих, ранее неизведанных мест. Пассажиры из поезда агента Кармин не остались в стороне и последовали исследовать новую вокзальную местность.

Мизелла, выйдя из вагончика-ресторана, робко осмотрелась вокруг и после решила согреть холодные руки паром, выходящий из-за рта.

«Нужно найти мистера Бинкли», – подумала служанка.

Интуиция подсказала Мизелле зайти за угол вагона и направиться в сторону второго класса, что она и сделала. Напротив, шли разные слои людей: от молчаливых до улыбчивых, однако каждый думал о своем, не замечая никого рядом. Сквозь небольшую толпу ей показался сюртук томно-синего цвета. Это был не кто иной, как мистер Бинкли. Немного улыбнувшись, Мизелла продолжала следовать за ним, стараясь не выходить из очертания проходящих. Пройдя два вагона второго класса, головорез резко обернулся, затем поспешно вошел вовнутрь. Это была главная задача компаньонки Кармин – выведать конкретный вагон нанимателя.

Вторая являлась не самым приятным занятием, но довольно ответственным. Выбрав момент, когда возле вагонов и вблизи не осталось ни единой души, Мизелла решила действовать: она сняла с себя свое кашемировое изумрудное пальто, под которым была надета тонкая рубашка для сна. Решив, что та слишком длинная, служанка голыми руками разорвала подол рубахи, сократив ее длину. Это было сделано для того, чтобы без проблем забраться под буферы и раскрутить рукоятку винта, чтобы ослабить натяжение сцепки вагона. Она щедро полила замок из паровозной маслёнки и немного подождала, пока масло разъест ржавчину. Затем она ослабила натяжение и едва заметно сдвинула тяжелую петлю на самый край соседнего крюка. Теперь вагон мистера Бинкли казался надёжно прицепленным, и никто бы не заподозрил, что при первом же рывке поезда он останется на путях.

«Осторожнее на дорогах, мистер Бинкли!» - проговорила шепотом Мизелла, и, натянув на себя пальто, исчезла из виду.

***

- Вы слышали новость ранним утром? Вагон из второго класса оказался рассоединенным с другими, и они просто остались на станции города Ливерпуль***, – активно жестикулировала баронесса, стоявши возле вагона.

- Что вы говорите! – Мэделин подошла к соседке по вагону.

— Это ужас, милочка! Какие сцепщики работают на железной дороге! А если наш вагон подобным образом окажется посреди пустоты? Им повезло, что они остались на станции, где есть люди, возможность поменять рейс. А что делать, если мы остановимся посреди пустыни?

- Право, маменька, какая пустыня! В Англии нет пустыни, - возмущался ее сын.

- И то верно, - согласилась американка, - здешняя местность вся в лесах полесьях, а вдруг медведи прибегут, или того хуже, волки? – словно добавляя масло в огонь, удивлялась мисс Вайт.

От услышанного, баронесса громко ахнула и стремительно направилась к главному локомотиву.

- Мисс Петш, не чересчур ли?... – На ухо прошептала Мизелла.

- Я тоже об этом беспокоюсь, Елли, а нам еще нужно доехать. Пускай миссис Мондрич поинтересуется у старшего кондуктора об этом инциденте.

- Нам нужно отдохнуть перед ужином, – предложила Елли, - а ехать до следующей станции два с половиной часа.

- Пожалуй, ты права. А также есть необходимость заполнить дневник.

- Вы ведете дневник? Прошу меня извинить за вторжение в ваш разговор, – поинтересовался молодой юноша.

- Да, воспоминания важны и не все они вмещаются в голове, – после сказанного агент из раздела «Кармин» вошла в свой вагон.

***

Добравшись до Ла-Манш, поезд прибыл до конечной станции Фоклстон-Харбор, который был открыт у самого причала. На дворе стоял пасмурный день, который нагонял еще больше тоску, чем обычно. Распрощавшись со своими соседями по вагону, агент и ее компаньон отправились к пароходу, который должен был доставить их до Булони. Для того чтобы попасть на палубу, следовало пройти станционный контроль, предоставив билеты Эдмонсона. С этим у мисс Вайт и ее служанки не возникло затруднений, ведь она забрала все действующие билеты, которые ей передали в отделе камеры хранения. Пароход состоял из первого, второго и третьего классов, что превращал их в совершенно разные миры.

