Пролог

— Раньше я мало думала о смерти. Но по-моему отдать жизнь за любимого человека, не худшая смерть.

***

Я терпеть не могла самолёты. Не потому, что боялась высоты или посадок — за свою долгую жизнь я успела побывать в таких местах и пережить такие события, что обычный перелёт уже давно не мог вызвать во мне ни малейшего волнения. Скорее,меня раздражало другое.

Самолёт почти всегда означал очередной переезд, новый город, новые документы, новую школу и ещё одну жизнь, в которой придётся снова делать вид, что мне почти восемнадцать. Первые несколько десятилетий подобная игра казалась даже забавной, но спустя больше сотни лет она начала утомлять настолько, что каждая новость о предстоящем переезде вызывала у меня лишь желание закатить глаза и найти тысячу причин никуда не ехать.

Я сидела у иллюминатора, лениво наблюдая за тем, как самолёт постепенно снижался. За стеклом тянулись плотные облака, сквозь которые временами проглядывали бесконечные хвойные леса и тёмная вода, отражавшая серое небо. Погода выглядела настолько мрачной, что создавалось впечатление, будто солнце здесь было всего лишь красивой легендой, в которую местные жители продолжали верить по привычке.

— Не говори, что тебе уже нравится это место,- не отрывая взгляда от окна, сказала я.

Маргарет, сидевшая рядом, перевернула страницу книги и спокойно ответила:

— Мы ещё даже не приземлились.

— И слава богу.

— Ты говоришь так каждый раз.

— Потому что каждый раз ты находишь место хуже предыдущего.

Маргарет тихо усмехнулась и наконец закрыла книгу.

— В прошлый раз ты утверждала, что Бостон — самый скучный город в Америке.

— Он таким и был.

— Через неделю ты не хотела оттуда уезжать.

Маргарет посмотрела на меня с тем спокойствием, которое за двести с лишним лет научилась сохранять практически в любой ситуации. Я всегда удивлялась этой способности.

— Ты же понимаешь, почему мы уехали.

Я тяжело вздохнула и наконец повернулась к ней.

— Конечно понимаю. Просто мне уже надоело жить по одному и тому же сценарию. Мы приезжаем, покупаем дом, я снова заканчиваю школу, ты устраиваешься на работу, через несколько лет кто-нибудь начинает замечать, что мы совершенно не меняемся, после чего мы собираем вещи и повторяем всё сначала. Иногда мне кажется, что моя жизнь застряла на одном и том же месте ещё сто лет назад.

— Это цена нашей безопасности.

— Знаю.

Я действительно знала. Люди не замечали многого, но время замечали всегда. Стоило задержаться в одном городе чуть дольше положенного, как обязательно находился кто-нибудь слишком внимательный. Соседка, которая вдруг понимала, что женщина напротив выглядит точно так же, как пятнадцать лет назад. Коллега, случайно наткнувшийся на старую фотографию. Учитель, вспомнивший ученицу с тем же лицом, которая окончила школу много лет назад. Таких совпадений было достаточно, чтобы однажды кто-то начал задавать вопросы, а вопросы всегда приносили проблемы.

Голос пилота сообщил о начале посадки, и в салоне сразу стало шумнее. Пассажиры принялись собирать вещи, проверять телефоны и нетерпеливо выглядывать в окна, будто могли увидеть что-то, кроме дождя и леса. Я провожала их равнодушным взглядом, после чего снова отвернулась к иллюминатору. Где-то впереди их уже ждал Сиэтл, а за ним — маленький город под названием Форкс, который через несколько часов должен был стать для нас очередным временным домом.

***

Самолёт мягко коснулся взлётной полосы, заставив нескольких пассажиров облегчённо выдохнуть. Где-то позади уже послышались первые щелчки расстёгивающихся ремней безопасности, хотя табло с соответствующим сигналом ещё продолжало гореть.

Я наблюдала за этим с лёгкой насмешкой.

Люди всегда куда-то спешили. Всегда боялись опоздать, потерять время, не успеть сделать что-то важное. Я уже давно перестала понимать эту спешку. Когда впереди не десять, не двадцать и даже не пятьдесят лет, а почти вечность, само понятие времени постепенно теряет смысл.

— Не смотри так на людей, — негромко произнесла Маргарет, застёгивая пальто.

— Как?

— Будто они тебя раздражают.

— Они меня раздражают.

