16

Бетси оглушительно ржала.

Моя рука потянулась к поводьям, но они выскользнули.

Небо надо мной опрокинулось и исчезло.

Я выпала из седла назад, через круп лошади, и ударилась о землю спиной.

Потом, вспоминая это мгновение, я удивлялась, как быстро мое тело пронзила невыносимая боль и какой твердой оказалась земля.

Небо сделалось красным. Сверкающе-алым.

А потом алый цвет стал темнеть, темнеть и превратился в глубочайшую черноту

Еще не открыв глаза, я услышала стоны. Это был голос Марка.

Все еще не открывая глаз, я окликнула его. Губы мои задвигались, но никакого звука не последовало.

— О-о-о!

Опять утробный стон Марка. Он где-то рядом.

— Марк! — чудом удалось мне выговорить. Спина у меня болела. И плечи болели. И голова раскалывалась. Все болело.

— Рука… По-моему, я ее сломал, — пожаловался Марк тонким, испуганным голосом.

— Ты тоже упал? — спросила я. — Угу.

Я открыла глаза. Наконец-то я открыла глаза.

И увидела подернутое дымкой небо.

И туманное пятно. Все вокруг превратилось в бесформенное пятно.

Я смотрела на небо, стараясь опомниться.

Между мной и небом возникла рука. Она приближалась ко мне.

«Рука пугала, — подумала я, беспомощно глядя на нее. — Рука пугала хочет меня схватить».