День 2. Знакомство с семьёй

Landon Austin — I hate you I love you, This town.

    Было десять утра, когда Хоуп и Лэндон, пересев на другой автобус, оказались около бара «У Руссо». Оттуда до поместья Майклсонов рукой подать. Лэндон спрашивал про город, про бар, что считался культовым для Хоуп и её семье, про поместье, про всё. Хоуп с охотой отвечала на его вопросы и обещала, что после Марди Гра проведёт ему экскурсию.

    Завороженный взгляд Лэндона вызывал у Хоуп безмятежную улыбку — впервые за три года Хоуп чувствует себя свободной. Всё, что происходило с ними долгое время — Маливор, забвение, монстры, потеря родителей, ссоры и крики, потеря друзей и их обретение, любовь и ненависть, отношения и расставания, клятвы в преданности и предательства — выбивало их из колеи, но сейчас Хоуп уверенна — будущая неделя будет замечательной, а её уверенность ещё никогда не ошибалась.

    Вот они уже напротив поместья. Лэндон несколько раз глубоко вдохнул. Девушка начала успокаивать его. И в самом деле, будто его съедят там, хотя... это вполне возможно. Девушка ужаснулась своим мыслям. Они синхронно выдохнули и перешли через дорогу.

    Дверь в поместье была открыта. Лэндон потянул тяжёлый и железный груз, давая Хоуп возможность войти, позже вошёл сам. Сразу было видно, что поместье пустело целый год. Столетние слои пыли, разбитые стёкла (видно Кол и Марсель снова что-то не поделили), выключенный свет. Лэндон в ужасе осмотрелся, Хоуп вжала голову в себя, ей было стыдно перед парнем за свой дом.

    Ребята услышали глухие шаги, свет начал проникать в дом — Солнце уже поднималось выше, освещая даже тёмное поместье Майклсонов. С лестницы спустилась Фрея Майклсон, всматриваясь в пришедшего гостя. Заметив, что это её любимая племянница, Фрея сломя голову побежала обниматься. Хоуп ожидала такой реакции и уже ждала тётю с распростёртыми объятиями. Лэндон следил за этим завороженным взглядом — уж не такой он представлял могущественную ведьму Майклсон. Фрея устремила взгляд на парня и хитро улыбнулась, вновь взглянув на племяшку.

    С лестницы начала спускаться Килин, которая не осталась в стороне, завидев рыжую бестию. Фрея подождала, пока Килин обменяется с Хоуп любезностями и посмотрит в сторону кудрявого. Реакция Килин такая же, как и у Фреи, всё же девушки понимали толк в любви, и тем более в подростковой.

    Дальше по лестнице спустились Кол и Давина. В объятия Кола Хоуп побежала сама. Любимый дядя сам закружил девчонку в воздухе. Давина с шуточной ревностью смотрела на них. Кол, заметив это, притянул её к себе и поцеловал в щеку.

— Кол, перестань, — Давина пыталась отодвинуть Майклсона от себя, легко смеясь. Хоуп лучезарно улыбалась. Лэндон прямо сейчас был готов сделать также, показав своей девушке, что любит её также, как и её дядя люби свою жену. Жену...

    И вот, самые последние. С лестницы спускались Ребекка и Марсель. Ребекка побежала к Хоуп, а Марсель устремил взгляд на Лэндона. Он прожигал парня насквозь. Хоуп подошла к Лэндону, Майклсоны выстроились в ряд напротив них. Лэндон и Хоуп сжали руки в замок.

— Это мой парень — Лэндон Кёрби, мы встречаемся уже три года, — Хоуп нервно улыбнулась, ощутив недоверчивый взгляд Марселя на себе.

— З-здравствуйте, — Лэндон сжался и сглотнул ком в горле.

    Марсель начал медленно подходить к паре. Все затаили дыхание. Марсель продолжал прожигать Лэндона взглядом, пропитанным недоверием и злобой. Хоуп начала бояться его. Она знала, что Марсель никогда в жизни не даст её в обиду, а к её ухажёрам относился крайне скептично, тем более после ситуации с Романом.

    Мучительно долго Марсель доходил до обречённой пары. Он приблизился к Лэндону и злобно посмотрел прямо в его глаза. Лэндон сжал всю свою смелость в кулак и попытался не сбежать прямо сейчас. Марсель смягчился, улыбнулся и похлопал парня по плечу.