Каюта, которую предоставили Мэделин, напоминала интерьер элитного отеля: это была маленькая комната с мягкой кушеткой, панели которые были сделаны из полированного красного дерева, на них висели несколько зеркал в золоченных рамах. На полу лежал толстый ковер, который, к сожалению, быстро пропитался запахом угля и оставлял неприятный шлейф каждый раз, когда входили в номер. В центре стоял небольшой столик из дуба полностью сервированный, ожидая прихода временного постояльца – и весь этот внешний вид закрывала большая хрустальная люстра, отдавая кремовым отливом, которая висела прямо над главным столом, изредка покачиваясь от прилива волн.

Уставшая от дороги, мисс Вайт осторожно присела на мягкую кушетку, уставившись в иллюминатор. Похоже, что судно начало убывать от суши, направив курс на противоположный берег. Их водное путешествие займет около двух с половиной часов, и Мизелла, тем временем, открыла тяжелый чемодан, дабы провести утренний туалет для своей наемницы. Чтобы совершить ежедневный туалет, нужны были особые усилия именно на пароходе: волны качали судно, словно пели ему колыбельную, которая перерастала в непрерывный назойливый шум, каюта напоминала маленькую нору, в которой невозможно было развернуться одновременно двум персонам. Все это выглядело довольно нелепо и поистине неудобно, отчего Мэделин всегда отзывалась о плавательном транспорте как о: «неуклюжей лодке с жалким подобием палуб, на которых кое-как держатся мачты». Другое дело, когда разговор заходил о трансатлантических судах: они представляли собой величественные корабли, с могучими парусами, которые из-за сильного порыва ветра развивались, напоминая обычные легкую рвань из непрочной ткани – из-за ветра они становились ущербными, и их плотность меркла перед человеческим глазом. Палубы были обширные, словно из них веяло свободой, порхая над волнами, а каюты строились для пассажиров, кои любили комфорт и пространство.

Для будущей прогулки на горемычной палубе выбор пал на платье каштанового оттенка из тонкой шерсти, а наверх мисс предпочла изумрудный пелисс, который дополнял цветовую гамму. Белокурая девушка решила отложить завтрак в пользу променада, дабы вдохнуть холодный морской бриз несмотря на то, что в одночасье может явиться морская хворь, однако и с этим агент Кармин справлялась – для этого она использовала флакончик с английской солью, которая помогала ей не упасть в обморок. Завершая утренний туалет, Мэделин уделила несколько минут прочтению поэмы Генри Лонгфелло «Песнь о Гайавате». Она традиционно уделяла время поэзии только по вторникам. Перелистывая страницу, где строка: «Если спросите: «Откуда эти сказки и легенды?..» американка услышала, как паровой двигатель задрожал, словно ответил на задуманный автором вопрос.

- Мисс Петш, мне что-то неспокойно, – Мизелла потревожила тишину в каюте.

Кармин оторвала глаза от книги и удивилась ее словам:

- Да? Почему, дорогая?

- Не могу точно сказать, но такое чувство, словно должно вот-вот произойти нехорошее.

- Чувства бывают обманчивы, Элли. – агент Кармин не стала прислушиваться к интуиции своей служанки, - не бери в голову, закажи себе завтрак на свое предпочтение.

Угнетенная Мизелла сделав реверанс, покинула каюту.

Прогуливаясь на палубе, мисс Вайт встретилась с морским ветром, который был весьма неприятный, отчего возникло желание вернуться к себе в номер. Но Мэделин не привыкла сбегать, где было не столь комфортно, как возле камина, поэтому она продолжила свой променад в полном одиночестве, наблюдая за проходящими пассажирами, кои также решились на прогулку. На палубе прогуливались немного людей – практически все они были из кают первого класса, чьи дорогостоящие ткани и теплые накидки кричали о благосостоянии своих владельцев. Она остановилась возле одной из секций ограждающего леера и начала всматриваться вдаль, где находился горизонт. Графиня отметила, что это мог бы быть весьма романтический эпизод, если бы погода и сам сезон были благоприятными для холодных напитков и ажурных зонтиков. Немного погодя, острый глаз агента заметил вдалеке что-то похожее на рыбальскую лодку, которая словно пыталась подплыть к пароходу, но из-за течения и порывистого ветра это было весьма тяжело. То, что было вполне привычно, у нее вызывало некую настороженность.

