\ 4 часть | "Дом"

Дома холодно и неуютно.

Денис до сих пор помнит ту самую подножку. от которой он упал.

Дома посуда бьется. Значит гнев снова маму не покидает.

А в зеркале, в коридоре тощее тельце стоит. Бледное, как тюль. Кожа мраморная.

Комната. Сон.

Снова без домашнего задания.

В голове не формулы, а путаница в аквариуме.

Ночь. Поздняя.

В комнату дует ветер, а Денис только проснулся. Уроки.

Русский язык, математика, алгебра с физикой.

Тетради горой. Правила, формулы.

Не понятно.

Кто ж такие формулы составляет?

Не знаю.

В раковине вода льется. Отмывая головную боль после выполненной домашки.

Мама опять где-то пропадает.

Гарнитур в ванной старый. Блеклый. В ванной комнате стоит окошко, на Бабушкино в деревне похожее.
Тюль у окна с выкройкой: розочки слегка прозрачные.

Туман на улице проявляется тихо и не спеша. По земле катится и уходит.

Вода холодная, как лед. Горячую отключили.

Сегодня в школе должна быть новая тема по математике как Денис узнал по учебнику. А Денис не хочет.

Медленный. Слишком медленный.

В маленьком автобусе зачем-то снова бабушки в такую рань едут. Пакеты в одной руке у них слегка дрожат, а  другой платок придерживают.

Одна с подружкой напротив сидит. Говорит о внуках. О кошке, которая с балкона упала. О поминках своего сына.

В автобусе пахнет кровью. Сухой, металлической. Сыростью и плесенью.

Стаканом водки от пассажира дядьки старого. И потом от него.

В школе темно и пусто. Коридоры детьми помладше Дениса ростом забиты. Пахнет миксами духов ярких и курилками от «крутых» девчонок школы. Они смеются над всеми в юбках коротких и сиги за спиной от завуча прячут.

Иван среди них стоит. Шепчется. Смущается. Его лицо как на холсте выделяется. Хотя Денис знать его не хочет.

Но почему он выделяется так среди всех не знает.

Он ничего не знает уже.

Кроме смерти бабушки.

В кабинете математики пахнет сыростью. За окном дождь, и наверняка черви, которые выползли из под земли.

Как дождь пройдёт на улице появится солнышко, которое в скором времени уйдет на поздний срок. И Денис снова его не увидит.

Октябрь, ноябрь, декабрь, январь, февраль, март, апрель, май и все.

Закончилось солнышко. Или что-то другое?

Звонок за звонком звучали медленно. Тихо. Не спеша.

В горле стоял ком тошноты. Он, кажется, двигался по грудной клетке и по горлу.
Все казались слишком странные. Не смотрели на Дениса. Не ставили подножки.

После 7 урока биологии дождь, кажется, не хотел ложиться спать. Ревет.
А автобус нужно было ждать час под дождем. 
В голове был густой и мучной туман. Он пожирал голову до костей, заполняя её... сладким дымом? А, нет.
Это Иван рядом курит свои.. м.. сигареты?

Он стоял слишком рядом. Почти прижатый. Денис даже не заметил, что уже находится в автобусе.
Те же самые бабушки с утра. Едут. Разговаривают.

Про цены на базаре. Про белку в парке. Про труп рядом с беличью клеткой там. Про огород с малиной в заброшенных деревнях.

Вдруг плеча Дениса слегка коснулись. Иван.

От него несло жижами от сигарет.

— эй, ты. Че у тебя всегда рожа такая..серая чтоли?

Денис отвечать не хотел. Да и не знал ответ.

Он сейчас думал только о комке тошноты в горле, как будто его сейчас вырвет.

Иван так и не дождавшись ответа, промямлил:

— странный ты...

Дома пахло сыростью. Только диван в гостиной пропах мамиными сигаретами. Запах, который он ,кажется, ненавидит больше всего.

Голова болела так, что хотелось попросту отключится и забыть все.

Комок оставался ещё в горле. Он хотел выйти, но Денис не давал. Он ждал, пока сам не сделает.