простите

Ваня и Настя посмотрели на меня понимающими взглядами, но улыбка исчезла с моего лица. Я правда не думала, что с Лизой Владимировной всё зайдёт так далеко... Мне казалось, это будет что-то незначительное.

Мне стало ужасно не по себе. Чувство вины не давало покоя.

Я пошла к отцу. Он быстро ходил по своему кабинету.

— Влад, я не думал, что с Лизой всё так обернётся... У меня сердце за неё болит. Я ведь люблю её, как своего ребёнка.

— Саш, ты же знаешь, кроме Лизы у меня никого нет. Мог бы быть внимательнее...

Я слушала разговор отца и дяди Владимира, и мне становилось всё хуже. Стыд накрывал с головой, казалось, ещё немного — и сердце разорвётся от чувства вины.

Папа замолчал и перевёл взгляд на меня.

В этот момент в кабинет вошла завуч.
— Александр Васильевич, состояние Лизы Владимировны уже стабильное. Просто организм сильно ослаб, — сказала Анна Степановна.

— Спасибо, Анна Степановна, за хорошие новости.

Она сказала, в какой больнице находится Лиза, и я, не раздумывая, выбежала из школы. По дороге купила цветы и шоколад и поехала в больницу.

Да, я не смогла признаться, что во всём виновата я... но хотя бы так хотела успокоить совесть.

Когда я зашла в палату, Лиза спала. И, наверное, это было даже лучше.

Я тихо положила цветы и шоколад на тумбочку рядом и села возле неё.

Сама не заметив как, взяла её за руку и очень нежно поцеловала, почти шёпотом прошептав:

— Прости...

Она спала так спокойно, что казалась маленьким ребёнком.

Я невольно улыбнулась, поправила на ней одеяло, ещё раз посмотрела на её спокойное лицо и тихо вышла.

⸻

Спустя несколько дней

В школе всё шло как обычно. Я перестала огрызаться и спорить с Лизой, а она, в свою очередь, просто не трогала меня.

Всё было идеально. Никто так и не узнал о той истории.

Я просто жила своей жизнью: ходила на теннис, возвращалась домой...
В школе
Последним уроком был английский. Когда он закончился, я уже хотела выйти из класса вслед за остальными, но Лиза резко притянула меня к себе и посмотрела прямо в глаза. Я застыла на месте, а она закрыла дверь и подошла ещё ближе.
— Я знаю, что в больницу приходила ты. Просто скажи, зачем?
Я словно проглотила язык, подняла взгляд и прямо посмотрела Лизе в глаза.
— Ну... это... просто чтоб папа меня похвалил, — пробормотала я.
Она стояла недопустимо близко, наклонила голову и прошептала мне на ухо:
— А целовать мою руку было обязательным условием, Вика?
От её тона внутри меня всё перевернулось, мне даже показалось, что от этого голоса я тихо застонала... Я прикрыла глаза и наслаждалась ароматом духов Лизы, а потом просто крепко обняла её и тихо сказала:
— Лиз, я рада, что у тебя всё хорошо.
Лиза взяла моё лицо в ладони и коснулась губами моего лба. Я потеряла способность дышать.
— Оказывается, ты не такая уж непослушная девочка, да, Вика?
— Эм, я... я... я послушная... — с трудом произнесла я.
Лиза искренне рассмеялась.

Мы с Лизой спокойно шли по коридору к выходу, когда я заметила отвратительную ухмылку Артёма.
Что-то внутри неприятно кольнуло, будто предчувствие чего-то плохого.

— Смирнова, иди готовься к своим теннисным соревнованиям. Буду ждать твоей победы, — спокойно сказала Лиза.

Я улыбнулась и вышла на улицу.

Ваня и Настя ждали меня на лавочке.

— Чего ты такая счастливая, Викулечка? — засмеялся Ваня.

Я села рядом с ними и всё рассказала.

— Нормально... круто. Значит, вы типа уже нравитесь друг другу? — усмехнулся Ваня.

— Вы что, лесбиянки, Вика?.. — удивлённо рассмеялась Настя.

— Да нет, вы чего... мы просто ученик и учитель, нормальные отношения — и всё, — пыталась убедить я.

— Ага, конечно... по твоим глазам всё видно, — засмеялся Ваня.

И мы пошли гулять.