3 голова полукровка

Вика застыла, будто кто-то швырнул в неё заклинание Окаменения. Её пальцы, только что крепко сжимавшие край мантии, разжались, и ткань бессильно скользнула вниз.

- Что?.. - прошептала она, и в этом одном слове было столько всего: и надежда, и страх, и недоверие, которое она столько месяцев прятала за резкими словами. - Ты... ты это серьёзно?

Регрус не отводил взгляда. Впервые он не пытался спрятать то, что творилось у него внутри. Он шагнул ближе, но не так, как делают, когда хотят подавить, - скорее так, будто боялся спугнуть её одним неверным движением.

- Серьёзно, - тихо, но твёрдо сказал он. - Я не с Элией. Я... я вообще не об этом думаю, когда вижу её. Да, я помогаю ей с уроками, потому что знаю, каково это - когда все смотрят косо. Но это не то. Совсем не то.

Вика покачала головой, будто пыталась сбросить наваждение.

- Но ты же всегда говорил, что эти границы важны. Что семья... что твои люди...

Он горько усмехнулся, и эта усмешка была не над ней, а над самим собой.

- Я много чего говорил, потому что так было проще. Потому что легче повторять чужие правила, чем признаться, что они тебе не подходят. Но когда речь идёт о тебе... тут я не хочу притворяться.

Она вдруг почувствовала, как к горлу подступает ком. Все те колкие фразы, которые она бросала ему в лицо, чтобы казаться сильной, теперь казались ей тяжёлыми и ненужными.

- А если они узнают? - почти шёпотом спросила она, кивнув куда-то в сторону тёмных коридоров, где, казалось, прятались тени его прошлого. - Если те, с кем ты связан... если они поймут, что ты выбрал не их сторону?

Регрус медленно протянул руку и осторожно, едва касаясь, взял её ладонь. Его пальцы были тёплыми, но в них чувствовалась дрожь - не страха, а напряжения, как у человека, который долго держал всё в себе и наконец решился выпустить.

- Пусть узнают, - сказал он. - Пусть думают, что хотят. Я не собираюсь прятать то, что чувствую. Ты для меня важнее всех этих ярлыков. И если придётся выбирать между ними и тобой... я уже выбрал.

Вика закрыла глаза на секунду, словно пытаясь удержать слёзы, а потом вдруг резко шагнула вперёд и уткнулась лбом ему в плечо.

- Ты такой дурак, - пробормотала она, и голос её дрожал. - Ты же знаешь, как это опасно.

Он обнял её, крепко, но бережно, будто она была самой хрупкой вещью на свете.

- Знаю, - прошептал он ей в волосы. - Но я устал бояться.

А в это время Элина, ничего не подозревая, всё ещё сидела в библиотеке. Она подняла голову от учебника, будто почувствовала что-то - лёгкий сквозняк, или отголосок чужой эмоции, пронёсшийся по коридорам. Пожала плечами, списывая это на усталость, и снова склонилась над страницами. Она не знала, что прямо сейчас где-то совсем рядом рушились и строились заново чужие миры.

Хочешь, дальше покажем, как эта перемена в отношениях Регруса и Вики начнёт влиять на всё вокруг - может, кто-то из «его людей» заметит, что он отдалился, и это станет первым звоночком беды? Или хочется чуть больше этой редкой, тихой близости между ними, прежде чем тени прошлого постучатся в дверь? 😊Вика лейсредж регрус ты с этой Элина гилберт она же полукровка
Регрус нет с чего ты я не с НейВика отшатнулась, будто эти слова обожгли её. Её пальцы судорожно вцепились в складки мантии, а в глазах мелькнуло что-то похожее на испуг - не от страха, а от внезапной, острой боли, которую она не успела спрятать.

- Ты... ты говоришь это только потому, что я начала про неё? - голос Вики дрогнул, и она тут же попыталась вернуть себе прежнюю твёрдость, но вышло хрипло, надломленно. - Потому что я тебя задела, и ты теперь бросаешься словами, лишь бы я замолчала?

