Пол или тот парень у причала

 Уставшие глаза начали чесаться от скопившейся пыли. «Надо было заехать в автосервис» - причитала женщина. Но куда сильнее автомобилистку волновала не грязь под веком, а ее место пребывания. Кругом высокие сосны, окутанные дымкой, да дорога с выцветшей разметкой. «Путь в никуда и одновременно к вратам Эдема». По воле профессии Мона не могла отказать от пафосных изречений и громких эпитетов. Тонны прочитанной художественной макулатуры преобладали даже над обыденными фразами. «Привет», «конечно», «нормально». Пустословие, да и только. Разве при подобном обращении с речью кто-то поймет, что Миссис Пейдж имеет докторскую степень по английской литературе? Мона вновь думала о работе. Хорошо, что ей хватило сноровки съехать на обочину. Бардачок издал характерный щелчок, на коврик под пассажирским сиденьем упал дорожный путеводитель. А следом за ним CD диски, парочка проводов и свечи зажигания. Пока покрасневшие пальцы бродили вдоль разбросанного хлама женщина не переставала причитать и корчить неестественные гримасы. Она открыла книгу на месте с закладкой, провела указательным пальцем вдоль карандашной линии и снова выругалась. Придется разворачиваться.

-Добрый вечер. – мужчина оторвал взгляд от газеты и увидев Мону тут же позабыл о чтении. – Чем могу помочь?

-Вы кредитки принимаете? – женщина вытащила из сумки кусок синего пластика. Ее улыбка стала чуть-чуть шире, а щеки покрылись слабым румянцем.

-Только наличные. Ну и чеки. – он улыбнулся. Ему понравилась Мона. Она была хорошо одета, улыбалась и не предлагала наличные. – Вы проездом?

-Что так заметно? – Мона взялась копошиться в сумке. Возня в вещах перебила ее робкий смешок.

-Ну, если бы вы пришли сюда с пакетом из Макдональдса на голове было бы менее очевидно, а так да. Достаточно заметно.

-К вам часто приходят с пакетом из Макдональдса на голове?

-Нет. Только из Бургер-Кинга. – мужчина откинулся в свое кресло и скрестил руки на груди.

-Что ж, буду знать. Вот, держите. – Мона протянула несколько мятых купюр кассиру.

-А если не секрет, вы откуда и куда? – кассовый аппарат запищал, словно выделяя обращение к клиентке.

-Я из далека. Еду в Фриггел. – Моне слегка засмущалась. Хотя возможно ей стало жарко в помещении.

-Да вы что? В Фриггел? Зачем вам сдалась эта дыра? – кассир усмехнулся, поправляя свои крохотные очки на кончике носа.

-Ну зачем вы так строго? Вроде неплохое местечко.

-Потому что я там живу. – мужчина распечатал чек и вручил его клиентке. – Может свидимся еще. Я Барни, кстати. Барни Андерс. – он вытянул руку через прилавок.

- Мона Пейдж. Очень приятно. – женщина ответила взаимностью.

-Может еще увидимся. Заходите как-нибудь в «». Там мой шурин подрабатывает. Креветок и анчоусов я там уже лет 10 не видел, но кофе и яичница неплохие. – Барни на секунду прищурил глаза. Он задумался. - По вторникам. Иногда четвергам.

-Весьма любезно с вашей стороны. Как-нибудь... зайду. На чашечку.

Мона улыбнулась ещё шире. Но ее взгляд отвлек шкаф с сигаретами за прилавком. Женщина было хотела, что-то спросить, однако все свелось к очередным зажёванным словам и стремительному движению в сторону выхода.

-И Мона! – она обернулась на внезапный крик. – Наденьте лучше какую-нибудь другую обувь. Что-нибудь старое, ненужное.

-Могут украсть? -ее лицо застыло в недоумении.

-Ну если вам хочется выбросить свои кожаные городские сапожки, то пожалуйста. – Барни улыбнулся и вновь открыл газету. – В Фриггеле под каждой ямой прячется ещё одна. А под ней ещё одна. И последующая грязнее и глубже предыдущей. Так что подумайте.

-Благодарю, мистер Андерс. Я переобуюсь.

Воздух становился всё холоднее. Он оставлял своё дыхание на автомобильных дверях и посыпал растительность вдоль дорог редким инеем. Вскоре станет ещё холоднее. Мона устала. Солнце окончательно скрылось за пушистой чёрной ватой. Звуки словно становились громче под лунным отблеском. С каждым пройденным метром дорога становилась всё более ухабистой и потрёпанной. Видимо Фриггел действительно состоял из ям, как ей сказали на заправке. Благо девушка уже переобулась в свои походные сапоги, оставшиеся с туристических походов в колледже. Раньше она бы сравнила своё путешествие с юношескими вылазками, но сейчас голова была занята лишь одной мыслью – не оказаться в ближайшем кювете из-за резко напавшего желания уснуть за рулём. Жёлтый свет фар был проводником через устремляющиеся в темноту трещины. Седан ехал быстро, но аккуратно. Все же такая машина явно не приспособлена для подобных приключений. Стоило всё-таки взять напрокат какой-то пикап или внедорожник. Водить их не сложнее, чем управляться с духовкой. По крайней мере такие аналогии преследовали девушку. Передача вновь переключается, подъем в гору. Колёса приятно скрипят по треснувшему асфальту. Мона зевает, широко раскрыв рот и наконец видит во тьме скопление одновременно тусклых и ярких огоньков где-то вдали. И наконец седан устремляется вперед, рассекая холодный воздух. И от этой скорости слегка пошатывается зелёная табличка, увешанная маленькими фонариками и редкими вкраплениями ржавчины вокруг слов «Добро пожаловать в Фриггел. Население 550 человек».

Ей явно было больше пятидесяти, но она отчаянно пыталась это скрыть за вульгарной внешностью. Состоящей из огненно-рыжих кудряшек, напоминающих парик, слишком яркого макияжа, больше похожего на мишень для пейнтбола и странной леопардовой футболки.

-Я не курю, не переживайте. – Мона не спеша убирала свои документы в поясной карман куртки. Её голос был едва уловим среди гула радиопомех и масляного обогревателя за стойкой.

-Как скажешь, крошка. Если что, автомат с закусками принимает только наличку. Слева от входа стоит. – голос женщины напоминал неприятный автомобильный стук под капотом.

-Спасибо. Спокойной ночи.

-Я приехала. - на выдохе ответила Мона. Её голос напротив был сухим и через чур спокойным.

-Ты не отвечала весь день, я беспокоился. - заботливые нотки тревоги начинали раздражать.

-Я вела машину, телефон был в сумке. - девушка явно стала говорить слегка напористее.

-Хорошо. - на другом конце раздался облегченный выдох. Девушка словно почувствовала обжигающее дыхание на своей щеке. Ей это не нравилось. - Как доехала?

-Все нормально. Сейчас я в мотеле. Переночую тут.

-Ты же говорила тебе снимут квартиру на командировку.

-Да. - ответ прозвучал словно глухой выстрел в темноту.

- Почему тогда ты в мотеле?

-Потому что сейчас поздно, Питер. - девушка говорила громче положенного. - Я не хочу будить директора, потому что...

-Хорошо-хорошо. Ты права. Прости, просто я...

-Всё нормально, Питер. - девушка вновь выдохнула, как бы осудив себя за внезапную вспыльчивость. - Я спать собираюсь, завтра много дел.

-Хорошо. Позвонишь завтра? - в его голосе словно таилась надежда. И девушке это не нравилось.

-Я постараюсь. Не переживай так. - она вновь отвечала сухо и без эмоционально.

-Буду ждать. И Мона, - девушка крепко вцепилась в телефон, она хотела бросить трубку немедленно. - я люблю тебя.

-У меня батарея садится. Позвоню завтра. Спокойной ночи.

Девушка не дожидалась ответа своего парня и не обратила внимания на зажёванные слова в глубине динамика. Она откинула телефон на подушку. Ее брови опустились на глаза. Она злилась. Но злость отступила также быстро, как и появилась. Брови приподнялись, лицо начало кривиться, глаза светились. Она вновь плачет.

Ладонями она закрывает свое лицо и всхлипывает, стараясь делать это как можно тише. У нее вновь не получается. Ветер на улице становится только сильнее.

Утром Мона наконец увидела Фриггел воочию. Небольшие домики, аккуратно выстроенные в крошечные улочки, выцветшие дороги, пошарпанные знаки и столбы. Между переходами неспеша ходили в основном старики с рыболовными снастями или строительными инструментами. Жилые дома отличались от бакалей и лавок лишь характерными вывесками или плакатам над дверьми. На тротуарах лежали замёрзшие сугробы, покрытые дорожными брызгами, воздух, как всегда, был холодным и отдавал слабым металлическим привкусом. Причем с солью. Странное чувство. По дорогам ездили в основном пикапы, да фургончики с наружной рекламой каких-либо услуг. Такое ощущение, что весь город работал, чтобы просто не развалиться на части. Лишь изредка на поворотах возникали ржавые маслкары или хетчбэки. Это не похоже на Чикаго, поэтому седан Моны Пейдж сразу привлекал внимание подозрительной чистотой и исправностью глушителя. Такой же редкостью были и здания выше двух этажей. Например ратуша, школа и кинотеатр. Они были пёстрыми и занимали место для двух коттеджей простой семьи Фриггела. И на каждом из них висел американский флаг. Словно именно эти здания считались гордостью жителей и достоянием Фриггела.

-Доброе утро, - девушка приоткрыла дверь в приемную директора и робко вошла. - меня зовут Мона Пейдж. Я учитель по обмену. Из Чикаго. Пришла на встречу с мистером... - глаза Моны широко раскрылись. Она подглядела в телефон и сразу успокоилась. - Лоуренсом.

- Доброе утро. - произнесла женщина с седыми кудрями на голове, грубо печатающая что-то на своём пузатом ноутбуке. - Одну секундочку.

Её голос был приятным, напоминающем старушек, что рекламировали печенье по телевизору. Интересно, она готовит печенье? Секретарь нажала на кнопку своего телефона и повторила слова гостьи директору. Пока мужчина собирался с мыслями и невнятно мычал, словно что-то вспоминая, женщина оценочно осматривала Мону с ног до головы. Она привлекала внимание. Она была красива и ухожена. Девушка же держала перед собой свою папку в районе живота, выставив ноги в замок, и водила глазами по потолку, словно пытаясь найти там что-то интересное. Мужской голос утвердительно раздался из динамика, хотя едва можно было разобрать за стоявшими помехами. Секретарь мягко улыбнулась и указала Моне на дверь в кабинет. Обмен любезностями и ручка в кабинет директора поворачивается.

-Да, прошу прощения. Я заблудилась по дороге и знаете... пришлось придумывать оправдание для опоздания. - девушка усмехнулась, присаживаясь за стол к мужчине.

-Ну с кем не бывает. Наше захолустье даже коренные жители едва находят. - он усмехнулся, девушка поддержала из вежливости. - Но Фриггел хороший городок. Тихий, спокойный. Уже успели посмотреть что-нибудь?

-Да вы знаете, меня хватило только до мотеля.

-Ох, мисс Пейдж. Могли бы и позвонить, я же все понимаю.

-Не в моих правилах так поздно звонить.

-Хорошее качество. Вы воспитаны. То, что нужно нашей школе. Но в любом случае предлагаю вам после нашего интервью в срочном порядке съехать из этого клоповника. Ваша квартира готова ещё со вчера.

-Я только за. - Моне только и оставалось, что ярко улыбнуться на это предложение. Что она и сделала.

