Глава 15. Юлия

Мы подъезжаем к дому Данила. Я начинаю мелко дрожать от волнения и предвкушения. Мы оба соскучились. Дико. Понимаю, что он набросится на меня в лифте. Снова. Жду этого, представляю и чувствую, что краснею. Мы идем к лифтам, держась за руки. Даня привычно переплел наши пальцы. Он так счастливо улыбается, и я улыбаюсь в ответ. Мчим на 23 этаж. Милохин пока держится. Выходим на площадку, подходим к квартире, заходим. И взрыв!

Даня жадно впивается в мои губы. Стону от удовольствия. Скидываем обувь, вещи по пути к лестнице.

Смеемся, когда спотыкаемся о различные преграды. На второй этаж поднимаемся уже голые.

Даня подхватывает меня на руки, быстрым шагом идет к своей комнате, опускает меня на кровать, склоняется надо мной и зависает на мгновение.

— Что? — смущаюсь я от его пронзительного взгляда.

— Ты у меня такая красивая, — тихо говорит он и начинает покрывать мое тело поцелуями.

Он такой нежный… Я не ожидала. Думала, сейчас в порыве страсти сразу перейдет к делу, но нет. Даня растягивает удовольствие, доводит своими ласками до безумия. Кожа горит под его ладонями, низ живота стянуло от дикого желания, сил больше нет терпеть его сладкие пытки. Всхлипываю, притягиваю его к себе, нежно целую. Плавный толчок, и меня окунает в океан удовольствия. Он движется медленно, но так чувственно. Сейчас мы не сексом занимаемся. Мы занимаемся любовью. Каждым поцелуем, каждым движением Данил демонстрирует мне свои чувства. Глажу его спину, шею, плечи. В конце он ускоряет толчки.

Взрываемся одновременно.

— Люблю тебя, — шепчет Даня мне на ухо.

— Люблю, — отзываюсь я, чувствуя, как слезы текут из глаз.

— Я был настолько хорош, что ты заплакала от счастья? — тихо смеется Милохин. Легко бью его кулачком в грудь.

— Ты был на высоте, — все же говорю ему. Он широко улыбается.

— Тогда предлагаю повторить.

Меня резко поворачивают на живот, приподнимают таз. Толчок, и я вскрикиваю от удовольствия.

Нежность осталась позади. Сейчас нами овладевает страсть. Даня не щадит меня. Теперь доказывает, как соскучился…

Спустя пару часов, мы обессиленные, но счастливые лежим на кровати. Я слушаю размеренное биение его сердца, вожу пальчиком по его животу.

Даня не шевелится. Наслаждается моими прикосновениями.

— Ты удачно съездил? — спрашиваю я.

— Да, вполне. Выполнил поручение отца, со своими партнерами встретился. Времени зря не терял. Правда, практически не спал эти дни.

— Это хорошо. Я тоже использовала время с пользой. Понимала, что ты меня снова украдешь, поэтому заранее готовилась на завтра. Да и доклады надо было писать.

— Опять? — удивляется парень.

— Не опять, а снова, — смеюсь я.

Он пока не может привыкнуть к моей адской нагрузке по занятиям. Ничего, осталось не так уж и много. Чуть больше полугода. Я пройду аккредитацию и сразу подам документы на ординатуру.

От своей мечты отступать не намерена. Конечно, подготовка к экзаменам отнимет мое время с любимым, но мы потом все наверстаем. Впереди будет лето…

— Как там Эля с Вовой? — спрашивает Даня. — Она его не прибила?

— Нет. Она его игнорирует. На шаг к себе не подпускает. Не может простить, что так поступил подло.

— Ее понять можно.

— Можно. И я иногда между двух огней. И с ней хочется пообщаться, и с Вовой. Вова, как никак, мой лучший друг. Я с ним много лет общаюсь, а с Элей мы недавно сблизились. Из женской солидарности мне хочется ее поддержать. Да даже чисто по-человечески ее жалко. Вдруг с ней что-то бы случилось. Хорошо, что Матвей ее к себе забрал!

— А про Мэта она ничего не говорит?

— Нет.

— Он ее поцеловал.

— Серьезно? — я даже подскакиваю на кровати. Даня смеется.

— Мы созванивались, когда я был в Лондоне. Он сказал, что урвал поцелуй за спасение, но потом получил по лицу.

— Мамочки… Вот Элька, партизан.

— Мэт настроен ее завоевать. Шансов у твоей подруги мало.

— Ну, Матвей симпатичный, если говорить объективно. Но Эля не из тех девочек, что ведутся на внешность и деньги. Этим Матвею ее не пронять.

— Поверь, этот парень может быть весьма очаровательным. Вот посмотришь, они еще будут вместе.

— Посмотрим, — соглашаюсь я. Я буду только рада за подругу. А вот Вова сам прошляпил свое счастье. Пусть сначала нагуляется, а потом уже к хорошим девочкам свои яйца подкатывает.