Регрус шагнул к ней, но тут же замер, будто сам себя одёрнул. Он стиснул зубы, и на скулах вздулись жёсткие желваки.

- Нет, - отрезал он, и в этом «нет» не было ни капли бравады. Только голая, неудобная правда. - Я говорю это, потому что не могу больше носить это внутри. Ты... ты для меня всё. А Элина... она просто девочка, которой тяжело. И да, я ей помогаю. Но не потому, что она мне нужна. А потому, что знаю, каково это - стоять посреди зала, когда все смотрят и шепчутся.

Вика покачала головой, будто пыталась стряхнуть эти слова, как капли дождя.

- Но ты же сам из них, Регрус! Ты Блэк! В твоей семье за одно слово в защиту полукровки выжигали лица с гобеленов. Ты сам мне рассказывал, как твой отец говорил...

Он резко выдохнул, и в его взгляде промелькнула такая горькая усмешка, что у Вики защемило сердце.

- Да, я Блэк, - тихо, но твёрдо произнёс он. - И это имя давит на меня каждый день. Оно как ошейник, который я не могу снять. Но оно не должно решать, кого я могу любить. Я не хочу быть тем Блэком, о котором шепчутся в коридорах. Я хочу быть тем, кто просто стоит рядом с тобой и не даёт тебе бояться.

Он сделал ещё один осторожный шаг и тихо добавил:

- И если ради этого придётся сломать что-то внутри себя... я сломаю. Только не проси меня притворяться, что мне всё равно.

Вика закрыла глаза, и одинокая слезинка всё-таки скатилась по щеке - она быстро смахнула её, будто стыдясь этой слабости.

- Ты не имеешь права так со мной поступать, - прошептала она, но уже без злости, скорее с отчаянием. - Ты не можешь сказать такое и ждать, что я просто... поверю.

- Я не жду, - спокойно ответил он. - Я прошу дать мне шанс доказать. День за днём. Пусть не словами. Пусть просто тем, что буду рядом. Даже когда будет страшно. Даже когда они начнут шептаться громче.

Она наконец подняла на него глаза, и в них было столько тревоги, столько надежды, что Регрусу вдруг стало нечем дышать.

- А если они придут за тобой? - почти беззвучно спросила она. - Если те, с кем ты связан... если они решат, что ты предал их?

Он медленно протянул руку и осторожно, едва касаясь, провёл пальцами по её ладони.

- Тогда я буду стоять между ними и тобой, - просто сказал он. - Сколько смогу.

В коридоре вдруг стало тихо - даже сквозняк, гулявший по каменным плитам, будто замер, прислушиваясь. Вика глубоко вздохнула, будто собираясь с силами, и вдруг крепко сжала его пальцы.

- Ладно, - тихо сказала она. - Один день. Просто... будь сегодня только моим. Без всех этих теней.

Регрус чуть наклонил голову, и впервые за долгое время в его глазах не было этой привычной ледяной отстранённости.

- Сегодня - только твой, - пообещал он.

А где-то в библиотеке Элина вдруг замерла над страницей учебника, будто почувствовала внезапный холод, скользнувший по спине. Она подняла голову, вглядываясь в темноту у входа, но там никого не было. Только тени играли на стенах, сплетаясь в причудливые узоры. Она покачала головой, списывая всё на усталость, и снова уткнулась в книгу. Она не знала, что прямо сейчас рушились и строились заново чужие миры - и что эхо этих перемен рано или поздно долетит и до неё.

Хочешь, дальше покажем, как эта хрупкая близость между Регрусом и Викой столкнётся с реальностью - например, кто-то из Пожирателей смерти заметит, что Регрус слишком часто бывает рядом с Викой, и это станет первым тревожным звоночком? Или хочется ещё немного этой тишины, где им можно просто быть друг с другом, не оглядываясь на весь остальной мир? 😊