Маргарет тихо усмехнулась.

— Постарайся хотя бы в первый день не смотреть на всех так, словно размышляешь, кого из них проще выбросить из окна.

Я повернулась к ней с самым невинным выражением лица.

— Ты обо мне слишком плохого мнения.

— За двести с лишним лет я составила о тебе вполне объективное мнение.

— Несправедливое.

Я легко улыбнулась, поправила тёмные волосы и поднялась со своего места.

Пассажиры медленно двинулись к выходу. Кто-то постоянно задевал её плечом, кто-то без конца извинялся, кто-то пытался пролезть вперёд, не дожидаясь своей очереди. Я лишь терпеливо стояла, спрятав руки в карманы пальто. Слишком много лет я прожила среди людей, чтобы подобные мелочи могли вывести её из себя. Хотя желание слегка подтолкнуть особенно наглых пассажиров всё же возникало.

— Даже не думай, — спокойно сказала Маргарет, будто прочитав мои мысли.

— Я ничего не сделала.

— Но собиралась.

— Доказательства?

— Твоё лицо.

Я только тихо фыркнула.

Когда мы наконец вышли из самолёта, прохладный влажный воздух тут же ударил в лицо. Несмотря на то, что мы находились в помещении, запах дождя ощущался даже здесь — смешиваясь с ароматом свежего кофе, который доносился из ближайшей кофейни, и едва уловимым запахом мокрой одежды пассажиров.

— Добро пожаловать в штат Вашингтон, — с наигранным воодушевлением произнесла Стюардеса,осматриваясь по сторонам.

Мы с Маргарет неспешно направились к зоне выдачи багажа. Больших чемоданов у нам не было — лишь несколько дорожных сумок. Всё остальное должно было приехать грузовой перевозкой несколькими днями позже. За столько лет мы научились брать с собой только самое необходимое. Вещи можно купить заново, мебель — заказать, документы — оформить. Намного сложнее было каждый раз оставлять позади целую жизнь, к которой успевал привыкнуть, даже если всеми силами убеждал себя этого не делать.

Я молча наблюдала, как по ленте медленно проплывают чужие чемоданы. Детский рюкзак с яркими динозаврами. Старый потёртый чемодан, перемотанный серым скотчем. Огромная спортивная сумка. Люди радовались своим мелочам так искренне, словно в этом и заключалось счастье.

— О чём задумалась? — спросила Маргарет.

— Пытаюсь вспомнить, сколько раз мы уже меняли документы.

Маргарет ненадолго задумалась.

— Если учитывать все имена?

— Угу.

— После пятидесятого раза я перестала считать.

— А я где-то на тридцать втором.

— Лгунья.

Я усмехнулась.

— На десятом.

Маргарет покачала головой.

— Я так и думала.

Лента наконец принесла их сумки. Маргарет без особого труда сняла обе, несмотря на их внушительный вес, и направилась к выходу. Для обычного человека подобная лёгкость выглядела бы странно, поэтому уже через секунду она слегка замедлила шаг, словно только сейчас почувствовала тяжесть багажа. Старые привычки были сильнее всего. За сотни лет мы настолько привыкли скрывать свою силу, скорость и нечеловеческую природу, что делали это почти автоматически.

Автоматические двери аэропорта бесшумно разъехались в стороны.

Я сделала первый шаг на улицу и тут же подняла голову к небу.

Мелкий дождь неспешно падал на асфальт, затягивая всё вокруг тонкой серебристой дымкой. Воздух оказался удивительно прохладным даже для Февраля, а где-то вдали виднелись тёмные силуэты высоких сосен.

Я молча осмотрелась, после чего глубоко вдохнула.

— Ну что? — спросила Маргарет.

Я ещё несколько секунд смотрела на бесконечно серое небо, затем негромко произнесла:

— Ладно... По крайней мере, здесь красиво.

Маргарет улыбнулась уголками губ.

— Я знала, что рано или поздно ты это скажешь.

— Не обольщайся. Это не значит, что мне здесь нравится.

— Конечно.

Я забрала у неё одну из сумок и направилась к парковке, где их уже должна была ждать заранее арендованная машина.

На парковке оказалось непривычно тихо. Дождь по-прежнему моросил, отбивая негромкий ритм по крышам автомобилей, а редкие прохожие, подняв воротники курток, спешили к своим машинам. Я бросила взгляд на длинный ряд припаркованных седанов, внедорожников и старых пикапов, после чего вопросительно посмотрела на Маргарет.

