Распределение

Спустя время Троица уже шла по коридорам замка в сопровождении провожающего их человека, которого им приставила администрация Хогвартса. Это был мужчина лет 50. Он что-то монотонно рассказывал, показывая на портреты. Аркадий шёл рядом с ним, не опуская своего подбородка, словно весь Хогвартс должен расстелиться у него под ногами. Полина семенила позади мужчин, а следом медленно шла Надежда, вслушиваясь в слова сопровождающего и рассматривая портреты, которые с интересом смотрели на них и шептали между собой о гостях с Колдовстворца.

Аркадий обернулся, брезгливо бросая взгляд на девушек, и оскалился, рявкнув на русском: «Надежда, шире шаг, или уже думаешь, как бы предать партию и передать информацию своему сбыту?» — он сказал это с издёвкой, давая понять, что любое его слово, написанное в письме к партии, имеет вес больше, чем любая её попытка оправдаться. Но, развязанная чувством свободы и какого-то неуловимого духа Англии, Надежда оскалила зубы и ответила немножечко грубо: «Не твоего ума дела, рыжий, или думаешь, что только из-за статуса твоего папочки тебе тут красную дорожку постелят?» — она сказала это, сверля его взглядом из-под бровей. От резкого тона Чёртовой Аркадий опешил и подавился воздухом, но быстро принял вид, словно ничего не произошло, и отвернулся, бросив на прощание взгляд, обещающий мучительную смерть.

Перед группой волшебников распахнулись массивные двери, открывая взгляд на большой зал со столами факультетов, звёздным потолком, в котором парила пара сотен свечей, и столько же взглядов с разных столов, устремлённых на них. В глубине зала на трибуне стоял высокий седовласый мужчина с длинной бородой в яркой экстравагантной одежде, а за отдельным столом сидели преподаватели. Аркадий переступил порог первым, не в силах подавить хищного оскала от возбуждения и удовлетворения всеобщим вниманием, которое было сконцентрировано только на нём, и выпалил на английском громко и звонко приветствие: «ВАС ПРИВЕТСТВУЕТ МАГИЧЕСКИЙ СОВЕТСКИЙ СОЮЗ И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ!» Зал затих, а затем начал неуверенно, но всё громче аплодировать, от чего Аркадий расплылся в улыбке.

Следом за ним вошла Надежда. Она опустила голову, не желая привлекать много внимания, ей было некомфортно от взглядов, устремлённых на неё, она чувствовала себя словно голой. А рядом с ней встала Полина, которая нервно смотрела по сторонам и краснела от смущения. Сопровождающий вошёл последним и повёл их в глубь зала к трибуне, за которой стоял Альбус Дамблдор. В тот миг, когда троица подошла к директору Хогвартса, он спокойно улыбнулся им и развёл руками, оборачиваясь к залу с учениками, и произнёс речь: «ДОРОГИЕ УЧЕНИКИ, В ЭТОМ ГОДУ ПО ПРОГРАММЕ ОБМЕНА СТУДЕНТОВ К НАМ ПРИЕХАЛИ ТРИ ПРЕДСТАВИТЕЛЯ КОЛДОВСТВОРЦА: АРКАДИЙ ВОЛКОВ, ПОЛИНА ПОЛЕВА И НАДЕЖДА ЧЁРТОВА». На их именах с фамилиями директор чуть замялся, не сильно понимая, как их правильно выговаривать, но из всех сил старался не подать виду. Он развернулся к прибывшим и спокойно продолжил: «Желаете ли вы выбрать себе факультет?» Аркадий натянуто улыбнулся и ответил: «Для нас будет честью, если вы позволите нам выбрать свой факультет на этот год». Альбус одобрительно посмотрел на рыжего парня и провёл его к распределительной шляпе, которая массивным весом опустилась на его голову, скрывая брезгливую гримасу и шипение о испорченной укладке. В голове раздался голос: «О, какой потенциал и амбиции. Ты бы точно отправился на Слизерин, но твой характер... ты не выдержишь драм и скрытых заговоров...» Аркадий скривился и подумал: «Скажи хоть что-то, кусок сальной тряпки». По всему залу разлетелось: «ГРИФФИНДОР!» Аркадий встал, брезгливо поправляя волосы, и с гордой осанкой прошёл к красному столу под аплодисменты других.

Следом за Аркадием шляпа опустилась на голову Надежды, и она сразу услышала голос: «Сколько злости и какой потенциал... тяга к тёмным искусствам. Ох, дитя, ты сама порождение чёрной магии. Я знаю, где тебе будет лучше». На весь зал прогремел голос: «СЛИЗЕРИН!» Раздались сдержанные аплодисменты. Надежда сорвала шляпу с головы и пошла к зелёному столу, споткнувшись по пути и выругавшись на русском. Она села рядом с незнакомыми людьми, спиной к другим столам. А за гриффиндорским столом Аркадий аж побелел от злости, его лицо исказил немой гнев — он не сможет держать Надежду на коротком поводке и всегда под рукой.

Последней, на чью голову опустилась шляпа, была Полина. Она ойкнула, когда шляпа закрыла её глаза и погрузила в темноту. «Какая невинная душа. Ты не хочешь быть частью чьих-то разборок, ты лишь хочешь спокойствия? Хочешь, чтобы всё было как дома?» Полина заёрзала, покраснев от растерянности, не ожидая голоса в голове, и тихо пропищала: «Да, да...» По залу раскатился голос: «ПУФФЕНДУЙ!» Белокурая девушка сползла со стула на ватных ногах и поплелась под аплодисменты к жёлтому столу, где её приняли с улыбкой.