Глава 28. Тактические Маневры и Тайные Улыбки

Вечерний ветерок нежно трепал кроны деревьев на территории учебного центра. Оля и Витя шли по аллее, ведущей к столовой, соблюдая каждый свой невидимый "протокол" притворного равнодушия. Он чуть впереди, она чуть позади, изредка бросая друг на друга короткие, незаметные взгляды.
— Ты что-то слишком медленно идешь, Соколов, — равнодушно бросила Оля, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно более отстраненно. — Боишься, что еда закончится?
Витя, не оборачиваясь, усмехнулся.
— А ты, Максимова, боишься, что я тебя обгоню и мне достанется лишняя порция? Не переживай, я достаточно щедр, чтобы оставить тебе объедки.
Оля фыркнула, но в глубине души почувствовала легкий укол — его привычная колкость, на которую она так старательно не обращала внимания, сегодня почему-то задела чуть сильнее.

За этими "случайными" прогулками уже несколько недель наблюдала Саша, старшая сестра Оли. Она видела, как Оля прячет улыбку, когда Витя что-то говорит, и как Витя незаметно замедляет шаг, чтобы Оля могла его догнать. Саша была не из тех, кто пускает дела на самотек.
— Оль, ты видела, как он на тебя смотрит? — спросила Саша позже в комнате, пока Оля пыталась сосредоточиться на конспектах.
Оля закатила глаза.
— Кто "он"? Соколов? Он смотрит, как на досадную помеху. А ты, сестра, лучше бы за своими курсантами следила, а не за чужими взглядами.
Саша лишь улыбнулась. Она знала свою сестру насквозь.

Саша знала, что пришло время действовать. Она встретилась с Никитой Станиславовичем у ангара, где хранились БПЛА. Их встречи были их маленькой тайной, лишь изредка они позволяли себе короткое прикосновение или нежный взгляд, когда никого не было поблизости.
— Никита, у меня проблема, — прошептала Саша, глядя на него с легким беспокойством.
Никита Станиславович, ее возлюбленный, мягко улыбнулся, его обычно строгий взгляд потеплел.
— Снова курсант Соколов и твоя сестра?
Саша кивнула.
— Они уже меня довели. Делают вид, что друг друга ненавидят, а сами из-за угла друг на друга смотрят. Надо что-то делать. Вот думаю, подключить Максима Александровича. Он у нас мастер по "неожиданным" ситуациям.
Никита Станиславович задумчиво приподнял бровь.
— Максимыч, безусловно, обладает... своеобразным подходом к сплочению коллектива. Но это может сработать.

На следующий день Саша, воспользовавшись перерывом, отловила Максима Александровича.
— Товарищ майор, у меня к вам конфиденциальный вопрос, — начала она, бросив взгляд на проходящего мимо Станислава Владимировича, инструктора по тактике, который всегда был не прочь подшутить.
Стас, уловив ее взгляд, усмехнулся.
— Уж не очередная ли проблема с вашими БПЛА, Максимова? Или вы решили мне доложить о сбоях в тактических действиях некоторых курсантов?
Саша в ответ лишь улыбнулась своей озорной улыбкой.
— О, Станислав Владимирович, я всегда с удовольствием докладываю о тактических ошибках, особенно когда они касаются ваших подопечных! Но сейчас вопрос более... личный.
Максимыч, почуяв интерес, кивнул Саше, давая знак продолжить. Саша в двух словах обрисовала ситуацию с Олей и Витей, попросив его "вмешаться". Максим Александрович внимательно выслушал, а затем его глаза заблестели от предвкушения.

— Максимыч, вы собираетесь использовать свои "хирургические" методы? — поинтересовался Никита Станиславович, когда позже они собрались в учительской.
— А как же! — воскликнул Максим Александрович, довольно потирая руки. — Иногда паре нужна маленькая встряска. Тем более, если они сами не могут определиться, что чувствуют.
— Главное, чтобы вы не переусердствовали, Максим Александрович, — с легкой иронией заметил Стас, который тоже присоединился к разговору. — А то еще получите травмы у курсантов, и мне придется писать отчеты о "несчастном случае на почве романтического напряжения".
Никита Станиславович лишь покачал головой, но на его губах играла легкая улыбка.