— Только не говори, что мы будем ездить на этом, — произнесла я, заметив тёмно-серый универсал, рядом с которым Маргарет уже остановилась.

— Это всего лишь арендованная машина.

— Выглядит так, будто её арендовали лет двадцать назад.

— Она прекрасно ездит.

— Это не аргумент.

Я скривилась.

Маргарет открыла багажник и поставила внутрь сумки.

— Зато она не привлекает внимания.

— Вот именно. Она настолько скучная, что даже угонщики пройдут мимо.

Маргарет тихо рассмеялась.

— Иногда мне кажется, что ты могла бы найти недостатки даже у королевского дворца.

— Конечно. Там наверняка неудобные лестницы.

Маргарет лишь покачала головой и села за руль.

Я устроилась рядом, положив локоть на подлокотник и лениво наблюдала за тем, как капли дождя медленно сползают по лобовому стеклу. Машина плавно выехала с парковки и вскоре влилась в поток автомобилей, покидавших территорию аэропорта.

Первые несколько минут мы ехали молча.

Маргарет сосредоточенно следила за дорогой, а я  без особого интереса разглядывала мелькающие за окном улицы Сиэтла. Город жил своей обычной жизнью. Люди торопились по делам, стояли на остановках, заходили в кофейни, разговаривали по телефону,

Люди были уверены, что чудовищ не существует. Именно поэтому чудовищам так легко удавалось жить среди них.

— Дом должен тебе понравиться, — спустя некоторое время нарушила тишину Маргарет.

— Он хотя бы не разваливается?

— Нет.

— Уже неплохо.

— Большие окна, второй этаж, камин...

— Мы не пользуемся камином.

— Знаю.

— Тогда зачем ты его упомянула?

— Чтобы хоть чем-то тебя заинтересовать.

Я тихо усмехнулась.

Дождь постепенно усиливался. Чем дальше они уезжали от города, тем гуще становились леса по обе стороны дороги. Высокие сосны тянулись вдоль трассы почти непрерывной стеной, а серое небо будто опускалось всё ниже, растворяясь в верхушках деревьев.

Я приоткрыла окно всего на несколько сантиметров.

В салон сразу ворвался прохладный влажный воздух, наполненный запахом хвои, мокрой земли и дождя.

Я глубоко вдохнула.

Этот запах оказался удивительно знакомым.

Он напоминал мне Шотландию начала прошлого века, когда мы с Маргарет почти семь лет прожили в небольшом доме на окраине Эдинбурга. Тогда тоже почти каждый день шёл дождь.

— Закрой окно, — спокойно сказала Маргарет.

— Почему?

— Через минуту начнёшь жаловаться, что тебе холодно.

— Мне никогда не бывает холодно.

Я без особого желания всё же подняла стекло обратно.

Несколько секунд я молчала, а затем неожиданно спросила:

— Как долго мы останемся здесь?

Маргарет ненадолго задумалась.

— Если всё пойдёт хорошо... лет десять.

— А потом?

— Потом посмотрим.

Я понимающе кивнула. Всегда одно и то же.

Через десять лет мы снова продадим дом, сменят документы, переедут в другой штат или вообще на другой конец страны. Она снова станет восемнадцатилетней школьницей, а Маргарет — женщиной чуть старше тридцати, которая взяла под опеку дочь своей погибшей подруги.

Легенда менялась лишь в деталях, но суть оставалась прежней.

Иногда я ловлю себя на мысли, что уже и сама не сразу вспоминаю, какие воспоминания действительно принадлежали мне, а какие были придуманы лишь для очередного комплекта документов.

Но я прекрасно помнила своё настоящее детство.

Испания, родители, маленький брат Деймон.
Но между теми воспоминаниями и сегодняшним днём лежало столько десятилетий, что порой всё это начинало казаться чужой жизнью.

Будто той восемнадцатилетней Изабель Лекси Синклер никогда и не существовало.

Дорога до Форкса заняла почти четыре часа. Первые минут сорок за окном ещё мелькали оживлённые улицы, небольшие городки и заправки, но постепенно цивилизация словно растворилась. Её место заняли бесконечные леса, мокрый асфальт и серое небо, которое, казалось, нависало настолько низко, что вот-вот коснётся верхушек сосен.