— Я, если честно, проголодался, — говорит Даня. — Давай, закажем пиццу. Давно ее не ел.

— О, я не против. Заказывай сразу две.

— Хорошо.

Пока я принимаю душ, Данил делает заказ. Я собираю наши вещи, складываю пока на диване.

Сама облачаюсь в футболку любимого. Она пропитана его запахом. Иду на кухню, чтобы приготовить тарелки и стаканы.

Раздается звонок в дверь. Я смотрю на время. Неужели так быстро приготовили пиццу? Удивительно. Но нам даже лучше. Мы оба голодные. Открываю дверь и замираю. На пороге стоит эффектная брюнетка. На ней теплый спортивный костюм, белые кеды. Позади девушки вижу три огромных чемодана. Она смеряет меня презрительным взглядом.

— Вы, наверное, ошиблись дверью, — говорю я.

— Я не ошиблась, деточка, — отвечает она и отталкивает меня в сторону. Осматривается по сторонам. — Где Данил?

— А вы кто? — прямо спрашиваю я.

От ее надменного взгляда меня пробирает дрожь. В груди рождается нехорошее предчувствие.

— Я? А ты новая прислуга, раз спрашиваешь такие глупости?

— Я не прислуга!

— Ну да, ну да. Я — Алла, невеста Дани. Позволь ответить, какого черта на тебе его футболка? Пока я была в Лондоне, решила согреть его постель?

— Малыш, это доставка? — доносится сверху голос Милохина. А я стою внизу, как оплеванная. Не могу ничего сказать.

— Малыш? — выплевывает Алла. — Ах ты, сучка мелкая.

Даня в этот момент спускается и видит нас в коридоре. Застывает на месте. Я почти не вижу его через пелену слез. Как так? У него есть невеста? Тогда я зачем? Зачем эти слова о любви?

— А ты что здесь делаешь? — обращается он к Алле.

— Как что? — хихикает она. — Раз ты не встретил меня в аэропорту, я приехала сама. А ты я так понимаю, решил гульнуть перед свадьбой? Сначала эскортница в Лондоне, теперь прислуга тут.

— Какая свадьба? — орет Данил. А меня ее слова разрывают на куски. Эскортница в Лондоне, свадьба. Вот, значит, как он скучал?

— Я не прислуга! — кричу я. Алла снова смотрит на меня с презрением.

— А выглядишь и ведешь себя соответствующе, — спокойно отвечает она. Достает мобильный, набирает чей-то номер. Протягивает телефон Дане. — С тобой хотят поговорить. А ты сними, наконец, одежду моего жениха. Или у тебя своей нет?

Я срываюсь с места. Бегу в гостиную. Зло срываю с себя футболку, бросаю на пол. Быстро натягиваю нижнее белье, джинсы, свитер. Поздно замечаю у окна Данила. Он стоит спиной ко мне. Слышу только отрывки его разговора.

— Не смей! Какие наследники? Рано об этом говорить.

Закрываю рот рукой, чтобы он не услышал мой всхлип. Тихо выхожу в коридор. Под насмешливым взглядом Аллы обуваюсь и надеваю куртку. Уже хочу выйти из квартиры, но она хватает меня за локоть.

— Не торопись, деточка. Даня попрощается.

Смотрю в ее глаза и понимаю, что она пришла сюда не только для того, чтобы рассказать правду. Ее основная цель — унизить меня, растоптать, показать на мое место.

Такие парни, как Данил, не выбирают таких, как я. Им нужны эффектные девушки вроде Аллы, чтобы не стыдно было в люди выйти.

Это так унизительно сейчас стоять рядом с невестой Данила, ждать, пока он придет и самолично укажет мне на дверь. Я услышала достаточно. Он готовится к свадьбе с этой куклой. Не могу никак понять, зачем он связался со мной? Зачем признавался в любви, если уже успел затащить в постель? Это так сейчас развлекаются мажоры? Опускаю голову, чтобы не встречаться взглядом с Аллой.

Сердце разрывается от боли. Зло вытираю слезы. Не позволю унизить себя еще больше. Гордо поднимаю голову, когда к нам идет Даня. Все понимаю по его взгляду.

— Твоя комната на втором этаже, дверь вторая справа, — обращается к Алле. Она довольно улыбается, протягивает руку за телефоном.

— С чемоданами поможешь?

— Сейчас занесу.

Алла хмыкает, снова смеряет меня высокомерным взглядом и идет к лестнице.

— Долго не задерживайся, любимый. Нам предстоит разговор. Столько всего нужно успеть! Начнем с выбора ресторана для церемонии…

Алла кричит это уже с лестницы. Данил морщится, как от зубной боли. Но мне больнее. Мне мое сердце вырвали без наркоза и растоптали.

— У меня ничего не было с эскортницей, — тихо говорит Данил. Я хмыкаю. Не верю ему.

Ни одному слову больше не верю.

