Дождь 9. Способный смыть кровь и истину

Когда сэр Джиас скрылся за дверьми, Эстер продолжила смотреть на них. Мысль, что он оставил ее наедине хоть и с бывшим, но королем, никак не желала укладываться в голове.

- Интересно, - подал голос господин Дейл, - что-нибудь изменилось бы, оставь мой сын Корону до того, как ситуация достигла критической точки? Возможно, тогда бы его преступление никогда бы не раскрылось...

Эстер не знала, что именно тот имеет в виду: думает ли о том, как мог защитить своего сына или рассуждает отвлечённо. Но она не спешила переубеждать.

- Его преступление все равно бы раскрылось, - уверенно заявила она. – Даже если бы Бэледейл третий к тому времени уже не был королем, это не имеет значения. Тень несёт правосудие для всех, независимо от их статуса и положения.

«Если меня обвинят в том, что я нагрубила представителю королевской крови, знайте, сэр Джиас, что я защищала идеалы Тени,» - слезно подумала она, осознавая, кому и что сказала. Не говоря уже о том, что это можно интерпретировать, как угрозу...

- Вероятно, - не стал спорить господин Дейл, и она выдохнула. Правда, этот выдох не сильно помог – она все ещё была крайне напряжена. – Знаете, я ведь был там в тот день, когда моего сына вывели на чистую воду и вынудили отречься от престола, вместо того, чтобы казнить. Глори пригласил меня за два месяца до этого дня, а я даже не понял, что это было спланировано. Именно этого и стоило ожидать, а я все равно не понял... Видимо, глупость сын унаследовал от меня. Неудивительно, что Глори довольно быстро попросил меня оставить Корону.

- ...Простите? – Эстер думала, что ей послышалось. Господин Дейл бормотал под нос, ей наверняка послышалось!

- Раз Вы здесь, значит, Глори доверяет Вам, - хоть пожилой монарх и смотрел на нее, обращался будто к кому-то другому. – Это значит, что Вы как минимум догадываетесь, кто он такой, и с каких времён начал путь. В королевской семье из поколения в поколение передается секрет, можно сказать, совет от отца к сыну: если Джиас Глори намекает тебе оставить Корону... ее лучше оставить. Реши он, что ты не достоин трона, ты все равно его покинешь, а вот как именно – уже вопрос, - он вдруг усмехнулся. – В народе думают, что ноша Короны так тяжела, что всякий монарх отдает ее добровольно. Это не так. Мало кто на самом деле возжелает отдать престол по доброй воле... Но я рад, что сделал это, и теперь Глори навещает меня как своего друга, а не врага. А вот мой сын был не так дальновиден. За столько лет он так и не понял, что если кого и не стоит злить, так это Тень. Даже не гвардию Света... Да что там гвардия Света! Великие Мастера тянут Авалон вверх, но не упасть вниз королевству помогает именно гвардия Тени. И пока правители это понимают, страна будет процветать, - он взял свой бокал и вдруг поднял его вверх, с улыбкой взглянув на Эстер. – За тех, кто даже вступив в тень и отвернувшись от света, продолжает идти путём света, а не тьмы.

Эстер улыбнулась и подняла свой бокал в ответ. Чистый звон, мелькнувший вскоре в зале, ознаменовал не только разрядившуюся обстановку, но редкое поднятие духа Эстер.

Когда господин Дейл говорил, в её душе бушевала целая буря эмоций. Даже когда думаешь о чём-то, строишь догадки подозреваешь – это не одно и то же, что услышать прямое подтверждение. Эстер не знала, что побудило бывшего монарха к такой откровенности: нежелание держать всё в себе, уникальные отношение к гвардии Тени или какой-то план. Но своими словами он не только раскрывал страшные тайны – он показывал тем самым свое безоговорочное доверие к Тени. И, честно говоря, Эстер ещё никогда не была так рада быть её частью, как сейчас.

Хоть господин Дейл и роптовал на собственную глупость, он отнюдь не был глуп.