Я сидела, подперев голову рукой, и без особого интереса смотрела в окно. Иногда мне казалось, что все маленькие американские города строились по одному и тому же шаблону. Разница была лишь в количестве дождя.

— Только не говори, что ты опять заснула с открытыми глазами, — спокойно сказала Маргарет, не отрывая взгляда от дороги.

— Я размышляю.

— Это новое слово для скуки?

— Это вежливое слово для скуки.

Она тихо усмехнулась.

— Потерпи ещё немного.

— Ты говорила это два часа назад.

— Тогда потерпи совсем немного.

— А потом?

— Потом увидишь дом.

Маргарет лишь покачала головой, будто этот разговор происходил уже далеко не впервые. Впрочем, так оно и было. Кажется, каждый наш переезд сопровождался примерно одинаковыми диалогами. Менялся только город.

Минут через двадцать впереди наконец появился дорожный указатель.

**FORKS**

Оставалось всего несколько миль.

— Звучит как название фильма ужасов, — пробормотала я.

— По-моему, вполне обычное название.

— Слишком мрачное.

— Тебе должно нравиться.

Я бросила на неё выразительный взгляд.

— Очень смешно.

Чем ближе мы подъезжали к городу, тем сильнее становился дождь. Дворники работали почти без остановки, а по обе стороны дороги тянулись густые хвойные леса. За всю дорогу нам навстречу попалось всего несколько машин.

— И здесь действительно живут люди?

— Представь себе.

— Добровольно?

— Изабель...

— Ладно, молчу.

Через несколько минут показались первые дома. Небольшие, аккуратные, почти все с одинаковыми светлыми фасадами и деревянными крыльцами. На улицах было удивительно пусто. Только редкие прохожие быстро перебегали дорогу, прячась под зонтами.

Минут через десять машина свернула с главной дороги и въехала на тихую улицу, окружённую высокими елями. Домов здесь было немного, и между ними оставалось достаточно пространства, чтобы соседи не заглядывали друг другу в окна.

Маргарет остановила машину возле двухэтажного дома с тёмной крышей и светлым деревянным фасадом.

Я несколько секунд молча рассматривала его.

Небольшое крыльцо, широкие окна, тёмная черепица, аккуратно подстриженный газон, и лес практически сразу за задним двором.

— Ну? — спросила Маргарет.

Я медленно вышла из машины, вдохнула прохладный влажный воздух и ещё раз окинула дом взглядом.

— Бывало и хуже.

Маргарет улыбнулась, доставая из багажника сумки.

— Поможешь?

— Конечно.

Я легко подняла сразу две тяжёлые коробки, но уже через секунду вспомнила, что на соседней улице вполне могли быть люди. Пришлось сделать вид, будто они весят значительно больше, чем на самом деле.

Старые привычки действительно въедаются намертво.

Пока Маргарет открывала входную дверь, я ещё раз посмотрела вокруг. Тихая улица, шум дождя, ни одного любопытного взгляда.

Вполне подходящее место, чтобы прожить здесь следующие десять лет.

А потом исчезнуть так же тихо, как мы исчезали всегда.

Дом оказался именно таким, каким я себе его и представляла. Просторным, тихим и слишком аккуратным, словно в нём до нас никто никогда не жил. В воздухе ещё ощущался слабый запах свежего дерева и краски, а на полу в прихожей стояли коробки, которые должны были привезти ещё утром. Видимо, служба доставки оказалась единственной организацией в этой стране, способной работать быстрее обещанного.

Я молча переступила порог, бросила ключи на небольшую тумбу возле двери и медленно осмотрелась.

— Ну? — послышался за спиной голос Маргарет.

— Не знаю.

— Даже придраться не к чему?

— Пока нет.

— Это уже прогресс.

Я лишь неопределённо пожала плечами и направилась дальше по дому. Гостиная была довольно просторной: светлые стены, большой диван напротив камина, книжные полки, почти во всю стену окна и выход на задний двор. За стеклом виднелись высокие ели, верхушки которых терялись в густом тумане.

— Здесь хотя бы не будет любопытных соседей, — пробормотала я.

— Именно поэтому я и выбрала этот дом.

— Начинаю подозревать, что иногда ты всё-таки умеешь принимать хорошие решения.

Я поднялась на второй этаж. Коридор оказался небольшим: две спальни, ванная и кабинет, который Маргарет наверняка превратит в очередную домашнюю библиотеку. Она была способна покупать книги быстрее, чем большинство людей успевало их читать.