-Итак, мисс Пейдж. - мистер Лоуренс сделал пару кликов мышкой и задумчиво принялся рассматривать монитор. - Вам попалась классическая английская и зарубежная литература. План уже утвержден, прямо сейчас вам его предоставлю. Собственно, - директор едва слышно кашлянул в кулак. - на этом всё. Ну по крайней мере я вам ничего нового не скажу. Но может у вас есть какие-то вопросы?

-Думаю они появятся по ходу. - девушка смущалась из-за чего изредка ёрзала в гостевом кресле. Но её улыбка скрывала это слишком хорошо, чтобы понять.

-Тогда добро пожаловать! - мужчина звонко запел, протягивая руку коллеге. Мона ответила взаимностью. - Расписание на ближайшую неделю прикреплено к плану. Обычно учителя сами обговаривают удобные им часы. Так что не стесняйтесь. - директор пристально смотрел на девушку, которая продолжала внимательно слушать. - Что ж, предлагаю поехать и посмотреть вашу квартиру.

-На этом всё? А может вы хотели бы... Посмотреть мой диплом или...

-В этом нет нужды. Ученая степень, колледж не в Фриггеле. - мистер Лоуренс усмехнулся. - Мне этого достаточно.

-Почему вы так строго говорите о своем городе? - потому что я тут живу, вновь усмехнувшись произнес Лоуренс. - Что ж, пройдёмте.

-А может лучше после уроков? Не хочу как-то нарушать ваш график.

Лоуренс резко выпрямился и взглянул на девушку из-под своей оправы. Взгляд его был удивлённым.

-Думаю нам нужно ехать прямо сейчас. Поверьте, вам это нужно. - с какой-то иронией сказал директор.

-Нужно? - с ярким недоумением вырвалось у Моны.

-Да. Ведь сегодня суббота. У детей выходной. Собирайтесь.

Девушка покраснела от навалившегося стыда. Лоуренс это заметил, но все же ради приличия и попытался спрятать свой как можно глубже. Вышло не так плохо.

-Здравствуйте, я Мона. Мона Пейдж.

Они пожали друг другу руки. Элис оказалось весьма сильной, хотя по ней этого и не скажешь. Улыбка на ее лице была обрамлена лёгким румянцем от холодного воздуха.

-Вы недавно в городе? - не без интереса произнесла женщина.

-Вторые сутки, да. Приехала в командировку.

-О, да вы что? А откуда?

-Чикаго. - девушка застенчиво перевела свои локоны за ухо.

-Занесло вас, конечно. Но ничего, - Элис махнула рукой под свой смех, напоминавший звон колокольчиков. - вам у нас понравится. Может даже приедете ещё раз.

-Всё может быть. - девушка старалась улыбнуться, но лицо продолжало тонуть в смущении.

-Заходите к нам как-нибудь. Выходные, чего дома то сидеть? Познакомлю вас со всеми.

-Ну, как только смогу. А куда конкретно?

-А вон посмотрите. - Элис ткнула пальцем в конец улицы. - Это наш бар. Мой и моего брата. «Креветки и анчоусы».

-Я слышала о нем. - подсознательно Мона успела себя обсудить за эту реплику.

-Тогда тем более ждём. Приходите. Будем ждать вас, Мона. - Элис договорила свои реплики, медленно спускаясь к тротуару.

-Спасибо, Элис.

Фриггел был портовым городком. Однако здесь не было полноценного порта из-за территориального расположения между слишком узким проходом в озере. Именно поэтому транспортная баржа высадила девушку за несколько десятков километров от нужного ей места. В основном сюда приезжали небольшие рыбацкие посудины, а основные поставки были как раз-таки в этих нескольких километрах от городка. Фриггел больше был пересыльным пунктом, нежели полноценным рыбацким городом. Здесь торговали рыбой, морскими украшениями и прочим тематическим барахлом, которое можно повесить на холодильник. Но на удивление улицы не пахли рыбной чешуей и потрохами. Воздух был чист и свеж за счёт огромного озера. Но и погода была соответствующей. Преимущественный холод и частые осадки в виде дождя и снега. Но сегодня Моне повезло. Солнце светило ярче, нежели в прошлый день. Она даже сняла свою бини, чтобы не вспотеть от объятий шерсти вперемешку с синтетикой. Девушка решила посмотреть на достопримечательности, хотя скорее просто побродить между небольших домиков и голых деревьев. Она прошла: бакалею, из которой был слышен запах свежего хлеба, магазин сантехники, с ошивающейся рядом молодежью с гитарой, и ряд магазинчиков попроще. Не было ни шума машин, ни строительных работ, лишь редкий топот и хруст лысых деревьев. Мона не без энтузиазма смотрела по сторонам и удивлялась простоте, как маленький ребенок в Диснейленде. Никаких небоскребов и бесконечных светофоров. Просто тропинки, имеющие конечный пункт назначения. Наконец она вышла на небольшую смотровую площадку. Это скорее напоминало сквер. В центре стояла статуя рыбака, судя по всему, из бронзы, или просто очень похожей. Косматый широкоплечий мужчина держал в одной руке здоровенную рыбину, а в другой свою удочку. Спина его была пряма, а лицо украшала яркая улыбка. Вокруг гордого рыбака были скамейки и своеобразные перила по периметру в виде канатов на деревянных столбиках. А также пара стационарных биноклей, на одном из которых гордо висела табличка "Не работает". Со смотровой площадки открывался прекрасный вид, на нижний ярус Фриггела, заполненный куда большим количеством промышленных сооружений. Автомастерская, мебельная лавка, запчасти для лодок и так далее. Но внимание привлекал небольшой пирс с пришвартованными рыбацкими и не только лодками, плавно переходящий в голубое озеро. Лучи солнца бликовали на нем, словно бриллиантовые отблески в ювелирном магазине. От него веяло холодом и свежестью. Мона смотрела вперёд и словно слышала, как ветер щекочет эту гладь. Девушка решила воспользоваться одним из биноклей и найдя монетку она уже глядели через окуляры. Она видела чаек и отплывающие к морю катера. Это был совершенно другой мир. Настолько спокойный, что даже не верилось. Природа, прекрасная своей энергией и простотой. Бинокль опускается ниже и в окулярах оказываются мужчины в спецовках и шерстяных шапках, закидывающих рыболовные сети на борт или наоборот прочь. На их лицах читалась решимость и суровость. Их движения были просты, но точны. Другая сторона медали, другой мир, наполненный человеческой силой. Сдвинув бинокль ещё немного Мона, увидела странное пятно. Сначала ее поразило недоумение. Но лишь на мгновение. Это явно было не пятно, это был человек, но не похожий ни на одного рыбака. Небольшого роста персонаж, стоящий на краю деревянного пирса. Мона наконец поняла, это был ребенок. Он стоял в пузатом пуховике, а голову его закрывал капюшон. Ребенок не двигался, а просто стоял и смотрел вперёд. По крайней мере Мона поняла это так. Это показалось ей любопытным, но не более. Она отходит от бинокля и непроизвольно вытирает нос слегка замёрзшими пальцами. Девушка видит, как пожилая пара проходит мимо смотровой площадки. Они держатся за руки и что-то тихо обсуждают. На нем клетчатая кепка и яркая голубая куртка, а у нее блестящие кудри и красный шарф в катешках. Мона посмотрела на них отстранённым взглядом. Но не из-за внезапно возникшего негатива, напротив. Она завидовала счастью других людей. Из-за нахлынувших чувств она непроизвольно достала из кармана телефон. Постукивая пальцем по экрану, она не решилась сделать, то, чего хотела. Смартфон снова оказался в кармане. Глаза вновь заблестели. Мона провела рукавом вдоль век и резко вдохнула через нос. Что же делать теперь? Ответ пришел вместе с пролетевшей под ногами листовкой из «Креветок и анчоусов».

-Здравствуйте. - робко произнесла девушка, присаживаясь за стул у стойки.

-Привет! - протянута Элис. - Какие люди. Добро пожаловать.

-У вас мило.

-Спасибо, стараемся. Но это пока не наступил вечер. Там порой самой приходится чего накатить, чтобы существовать в этом балагане. Но я привыкла и не жалуюсь. - Элис скинула тряпку в сторону и вновь громко усмехнулась. - Ну, чего желаешь?

-Можно кофе? - девушка держала руки в замке перед собой, резво перебирая пальцами вдоль костяшек. Она слегка заикались.

-Люблю людей, которые пьют кофе в баре. С ними как-то разговор на удивление легче завязывается. - улыбка на лице Элис все не становилась уже. - Сахар, сливки?

-Просто черный, пожалуйста.

-Держи. - аккуратно произнесла Элис подавая девушке чашку как будто её голос может обжечься о напиток.

-Спасибо. - Мона улыбнулась, чтобы разбавить неловкость.

-Ты говорила, что по работе сюда приехала. Ты учитель? - Элис взялась вытирать очередной бокал.

-Да. По программе обмена приехала.

-А что преподаешь? - Элис слегка приподняла бровь в ожидании ответа.

-Английскую литературу. Немного мировую, но это больше хобби.

-Ого, здорово. - бокал был спрятан за барную стойку. - У меня племянник учится в нашей школе. Тот ещё оболтус, может хоть у тебя получится его вразумить?

-Я очень постараюсь. Это же моя работа. - Мона аккуратно поправила волосы, свалившееся на лоб.

-Я любила литературу в школе. Но читала все равно мало. - Элис странно оттопырила нижнюю челюсть, словно ее парализовало. - Учитель хороший был. Том Бирхем. Молодой аспирант, с умилительными кудряшками. Шекспира любил.

-Клише. - усмехнулась Мона. - Парни на моем курсе тоже любили Шекспира. Это ведь Шекспир.

-А что в этом плохого? - Элис вновь приподняла бровь.

-Ничего, просто все ссылаются на Шекспира из-за его значимости в литературе не только английской, но и мировой. С этим сложно спорить, но его лирика мне всегда казалась слишком простой и даже пресной. Конечно, он стоял у истоков и предоставил поле для игры всем будущим гениям. Но никто не отменял возраст произведений и творчества. Шекспир имеет вес, как основоположник, но в остальном его упоминание ощущается как моветон. Ведь ничего кроме "он сделал, он придумал" сказать не получается про его работы. Сейчас их читать невероятно сложно, но для знания основных постулатов и истин будет правильно приобщиться именно к Шекспиру.

-Ого. - Элис широко раскрыла глаза и сделала губы трубочкой. - Да, видимо у тебя получится сделать из моего племяша человека.

Дамы рассмеялись, но не громко, не настолько это было смешно. Но вполне достаточно, чтобы разделить небольшой счастливый момент друг с другом. После этого они говорили обо всем подряд. Важном и неважном, весёлом и не очень. Мона наконец расслабилась, растягивая чашку кофе на эти пару часов. Общение было настолько приятным и не затейливым, что девушка даже не обратила внимание на наступившие сумерки. В «Креветки и анчоусы» постепенно приходили новые люди. Элис периодически отвлекалась принять заказ или протереть стойку, но все ещё не забывала о своей главной гостье. Зал увяз в громких разговорах и звоне стеклянных кружек. Мона действительно соскучилась по подобной атмосфере. Она расслабилась и стала чуть раскрепощенние, не взирая на то, что пила только кофе.

Мона не без любопытства обернулась на источник удивления. В дверях стоял высокий широкоплечий мужчина с косматой бородой на бледном лице. Он улыбался и очень долго снимал свою куртку, здороваясь за руку с каждым мимо проходящим мужчиной. Под пуховиком скрывался ярко-красный свитер с какой-то надписью, которую девушка не могла прочесть при всем желании из-за плохого зрения. Мужчина был красив. От него веяло какой-то непреодолимой силой духа. Нечто дикое и резкое таилось в скулах и густых бровях. На него было трудно не обратить внимание.