На следующем занятии по военно-медицинской подготовке Максим Александрович, как всегда, был полон энергии.
— Итак, курсанты, сегодня отрабатываем эвакуацию раненого с поля боя! — громко объявил он. — Курсант Соколов! Шагом марш сюда! Ложись!
Витя, слегка озадаченный, но привычный к неожиданным командам Максимыча, лег на землю.
— Так, кто у нас тут самый крепкий? — Максимыч оглядел строй. — Максимова! Иди сюда!
Оля, услышав фамилию, сначала не двинулась с места. Она подумала, что он обращается к Саше, которая стояла чуть сзади, и внутренне напряглась, представляя, что ее сестра могла натворить.
— Оля Максимова! Я сказал! — голос Максимыча прозвучал чуть строже.
Оля вздрогнула, удивленно уставившись на него. Она бросила быстрый взгляд на Сашу, словно спрашивая: "Саня, что ты ему уже сказала?!" Но выбора не было. С тяжелым вздохом она шагнула вперед.
— Что я сделала? — пробурчала она, подходя к Вите.
— Ничего, курсант! Пока! — отрезал Максимыч. — Ваша задача — эвакуировать раненого. Подползти к нему.
Оля, подчинившись, опустилась на колени и поползла к Вите.
— Теперь, — продолжил Максим Александрович, не скрывая удовольствия, — переворачиваете его на себя, чтобы голова лежала у вас на груди. И ползете так до той отметки! Вперед!

Оля остолбенела. Перевернуть *его* на *себя*?! С его головой на *ее груди*?! Это было… за гранью. Ее лицо залилось краской. Однако приказ есть приказ. Скрепя сердце и пылая от смущения, она подползла к Вите, осторожно, но решительно перевернула его. Его голова, тяжело упав, уткнулась ей в грудь. Она почувствовала его дыхание, тепло его тела. На секунду она забыла обо всем, кроме этой неловкой близости. Сжав зубы, она начала ползти, стараясь сосредоточиться на движении.

Где-то на середине пути, когда они уже миновали первую отметку, Оля почувствовала легкое подрагивание. Затем это переросло в отчетливый смешок. Витя начал хихикать, пытаясь сдержаться, но его тело дрожало от подавляемого смеха.
— Ну тебя нахуй! — не выдержала Оля, мгновенно сбросив его с себя. Витя с кряхтением плюхнулся на землю. Оля вскочила и быстрым шагом направилась обратно в строй, пылая от злости и унижения.

Максим Александрович, который наблюдал за всем этим с неподдельным восторгом, начал громко смеяться, не в силах сдержаться.
— Максимова! Куда?! Вам же придется его заново тащить!
Оля остановилась, скрестив руки на груди.
— Товарищ майор, мне проще Саню километр протащить! Она хоть не ржет, когда я ее тащу!
Максим Александрович, вытирая слезы, еле сдерживался.
— Так, Соколов! Будешь ржать — по шее получишь! А ты, Оля! Шагом марш тащить раненого!
У Оли не было выбора. Сквозь зубы проклиная и Максимыча, и Витю, и саму ситуацию, она пошла обратно к "раненому". На этот раз она тащила его, стиснув челюсти, а Витя, помня угрозу, лишь изредка позволял себе сдавленные смешки, которые, впрочем, Оля чувствовала всем телом.

Когда упражнение наконец закончилось, Оля была красной как рак, Витя едва сдерживал улыбку, а Максим Александрович выглядел абсолютно счастливым. Саша, наблюдавшая за этим со стороны, обменялась понимающими взглядами с Никитой Станиславовичем. Их "тактический маневр" определенно удался. И, кажется, равнодушию Оли и Вити пришел конец.