До возвращения сэра Джиаса обстановка в корне изменилась, и теперь диалог шёл легче. Она узнала, что господин Дейл ненавидит Денто, как и большая часть тех, кто знаком с сэром Джиасом. Но, что самое главное, она узнала ещё одну тайну. Она узнала, что такое «Ражные лапидемы»!

Как выяснилось, не только в Тени пытались собрать коллекцию «загадочных любимых блюд сэра Джиаса», и тема эта оказалась такой занятной, что привела к тому, что Эстер и Бэледейл второй, бывший монарх королевства, говорили как старые приятели. Воистину, жизнь – очень неожиданная штука.

В ответ на раскрытие такой тайны Эстер пришлось поделиться рецептом Арварохской шуйшы под соусом Крок. И того: оставалось лишь выяснить рецепт камры, и коллекцию можно считать завершённой. Идея преподнести сэру Джиасу все три блюда на какой-нибудь день рождения уже не казалась такое уж невыполнимой.

Когда сэр Джиас вернулся в зал, они мирно говорили о звёздах.

- ...И тогда моя мать, поражённая точностью предсказания, вынудила короля присудить Застре звание Великого Мастера Астрологии...

- Я смотрю, вы быстро нашли общий язык, - оценил сэр Джиас, приближаясь. Кажется, он всё же был удивлён. Вместе с тем долго удивляться он не мог, потому что его явно заботил и другой вопрос, на порядок важнее.

- Мне не удалось поймать его на лжи, - хмурясь, сообщил он, опускаясь на своё место. - Но при этом он был так напуган, будто опасался, что совершил преступление во сне, и теперь, хоть и не помнит этого, понесёт наказание. Чушь какая. Он не похож на рецидивиста, но не мог же граф Джейран за минувшие десять лет найти себе нового господина.

- Вполне мог, - с долей удивления произнесла Эстер, осознавая. – Сэр Джиас, если бывший король ещё здесь, в этом замке, значит он не отправился на встречу с графом Джейраном. Значит, его господин – вовсе не бывший король.

Конечно, это они так решили, что граф устраивал встречу именно со своим господином, но это не было обычной догадкой. Если два гвардейца Тени утверждают так, вероятнее всего так оно и есть. Даже если Эстер ошиблась, сэр Джиас точно не мог ошибиться в этом. Однако, они оба ошиблись в том, что убийцей живого мертвеца является именно король. Хотя, с другой стороны, они не предчувствовали это, а пришли к такому выводу посредством логических рассуждений. Что за мир, в котором логика и здравый смысл уступают предчувствиям?!

- В таком случае, нам действительно не остаётся ничего иного, кроме как прижать к стенке самого графа Джейрана, - без эмоций заметил сэр Джиас, предпочитая не замечать то облегчение, которая мелькнула на лице господина Дейла, когда выяснилось, что его сын невиновен.

На ночлег им выделили пару тех спален, которых наверняка было немало в этом огромном здании. Эстер уже даже немного привыкла к подобной обстановке. Поскольку её дом был спроектирован не много, не мало, по королевским стандартам, в таком окружении она чувствовала себя как дома.

За окном снова шёл ливень, но на фоне черноты ночи это было почти незаметно. Эстер сидела на воистину огромном подоконнике, подобрав под себя ноги, и мягко поглаживала дремавшего фамильяра, глядя в окно.

- Принцесса, ты ещё не спишь? – послышалось из-за двери. Хотя не было необходимости спрашивать, когда даже с коридора было видно, что свет в комнате ещё не погас.

- Нет, сэр Джиас, входите, - она опустила ноги с подоконника, но замешкалась, как бы встать так, чтобы не разбудить Пульпу.

- Я принёс тебе горячий шоколад, - улыбнулся шеф, входя в комнату. – В такую погоду нужно пить что-то горячее, чтобы не заболеть.

Сэр Джиас немного обновился, и, хоть видеть его в чёрной шёлковой рубашке было довольно необычно, она радовалась, что он больше не выглядел покоцанным. Эстер с благодарностью приняла чашку. хоть пить горячий шоколад на ночь не казалось хорошей идеей, отказаться она просто не могла.