-Иди сюда, придурок! - выкрикнула Элис, подзывая мужчину к себе.

-А это кто? - продвинувшись поближе едва произнесла Мона.

-Братец мой. Рой.

-Прости, много работы было. Пара коробок развалилось из-за снега, пришлось собирать рыбу и искать альтернативу. - его голос был грубым, но при этом звонким. Хотя в речи чувствовался рабочий говор, но не столь явный. Мужчина краем глаза зацепился за Мону. - А кто твоя подруга?

-О, это... - на выдохе произнесла Элис.

-Я Мона. Мона Пейдж. - она протянула мужчине руку, а он любезно ответил слабым рукопожатием.

-Рой Трэвис. Очень приятно. - он расплылся в нежной улыбке, которая хорошо смотрелась на его слишком мужественном лице. - Вы недавно в городе? Не видел вас ранее.

-Командировка. Я учитель по обмену. - Мона впервые с первого раза донесла всю основном информацию без дополнительных вопросов.

-Да вы что? - искренне проговорил Рой, приподняв брови от удивления. - Интересно. Не хотите выпить в честь знакомства?

-Я замужем. - слегка улыбнулась девушка. Что-то внутри ее передернуло после этих слов.

-Оу... - вырвалось разочарованно из мужского рта.

-Ты замужем? Что ж ты сразу не сказала? - Элис подняла брови выше, ведь удивление ее было сильнее.

-Да что-то я... - Мона вновь заикалась. Глаза моргали с невероятной скоростью, она хотела спрятаться от возникшей неловкости. - Просто, к слову, не пришлось.

-Это другой разговор, подруга. Так, балбес, - язвительно произнесла Элис развязывая поясной фартук. - давай за стойку, и сделай нам две пинты светлого нефильтрованного.

-Ох, я правда... - начала оправдываться Мона, но хватка Элис была сильнее любых аргументов.

-Итак, - Элис начала настукивать костяшками по столику в дальнем конце бара, который она любила называть вип ложей. - как его зовут?

-Питер. - откашлявшись произнесла Мона.

-Кстати, а где твое кольцо? Если ты думаешь, что помолвка - это свадьба, то я просто могу позвонить своему бывшему байкеру. Если ты готова к матершине. - улыбнувшись сказала Элис.

-Я снимаю его, чтобы не потерять. Мы женаты уже три года. - девушка словно стыдилась своих ответов и поэтому бесцельно смотрела в пол.

-Три года. - голос мисс Трэвис явно содержал намек на зависть, но с элементами уважения. - А встречались сколько?

-Два с половиной. Мы познакомились ещё в колледже.

-Какая прелесть. Почти как школьная любовь.

-Да, что-то вроде. - Мона взялась аккуратно осматриваться по сторонам. Ей нужно было пиво.

-А какой он? Покажешь фотку? - Элис не переставала наседать, любопытство разрывало ее изнутри, это было видно по ее глазам.

-Ох, я забыла телефон дома, так что... - девушка проглотила последнюю часть предложения. Ей явно не хотелось продолжать.

-Ну ничего, в другой раз. - отмахнувшись сказала Элис, слегка усмехнувшись.

-Дамы. - за спиной послышался грубый звонкий голос Роя. - Ваше светлое нефильтрованное.

-Наконец-то. Мы уже заждались. - сказала Элис снимая пинты с подноса.

-Я тоже тебя люблю, Элли. - усмехнувшись сказал Рой. - Что-нибудь ещё?

-Пока нет, но будь наготове.

-Ну давай за любовь что-ли? - Элис посмотрела на девушку интересуясь, как она отреагирует на подобный тост.

-А может... - Мону явно, что-то смущало.

-За любовь. - произнесла Элис и самостоятельно чокнулась с пинтой собеседницы.

-За любовь. - девушка повторила это предложение настолько тихо, что сама его не слышала, и сделала небольшой глоток.

Пиво было холодным, но таким вкусным. Оно приятно горчило и оставляло лёгкое послевкусия солода на языке. Мона не ожидала этого. Приятная воздушная пена, яркий вкус, нежный приятный вкус и общая лёгкость. В колледже было не самое лучшее пиво. Оно отдавало небольшим оттенком спирта, который в последствии мог сыграть очень злую шутку с желудком и головой. Но тогда это казалось необходимой жертвой, ради общего веселья. Мона не пила ради вкуса, важен был эффект лёгкости и ветрености. Исключение вино. Бокальчик красного всегда выпивался ради вкуса. Щёки женщины покрылись лёгким румянцем. Элис подметила это и усмехнулась. Мона поддержала. Вечер вновь расцвел приятными красками.

В туалете девушка слегка поправила свой макияж. Был у нее такой бзик, ничего не поделать. Минутное дело, незачем задерживаться в общественном туалете, в этом слишком мало перспектив, но ее отвлекло воспоминание, совсем свежее. Тост Элис. После нахлынувшего девушка достала телефон и с удивлением обнаружила, что новых уведомлений не было с двух часов дня. Девушка прикусила губу и разблокировала телефон. Она нажала на кнопку быстрого набора и на экране высветился номер Питера. Гудки. Но девушка не стала дожидаться ответа на другой стороне, а стремительно сбросила исходящий вызов. Она вновь почувствовала, как накатывают слёзы. Телефон снова был спрятан в самом глубоком кармане пуховика. Мона глубоко вздохнула и слезы моментально испарились. Нужно возвращается к Элису. Приоткрыв дверь, девушка почувствовала неожиданную преграду. Она во что-то врезалась.

-Эй, аккуратнее. - послышался мужской голос.

-Простите, я не ... - девушка опешила на половине реплики от увиденного.

Это был тот самый заправщик, что шутил про пакет из Макдональдса на голове. Он держал в руках две пинты тёмного пива и всё ещё был одет в красную рубашку и крохотные очки. Барни Андерс кажется.

-Какие люди! Все таки добрались. - с яркой улыбкой произнёс мужчина. Его щёки были красными, подобно раскалённому металлу.

-Здравствуйте. - застенчиво протянула девушка. Она улыбалась в ответ.

-И как вам?

-Знаете, очень мило.

-Это вы ещё мало выпили, Мона. Я же правильно помню?

-Да, спасибо. Вы заполнили. - девушка усмехнулась, прикрывая рот пальцами.

-Мало кто приезжает из большого города в эту дыру. Где вы сидите?

-Вон там. - Мона ткнула пальцем в конец бара. - С Элис.

-Ха, вы подружились с Элис, хотя только приехали. Если вы не против я подойду чуть позже?

-Да, пожалуйста. - Мона вновь усмехнулась, видимо пиво начало действовать.

Они обменялись дружескими взглядами и разошлись по разным углам. Атмосфера веселья никуда не делась. Людей стало больше и на сей раз Мона услышала стук деревянного кия о бильярдные шары. Звучала веселая музыка из подвесных колонок, но, к сожалению, сцена для выступления настоящих музыкантов сегодня пустовала. Но Мона была явно не против послушать выступление какой-нибудь инди-группы. А значит нужно закругляться. Но в данной ситуации продолжать дальше.

-Ты знакома с Барни? - с удивлением спросила Элис.

-Да, заехала к нему на заправку по пути. Подсказал мне дорогу.

-Это в его стиле. - Элис хлебнула из пинты.

-Он сказал, что подойдёт чуть позже.

-Отлично. Мне нравится Барни.

-Ну что, ещё по одной? - произнесла Элис.

Мона хотела возразить на подсознательном уровне, но пиво и сегодняшняя компания были слишком убедительными в этот вечер. Поэтому она просто согласилась. Дамы вновь распили по пинте, разговаривая о жизни и делая дурацкие каламбуры. Элис немного рассказала о своей байкерской жизни с тем бородатым красавчиком, которому она теперь желает пожизненного заключения за продажу наркотиков. О племяннике она тоже не забыла. Да и ещё чем-то абстрактном, но вроде личном и сокровенном. Только Моне уже было слишком хорошо, поэтому многие детали пропали из ее поля зрения. Сама девушка старалась что-то рассказать, но все упиралось в истории из колледжа и работы. Элис в шутку назвала ее батаншей. На что мисс Пейдж ответила скромным согласием.

-Ну как у вас дела? - в шуме субботнего вечера возник мужской голос. Это был Барни.

-Да так, неплохо. - Элис игриво улыбнулась мужчине. - Даже не поздоровался.

-Не увидел тебя за стойкой вот и все.

Женщина рассмеялась и потянулась к Барни, а он в ответ чмокнул ее в щеку и присел к ним за стол. От удивления глаза Моны поднялись на лоб.

-Мона знакомься, это мой муж Барни.

-Вау. - переходя на лёгкий смех произнесла девушка. - Шурин? - она указала пальцем на Роя, раздававшим пиво посетителям.

-Рад, что ты запомнила. - мужчина отпил из своей пинты тёмного пива. Немного пены осталось на его усах.

-А что, я чего-то не знаю? - произнесла Элис, водя головой по сторонам.

-Он сказал, что в этом баре очень мило, и что тут работает его шурин.

-То есть ты сказал, что тут работает Рой, но про меня ни слова? - Элис по театральному возмутилась.

-Так он тут работает, а ты им владеешь. - Барни произнёс эту фразу крайне нежно и ласково.

-Ты всегда знаешь куда надавить. За это я тебя и люблю. - пара нежно поцеловалась, слегка коснувшись губ друг друга. - Кстати, Мона. А почему Питер с тобой не приехал?

-У него работа, слишком плотный график. Да я и не настаивала, если честно.

-Странно ты про него совсем ничего не рассказываешь.

-Ничего рассказывать. Все... - Мона кашлянула в кулак. - Все это слишком скучно на самом деле.

-А в чем весь сыр бор? – Андерс ненадолго растерялся. Даже не стал делать новый глоток.

-Питер - это муж Моны.

-Оу, ты замужем?

-Я, наверное, пойду. - произнесла девушка очень быстро и начала вставать с дивана.

-Что? Уже? - Элис неподдельно удивилась подобному заявлению. - Может ещё немного посидим?

-Нет-нет, нужно подготовить план на понедельник. Да я и устала. Простите.

Девушка стремительно вышла из-за столика столика и направился к выходу через человеческие пробки. Элис с супругом недоуменно посмотрели друг на друга. Мона чувствовала их взгляды на своем затылке. Кажется, она снова начала плакать.

Мона проснулась поздновато. Пивное похмелье имело слишком сильные доводы в пользу отлежаться в кровати, вместо излишнего бодрствования. Но девушка нашла в себе остатки совести и вспомнила о возложенной ответственности. Пускай это и случилось ближе к полудню. По воскресеньям она пренебрегала физическими упражнениями для поддержания себя в удовлетворительной форме. Выходной, это был единственный день, когда Мона позволяла посвятить всю себя своим личным прихотям, а не обязательным привычкам. Хотя бы чуть-чуть. За лёгким завтраком она часто просто листала новости или без какого-либо энтузиазма смотрела короткие ролики в интернете. Но сегодня она осталась наедине с миской хлопьев и небольшой чашечкой кофе. Однако телефон все равно лежал рядом, как дань старым привычкам. Завтрак проходил не спеша. Девушка пожевывала содержимое миски небольшими порциями до того момента, пока оно не превратится в непроизвольную массу, которая сама стекает по горлу в желудок. Как же это было скучно. Но, возможно, сейчас и нужна эта серость. Уж слишком насыщенными оказались последние пару дней. Хотелось предсказуемости и спокойствия. И это вполне можно найти в миски хлопьев и чашечки кофе. Но девушка вновь была выбита из равновесия от обозначенных условий вибрацией телефон. Она косо бросила взгляд на свой смартфон и увидела на нем имя контакта. Ей звонила мама.