Толкнув дверь своей комнаты, я остановилась на пороге.

Ничего необычного.

Большая кровать, шкаф, письменный стол возле окна, книжный стеллаж и балконная дверь, за которой шумел дождь.

Я подошла к окну и отодвинула штору.

Первое, что бросилось в глаза, — дом напротив.

Небольшой. Светлый. С деревянным крыльцом и красным пикапом, припаркованным возле гаража.

Во дворе мужчина в полицейской форме что-то внимательно рассматривал под открытым капотом другой машины, время от времени вытирая руки тряпкой.

— Маргарет, — негромко позвала я, не отрывая взгляда от окна.

— М?

— Напротив, кажется, живёт полицейский.

Через несколько секунд она появилась в дверном проёме.

— Шериф.

— Откуда знаешь?

— Когда покупала дом, агент сказал. Его зовут Чарли Свон.

— Замечательно.

— Что именно?

— Будем жить напротив человека, который первым приедет, если кто-нибудь решит вызвать полицию.

Маргарет тихо усмехнулась.

— Если ты не будешь создавать проблемы, он нам не помешает.

Я повернулась к ней.

— Ты серьёзно сейчас сказала это мне?

— Именно тебе.

Я театрально закатила глаза.

— Иногда мне кажется, что ты меня совсем не любишь.

Она уже собиралась выйти из комнаты, как вдруг остановилась.

— Кстати, завтра утром заедут с документами на твою машину.

— Наконец-то.

— Не начинай.

— Я ничего ещё не сказала.

Я улыбнулась. Маргарет слишком хорошо меня знала.

Когда она скрылась за дверью, я ещё несколько секунд смотрела в окно.

Во дворе дома напротив уже никого не было. Видимо, шериф закончил возиться с машиной и ушёл внутрь.

Я отпустила штору и спустилась вниз.

Большинство коробок уже стояли на своих местах. Маргарет как раз заканчивала раскладывать посуду по шкафам, словно мы прожили здесь не меньше года.

— Чем займёшься? — спросила она.

— Для начала собираюсь поесть.

— Только не говори...

Я уже подошла к холодильнику.

Стоило открыть дверцу, как перед глазами появилась привычная картина.

На нижних полках ровными рядами лежали подписанные пакеты с кровью животных.

Олень, Лось, Пума, Медведь.

Всё аккуратно разложено по датам. Прямо как любила Маргарет. Но мой взгляд сразу остановился на верхней полке. Там лежало всего несколько пакетов донорской крови.

Третья отрицательная, Первая отрицательная, Вторая отрицательная.

Я машинально потянулась к одному из них.

— Нет.

Я даже не обернулась.

— Почему?

— Потому что нет.

— Мы только что переехали.

— И?

— Это событие.

— Нет.

— Для меня — да.

Маргарет подошла ближе и, скрестив руки на груди, спокойно посмотрела на меня.

— Изабель.

— Что?

— Поставь обратно.

— Какая ты сегодня вредная.

— Всегда такой была.

Я демонстративно вздохнула.

— Ладно... один бокал.

— Половину.

— Маргарет.

— Половину.

Я несколько секунд молча смотрела на неё, после чего всё-таки улыбнулась уголком губ.

— Хорошо. Но только потому, что сегодня у меня удивительно хорошее настроение.

— Нет, потому что ты прекрасно знаешь — спорить со мной бесполезно.

— Иногда мне кажется, что это у тебя дар внушения, а не у меня.

Она только усмехнулась, ничего не ответив.

Я достала хрустальный бокал из шкафа, налила немного крови и, взяв ноутбук под мышку, направилась к лестнице.

— Ты даже вещи не разобрала, — донёсся вслед голос Маргарет.

— Завтра.

— Ты говорила так в Бостоне.

— И ведь разобрала.

Маргарет демонстративно закатила глаза, а я уже поднялась на второй этаж, закрыла за собой дверь комнаты и, поставив бокал на письменный стол, снова подошла к окну.

Дождь всё так же размеренно стучал по стеклу. Форкс встречал меня именно так, как я и ожидала. Сырым воздухом, и бесконечной серостью.

И тогда я ещё не знала, что совсем скоро одна из этих тайн навсегда изменит мою жизнь.

***

Я как раз успела открыть ноутбук и сделать первый глоток крови, когда в дверь тихо постучали.