- Он с корицей, - улыбнулась она, втянув носом горячий пряный запах. На улице сэра Джиаса появилось озадаченное выражение.

- Откуда знаешь? Запах шоколада должен перебивать корицу.

- Ну, я... неплохо различаю запахи, - с улыбкой повела плечами она. – Мне кажется, этим навыкам владеют все, кто изучал алхимию вне базового курса.

- Так тебе всё-таки интересна алхимия? Я не знал, - сэр Джиас присел неподалёку с таким видом, будто ему крайне интересно, и уходить он не собирается.

- Я планировала изначально идти в Семилистник, - сказала она, глядя в чашку. – Вместе с Феу... Семья не очень хотела меня отпускать, ведь столица достаточно далеко от моего родного города, так что мы не то что видеться, посылать письма могли бы не каждый день. Ещё, конечно, подливало масло в огонь то, что мой брат тоже хотел уехать – он планировал покорять Аметист... Это Лирейн должен был быть в Аметисте, а не я, - горько заметила она. – Не я или... по крайней мере, не Лейси.

- Ты считаешь, что она заняла место твоего брата? – уточнил сэр Джиас спокойнее, чем она ожидала.

Она покачала головой:

- Нет, я так не думаю, но... она бы даже не успела на экзамен, если бы не прибилась к нашей повозке, где пустовало его уже давно оплаченное место. Не могу об этом не думать.

Она позволила себе на пару секунд погрузиться в воспоминания о брате и тихо проговорила:

- Знаете, мы часто говорили о будущем и даже мечтали, что, попав в свои гвардии, будем так хороши, что... нас заметят и позовут в гвардию Тени.

«Я... так тоскую. Мне так жаль и так стыдно. Если бы я только могла все исправить...»

- Принцесса, - она даже не заметила, как сэр Джиас приблизился, пока он не присел на корточки, чтобы заглянуть в ее лицо. На его губах была теплая успокаивающая улыбка. – Я обещаю, что мы обязательно их найдем. Где бы они ни были.

Она очень долго смотрела на него, после чего медленно спросила:

- Вы говорили, что у Вас абсолютно точно нет никаких родственников. Если не секрет..?

Его улыбка стала грустной:

- Нет, не секрет. Оба моих родителя были единственными детьми в своих семьях, поэтому дядюшек и тётушек у меня никогда не было. Сами они погибли, когда мне было пятнадцать. Ничего необычного в их гибели не было: проезжали через лес, наткнулись на разбойников; лошади испугались оружия и понеслись, что есть мочи. Был дождь, поэтому карету занесло... Такое случается. И ничьей вины здесь нет.

Хоть он и говорил так, будто давным-давно смирился, Эстер совершенно не верила, что такое мудрое осознание пришло к нему сразу.

- И что было потом? – осторожно спросила она. Мужчина перевел взгляд куда-то вбок.

- ...Потом я захотел стать сильнее.

Он резко вдохнул и поднялся, возвращая на лицо привычную улыбку:

- Нам завтра уезжать, так что нужно хорошенько выспаться. Мирной ночи, принцесса.

- ...Мирной ночи, сэр Джиас.

Возможно, ей тоже стоит стать сильнее.

***

Дождь не переставал лить даже на следующее утро. Эстер и сэр Джиас покинули замок Рул довольно рано, но к тому моменту, как они прибыли в Ройс с кортежем господина Дейла, небо не стал ни на йоту светлее. Всю дорогу домой незабвенный лидер Тени травил смешные байки о былых королях Авалона, не вдаваясь в подробности о том, откуда вообще их знает, так что, несмотря на погоду, поездка выдалась веселой.

Но смеяться расхотелось почти сразу, как они вернулись в гвардию.

- Граф Джейран исчез, - сообщил Нимруилли серьезно, через секунду после того, как они переступили порог. – Когда мы пришли с арестом, его уже не было в особняке, и никто не может сказать, где он. Все его вещи на месте, гвардейцы Аметиста и Обсидиана прочесывают город, но пока безрезультатно.