— Добро пожаловать в семью, — Марсель посмеялся реакции Лэндона. Тот громко выдохнул в унисон с Хоуп. Девушка улыбнулась и сжала его руку в своей, обменявшись с ним радостным взглядом. Все остальные также начали смеяться.

— Чего мы ждём? Нам ещё платформу строить, а ещё я уверенна, что вы оба ещё не ели, — сказала Фрея, указывая двумя пальцами одной руки на Лэндона и Хоуп. Те начали кивать. Они и вправду были голодны. Все пошли к огромному обеденному столу, в стиле Майклсонов.

    Лэндон, всё ещё прибывая в лёгком шоке, подошёл к столу и сел рядом с Хоуп. Придвинув стул к столу он осмотрелся. Будто попал в девятнадцатый век: картины, старинные столы и стулья, канделябры с горящими свечами и герб семейства Майклсонов на столбе рядом с местом парня. Того немного пугала атмосфера их дома, ведь здесь было убито много людей и вампиров, это поместье хранит все самые страшные секреты семьи Первородных, о которых и сама Хоуп догадываться не смеет.

    Стол был накрыт богато и красиво — еды для людей было больше, но также стояли три графина с кровью из личных запасов Майклсонов, пополненных не так уж давно.

— Ну что ж, Лэндон, расскажи о себе, — предложил Кол, наливая себе из графина бокал первой отрицательной.

— Ну, мне, на самом деле, нечего рассказывать, — Лэндон попытался уйти от ответа, но Хоуп не позволила ему наслаждаться таким счастьем, как покой.

— Это неправда, у Лэндона богатая история. Поведай нам, — Хоуп злорадно улыбнулась, а Лэндон недовольно посмотрел на неё, отчего та начала тихо хихикать.

— Ну-у, моя мать работала в Трайд Индастриз. Это компания, которая защищала людей от сверхъестественных существ, но на самом деле, они просто истребляли их и кидали в Маливор, возможно вы слышали. Ну так вот, моя мать предала эту компанию, и её кинули в этот самый Маливор. Она вышла оттуда спустя два года и была беременна... мною. И Маливор мой отец. А ещё я — феникс. Типо возрождаюсь из мёртвых и всё такое, — Лэндон постарался, как можно кратко изложить свой рассказ, но все были крайне заинтересованы.

— Оу, Никлаус обожал фениксов. Он всегда говорил: «Я восстану, как феникс из пепла». Это была его любимая фраза, пожалуй, — сказала Ребекка, наколов на вилку немного овощей и съев их.

— Мне тоже интересно послушать о вашей семье. Хоуп много рассказывала о вас, но мне бы хотелось узнать всё, — Лэндон немного раскрепостился и даже позволил себе взять немного цезаря из салатницы. Хоуп с радостью смотрела на то, как её парень потихоньку приспосабливается к её довольно сложной семье.

    Начались истории. Сначала была Фрея, рассказывавшая о своей жизни с Далией, об их покойном братце Фине, о колдовстве и её новообретённой семье, состоящей из Килин и Ника — её сына. Потом эстафету перенял Кол, который решил рассказать о злодействах Никлауса, прелестей вампирской жизни и, как ни странно, о его новообретённой семье — Давине. Давина также рассказала о ведьмовстве, о сложностях Майклсонов, о Клаусе, о Марселе, о злых ведьмах и жизни по ту сторону. Марсель рассказал о Клаусе, как о своём отце, рассказал о его прекрасных друзьях, о его злодействах, о его правлении Новым Орлеаном и о любимой жене. А Ребекка рассказала только хорошее. Рассказала о любви Никлауса к Хоуп, о Хэйли, о стае оборотней, о детстве Хоуп и чем пришлось пожертвовать ради неё, об Элайдже.

    Во время рассказов о жизни на них нахлынула ностальгия — рассказать тысячелетнюю историю их семьи было просто невозможно без воспоминаний. Тут все принялись за алкоголь (даже Хоуп и Лэндону разрешили). Старый добрый бурбон скрасил и без того хорошее утро. Но всё хорошее заканчивается, поэтому изо стола пришлось встать, всё же платформа сама себя не построит.