-Да, мам. - на выдохе произнесла девушка, прислонив трубку к уху.

-Мона, слава Богу. - женский голос был приятным, но раздраженным. Она больше тараторила. У нее было желание страстное желание поговорить с дочерью и наконец оно осуществилось, а значит нужно воспользоваться им полностью. - Что случилось, где ты была, почему не отвечаешь?

-Мам, успокойся. Я во Фриггеле, была слишком занята, чтобы позвонить. Тебе Питер не говорил?

-Говорил, конечно. А ещё он сказал, что на его сообщения ты тоже не отвечаешь. Мы уже тут себе напридумывать успели.

-Мам, я уже большая девочка. Ты излишне переживаешь. - девушка уже устала, ведь она понимала, что дальше ей вновь придется бессмысленно аргументировать свою позицию.

-Ну как это излишне, Мона? Я же твоя мать, как я могу перестать о тебе беспокоиться? - женщина внезапно перешла на фальцет. Мона лишь недовольно закатила глаза.

-Мам, я знаю. Все хорошо. Я же говорю, было много дел, не могла найти время позвонить. Приходила домой и сразу засыпала, телефон заряжаться не ставила.

У тебя как дела? - девушка решила пойти в атаку, чтобы слегка передохнуть от материнской опеки.

-Ох, Мона. - женщина явно успокоилась. Она просто приняла твердолобость дочери. - Все хорошо. Просто распереживалась.

-Прости, что не звонила, просто замоталась. У меня все хорошо. Тут очень мило. - девушка отложила ложку в тарелку с хлопьями. - Только прохладнее чем в Чикаго. Но я одеваюсь тепло, поэтому терпимо.

-Хорошо, я рада. Звони мне как будет возможность, пожалуйста. Я ничего не понимаю в этих твоих... ну письма, как их?

-Мессенджерах. - девушка усмехнулась. - Хорошо, я постараюсь.

— Вот да, в них. Кстати, Питер передавал привет.

-Мам, мне нужно идти, прости. Опять дела. - Мона взбодрилась от маминых слов. - Вечером тебе позвоню. Пока.

-Мона. - Питер говорил на выдохе. Она понимала, что он вновь хотел разозлиться, но услышав свое имя решил успокоиться и провести беседу в этом ключе. - Твоя мама звонила, сказала наконец дозвонилась до тебя. Вот и я решил набрать.

-Да, мы с ней немного поговорили. У меня все нормально. Завтра выхожу в школу.

-Рад это слышать. - молодой человек явно старался подобрать нужные слова. Он понимал, что сейчас находится на минном поле.

-А ты там чего? - Мона усмехнулась, но столь же стремительно прохрипела в трубку пытаясь его замаскировать.

-Нормально. Думаю нормально. Сделку перенесли на пару дней, поэтому пока что я перепроверяю документы. Графики. - Питер вновь выдохнул, но голос его был спокойным. - В общем ничего такого.

-Рада это слышать. Правда.

-Ты переехала в квартиру?

-Да-да. Очень милая, компактная. Чисто и тепло. Кровать очень мягкая. Спала без задних ног. - девушке было некомфортно. Она вновь чувствовала приближающиеся слезы.

-Слушай, я подумал... - Питер странно замычал, словно забыв, о чем он говорит. - Если я справлюсь с этой сделкой, то могу приехать к тебе... - его голос дрожал.

-Зачем? - голос Моны был недовольным. Она стала говорить громче.

-Ну... - мужчина вновь запинался. - то, что случилось касается нас обоих и оставлять тебя одну...

— Это было мое решение, Питер. - она говорила уверенно и твердо.

-Да, но я подумал...

-Тебе не нужно было думать. Я тебе все сказала. Я хочу побыть одна, это все, о чем я тебя просила. А ты опять начинаешь со своей самодеятельностью.

-Я хочу помочь.

-Ты поможешь мне, если сделаешь как я тебя просила. Больше мне от тебя ничего не нужно.

Девушка оторвалась от телефона и заметила, как окружающие с недоумением смотрят на нее. У некоторых в глазах было что-то напоминающее страх. Видимо она говорила громче положенного.

-Питер, мне нужно идти. Пока.

Мона услышала, как мужчина пытался, что-то сказать, но ее палец оказался быстрее на кнопке сброса вызова. После этого она натянула капюшон и стремительно направилась прочь от смотровой площадки.

Когда наступил понедельник Мона наконец вдохнула полной грудью. Ей необходимо было поработать. Возможно общение с детьми наконец сможет вернуть ее в равновесие. Она оделась также как на первый визит в субботу. Строгий, но умеренный офисный кэжуал. На сей раз в коридоре было много учеников и учителей, перебегающих между кабинетами и лестничными пролетами. Девушка успела отвыкнуть от подобной ритмики, хотя это была лишь крошечная часть Чикагской суматохи. Но определенный диссонанс присутствовал, что сказать. Наконец Мона добралась до своего класса, урок начинался в течение нескольких минут, потому ученики сидели за партами, но все еще продолжали заниматься своими делами. На вошедшую девушку никто не обратил должного внимания. В принципе она и не хотела такой огласки раньше времени. Ее не трясло, голова была чиста от негативных мыслей. Сумка с приготовленными учебными материалами аккуратно легла на стол, небольшой кусочек мела был взят с подставки у доски и вскоре его скрип ворвался в бурные школьные обсуждения. Мона написала шаблонную для любого учителя реплику "Миссис Пейдж", которую необходимо подчеркнуть. Небольшой ритуал перед началом работы. Ее почерк был красивым, строгие прописные буквы закручивались в элегантные завитки. Раздался звонок, студенты мигом закрылись в кабинетах и развернулись к учительскому столу.

-Доброе утро, меня зовут миссис Пейдж. Я недавно во Фриггелле, и буду какое-то время преподавать у вас классическую английскую и зарубежную литературу. Надеюсь, мы с вами подружимся, и наша совместная работа пройдет без проблем.

Студенты завороженно смотрели за Моной. Она была неотразима и искренне верила во что говорила. Этого определенно было достаточно для пятнадцатилетних подростков. Девушка села за стол и спросила кто является старостой. Одна из девочек подняла руку. На удивление она сидела не на первой парте, скорее где-то посередине. Одета скромно, но обычно. Даже не похожу на ботаншу, которой была Мона. Старосту звали Молли. Учительница открыла журнал и взялась за перекличку. Она, не спеша отмечала крестиком откликнувшихся, в классе было восемнадцать студентов. Но дойдя до фамилии Уоррен, Мона услышала, как Молли отстраненно ответила "Отсутствует". Учитель слегка махнула головой и поставила характерный прочерк напротив клетки "Уоррен П.". А затем началась работа. Девушка провела урок без лишних трудностей. Она была уверена, что ее ожидают уже привычные клише про новеньких молодых учителей и непослушных детей. Однако все прошло гладко. Студенты с интересом слушали про Ремарка, о котором Мона начала писать ещё в субботу. Ей было приятно, что проделанная работа была оценена по достоинству. А более чем удовлетворительным результатом как раз и была юношеская заинтересованность. Она настолько увлеклась, что прозвучавший в коридоре звонок искренне удивил её, как и учеников. Но подростки хоть и слегка разочарованные окончанием урока взялись в спешке собирать свои учебники и тетради. Мона попросила Молли подойти и взять домашнее задание, чтобы передать его остальным. Несколько ехидных смешков последовало в ее адрес, но таковы были правила. На это даже было как-то неприлично обижаться, это просто часть игры, не более того. Учитель в очередной раз глянула в журнал, чтобы посмотреть кого следует спросить на следующем уроке. Либо проверить знания, либо же подтянуть по оценкам. И вновь ее глаз зацепился за клетку "Уоррен П.". Оказывается, это не первое его пропущенное занятие. Мона удивленно посмотрела из-под бровей на пустые клетки, тянущиеся уже почти месяц.

-Молли, а этот Уоррен отстранен от уроков? - произнесла девушка, постукивая ластиком от карандаша по его фамилии.

-Нет, миссис Пейдж. Просто не посещает.

-Только литературу?

-Я его давно в школе не видела, если честно. - Молли сказала это задумавшись.

-Да, почти месяц. Многовато. - Мона прищурила глаза и почесала висок карандашом. - А как он вообще? Прогульщик, хулиган?

-Да вроде нормальный. Учился неплохо тоже. Друзья у него были какие-то. Ходил на уроки, учился, ну, нормально. Мы не общались с ним особо и почему он не появляется на уроках я как-то не интересовалась. - Молли слегка покраснела. - Если честно я только сейчас заметила, что его тут нет.

-Разве так себя ведут старосты? - Мона слегка улыбнулась, взглянув на Молли из-под своей оправы. Девочка засмущалась. - Я шучу, не переживай. Ну будем надеяться все образуется. А вот задание. Передай его одноклассникам.

Девушка протянула Молли небольшой исписанный листок, и та немедленно направилась к выходу, пожелав ей хорошего дня. Первый урок прошел очень даже неплохо. Приятный класс, смышленые дети. Фриггел стал нравиться девушке ещё больше.

Мона решила проветриться, потому для этого она выбрала учительскую. Плюс свериться с расписанием не помешает, она всегда была отличницей, поэтому это было закономерно. Робко открыв дверь, девушка не увидела внутри не души. Это ее удивило, но, с другой стороны, может так даже лучше.

-Все в порядке. По крайней мере пока не было поводов звонить в полицию - из ее уст раздался неловкий смешок.

-И то верно. Не хотите кофе?

-Да, пожалуйста.

-Сливки, сахар? - Лоуренс повернулся к девушке и игриво прищурился. - Виски?

-Просто черный, пожалуйста.

-Я тоже предпочитаю пить виски отдельно.

Мона усмехнулась. На перерыве она пришла в учительскую. Здесь было мило. Мебель новая, приятный запах автоматического освежителя и кофейный автомат с целой кучей топингов. Но почему-то девушка подумала, что местные учителя не знают, как ими пользоваться, ведь их было слишком много даже для только что открывшегося Старбакса. На удивление здесь было не особо людно. Директор между делом сказал, что многие учителя проводят в одном кабинете целый день и им проще оставаться там, нежели совершать лишние передвижения. Мужчина же просто искал лишний повод проветриться и отдохнуть от бесконечных отчетов и табелей, хотя у него и была своя кофеварка в кабинете. Две теплые чашки аккуратно встали на стол. Из них шел приятный пар. Не взирая на отличия в должностях и обязанностях, между ними завязался непринуждённый диалог. Хоть это и были стандартные разговоры о том откуда ты, как тебе наш городок и тому подобные вежливые беседы, чтобы забить неловкую тишину. У Лоуренса был приятный голос, напоминающий рассказчика из детских субботних шоу, которые Пейдж смотрела в начальной школе. Возможно, это возрастная особенность у мужчин. Бархатный голос приходит вместе с залысиной и седыми прядями.

-Мистер Лоуренс, а что вы можете сказать по поводу фамилии Уоррен? - спросила Мона, глотнув из своей чашки.

-Я знаю Кевина Уоррена и у него есть сын по имени Пол. Это считается? - Лоуренс улыбнулась краем рта, а Мона лишь вспомнила клетку в журнале "Уорен П.".

-Возможно. Но лично вы его не видели?

-Ну почему же, видел. Правда я не могу до сих пор запомнить всех учеников в лицо. Хоть и стараюсь. Некоторые сорванцы пользуются этим и порой злоупотребляют. Но хорошо, что есть учителя, которые всегда на страже. – мужчина подул в чашку. Слишком горячий напиток. - Пол часто с отцом рыбачил в центре нашего озера. Или они могли болтать на причале. Сейчас Кевин вроде как в командировке. Мать, по-моему, тоже. Дырявая голова, совсем ничего не помню. А что такое?