Эстер не могла объяснить, почему, но ее крайне удивил такой четкий и безукоризненный отчёт из уст Шейнуса. Не говоря уже о том, что не совсем понятно, когда именно сэр Джиас успел отдать распоряжение об аресте.

- А сын графа? – спросила она даже прежде, чем сэр Джиас успел открыть рот.

- Мы его задержали. Не в тюрьму, конечно, - как-то неловко добавил эльф. Всё-таки аристократический статус давал сыну графа Джейрана много преимуществ. – Сейчас он в Аметисте под присмотром особенно отбитых гвардейцев.

Почему-то Эстер подумала на Кайроса.

- Вы допросили его? – спросила она, осторожно взглянув на до сих пор молчаливого шефа. Он глубоко о чем-то задумался.

- Допросили бы, если бы знали, о чем, - пожал плечами Шейнус и нахмурился. – Это ещё не всё. Кажется, Эрмегрид и господин Лемар наткнулись на живого мертвеца...

«Он все ещё в черте города, - осознала Эстер. – Значит, мы были правы, и Бэледейл III – вовсе не тот преступник, которого мы ищем!»

- Они его остановили? – нахмурился сэр Джиас. Эстер удивилась: конечно, она не знала наверняка, но по ее мнению сэр Гримм и Эрмегрид, работая в команде, представляли собой ужасающий дуэт. Причем именно ужасающий, а не ужасный, как в случае Шейнуса и Бранини.

- Боюсь, - эльф взглянул на босса почти виновато, - это живой мертвец остановил их.

Лица Эстер и сэра Джиаса вытянулись.

- Где они? – резко спросил он.

- В лекарством доме, где лежал Феу, когда был в коме... и я не уверен, что они скоро оттуда выйдут.

Эстер не запомнила, как они добрались до нужного места. Как только они влетели в здание, их тут же узнали несколько лекарей и чересчур неспешно подошли, чтобы доложить ситуацию. Их монотонные голоса говорили такие страшные вещи, что у Эстер закружилась голова: открытые раны, многочисленные переломы, внутреннее кровотечение... Они живы вообще, с такими-то ранами?! Как они вообще умудрились проиграть всего одному живому мертвецу, который уже наполовину сгнил?

- Великий Мастер Врачевания здесь? – зацепился за одну из фраз сэр Джиас. – С этого надо было начинать! Ведите его сюда.

Эстер не взялась бы утверждать, но, кажется, шеф тоже мало что понял из того, что говорили лекари. Сама она уяснила разве что то, что дело очень и очень плохо. Ее пальцы заледенели до такой степени, что едва чувствовались, а сама она наверняка больше напоминала призрак по своей бледности. Когда к ним подошёл пожилой Великий Мастер, она впала в ещё большее отчаяние. Его речь наверняка будет ещё более непонятной, так почему сэр Джиас так воодушевился?

- В каком они состоянии? – тут же спросил босс.

Мастер неспешно отпил что-то из небольшой глиняной чашки без ручки и ответил:

- Тот, что рыжий и кучерявый, почти совсем хорошо – на нем все как на собаке заживает.

...О, так вот почему.

Великий Мастер продолжил:

- Из самых опасных ран у него только пробитая голова, но не похоже, что она его сильно беспокоит. У него нет сильных переломов, так что он уже скачет по всему зданию и донимает бедных лекарей своими советами, - с ухмылкой покачал он головой. – Уже попросил какого-то блондинчика принести ему еды, потому что местные харчи его, видите ли, не устраивают.

«Феу тоже здесь, - поняла Эстер. – Хотя зря Эрмегрид это затеял, знает же, что Феу ужасно готовит.»

- Кстати, о блондинчике, он так похож на...

Сэр Джиас предупреждающе кашлянул. Мастер взглянул на него и пожал плечами:

- Ну да и Элеон с ним...

- А что с сэром Гриммом? – спросила Эстер.

- С ним чуть хуже, - Великий Мастер с интересом взглянул на нее. – Слишком много переломов, он пока не может двигаться. Одна из костей на его ноге раздроблена на несколько частей, нам понадобится время, чтобы собрать ее обратно.