Не дожидаясь ответа, Маргарет приоткрыла дверь и заглянула в комнату.

— Не занята?

Я подняла на неё взгляд.

— Последние сто восемнадцать лет — ужасно занята.

— Вижу.

Она кивнула на ноутбук.

— Уже нашла, что посмотреть?

— Пока выбираю. Думаю, ближайшие несколько часов я буду крайне продуктивно бездельничать.

— Не получится.

Я подозрительно прищурилась.

— Почему это?

Маргарет прислонилась плечом к дверному косяку и, как бы между прочим, сказала:

— Кстати, ты ведь не забыла, что завтра идёшь в школу?

Я несколько секунд молча смотрела на неё.

— Прости... куда?

— В школу.

— Какую ещё школу?

— Самую обычную.

Я медленно закрыла ноутбук.

— Маргарет...

— Что?

— Сейчас Февраль.

— И?

— И середина учебного года уже давно прошла.

— Именно.

— Я думала, мы устроимся здесь, а в школу я пойду уже осенью.

— Правда?

— Конечно.

— И чем же ты собиралась заниматься до лета?

Я пожала плечами.

— Не знаю. Читать книги.

— Ты их читаешь слишком быстро.

— Тогда смотреть сериалы.

— Круглые сутки?

— Почему нет?

— И запивать их пакетами с кровью?

Я невинно улыбнулась.

— Звучит как идеальный план.

Маргарет тихо рассмеялась и покачала головой.

— Нет, Изабель. Завтра ты идёшь в школу.

— Не хочу.

— Знаю.

— Терпеть не могу школы.

— Тоже знаю.

— Особенно американские.

— Это я тоже слышала.

Я недовольно откинулась на спинку кресла.

— Иногда мне кажется, что ты специально усложняешь мне жизнь.

— Неправда.

— Тогда почему нельзя дать мне хотя бы пару месяцев отдыха?

— Потому что семнадцатилетняя девушка, которая несколько месяцев безвылазно сидит дома, вызывает слишком много вопросов.

Я тяжело вздохнула.

К сожалению, в её словах был смысл.

— Документы уже готовы, — продолжила Маргарет. — Завтра тебя оформят в выпускной класс. Расписание получишь на месте.

— Как же я счастлива.

— Не сомневаюсь.

— А можно я заболею?

— Нет.

— Сломаю ногу?

— Нет.

— Исчезну?

— Даже не пытайся.

Я обречённо прикрыла глаза. Несколько секунд в комнате стояла тишина. Маргарет перевела взгляд на бокал, стоявший у меня на столе.

— И ещё кое-что.

Я сразу поняла, к чему она ведёт.

— Нет.

— Да.

— Я ещё ничего не сказала.

Я тихо цокнула языком.

— Сегодня больше никакой донорской крови.

— Серьёзно?

— Завтра вокруг тебя будет почти четыре сотни человек. Лучше с самого начала держать себя в руках.

— Я умею.

— Я знаю. Но предпочитаю перестраховаться.

Я перевела взгляд на бокал.До него оставалось буквально несколько сантиметров. Потом молча взяла его и поставила на прикроватную тумбочку.

— Довольна?

— Очень.

Маргарет подошла ближе.

Несколько секунд внимательно смотрела на меня, словно пыталась понять, действительно ли я не собираюсь спорить дальше.

Потом неожиданно, как делала всегда, легко стукнула меня согнутым пальцем по лбу.

— Ай.

Она едва заметно улыбнулась.

— Люблю тебя.

Я машинально закатила глаза.

— Ага.

Большего от меня она никогда не ждала. Наверное, именно поэтому никогда не обижалась. Она лишь покачала головой, пожелала спокойного вечера и тихо закрыла за собой дверь.

Я ещё несколько секунд смотрела ей вслед, потом перевела взгляд на ноутбук. На экране всё ещё висело окно с недосмотренным сериалом.

Я включила первую попавшуюся серию, устроилась поудобнее в кресле и машинально потянулась за бокалом. Пальцы замерли в нескольких сантиметрах от стекла.

— Чёрт...

Тихо пробормотав это себе под нос, я всё же убрала руку.

Пускай Маргарет сегодня порадуется своей маленькой победе. В конце концов, завтра мне действительно предстояло снова стать обычной семнадцатилетней школьницей.

Хотя ни обычной, ни семнадцатилетней я уже давно не была.