-Я посмотрела в журнал и у него слишком много пропусков. Вот я и зацепилась почему-то. - Мона отставила кружку. Ее кофе тоже был горячим.

-Странно, я не в курсе. А насколько много?

-Почти месяц.

-Надо же. – мужчина отставил кружку и скрестил пальцы в замке у основания носа. – Чуть позже отъезда его родителей. Очень странно. Странно, что я узнаю об этом только сейчас. Его отец если что не последний человек в нашем городе. Какой-то бизнесмен, но чем конкретно он занимается я не помню. – директор вновь усмехнулся. - Их дом находится за городом. Красивый очень. Странно, что туда экскурсии не водят.

-Интересно. Очень даже. - Мона тоже успела задуматься.

-Нужно заняться этим моментом. Спасибо, мисс Пейдж. – Лоуренс ухмыльнулся и приподнял чашку, словно чокаясь со своей собеседницей. Она ответила взаимностью.

Мимоходом девушка глянула на часы и поняла, что до начала урока осталось не так много времени, а значит необходимо возвращаться в класс и приступать к работе. Но вряд ли информация о Поле Уоррене быстро ее отпустит.

Первый учебный день прошел без каких-либо нареканий или замечаний. Девушка даже слегка разочаровалась. В глубине души она ожидала какого-то буллинга и агрессии, чтобы красиво заткнуть наглецов. Но все вышло достаточно гладко и максимум, что заметила Мона так это легкий флер непонимания или незаинтересованности у некоторых учеников. Это не так страшно, поэтому работать можно. Это умозаключение было сделано, когда девушка в очередной раз решила посмотреть на озеро. Но на сей раз Мона выбрала другое место для созидания. Девушка аккуратно преодолевала неблизкий путь к пирсу, спускаясь по замерзшей бетонной лестнице. С каждым новым шагом нотки рыбных потрохов становились все явнее. Но видимо нос уже успел привыкнуть к новому аромату, поэтому лицо Пейдж не исказилось от недоумения. Однако небольшой след непонимания все же спрятался между мышц. Подошва её туфель коснулась подтаявшей слякоти из снега и осевшей пыли, а затем земля заскрипела от образовавшегося давления. Интересно, сколько лет этому пирсу? Ремонтировали ли его вообще. Девушка аккуратно проходила деревянные доски, чтобы невзначай не попасть в предательскую щель. Девушка снова оказалась в новом мире, рабочих домиков и ярких гирлянд. Рождественские атрибуты использовались для банальной подсветки, а не создания конкретного настроения. Но Мона чувствовала себя здесь иначе. Словно древняя Скандинавия открыла для нее свои двери (вставить всякую хуйню про зиму, ветер, холод). Попсово, но девушка не стыдилась этого. Ей хотелось ходить и смотреть по сторонам, настолько сильная тут была энергетика. Морозный соленый воздух разгонял кровь и заставлял думать о продуктивности. Что поделать, лучше слова тут не подобрать, пускай оно тоже попсовое. Девушка прошла пол пути и лишь на середине увидела, как прекрасно озеро под лунным светом с этого ракурса. Мягкая белая пелена растеклась по густым волнам. Нежность и мощь, поэтичное сочетание оксюморонов прямо перед глазами. Невообразимая красота предстала перед девушкой. Искренняя и живая. Но Мона сразу же отвлеклась от представшей перед ней картины. Ведь из этого всего очень выбивался один нюанс. Ребенок, стоявший у края. Она смогла рассмотреть его чуть лучше. Это точно был мальчик, судя по его технике броска камней в озеро. Да и только парни проводили досуг таким образом. Ей показалось, что это отдавало сексизмом, но девушка тут же перестала стыдиться возможного осуждения, ведь она не в твиттере. Мальчик был одет в тёмно-синий пуховик, голова спрятана за плотным капюшоном. Ничем непримечательные джинсы чуть выше зимних ботинок и беспалые перчатки. Пол Уоррен.

Ответом был полуоборот мальчика и его застывшая рука над головой, сжимавшая камень. Но Мона всё равно не смогла рассмотреть лицо Пола из-за слабого света. А может из-за зрения. Или вообще всё вместе. В любом случае он отвернулся также быстро, как и повернулся. Девушка поджала губы, она слегка возмутилась, но пыталась не показывать вид. Вышло так себе.

-Меня зовут, миссис Пейдж. Я недавно в городе, приехала в командировку. Я учитель по обмену. А ты ведь Пол Уоррен? – она кашлянула в кулак для уверенности. А может девушка медленно, но, верно, заболевала.

В этот раз парень даже не обернулся, а лишь продолжил кидать камень за камнем. После каждого броска он наблюдал за развивающимися блинчиками. Новый снаряд летел только после того, как озеро успокаивалось и готовилось принять новую порцию. Девушка заметила небольшую кучку рядом с Полом. Видимо он приносит их откуда-то ещё. Но в этот раз раздражение Моны было куда сильнее. Если бы не ее принципиальность и профессионализм, она бы позволила себе ругнуться. Возможно.

-Я веду уроки по классической английской и зарубежной литературе в твоей школе. Увидела у тебя много пропусков за последнее время. А потом мне сказали, что ты часто здесь... - Мона слегка потерялась в подборе нужного слова. – проводишь время. Вот я и решила... - она не договорила, потому что всё и так было ясно.

Реакции от Пола не последовало. Но девушке показалось, что его броски стали только сильнее и агрессивнее. Камни летели дальше, распрыскивая больше воды вокруг.

-Любишь играть в лягушек? Ну, разумеется, иначе бы тут не стоял, что это я. – девушка смущенно усмехнулась, и тут же подавила смешок в резком покашливании в кулак. – Я тоже как-то играла. На ферме у родителей. Мой папа...

-Что вам нужно? – раздался грубый детский голос.

-Оу, я просто хотела узнать, почему ты не посещаешь уроки.

-Мне плевать на школу. – Пол стал бросать камни чаще. Они перестали прыгать и просто отправлялись на дно, громко хлюпая в озере.

-Ну как это? – Мона чувствовала, как теряет контроль над ситуацией.

-Мне плевать на школу. На пропуски. И на вашу литературу мне тоже плевать. – броски стали еще быстрее и сильнее. Вскоре камни и вовсе закончились. – Так и знайте.

После этих слов, мальчик повернулся спиной к озеру. Его голова была сильно наклонена вперед, а походка быстра и уверенна. Мона при всем желании не смогла рассмотреть его лица. Но она точно уловила его печаль и злость. Трудно было этого не заметить.

-Юноша, это не просьба. – девушка старалась говорить напористее. Ей это не шло. – Я буду вынуждена сообщить вашим родителям о систематических прогулах.

-Валяйте. – ответ был похож на треск гнилой доски. Он был сухим и полым. Никаких эмоций, просто постановка перед фактом.

Девушка только и могла, что растерянно смотреть вслед уходящему парню с раскрытым ртом. Она потерянно наблюдала за тем, как тёмный силуэт растворялся в небольшом тумане. Лишь скрип причальных досок напоминал ей о существовании Пола Уоренна. Беспомощность в этой ситуации обескураживала и злила. Мона явно была раздражена, не на такой результат она рассчитывала сегодня. Она взялась массировать затвердевшие от холода скулы, чтобы немного прийти в себя и успокоиться, но всё было тщетно. Зазвонил телефон. Это снова был Питер.

-Да! – крикнула в трубку Мона.

-Мона, привет. Сделка состоялась, все получилось. – Питер говорил радостно, едва не припеваючи. – Столько времени и не зря, представляешь? Я до сих пор не верю. Мы смогли. Это... в голове не укладывается. – энтузиазм в голосе парня резко потух. Он тяжело выдохнул. – Получилось, детка. Ты слышишь меня?

Мона ничего не ответила. На ее лице застыла эмоция между шоком и злостью. Руки тряслись, нос перестал дышать, из губ в любой момент мог вырваться характерный мокрый всхлип. Но девушка нахмурила брови и начала говорить на вдохе.

-Как ты смеешь? – теперь не получалось сдерживать слезы.

-Мона... - речь Питера звучала как заготовленное извинение.

-Как ты смеешь, твою мать?! – девушка кричала, игнорируя льющиеся слезы.

-Мона. – очередная попытка образумить девушку оказалась пустым звуком. Пускай она и была более решительной.

-Что Мона?! – девушка дала парню секунду подумать над следующими словами. – Что Мона?! – она вновь начала рыдать и неловко вытирать слезы под носом. Но она продолжила кричать, как только услышала с обратной стороны какие-то звуки. – Т-ты... ты серьезно сейчас? После всего этого ты радуешься? Т-ты позволяешь себе радоваться? Т-ты... т-ты...

-Мона. – Питер стал говорить еще резче и жестче. – Я могу приехать. Мы можем поговорить.

-Иди ты в задницу, Питер! Пошел! Ты! В зад! – она начала завывать. Ее ноги подкашивались, ей хотелось упасть от бессилия. – Мне не нужен... никто... и ты... ты...

Не дожидаясь ответа, девушка нажала на кнопку сброса. Слезы затекали за воротник куртки и застывали от холода на покрасневшей коже. Вся сила вышла из нее с раздирающим криком. Но нужно ехать домой. Точнее в съемную квартиру. Это не ее дом. А есть ли он вообще? Девушка вновь отдышалась и взяв себя в руки направилась в сторону лестницы. Она шла медленно и аккуратно. Рукава вновь заменяли носовые платки. Но всхлипы так просто не отпускали учительницу. Пройдя пару шагов, Мона наконец стала четче видеть. Но не знакомая бетонная лестница привлекла ее взгляд, а торговый автомат у одного из магазинчиков на причале. Это был автомат с сигаретами. Девушка смотрела на стеклянную витрину завороженно. Глаза моментально высохли от слез и стали стеклянными. Она резко успокоилась, но тут же разозлилась вновь. Автомат принимает купюру, кремневое колесо издает характерный щелчок. Девушка садится на скамейку рядом с автоматом пока вокруг кружил плотный табачный дым. Она отвыкла от этой гадости и потому пару раз закашлялась. Но аккуратно и даже мягко. Не все смолы окончательно вышли из ее организма. Следующая затяжка была мягче. Выдыхая Мона, закрыла глаза и направила голову к небу. Холодный воздух разогрел ядовитый выхлоп. Голова опустилась на плечо от налетевшей легкости. Новая затяжка, чуть крепче предыдущей. Она бросила курить еще в колледже, но постоянно срывалась. То на вечеринке, то на свидании с курящим красавчиком, то перед сложным экзаменом. Но встретив Питера девушка поклялась завязать и бросить окончательно. Мона неплохо держалась и ни разу не выкурила сигарету за всю их совместную историю. И сейчас она снова сорвалась. На этот раз из-за Питера. Ирония. Когда ты изучаешь литературу, то волей-неволей замечаешь, как определенные тропы или стилистические фигуры преследуют человека на протяжении всей его жизни. Настала очередь иронии. Клише, чертово клише. Пепел неаккуратными кусками падал на пол. Останутся следы. Наконец девушка перестала плакать. Ей было это нужно как никогда раньше. Она слишком долго воздерживалась, рано или поздно ее бы прорвало. Сигарета перестала быть приятной, последующие затяжки горчили сильнее предыдущих. Но девушка не хотела тушить окурок. Не сейчас. Это был миг передохнуть. Возможность выдохнуть скопившуюся обиду и злость. Момент, когда она позволяла себе жить, а не терпеть. Пальцы пронзил небольшое тёплое покалывание. Папиросная бумага окончательно дотлела, начало оранжевого фильтра почернело от пламени. Запахло горелой бумагой и ватой. Девушка приоткрыла глаза и резким движением щелчка двумя пальцами отбросила уголёк в сторону. В темноте раздался мягкий шлепок. Мона облизала губы в попытке переварить все произошедшее с ней за эти насыщенные несколько минут. Затем она слегка прикусила их. Она вот-вот решится на нечто ей несвойственное. Но, возможно, сейчас это единственное, что ей остается. Тело словно пронзает электрический разряд. Подошва сапог стучит по деревянным доскам, окончательно испаряясь в тумане по направлению к лестнице. Подниматься всегда будет сложнее, особенно, когда последнее занятие фитнесом было не просто в Чикаго, а во время колледжа, чтобы закадрить того же Питера. Девушка громко выдохнула и взялась стирать пот из-под шапки. Она заметно согрелась от внезапной физкультуры. Учитывая, что ей пришлось ещё немного пройтись вдоль спящего Фриггела, это не было сюрпризом.