- Тихо-тихо-тихо! – сэр Джиас поймал Эстер, когда ее подозрительно повело назад. – Они живы – это главное! Не надо обмороков.

- Да, красавица, не беспокойся, - слишком спокойно кивнул Мастер. – Я очень быстро поставлю их на ноги. Вернее, кучерявый уже сам стоит, а Гримм сможет стоять уже через месяц. Не стоит так переживать – я всё-таки Великий Мастер!

Он с достоинством отпил из своей чашки. Все ещё поддерживающий Эстер сэр Джиас недовольно на него покосился:

- Что в чашке?

- Чай, конечно же, - Мастер почему-то спрятал чашку за спину. – Если хотите поговорить с кучерявым, он в дальней палате. И, ради Элеона, отберите у него те заварные пирожные! В таком состоянии нельзя потреблять много сахара.

«А, так Феу всё-таки решил не травить его и просто купил угощения.»

Эрмегрид действительно оказался в дальней палате – сидел на кровати, скрестив ноги, и поглощал пирожные. На нем была явно его одежда, так что вероятность того, что он отказался от стандартной больничной одежды, несмотря на местные порядки, была довольно высока. А ведь даже Феу в свое время не смог переспорить упёртых лекарей, и ему пришлось ходить в той странной белой пижамке вплоть до момента, как он покинул лекарский дом. На Эрмегриде же были его коричневые штаны и черная майка, открывающая вид на многочисленные бинты, опоясывающие его тело. Но все эти бинты были чистыми, в то время, как повязка на голове пропиталась кровью. Но для кого-то с такими ранами он действительно выглядел на редкость бодрым.

В палате ещё находился Феу, который неловко встал, стоило на пороге появиться главе Тени.

- С возвращением, - как ни в чем не бывало, заявил Эрмегрид. – Видите, босс, как плохо, когда Вы уходите куда-то надолго – пока Вас нет, мы халявим!

«Острота вообще неуместна!» - мысленно возмутилась Эстер. Феу тем временем перевел на нее тревожный взгляд, но ничего не сказал.

- Вижу, ты действительно в порядке, - удручённо покачал головой сэр Джиас. – Что произошло?

Эрмегрид задумчиво пожевал пирожное некоторое время, после чего повернул голову в сторону Феу:

- Ты не хочешь вернуться в Семилистник?

- Нет, - мрачно отозвался тот. – Там сэр Эмилис на меня орать будет.

- Конечно, будет, ты же ушел с середины службы.

- Я должен был просто продолжить работать, узнав, что тебя чуть не убили? – уточнил он.

- Но не убили же. Спасибо за пирожные, но из нас двоих именно ты будешь в опасности, если не вернёшься на службу.

Феу нахмурился и, покачав головой, направился к выходу:

- Пойду переговорю с лекарями...

Он не мог не понять, почему его выгоняют. Эрмегрид хоть и постарался сделать это аккуратно, его классический стиль, позволяющий испортить вообще все на свете, был ещё при нем.

- Давай рассказывай, - потребовал сэр Джиас, отбирая у него тарелку с пирожными и с невозмутимым видом предложил их Эстер. Та покачала головой. Только сэр Джиас может так невинно угощать кого-то чужими десертами.

- Ну, - Эрмегрид, кажется, на исчезновение тарелки совсем не обиделся, - мы наткнулись на живого мертвеца. Вернее, сначала на него наткнулся Гримм, а я подоспел уже гораздо позже и едва не опоздал. Думаю, он убил бы Гримма, не отвлеки я его на себя... Проблема Гримма была в том, что он никак не желал терять сознание. Видимо, живой мертвец не отличает обморок от смерти, потому что как только Гримм отключился, тот сразу потерял к нему всякий интерес. Меня отправили спать после удара в голову, но перед этим я успел заметить несколько вещей.