— Ты не должен передо мной оправдываться. Для этого у тебя есть невеста, — горько улыбаясь, говорю я. Он делает ко мне шаг, но я отступаю, поднимаю руки вверх в защитном жесте. Я не позволю к себе прикоснуться. — Не подходи ко мне.

— Малыш…

— Нет, — обрываю его я, — не смей! Не смей меня так называть!

— Мы с тобой поговорим позже. Однажды я все объясню, — говорит Милохин, а я начинаю истерично смеяться.

— Никаких «мы», Милохин. «Однажды» тоже не будет. Нам не о чем разговаривать. Я тебе больше не верю. Ты убил мое доверие. Ты — лжец! Боже, как это все унизительно. Меня как будто говном облили.

— Юля… — он снова тянет ко мне руку, но я уворачиваюсь.

— Иди к ней, а меня забудь. Забудь меня и исчезни из моей жизни.

Прошу напоследок и выбегаю из квартиры. Он не идет следом, к моему счастью. Спускаюсь на лифте на первый этаж, прохожу шикарный холл. Подъездом это место язык не поворачивается назвать. Выхожу на улицу. Ливень. Отлично… Погода полностью соответствует моему душевному состоянию. Выхожу под холодные струи дождя. Промокаю насквозь спустя десять секунд. Иду к остановке, которую видела из машины. Почти сразу подъезжает троллейбус. Хоть в чем-то везет. Пару остановок до метро, 4 станции, и я дома.

В голове пустота. В сердце дыра. Я не знаю, как быть дальше. Я не знаю, что делать без Милохина. Его предательство простить не смогу. Видеть его счастливым с другой будет тем еще испытанием. Уехать? Поступить на ординатуру в другой ВУЗ. А как это объяснить бабушке?

Не замечаю, как оказываюсь у подъезда своего дома. Вздрагиваю от звонка мобильного. Делаю себе мысленную пометку заблокировать номер Милохина и удалить к чертовой матери. Хорошо, что у нас ни одной фотографии нет совместной, никаких напоминаний о счастливом прошлом. Звонит Матвей. Даже примерно догадываюсь, о чем пойдет речь.

— Юля, — выдыхает он, — думал, что не ответишь.

— С чего бы это? Я не верю в утверждение: «скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты». Вы мне плохого ничего не сделали. Я так понимаю, звонок по поводу моей дальнейшей работы в клубе? Я пойму, если…

— Клуб принадлежит мне, ты работаешь на меня. Если тебе нужны деньги и практика по кройке и шитью, то я готов продолжать наше сотрудничество.

— Он приказал меня уволить? — прямо спрашиваю я.

— Просил, — честно отвечает Матвей.

— А вы?

— На хуй послал. Я не мешаю работу и личное. Пересекаться вы не будете.

— Хорошо. Я буду работать дальше, но по окончанию второго семестра мы попрощаемся.

— Да, я понимаю. Там экзамены, аккредитация, поступление в ординатуру. Нужно готовиться.

— Откуда такая осведомленность? — интересуюсь я.

— Эх, запал я на одну девушку, а она — студентка меда. Изучаю информацию, чтобы не быть идиотом рядом с ней.

— Не давите сильно, она закроется. Она ценит искренность и заботу. Не бросайтесь деньгами. Они у нее самой есть.

— Спасибо, Юля.

— До встречи.

Прощаюсь и захожу домой. Бабушка охает, увидев меня мокрую насквозь. Начинает сама стягивать с меня куртку, одежду, толкает в ванную комнату.

— Что ж тебя Данил в ливень такой не привез? — спрашивает она.

— Он занят.

— Вы поругались, что ли?

— Мы расстались, бабушка. У него есть невеста.

— Как так-то? Он обманывал тебя все это время?

— Да, поэтому я прошу тебя о нем больше не вспоминать. Хорошо?

— Да-да, — шепчет бабушка, держась за сердце. А ведь Даня ей так понравился, хоть и на бандита похож.

Скрываюсь в ванной комнате. Стою под горячим душем около 10 минут, согреваюсь. Телу становится тепло и уютно, а вот на душе лютые морозы и пурга.

Интересно, я когда-нибудь смогу забыть его? Что я думала раньше, вспоминая мамины наставления?

Что буду с теплом вспоминать наши отношения с Данилом, если они вдруг закончатся расставанием? Дура наивная. Наши отношения оказались сплошным обманом.

Воспоминания о них ничего, кроме боли, не принесут.

Захожу в свою комнату и замираю. Сколько здесь моих любимых пионовых роз? Слышу позади тихие бабушкины шаги. Она обнимает меня со спины.

— Можем их раздать соседям или выкинуть, — предлагает она.

— Цветы не виноваты, что их даритель оказался мудаком, — с грустной улыбкой говорю я. — Они красивые очень. Пусть стоят. Надеюсь, вместе с ними завянут и мои чувства к Данилу…

______________________________________

Звездочки)

Люблю❤️