-Нашла подработку? – Мона обернулась на возникший из ниоткуда мужской голос. Скрыть мимолетный страх на лице у нее не получилось.

Это был Рой Трэвис. Он загружал какие-то ящики в свой старенький пикап. Автомобиль внушал ощущение мощи и решимости, пускай на нем и был виден отпечаток времени. Как и на водителе. Мужчина натянул свою шерстяную шапку по самый лоб и широко улыбался девушке.

-Привет, Рой. – Мона ответила взаимной улыбкой. – Да я просто хотела посмотреть поближе. Там так красиво.

-А я уж подумал учителя тоже решили продавать рыбные потроха втридорога. – он засмеялся. Смех был густым и звонким, как мотор газонокосилки. – Поздновато как-то.

-Никогда не поздно насладиться естественной красотой. Особенно если она тебя вдохновляет.

-Красиво звучит. – Роя явно пытался показать восхищение через эмоции на своем лице. Но это больше было похоже на алкогольную интоксикацию. – А мы тут с сестрой решили немного прибраться в баре. В итоге мы ездим туда-сюда уже четвертый раз.

-Это последний? – раздался раздраженный всхлип из уст Барни. Он медвежьей походкой вывалился из-за угла, держа в руках три ящика. От них доносился синхронный, но пустой звон.

-Да, медвежонок. Это всё. Спасибо тебе. – Элис слишком хитро улыбалась, как показалось Барни. Но хоть она наконец закрывала дверь на этот чертов склад.

-Элис, смотри кого я встретил. – выкрикнул Рой.

-Привет. – Мона вновь засмущалась по непонятной причине.

-О, привет, детка. Ты чего тут так поздно? – Элис выкатила глаза вперед от удивления.

-Она смотрела на озеро. – Рой говорил словно с какой-то насмешкой в голосе.

-Серьезно? – Элис приподняла бровь на уставшем лице.

-Да, знаешь... - девушка развела руками в поисках более конкретного оправдания, но она ничего не смогла придумать. – люблю прийти, посмотреть.

-Ну а что тебя удивляет, дорогая? У нас очень красивое озеро. И воздух тут приятный. Если не учитывать рыбу. – Барни сделал глоток из горячего термоса.

-Только рыбой там и пахнет. Для меня красивым сейчас будет телевизор, ванна для ног и пицца из микроволновки.

-То есть на ужин можно не рассчитывать? – Барни усмехнулся, закрывая термос.

-С каких пор тебе перестали нравиться полуфабрикаты? – воскликнула Элис.

-С тех самых пор, как я продаю ее на заправке. То есть с тех самых пор, как я несу домой остатки, чтобы они не пропали.

-А у тебя как день прошел, Мона? – произнес Рой с легкой грустью в голосе.

-Неплохо. Пойдет. – она кашлянула в кулак. – Вполне нормально, знаешь ли.

-Детка, может тебя подбросить? Холод собачий. – Элис натянула на голову капюшон и затянула его потуже.

Мона на автомате хотела отказаться, но словно по щелчку пальцев ее осенило, что все нужно сделать с точностью да наоборот. Но с небольшими оговорками.

-Знаешь, да... - девушка неуверенно протянула союз и начала ритмично кивать, оглядываясь вокруг. – Но мне нужно в другое место. Вы знаете, где находится дом Уорренов?

Поднялся ветер. Густые тучи скрыли звездное небо, лунный свет едва вырывался из-под кучерявого одеяла. В глубине леса был слышен звонкий вой. Глупо было отрицать наличие диких животных среди древесных крон и пышных кустов, но разве это мешало непроизвольно дергаться проходящим путникам? Особенно если ты учитель по обмену из Чикаго. Мона сидела на пассажирском сиденье рядом с Роем и завороженно смотрела на стремящуюся вперед зеленую полосу. Редкого отблеска заляпанных автомобильных фар хватало, чтобы насладиться естественной средой. Пускай ее и отгораживало асфальтовое полотно, ограненное дорожным забором.

-Пахнет сигаретами. – Элис начала принюхиваться к запаху в салоне. – Барни!

-Что? Я бросил, ты чего? – мужчина ошарашенно замотал головой.

-Рой. – воскликнула сестра в сторону своего брата.

-Только это и то не в машине. – не отвлекаясь от дороги, мужчина достал из кармана свой вейп и показательно покрутил им, давая свету от приборной панели отразиться от глянцевых деталей.

-Это я, Элис. – спокойно произнесла Мона. Ее глаза завороженно смотрели на лесную даль и редкие огни ночного Фриггела.

-Ты что куришь? – Элис явно была удивлена ответом попутчицы.

-Я бросила. Опять. Но просто сейчас... - девушка недовольно закатила глаза и перенаправила свой взгляд с пассажирского окна на лобовое стекло. – сейчас очень захотелось затянуться.

-Курила. – твердо ответила Мона. Она сделала акцент на последнем слоге, произнеся его чуть четче. – Вообще, знаешь... - девушка уставилась в кожаный потолок перед продолжением фразы. Она выбирала нужный вариант ответа. – Мне часто такое говорили. И говорят, как выяснилось. Я ведь ботанша, что скрывать. Хобби у меня нет, я всю жизнь только училась и работала. Работала и училась. Готовить не умею, спортом не занимаюсь, даже сериалы в обнимку с ведром крыльев не смотрю. Может поэтому мне порой и хочется как-то вырвать для себя кусочек обычной жизни.

-Необязательно курить или смотреть Нетфликс, чтобы быть живой. – зевнув проговорил Барни. – Я вот тоже целыми днями сижу на заправке, разгадываю кроссворды, иногда выбираюсь в бар. И то только потому, что там работает Элис.

-Я думал тебе у нас нравится. – усмехнувшись сказал Рой.

-Я вообще-то тоже. – Элис нахмурила лоб и посмотрела на супруга.

-Ну конечно нравится, что вы прицепились? – косвенное обвинение дало внезапный наплыв бодрости Барни. – Просто я к тому, что рутиной тоже можно наслаждаться. Если сделать ее комфортной. Мне нравится моя работа. Она спокойная, тихая и до жути простая. А для такого увальня как я это самое главное. И «Креветки и анчоусы» мне тоже нравятся. Там все мои друзья, моя любимая музыка и красавица-жена. И не мечтаю я о дорогих клубах или кубиках пресса. Мне хватает того, что у меня есть. Это и делает меня счастливым.

-Засчитано. – Элис слегка покраснела и нежно прижалась к Барни.

-А что, если я хочу какого-то разнообразия, но боюсь его и лишь по крупицам выдергиваю его через такие мелочи, как выкурить сигарету? Или посмотреть порнушку.

-Главное не пользоваться подписками на порно-сайтах. Самая бесполезная вещь, учитывая, что зачастую превью хватает. – невозмутимо произнес Рой.

Пассажиры с очевидным недоумением уставились на водителя. Тишина тут же начала напрягать и душить своей внезапностью.

-Что? – жалобно проговорил Рой. – Мне рассказывали. Только и всего.

-Ладно, мы больше никогда не будем об этом говорить. Никогда. – твердо воскликнула Элис. Она провела рукой по воздуху, подчеркивая слово «никогда». – Но Мона, детка, неплохо хотеть разнообразия. Может это то, что тебе подходит? Искать разнообразия и пользоваться им по кусочкам.

-Нет, Элис, я просто боюсь выйти из своего чертового кокона. От рутины ясно чего ожидать, она редко разочаровывает и не оставляет глубоких шрамов. – девушка грустно выдохнула.

-Ты поэтому к нам приехала? – Рой искоса посмотрел на девушку.

-Да. Мне нужно было передохнуть. Подумать.

-Это все из-за Питера? – Элис говорила аккуратно. Она понимала, что сейчас ступает на минное поле и любой неправильно поставленный вопрос приведет к неминуемому взрыву.

-В какой-то степени. – Мона прислонилась лбом к окну.

-Он тебе изменил? – спросил Барни и тут же получил удар в живот от своей супруги.

-Нет, тогда бы все было понятнее. Мы бы сразу развелись. Я бы сидела какое-то время в депрессии, но рано или поздно вышла из нее. Я слишком люблю свою серую и скучную жизнь, чтобы даже думать о самоубийстве, поэтому проблема не в этом.

-Тогда в чем дело? Разлюбила? – Элис чуть придвинулась к пассажирскому сиденью.

Мона откинула голову на подушку сиденья для головы и принялась рассуждать про себя. Она знала ответ на вопрос. Но ей было невероятно трудно озвучить причину. Даже невозможно. Проще прямо сейчас выпрыгнуть из автомобиля, нежели пытаться подобрать удобные слова. Правда всегда будет неудобной, как не крути.

-Он замечательный. – девушка вновь почувствовала подступающие слезы. – Он добрый, ласковый, нежный. У него есть желание заботиться обо мне. Он всегда старается ставить меня на первое место. Он... - Мона вдохнула, чтобы не дать слезам пролиться. – идеальный.

-Ты что плачешь? – Элис подвинулась еще ближе.

-Нет-нет. – Пейдж стремительно начала вытирать глаза замерзшими пальцами. – Просто глаза напряглись. Пыталась рассмотреть деревья.

Элис дала собеседнице протереть глаза и отдышаться. Неловкость и напряжение не переставало расти.

-Раз он такой прекрасный, то почему ты его оставила? – проговорила Элис и легла на плечо своего супруга.

-Мы приехали. – воскликнул Рой, указывая пальцем на лобовое стекло.

Пикап притормозил у двухэтажного коттеджа с декоративным забором по пояс из белого камня. Это был современный дом. Мона видела такие в Окленде, когда бывала там проездом. Плоская крыша, матовые серые стены, пластиковые окна с автоматическими жалюзи. На территории небольшая тропинка с подвешенными фонариками. Теплый желтый свет освещал гладкую брусчатку на пути к входной двери. Дом смотрелся инородно на фоне остального Фриггела, но на удивление органично в компании дубов и пихт. Судя по всему, семья Уорренов действительно не бедствует.

-А чем занимается Уоррен старший? – не отрывая ошеломленного взгляда от дома произнесла Мона.

-Продает запчасти для лодок. Хорошие, импортные. – слегка огорченно произнес Рой. Он устал и уже медленно начинал засыпать.

Мона утвердительно кивнула и вышла из пикапа. Она ничего не сказала, не попрощалась, не сказала, когда вернется. Дверь просто громко хлопнула, оставив пассажиров наедине друг с другом. Элис выкрикнула, что они будут ждать ее здесь, но девушка не отреагировала. Ее голова была приподнята. Она продолжала рассматривать дом Уорренов. Металлическая калитка аккуратно открывается с характерным ржавым скрипом, Мона идёт к входной двери. Она нажимает на кнопку дверного звонка и ожидает реакции от Пола.