Он повел плечами и поморщился:

- Во-первых, мне не нанесли ни одного нового удара после того, как я отключился, что ещё раз подтверждает теорию о том, что он не отличает обморок от смерти. Во-вторых, для трупа он был слишком силен. Слишком. И быстрым. Для трупа без глаз – тем более! Сначала я сомневался, но после того, как он впечатал меня в стену здания, это стало достаточно очевидным – без Глубинной магии здесь не обошлось. Кто придал ему и силы, и ловкости, но, что немаловажно, кажется, он действовал не по своей воле.

- В каком смысле? – нахмурилась Эстер.

- Им кто-то управлял, - перевел на нее взгляд Эрмегрид. – Иначе зачем бы ему нападать на нас? Живые мертвецы жаждут убить только того, кто повинен в их смерти.

- Откуда ты знаешь? – подозрительно спросила она. Вряд ли ему поведал об этом сэр Гримм!

- Бранини рассказал, когда передавал всем указания босса, - невозмутимо сказал он.

- То, что он напал на вас, могло и не значить, что им кто-то управлял, - подал голос шеф. – Ярость живого мертвеца может выходить за рамки.

- Ну, за восемь лет службы в Тени я привык доверять своей интуиции, - перевел на него взгляд Эрмегрид. – К тому же, у того мертвеца было выражение крайней муки на лице, когда он сражался. Его движения были довольно неловкими – будто он пытался заставить себя не делать их. В какой-то момент я задал ему вопрос – спросил, кто убил его.

- И он ответил?

- Если все, что он говорил дальше, можно считать за ответ... - Эрмегрид посмотрел на них пустым взглядом. – Он сказал: «Стена. Стены. Потолок.»

- ...

В общем, да, с чего они взяли, что мозг этого мертвеца не сгнил насквозь?

Выяснив все и наказав Эрмегриду отдыхать, они вышли из палаты. Увидев неподалеку стоящего у окна Феу, Эстер затормозила. Сэр Джиас проследил за ее взглядом.

- Я проведаю Гримма, - сообщил он, указывая на лестницу. – Не думаю, что тебе стоит видеть его в таком состоянии.

- ...Спасибо, - почему-то ее голос звучал виновато.

Когда он ушел, она подошла к Феу:

- Ты ведь не ходил к лекарям, да?

Феу, который до этого момента смотрел в окно каким-то грустным взглядом и перебирал деревянные бусины на своем браслете, перевел на нее взгляд:

- Я ходил, - на удивление, опроверг он. – Великий Мастер Врачевания просил передать, что все необходимое он уже сделал, и, в случае чего, вы можете найти его на кладбище, - он задумался. – Это какой-то шифр? Что он имел в виду под словом «кладбище»?

«Полагаю, именно кладбище,» - подумала Эстер. Судя по тому, что сэр Джиас рассказывал ей об этом человеке, это вполне могло быть правдой.

Эстер подняла на него взгляд:

- Ты в порядке?

- С чего бы мне не быть? – вздохнул он. – Меня не доводили до полусмерти посредством чего-то, о чем даже говорить нельзя. Как я могу быть не в порядке?

Эстер предполагала, что Эрмегрид не сказал Феу правду о том, что произошло, вовсе не из-за правил Тени, а потому что не хотел говорить о том, что такие существа, как живые мертвецы, в принципе существуют на этом свете. Всё-таки, иногда легче жить без этой информации.

- Лучше бы ты оставалась в Аметисте, - проговорил Феу, так и не получив ответа. – Его сотрудники хотя бы не получают таких ран, находясь на службе.

Она вздохнула:

- Ты знаешь, почему я здесь.

- Даже если Тень поможет тебе найти семью, в итоге это не будет иметь значения, если ты лишишься жизни. А если покалечишься в процессе... - он снова перевел задумчивый взгляд за окно. – У тебя нет такого таланта делать вид, что ничего страшного не произошло, как у Мирана.

«Ещё скажи, что он ведёт себя как свинья специально, чтобы мы не волновались», - мысленно фыркнула Эстер. Но, к сожалению, ей нечем было утешить друга. Раньше она бы с лёгкостью заверила его, что ничего точно не случится, потому что по статистике ещё никто не умер, находясь на службе у Тени. Ведь то, что никто не умер – не значит, что никогда не получал ранений. И у нее совсем не было гарантий, что она сама сможет избежать их. Теперь – не было. Ей нечего было сказать. Поэтому вместо ответа она сделала шаг вперёд и крепко обняла Феу. Меньше всего на свете она хотела, чтобы он волновался за нее. Сейчас ближе него у нее никого не было.

