странный волчонок

Волк осторожно высовывает нос из куста, пристально следя за альфой. К чете Чон неожиданно пришёл внук, которого, если честно, никто в этом маленьком посёлке не видел. Некогда Чоны жили в Пусане, но как только их единственный сын женился на чудесном омеге, с спокойной душой купили уютный домик в деревне у гор, окружённой лесом.

Редко наведывались к сыну, а впоследствии и к внуку в Сеул, но теперь уже взрослый альфа решил проведать своих стариков. Младший Чон давно замечал странную слежку за собой, но не проявлял любопытства. Чонгук удивлялся, как дикий волк ведёт себя так.

Хотя по сути это был скорее волчонок — худоватый, с серебристой шерстью, слабо покривленной. Альфа сдерживает смех, когда волченок дёргается и, испугавшись, убегает. Чонгук любил своих бабушку с дедом, которые всегда поддерживали его увлечение компьютерными играми и теперь he помогает им.

Спасибо тебе, Чонгук-и. Какой альфа вырос! Попей компот, - говорит бабушка, подавая ему стакан.

Ба, а кто этот волченок? - спрашивает он, выпивая сладкую жидкость.

Волк? Боже, Гуки, у нас в лесах такой живности нет! - Альфа хмурится, но решает не углубляться в тему.

Следующая встреча с волченком происходит в лесу. Старики отправили альфу за грибами, и Гук снова замечает слежку.

Выходи, я давно тебя заметил, - останавливается он, оборачиваясь на шорох кустов.

Из-за куста медленно выходит волченок, его тело словно прильнуло к земле, а в воздухе витает запах страха и интереса, да ещё и слабый, едва ощутимый привкус клубники.

Но ведь у волков нет запахов?! - проскальзывает мысль. Глаза Чонгука встречаются с неземными глазами волченка — один золотой, как солнце, другой зелёный, как трава.

Зачем ты следишь за мной?! - сердито рявкает Гук, хотя понимает, что животное не ответит. Волк грустно вскивает и, опустив мордочку, прячет её в лапках.

Даже после этого волченок не исчезает и продолжает следовать за Чонгуком, только теперь не прячется. Всё начинает меняться за неделю до полнолуния.

Pov Чонгука. Я проснулся от тихого скуления, приоткрыл окно и застыл. Возле нашего дома, рядом с кустами бабушкиных роз, лежал этот странный волченок, слегка дрожащий и терящийся об траву.

Божечки, Юнги-а, что ты тут делаешь?! - вскрикнула бабушка, появляясь в дверях в ночной сорочке.

Волк перевернулся, и вот на траве сидел юный омега, полностью обнажённый. Кудрявые волосы светились серебром под луной, а его нежная кожа сверкает. Женщина накинула на юношу плед и, уводя в дом, попрощалось с Чонгуком.

В уютной гостиной мягкий свет окутывал их, бабушка вручила юноше чашку с чаем, но тут раздался топот. Чонгук стремительно сбежал по лестнице и замер, увидев на диване маленькое, но соблазнительное чудо. Омежка радостно воскликнул:

Мой альфа!

Но ноги не выдержали, и он неуклюже пал на четвереньки перед Гуком. Все оказалось сложнее, чем представлялось. Юнги, уже достигший восемнадцати, оказался сыном вожака стаи.

Юнги чувствовал своего альфу и, увидев Чонгука, вспомнил, как на него когда-то напал волк и с тех пор он не перевоплощался.

Но теперь полнолуние. Гук-а, ты же не отдашь меня…Всё оказалось куда запутанней для Чонгука, чем казалось на первый взгляд. Во-первых, разница в возрасте между ними была, к счастью, не столь значительной, как могло показаться Чонгуку. Юнги, слава богу, уже отпраздновал восемнадцатилетие этой зимой, и шесть лет разницы с двадцати четырёхлетним Гуком перестали казаться ужасным бременем.

Однако второй факт об этой местности был поистине шокирующим: здесь обитали… чёрт возьми, оборотни, одним из которых являлся Юнги, и не просто так, а как сын вожака нашей стаи. И, безусловно, наиболее важной новостью стало то, что они были… истинными.