-Я только сейчас понял. – Рой поставил машину на ручник. – Мы ж никуда не уедем сейчас.

Барни и Элис переглянулись. Затем они с недоумением посмотрели на водителя.

-Ну смотрите, машина то у нас есть. Но мы никуда не уедем без Моны. Автобусы уже не ходят. И мы будем ждать ее здесь, пока она не закончит. То есть мы, можно сказать, застряли.

-Да об этом мы как-то не подумали. – Барни медленно почесал затылок. Он прижал губы и нахмурил лоб от беспомощности в данной ситуации.

-Я даже и не думала спрашивать, если честно. Она так твердо говорила. И я прям захотела ей помочь. – до Элис также дошло осознание.

-И теперь мы расплачиваемся за нашу помощь ожиданием в холодном пикапе. Ночью. – Рой выдохнул.

В автомобиле вновь возникла тишина. Очередное мгновение, чтобы переварить действительность и патовость ситуации. Рой растерянно повернул голову в сторону и увидел, как Мона вошла в дом.

Девушку встретил большой коридор. Было темно. Вдали виднелся тусклый свет кухонных ламп. Потолки были высокими, хотя снаружи так не могло показаться. Девушка начала рыться в карманах, в поисках телефона. Все же ей нужен был фонарик.

-Что вы здесь делаете? – в темноте послышался басистый, но звонкий голос.

Он напугал гостью, и та чуть не выронила телефон. Через мгновенье на нее был направлен луч холодного света от фонарика. В ярком облаке закружились пыльные кристаллы. Пол стоял на лестнице, ведущей на второй этаж. Мона не могла его рассмотреть, но она узнала его по голосу. Пускай столь резкое появление и застало ее врасплох.

-Это я. – девушка тут же мысленно осудила себя за эту реплику. Он же не спрашивал кто это. – Дверь была открыта, но я звонила. Вот зашла и...

-Я вызову полицию. Это частная территория. – утвердительно произнес мальчик.

-Нет-нет-нет, не нужно. – Мона засуетилась. – Может включишь свет и перестанешь светить этой штукой?

-Уходите! – выкрикнул мальчик.

-Пол, я просто хочу с тобой поговорить.

-Я звоню копам!

Свет перестал светить в лицо, а начал странно мельтешить вокруг. Парень сбежал по лестнице и ринулся на кухню. Осознав возможные последствия Мона, помчалась за ним. Она пыталась разобрать что-то в темноте, но в итоге просто спонтанно прыгала из стороны в сторону, чтобы не врезаться в диван или не поскользнуться на случайной газете. Пол оббежал барную стойку в центре кухни и выхватил телефонную трубку с зарядной станции. Глаза учительницы широко раскрылись. Она выставила перед собой руку и выкрикнула: «Стой!». Парень застыл от столь пронзительной реплики. Очень вовремя, ведь ему оставалось нажать последнюю единицу в трехзначном номере.

-Пол, пожалуйста. – Мона говорила медленно и едва слышно. – Дай мне 5 минут, и я просто выйду через дверь. Не надо вызывать полицию. Я знаю, что не должна была заходить в твой дом. Но дверь была открыта. Перед этим я звонила в нее. У меня нет оружия. Или каких-то ужасных мыслей. Я просто девушка, твой учитель, и все что мне нужно – это поговорить с тобой. Больше ничего.

-Вы странная! – воскликнул мальчик.

-А ты думаешь я не заметила? – девушка не осознанно усмехнулась. – Я приехала сюда, в какую-то глушь, в незнакомом городе, чтобы поговорить с мальчиком о его пропусках в школе. Я странная, но точно не сумасшедшая.

-Что вам нужно, черт возьми? – мальчик старался говорить басом, но его голос все равно дрожал. Не столько от страха, сколько непонимания.

-Ругаться плохо. Где твои манеры?

-Вы ворвались в мой дом и будете говорить про манеры? – выкрикнул Пол с ярким возмущением.

-Перед этим я позвонила в дверь.

Пол Уоррен ничего не ответил, а лишь вопросительно покачал головой. Его лицо говорило больше, чем слова. «Ты больная». Именно это пытался донести мальчик.

-Слушай. – Мона выдохнула. – Я проделала такой путь не для того, чтобы пререкаться с тобой. Я не психолог, но все равно хочу помочь тебе.

-Мне не нужна помощь шизика, который вламывается в дом к тринадцатилетке, пока его родителей нет дома. – эта фраза была произнесена крайне без эмоционально, что задела девушку.

-Окей! – выкрикнула незваная гостья. – Хорошо! Тогда просто дай мне выговориться, пожалуйста.

-Что? – Пол протянул это слово. Он как бы пытался таким образом переварить его.

-Я пришла сюда, потому что чувствовала, что должна была. В моей жизни сейчас творится черт знает что. Ты меня совсем не знаешь и наверняка забыл бы, не ворвись я сюда в этот чертов дом. – девушка неосознанно дернулась после ругательства. – Ругаться все еще плохо. Но суть в чем: некрасиво искать утешение к себе через тебя. – ее голос стал дрожать. Она почувствовала ком в горле. — Это все равно выглядит как более изощренная, но все же форма пользования. Просто мне кажется, что я... Господи, что я делаю? – Мона схватилась руками за голову. Снова слезы.

-Мисс? – неуверенно произнес Пол.

-Все в порядке я просто... - снова рукава принялись вытирать намокшие щеки. Но она не успокоилась, поэтому это было бессмысленным занятием. – Дай мне секунду, пожалуйста.

Пол не стал дожидаться просьбы, а лишь убрал телефон в сторону и налил в стакан воды из-под крана, который он вежливо протянул учительнице. Она поблагодарила его и спросила разрешения присесть. После удовлетворительного кивка девушка уже сидела за барной стойкой, пытаясь выпить воду. Ее руки нервно тряслись. Вода ритмично бултыхалась в стакане, а от редких всхлипов на дне копошились пузырьки.

-Вы в порядке? – Пол засмущался. Он не знал, что делать.

-Да-да. Прости. Я... я передохну секунду и уйду. Я не должна была приходить, я понимаю.

-Вы пришли из-за моих пропусков?

Мона медленно кивнула. Она смотрела на стекающие ко дну стакана капли. Осталось меньше чем на глоток.

-Обычно отправляют письмо. Или звонят родителям.

-Часто прогуливаешь? – Мона сглотнула застрявший в горле ком.

-Нет. Только последние три недели. – голос Пола был грустным. Он явно стыдился.

-Я знаю. Я спрашивала у Молли. Она не сразу заметила, что тебя нет. – девушка усмехнулась. Она водила пальцем по краю стакана.

-Удивительно, что Молли вообще, что-то замечает. Как-то раз она забыла передать нам задание тригонометрии. Перед контрольной, представляете?

-И как отреагировал учитель?

-Никак. Я скинул всем инфу.

-Серьезно? – Мона удивилась. Ее глаза сильно покраснели.

-Да. Я уточнял у учителя насчет дополнительных семинаров не по теме и на всякий случай взял задание для класса.

-Тебе нравятся точные науки? – Мона явно заинтересовалась словами мальчика.

-Да, я хотел бы продолжать этим заниматься. Мне вроде неплохо дается считать, соединять, вычислять. – Пол слегка покраснел. Он сел на противоположный стул. Мальчика и девушку разделяла только барная стойка. – Вообще мне нравится учиться. У меня это получается. Ну по крайней мере мне так говорят.

-Но ты не ходишь на занятия.

-Я занимаюсь дома. Мне казалось, что будет сложно разобраться без объяснений учителей. Но вроде справляюсь. Не могу сказать, что отстаю.

-Твои родители не в курсе, как я поняла. – Мона допила несчастные остатки и отодвинула стакан в сторону.

Наступила тишина. За спиной было слышно тиканье часов. Стрелки перемещались громче привычного в ночное время суток.

-Нет. – Пол ответил очень тихо. Словно стесняясь своего ответа.

-Даже мистер Лоуренс не в курсе.

-Он часто не в курсе многих вещей. Но он хороший директор.

-Да, думаю ты прав. – девушка усмехнулась. – Они в командировке?

-Мама да. – Пол опустил голову.

-Мама? – Мона решила пропустить очевидную реплику про отца, лишь дав косвенный намек.

-Сейчас. – Пол соскочил со стула и подошел к холодильнику. Через секунду он положил перед учителем записку, написанную от руки. – Вот.

Девушка провела тыльной стороной ладони по мокрому носу. Она подвинула листок чуть ближе и начала читать. Это было письмо. Оно начиналось с более-менее официальной части, хоть и обращение было к конкретному очень близкому человеку. С каждой новой строчкой Мона чувствовала, как расстояние между автором и адресатом становится все шире. И наконец в послесловии зафиксировалась последняя мысль «Не говори Полу. Я вернусь и сам с ним поговорю.», подпись и ее расшифровка «Кевин». Учитель опешила после прочитанного, она широко раскрыла глаза и вновь перечитала текст, но более прерывисто и на скорую руку. Смысл не стал отягчающим. Отец мальчика решил развестись со своей женой и сообщил об этом в записке, перед отъездом.

-Где ты его нашел? – жалобно произнесла Мона.

-В мамином шкафчике. Я искал там батарейки для пульта. А нашел... - мальчик громко выдохнул. Девушка заметила полупрозрачный отблеск в его глазах.

-Пол... - она старалась как-то ментально приблизиться к ребенку.

-Почему он так поступил? – он лишь злобно опустил брови на веки. Девушка не нашла подходящих слов. – Почему? Он больше не любит меня?

-Нет, что ты, это к тебе никак не относится. – воскликнула Мона. Она размахивала руками, как бы отгоняя эти мысли подобно налетевшим комарам.

-Тогда почему он так сделал? – Пол сдерживался, чтобы не расплакаться перед учителем.

Мона положила руки перед собой. Она облизала губы и кивнула головой. Необходимо было настроиться для продолжения разговора.

-Любовь – это не такое простое чувство, Пол. Любовь между родителями – это тоже самое, что отношения в школе, колледже или на работе. Есть разные уровни любви. Есть любовь платоническая, есть влюбленность, есть привычка и так далее. Иногда она может перетекать из одной формы в другую причем совершенно спонтанно. Но это любовь между двумя людьми, между парой, мужем и женой, а не та любовь, что у тебя есть к твоим родителям. – она на секунду задумалась. – Ты помнишь последний раз, когда вы с отцом провели время?

-Мы опять пошли на причал. Мы кидали камни в озеро. Я рассказывал ему о новой приставке, на которую копил почти целый год. – мальчик продолжал смотреть под ноги.

-Ты заметил, что он как-то странно вел себя? -девушка подозрительно прищурилась.

Парень помотал головой по диагонали. Что-то внутри до сих не позволяло ему поднять голову.

-Вы часто были на причале? – девушка кашлянула в кулак. Кажется, вода была слишком холодной.

-Почти каждый день. Раньше мы еще рыбачили, но наша лодка сломалась, и папа не мог найти время ее починить. Мы часто копались в ней в гараже. Я даже понял в чем проблема, хотел сказать ему... - Пол начал всхлипывать. – Но потом я нашел это и...

-Пол, - ее голос был бархатным и успокаивающим. – твой папа все еще любит тебя. Ничто не может так просто заставить перестать любить свое дитя. Для своих родителей ты самый близкий человек на этом свете. Папа любит тебя. И мама любит тебя. Но они друг-другу стали чужими. Он просто испугался этого разговора и поэтому попросил миссис Уоррен не говорить тебе. Это очень сложный разговор. Но он не в коем случае не бросил тебя. Порой простые вещи сделать сложнее всего. Ему начать с тобой разговор, а тебе принять это.