- Береги себя, - тихо сказал он, обнимая ее в ответ. – Я... не уверен, что мое сердце выдержит такое снова.

Ситуация была дрянь – это было слишком очевидно. Но если Эстер и могла чем-то помочь, то лишь продолжив расследование, чтобы поставить наконец жирную точку в этом деле.

По словам сэра Джиаса, сэр Гримм был в порядке:

- По крайней мере, гораздо лучше, чем я успел себе нафантазировать, - уточнил он почти бодро. Он слишком явно пытался вернуться к своей прошлой модели поведения, чтобы это было незаметно. – Нужно возвращаться к расследованию. Выясним у сына графа Джейрана, кто приходил вчера к его отцу. Даже если он не в курсе, что его отец присягнул на верность кому-то ещё, он наверняка видел, кто приходил.

- Вы думаете, он успел вернуться ещё до встречи? – с сомнением спросила Эстер. – После того, как он перекусил Вами, оставалось не так много времени до заката. А ведь он ещё преследовал нас...

Шеф задумался ненадолго, после чего тяжело вздохнул:

- У нас нет выбора, нужно попытаться. Больше никто не знает о том, что за гость был у графа.

- А как же слуги? – приободрилась Эстер, но сэр Джиас покачал головой.

- Слуги на то и слуги, чтобы хранить секреты своих господ. Они ничего нам не скажут.

- Скажут, если мы заверим, что это может спасти жизнь их господину. Нам поможет человеческий фактор, - уверенно заявила девушка. Иногда подслушанные разговоры шли только на пользу.

Слабое место одной из слуг дома Джейран было слишком очевидно.

***

- Почему вы пялитесь на меня такими одухотворенными лицами? – осторожно спросил Эаррон, так и не решившись донести до рта бокал.

В его кладбищенской сторожке стояли с весьма решительным видом Джиас и Эстер. На лице главы Тени, несмотря на то, что он улыбался, была написана настоящая злость.

- Я жду объяснений, - заявил он.

- Ты прямо как моя бывшая жена – она тоже все время ждала от меня каких-то объяснений... - неуверенно хмыкнул Мастер. – У вас двоих такие лица, будто это не я вытащил недавно с того света ваших друзей. Что случилось?

- Возможно, то, что ты их туда и отправил.

- Не понял, - искренне сказал мужчина.

- Мы выяснили, кем был человек, являющийся новым господином графа Джейрана. И по совместительству тем, кто убил того живого мертвеца.

- Разве не ты? – моргнул Эаррон.

- Служанка сказала, что это был некий лекарь, - сказала Эстер, нахмурившись. – Граф Джейран утверждал, судя по разговору, который она подслушала, что он «лучший лекарь из всех, кого видывал свет».

- Слушайте, я польщён, - ошарашенно сказал Мастер Врачевания. – Но с чего вы взяли, что это именно я? Вернее, как бы мне не хотелось, чтобы так говорили обо мне, это точно был не я. Весь вчерашний день я слушал от своей бывшей жены, как сломал ей жизнь. При всем желании я не успел бы на такую встречу. Джиас, не веришь мне – спроси у нее! Уж кто, а Великий Мастер Преследования не станет лгать, тем более, чтобы выгородить меня.

Джиас прищурил глаза:

- Каких ещё ты знаешь лекарей, попадающих под эту категорию?

- Никаких... Полагаю, вам нужен какой-то особенный лекарь. Честно говоря, все те, кого я знаю, довольно, - он задумался, подбирая слово, - посредственны. Либо ваш граф Джейран тот ещё лжец, либо речь идёт не о местном лекаре... Да сами посудите, зачем мне покупать труп человека, которого я сам же и убил?