Юнги сразу же ощутил своего альфу, как только Чонгук прибыл в эту деревню. Оборотни мирно сосуществовали с жителями, и без труда наведывались в их дома. Волки были однолюбы и всегда добивались своего, даже если речь шла об омегах. Вот и Мин взял всё в свои лапы и начал наблюдать за Гуком.

На вопрос Чона, почему тот не обратился к нему для знакомства, Юнги раскраснелся, как спелая клубника.

— До восьми лет всё было нормально, пока на меня не напал волк. С тех пор я не перевоплощался, но ближайшее полнолуние и присутствие истинного альфы пробуждают меня. Гук, ты же не отдашь...отцу, ты принимаешь меня  своего омегу? — шептал омега, сдерживая слёзы и глядя на альфу.

Чонгук потянулся и, ещё находясь в полудрёме, улыбнулся, чувствуя, как тёплый и любимый Юн-и прижимается к его боку. Этот год принёс им немало испытаний. Во-первых, Чонгук украл Юнги. Они оба знали, что вожак не отпустил бы своего сына с простым человеком в город, но любовь между Чонгуком и Юнги уже окрепла.

Следовали реабилитация Мина, первая течка Юнги, их свадьба и, пожалуй, самое радостное событие — беременность Юна.

— Ммм, Гука, — счастливо улыбнулся омега, прижимаясь к своему мужу. — Как ты, солнце?

Гук поцеловал Юнги в щёку, и в его глазах заиграло море счастья от мягкости и взъерошенности любимого.

— Юни, не бегай так! — воскликнул в панике Чон, наблюдая, как маленький серый волк с округлым животиком колеся по склону.

Через страх они отправились в деревню к старикам Чон. Как только прибыли, Юнги стремительно превратился в волка.

— Юн-и, аккуратнее! — вскрикнул Чонгук, едва успев увернуться от нападающего волка.

Юнги, услышав крик, быстро подоспел, приручив ситуацию.

Два дня спустя на свет появились два чудесных волчонка — маленький альфочка с серебристыми волосами и омега с тёмными. Мистер Мин простил Чонгука, и впереди их ждало множество радостей и приключений.

Юнги, гордый отец, осторожно прижал волчонка к себе, чувствуя тепло его шерсти. Он посмотрел на Чонгука, и в их взглядах читалось счастье и надежда. «Что если мы дадим им имена?» — предложил он, его голос звучал трепетно. Чонгук кивнул, сердце наполнилось радостью от этой простой идеи. «Как насчет Хан и Соль?» — произнес он, обнимая их с легкостью, как если бы держал мир в своих руках.

Дни летели быстро, наполненные смехом, игрой и маленькими радостями. Чонгук и Юнги стали не только родителями, но и настоящей семьей, где каждый объятие согревало в холодные вечера. Они много времени проводили в лесу, обучая своих детей охоте и выживанию, показывая им тайные уголки их мира.

Однажды, сидя у костра под звездами, Юнги вспомнил о том, как они начинали, когда все казалось невозможным. Чонгук, увидев его задумчивый взгляд, тихо прошептал: «Мы справились, Юни. Мы создали свою счастье». Слова отозвались в глубине его сердца, и они понимали, что впереди их ждет ещё много замечательных моментов.Юнги посмотрел на пламя костра, вспоминая все испытания и сложности, через которые они прошли. Каждый шаг, каждое решённое препятствие сделало их связь только крепче. «Хан и Соль растут такими любознательными», — сказал он с улыбкой, глядя на детей, которые весело играли у его ног. В их глазах читалась надежда на новые приключения, они были полны энергии и ожидания.

Чонгук кивнул, его сердце переполняли гордость и нежность. «Ты знаешь, мне кажется, они стали частью нас. Их будущие пути зависят от того, как мы их воспитаем», — добавил он, бросая взгляд на спящих волчат. Ночь окутала их тишиной, и только шорохи леса нарушали покой.

Юнги повернулся к Чонгуку и тихо сказал: «Каждый момент с ними — это подарок. Давай всегда помнить об этом». Чонгук обнял его, и в этот момент они оба осознали, что счастье — это не просто отсутствие боли, а умение ценить каждый миг, проведённый вместе. В их мире, полном непредсказуемости, этот момент был надежным якорем, связывающим их сердца навсегда.

Конец