-Но это мои родители! – выкрикнул Пол. Он посмотрел покрасневшими глазами на учителя. – Мои! Почему именно мои? Почему?! Это из-за меня?!

-Нет, что ты? Ни в коем случае. Я не знаю в чем именно заключалась проблема. Но точно не в тебе. Они не хотели тебя ранить. Они явно понимают, насколько тебе тяжело будет об этом узнать. Ты думаешь им просто?

-И что мне делать? – мальчик запыхался. В горле пересохло словно после марафона.

-Не подводи их. Будь готов к тяжелому разговору. Не дай проблемам погубить тебя. – Мона отвела взгляд в сторону. – Не дай проблемам погубить тебя.

-А что вы тогда тут делаете? – в голосе Уоррена послушался легкий упрек.

-Я пришла поговорить насчет твоих пропусков. – она украдкой усмехнулась.

-Почему вы приехали во Фриггел?

Этот вопрос был как разряд электрического тока. Мышцы словно атрофировались, глаза ждали момента, чтобы лопнуть. Мона растерялась. Она не могла ответить, ее хватило лишь на скупое мычание и протянутые через губы звуки.

-Вы ведь тоже не решили свою проблему. Вы выглядите так будто сбежали от нее. Еще вы сказали, что через меня как будто хотите все исправить.

-А ты и впрямь не так прост, как мне показалось. – в этот раз уже Мона опустила голову. Она ногтем нервно скоблила столешницу.

-Проблемы ведь нужно решать.

-У меня все... - Мона вдохнула. – Все намного сложнее. Мне кажется, ты не поймешь.

-Вы же сами говорите, что я не так прост.

-Черт возьми. – Мона поджала губы и сильно зажмурилась. – Ну ты понял.

-Ругаться плохо. – мальчик усмехнулся, девушка мягко кивнула на его замечание. – Почему вы приехали во Фриггел?

-У тебя кто-то курит? Ну я имею ввиду, мама или папа. – Мона с отчаянием выдала эту постыдную реплику.

-Мама иногда. На заднем дворе.

-Помниться раньше курили в основном парни. Они так казались круче. А сейчас творится черт знает что. – девушка собрала волосы в хвост и вновь вдохнула. В носу уже скопился мокрый осадок. – Ты не против если я...?

-Я вас проведу. – мальчик встал со стула и пошел в сторону выхода на веранду.

Стеклянная дверь отодвинулась в сторону. Ночной воздух немного освежил напряженную атмосферу. Мона закрыла глаза от наслаждения. Пол указал на стул рядом с небольшим столиком. На нем стояла кофейная кружка. Девушка села в плетенное кресло и вытянула ноги. Она вновь вдохнула свежий воздух. Необходимый ритуал перед тем, как начать давиться ядовитыми парами. В кармане зашуршала картонная пачка. Зажигалка трещит от прикосновения. Папиросная бумага начала трескаться от нагрева. Горячий дым проникает в горло и обжигает его стенки.

-По вам не скажешь, что курите. – произнес Пол, усевшись рядом на садовые качели.

-А по твоей маме видно? – Мона усмехнулась, стряхивая пепел. В ней до сих пор лежали заветренные фильтры.

-Нет. Ну она иногда. Крайне редко.

-Мы с твоей мамой похожи. Но курить отвратительно. Ты же не куришь? – она прищурилась при переводе взгляда на Пола.

-Нет. Меня даже от запаха воротит.

-И не начинай. Скверная штука. – она вновь затянулась. Губы причмокивали во время прикосновения с фильтром.

-Так... - Пол немного потерялся при попытке задать вопрос.

-Я помню, Пол. Дай мне секунду. Это правда очень тяжело.

-Может вам полегчает, если вы начнете?

-А знаешь... - Мона вновь сделала тягу. Очень крепкую, но при этом она не закашляла. – Да. Это верно. Верно... - девушка побледнела в одно мгновение.

Она уставилась вперед на небольшую лиственную изгородь и задний двор. Садовые гномы было натыкано по всему газону. Как же тут красиво летом. Именно такое создавалось впечатление. Свежести и солнечности. Даже ночью при минусовой температуре.

-У меня проблема с моим мужем. – Мона потушила сигарету в кружку. Девушка постаралась выдохнуть весь осевший в легких никотин. – Мы долгое время пытались завести ребенка. Это не так просто, как тебе кажется, если с тобой говорили об этом родители.

-Не говорили. – Пол застыл в эмоции между недоумением и страхом.

-Морально подготовься к этому. Но... - Мона спрятала руки подмышками. – У нас в общем получилось. – девушка улыбнулась. – Сара. Мы назвали ее Сарой. Маленький карапуз с кудряшками. Как у Питера. Но... - глаза девушка вновь засияли от подступающих слез. – Как-то раз мы ехали домой от моих родителей. Было темно. Мы ехали по шоссе. Навстречу нам ехал фургон. Я спала с Сарой и... - девушка начала всхлипывать. – Я проснулась уже одна. Ей даже годика не было, твою мать.

Вновь раздался плачь. Девушка стыдливо закрыла лицо руками и опустила голову на колени. Пол явно не был готов к такому открытию. Он смотрел как учительница плачет и просто пытался придумать, как ее утешить. Но ему было страшно двигаться. Мона тряслась и вопила, хоть и пыталась держать себя в руках.

-Ладно. – произнес мокрый голос. Она выпрямилась, но не убирала рук с лица. – И после этого мы... он работал. Много. А я просто не хотела его видеть. Из-за этих кудряшек. Чертовых кудряшек моей девочки. Поэтому я приехала сюда. Сменить обстановку. Просто отвлечься от этого дерьма. Господи, как я скучаю! – завопила девушка.

На сей раз Пол среагировал. Он набрал стакан воды на кухне и аккуратно поднес его девушке. Она поблагодарила его и сделала большой глоток. Ей нужно было немного воздуха. Лицо снова покраснело от слез. Мона задыхалась.

-Спасибо, Пол. Ты хороший мальчик. Очень. – попытки приручить голос были ничтожны. Учитель все заикалась и заикалась.

-А что стало с тем водителем? – это был опасный вопрос, но мальчик не боялся задавать его.

-Он умер. Прямо там. – она сделала новый глоток. Он был злым и быстрым. – Ни у меня ни Питера не было серьезных травм. Вывихи да царапины.

-Я сожалею о вашей утрате, мисс Пейдж. Родители не должны хоронить своих детей.

-Это сильные слова, Пол. – Мона усмехнулась. Ее смех был жутковатым, но мальчик не испугался. Он все прекрасно понимал. – Очень сильные.

-Мисс Пейдж. – Пол начала отбивать кулаки друг об друга. Он нервничал, мотал головой и слишком много запинался. Но это было лишь небольшой разминкой перед началом разговора. – Вы не должны сдаваться. Разве Сара бы хотела видеть вас такой? Разве ваша дочка, хотела бы, чтобы из-за нее родители расстались и стали чужими друг для друга. Я не знаю, как с этим справиться. Но... - голос мальчика вновь задрожал. Все-таки он сбился. – вы должны сделать это вместе. Разве вашему мужу не тяжело?

Мона откинула голову на спинку кресла и посмотрела ночное небо. Ее пленила луна в окружении ночных облаков. Это было природное спокойствие. Удивительно, такой большой монумент может держать все под контролем. Неужели она не сможет? Типичные романтизированные фантазии гуманитария.

-Прошу прощения. – Пол обернулся на внезапный голос за спиной. – Я вам не помешала?

Рядом со стеклянной дверью стояла Элис. В руке она держала телефон со включенным фонариком.

-Миссис Андерс? – удивленно протянул Пол.

-Я пока что Трэвис, золотце. Извини, что так ворвалась к тебе домой...

-Я уже привык. – Пол поджал губы и попытался улыбнуться.

-Тогда тем более, малыш. Мона, детка, тут твой телефон...

-Что случилось? – воскликнула девушка.

-Ты оставила его в машине и тебе уже несколько раз звонил Питер. Я решила может что-то важное и решила...

-Дай мне его!

Пейдж выхватила телефон из рук девушки и побежала внутрь дома. Она пролетела барную стойку, диван и еще какие-то вещи. Через мгновение его встретил свет автомобильных фар. 10 пропущенных и все от Питера. Перезвонить. Ей показалось, что гудки были куда дольше привычного.

-Алло, Мона! – Питер выкрикнул в трубку. На фоне что-то шумело.

-Питер, я ... - девушка вновь начала всхлипывать.

-Нет. Подожди. – его голос был грубее обычного. Шум на фоне куда-то испарился. – Прежде, чем ты, что-то скажешь, знай я еду во Фриггел. Точнее лечу. Я уже в аэропорте. Рейс через час. Я прилечу к вечеру.

-Питер... - жалобно протянула девушка.

-Постой! – он вновь выкрикнул. – Я знаю, что ты мне говорила. Я помню, что ты мне говорила. Но я не буду сидеть на месте. То, что случилось с Сарой это не только твое дело. Это наша общая проблема. Мы должны решить ее вместе. Я люблю тебя, Мона Пейдж! И я сделаю все, что в моих силах, чтобы мы были вместе.

-Питер! – девушка крикнула громче в этот раз. Она почувствовала, как ее муж застыл от прошлой реплики. – Я люблю тебя! Я очень сильно тебя люблю! – Мона вновь начала плакать. – Я хочу быть с тобой до конца. Прости меня... прости за все случившееся. Я просто...

-Стой. Мы поговорим обо всем завтра. Я и ты. Как и должно было быть. – его слова также ощущались мокрыми. – Я люблю тебя.

Они обменялись парой вежливых комплиментов. Она наконец улыбалась. И он тоже. Девушка поняла это по его голосу. Как же она скучала по его голосу. Столько времени девушка отказывалась от помощи. Мона поняла свою главную ошибку.

-Мисс Пейдж. – выкрикнул Пол, стоя на крыльце.

-Оу, Пит, я перезвоню, мне нужно поговорить с учеником. – она застыла в странном положении, слушая, что он ей говорит. – Долгая история. Я напишу, как буду ложиться. И я тебя люблю. До завтра. – она игриво усмехнулась, как школьница – Да, Пол. Я тебя слушаю. – произнесла учительница, вытирая слезы рукавом.

-Я бы хотел узнать задание по литературе. Чтобы не отставать по программе.

Девушка ничего не ответила, а лишь подбежала к мальчику и крепко обняла его.

-Ты очень хороший мальчик, Пол Уоррен. Ты совершаешь настоящий поступок, достойный взрослого мужчины. Я тобой горжусь.

-Надеюсь у вас все хорошо. – мальчик покраснел от нахлынувшей нежности.

-Все просто прекрасно, дорогой. Лучше не бывает. – ее улыбка сияла подобно утреннему солнцу.

-Ну раз так, то может поедем домой? Холодно до чертиков. – Элис внезапно возникла из темного дома.

-О, Элис, мне жаль...

-К черту извинения. Ох блин... - Элис посмотрела на Пола.

-Ругаться плохо. – усмехнувшись произнес мальчик.

-Только не говори маме. – Элис поманила пальцем перед лицом Пола. – Поехали давай. Видишь, что происходит?

Мона сказала еще несколько напутственных, но очень простых слов. Мальчик убедительно кивнул. Он явно усвоил сегодняшний урок. Это было нужно им обоим. Мона села в пикап, Пол закрыл дверь на ключ. Она была счастлива. Как все оказалось просто. Нужно было просто решить проблему, а не держать ее в себе. По дороге домой девушка уснула. Слишком резкий выброс адреналина. Вряд ли столько же эмоций получится выплеснуть в Чикаго. Она еще долгое время будет благодарна Фриггелю. А Сара будет благодарна маме, что она не сдалась и будет жить. Ведь жизнь хороша, только когда ты ее живешь.