Джиас медленно вздохнул и потёр шею. Это безнадежно. Что у них было? Стена, стены, потолок. И какой-то лекарь. Даже если они смогут найти убийцу, необходимо как минимум выяснить местонахождение живого мертвеца, чтобы он больше никого не покалечил. Но как прикажете это делать без имени убийцы?

- Сэр Джиас, - произнесла Эстер, когда они вышли из сторожки, - Вы говорили, что Великий Мастер Врачевания способен использовать Глубинную магию, а тот, кто заколдовал мертвеца, тоже ей не чужд.

- Эаррон использовал только артефакт, помогающий ему аккуратнее работать с тканями, - покачал головой Джиас. – Этого недостаточно, чтобы из обычного живого мертвеца сделать полноценного мертвого воина, сумевшего победить сэра Гримма и Эрмегрида... К тому же, ты веришь, что это был Эаррон?

- Нет, - она вздохнула. – Но я чувствую, что нужно отыскать преступника, иначе...

Она не договорила, но смысл и без того был ясен. Иначе случится что очень нехорошее – как минимум, и что-то кошмарное – как максимум.

Но оставалось ещё одно предчувствие, которое начало мучить Джиаса с того самого момента, как вся эта история началась. Нужно было ещё выслушать отчёт Гвинара.

А дождь никак не желал прекращаться.

Не успели они дойти до гвардии, как их догнал Бранини. Он был насквозь мокрым из-за дождя и тяжело дышал. Несмотря на то, что Джиас и Эстер тоже шли под дождем, они выглядели на порядок более сухими. С какой же скоростью он бежал! А главное, откуда? Темница Беркута находится совсем в другой стороне.

- Гвин? Что-то случилось? – обеспокоенно спросила Эстер.

Парень тяжело облокотился руками о колени:

- В масштабе происходящего, - прерывисто проговорил он, вытирая капли дождя с глаз, - это не столь... важно, наверное. В любом случае, уже поздно.

- Что поздно?

- Беркут... потерял память, - он выпрямился. – Раньше он просто молчал, но явно что-то знал, а теперь полностью готов к диалогу, но очевидно не помнит ничего о своей работе с Кано. Кто-то стёр ему этот период жизни из памяти.

- Тот же, кто сделал из живого мертвеца мертвого воина, - поняла Эстер. – Тот, кто владеет Глубинной магией.

- Это ещё не всё, - Бранини перевел на Джиаса виноватый взгляд. – Я проверил схрон с частями часов, сэр Джиас. Все пропали. А на стенах и потолке... Лучше вам самим это увидеть.

Джиас и Эстер переглянулись.

Схрон представлял собой такое же темное и небольшое помещение, как и тюрьма Беркута. Только сейчас оно было совершенно пусто, а на стенах и потолке какой-то светящейся краской было выведено одно и то же слово.

- Стена. Стены. Потолок, - мрачно изрёк Джиас, и его голос эхом отозвался от холодных стен подземелья. Со всех сторон на них смотрели выведенное кем-то множество раз имя.

Кано Кано Кано Кано Кано Кано Кано Кано Кано

Кано Кано Кано Кано Кано Кано

- Мы не найдем живого мертвеца в Ройсе, - глубоким голосом изрек Джиас. – Где бы ни был Кано, тот отравился его искать...

Надписи переливались едва ли не с насмешкой.

Кано Кано Кано Кано Кано

***

Сэр Джиас сидел за своим столом с прикрытыми глазами, а перед ним стояла доска с Денто. Всего одна фигура была сдвинута, ознаменовав начало игры. Эстер сидела в кресле неподалеку.

- Так все и оставим? – без эмоций спросила она. – Живой мертвец остался неотмщенным, убийцу мы так и не нашли, сэр Гримм и Эрмегрид... - она замолкла. – Я молчу о том, сколько людей полегло в прошлом из-за этих шестерёнок.

- Как и сказал Гвин, все равно уже поздно, - миролюбиво сказал шеф. – Для каждого долга есть свой должник, а для каждого события – свое время. Этот раунд мы проиграли. Но наш следующий ход будет таким, что партия станет выигрышной для нас, - он открыл глаза. – Ну, что, сыграем в Денто?