Вскоре возле молодой графини остановилась пара, которая также принялась созерцать красоту морского пейзажа. На вид им было не более тридцати пяти лет, впрочем, сама мадам была моложе, чем агент могла предположить. Одеты они были весьма скромно, если сказать мягко и с чувством такта, но, если использовать слова широкого спектра.... Русоволосая британка выбрала дешевый хлопковый вельветон и плюш под соболя, - она точно желала выглядеть знатной, но, если бы пошел дождь или даже ураган, этот «мех» сразу стал бы куриным недоразумением, что в последствии было бы пыткой для девушки в передвижении, и это окончательно подтвердило бы все домысли мисс Вайт, также касалось и мужчины, эдакого «барона» с полуутковым жилетом.

«Похоже, что сегодня кошачьи акулы испробуют павлинов на обед». – подумала американка.

Однако Мэделин продолжала следить за тем, как горизонт то отдалялся, то приближался к пароходу, и ей на минуту показалось, что морская природа кокетливо с ней играет, давая ложную надежду на то, что судно сможет приблизиться к небосклону.

Не прошло и несколько минут, как незнакомая парочка начала разглядывать белокурую американку, стараясь не пропустить каждую деталь в надежде обозначить для себя что-нибудь стоящее из такой фигуры, как агент «Кармин». Скрутившись от боли в области живота и со словами «мне дурно», мнимая столбовая дворянка слегка легла на ограждающий трос парохода. Замешкавшись, лысый мужчина, ростом меньше, нежели его дама, пытаясь встать на носочки, дабы разглядеть все положение, обеспокоенно прильнул к ней. Тем не менее, Мэделин не подавала никакого виду, что ей было интересно наблюдать за столь нелепым казусом.

На мгновение двое как две капли воды замерли перед агентом. Почувствовав неладное, она сумела сделать несколько шагов назад перед тем, как притворная барышня развернулась со злым лицом к Мэделин в попытке схватить подол ее юбки. Доблесный рыцарь хотел спохватиться помочь своей напарнице, но неудачно зацепился за металлический столбец, благодаря которому был натянутый трос, отчего потерял равновесие, пытаясь взять спутницу за руку. Видя как те двое на пороге прыжка вниз, Мэделин решила помочь им искупаться в прохладной морской воде, и сделав шаг вперед, она подтолкнула девушку вслед за ее компаньоном. Ни проронив ни единого вопля, они плюхнулись в воду, мгновенно начав карабкаться наверх.

- Что за нелепая затея, господа? - Произнесла Мэделин, после того, как удостоверилась, что возле нее никого из пассажиров нет. - Или вы предпочли личное плавание к другому берегу?

- Я до тебя доберусь, мерзкая тварь! - Пригрозила девушка, дрожа и постукивая зубами.

- Могу даже оставить вам адрес, однако что-то мне подсказывает, что вы знаете, куда я направляюсь. Впрочем, - Мэделин исполниила реверанс, - мне уже пора. Оставляю вас наедине, дабы вы ощутили прекрасный октябрський бриз.

Еще раз пристально осмотревшись по сторонам в надежде, что никто не видел ее, она последовала к ресторану, который находился прямо за углом. Оказавашись на том месте, агент «Кармин» оглянулась назад, чувствуя интерес до тех, кто хотел ее скинуть с парохода, и увидела незаурядную картину, как к ним подплывала непримечательная лодка.

- Я вас искала, мисс Петш, - в тот момент к Мэделин подошла служанка.

- Я же тебе говорила, что хочу прогуляться, - парировала белокурая графиня.

- Вы слегка недоуменны. Что-то случилось, позвольте спросить? - Мизелла очень тонко понимала состояние своей наемницы.

- Нет, - она повернулась к Элле лицом, - я говорила, что чувства бывают обманчивы.

Ее ответ стал весьма непонятным для Мизеллы, однако она последовала за своей наемницей, когда та покинула покинула палубу.