1 глава. Чарльз.

В этом большом помещении, где было много народу и громкая музыка, Чарли Лэзет пробирался сквозь толпу подростков, на три года младше его и искал глазами жертву, блондинку или брюнетку, это было не важно. Наконец добравшись до барной стойки, он сел на стул и заказал две рюмки текилы.
Выпив залпом их, он услышал звонкий голосок.
- Ты брат Тони?- он повернул голову и увидел сидящую возле него блондинку с ярко накрашенными губами.
- Верно, он мой младший сводный брат.- сверкнул глазами Чарли и развернулся к ней лицом.
- Тогда я не ошиблась, и девочки сказали правду, ты чертовски красив и горяч!- он придвинулась ближе и он улыбнулся, обнимая её за талию.
- Ну раз я такой красивый и горячий, может быть мы потанцуем?- бурная ночь была обеспечена, жертва сама нашла его, сама обьявилась. Отдаваясь танцу он совершенно забыл о том, что совсем скоро ему нужно выманить её из особняка.
Чарли был обычным бабником, никогда не имевший настоящих отношений. Вся его жизнь состояла из девушек на одну ночь. А что ещё ему было нужно? Ведь отец обеспечил, Бог наградил, почему бы не воспользоваться?! Но он не был таким как все такие подобные парни. Что, что, а чувства вкуса и стиля у него были. Он всегда придавался творчеству и музыке, всегда ловил ритм и даже увлекался поэзией. Если бы не его вечное желание отыметь все что движется, он бы смог чего-то добиться в своей жизни сам, но ему это казалось, совершенно безнадежной затеей.
Вскоре, когда он исполняя свой фирменный танец обольстителя, столкнулся спиной с кем-то, обернулся и увидел перед собой маленькое личико, обрамлённое медной копной волос. Девушка посмотрела на него большими зелёными глазами и сразу же опустив их скрылась в непонятном направлении.
Чарли моментально повернулся к своей знакомой, имени которой даже не спросил и обхватил её обеими руками, потащил к выходу, на ходу шепча ей что-то ласкающее.
* * *
Чарли открыл глаза от резкого шума, то пришло ему оповещение на телефон. Он сонно взглянул на яркий дисплей и увидел время. Было около четырёх часов утра. Он оглянулся назад и увидел лежащую рядом девушку, она была укрыта леопардовым пледом и её левая рука нежно обвивала его тело. Мужчина обреченно закатил глаза и быстро убрав её руку с себя, встал с раскладного дивана и отыскав одежду, быстро оделся и забрав телефон, часы и ключи, ушёл через дверь. Оказавшись на прохладном осеннем утрешнем воздухе, он быстро отыскал машину и сев в неё уехал домой. Дома никто не удивился его появлению в такое время. Чарли бесшумно открыл холодильник. Достал оттуда кастрюлю с отбивными и выложил три на большую тарелку. Поставив их в микроволновку, он устало стянул с себя куртку и повесил её на крючок в прихожей. Через минуту после того, как он полил отбивные кетчупом и положил один кусок в рот, со второго этажа спустился юноша с русыми волосами и сел на против него.
- Ты уже пришёл?- хрипло спросил он, воруя у старшего брата кусок мяса из тарелки.
- Не говори так громко!- он хлопнул Тони по ладони и коснулся головы.- У меня ещё не прошло похмелье...
- У меня есть аспирин.- Тони полез в шкафчик и достал оттуда большую коробку с медикаментами. Там оказалась маленькая баночка с аспирином. Парень налил воды в два стакана и поставил один перед братом, потом положил одну таблетку и ушёл, поставив свой пустой стакан в раковину.
Чарли смерил его привычным для их отношений взглядом и тут же залпом выпил воду, запивая таблетку. Потом он осторожно сложил посуду в раковину и направился в свою комнату, что бы принять душ и лечь спать.

На следующий день Чарли устало потёр глаза и встал с кровати. Он надел серые штаны и вышел из комнаты, почесывая черную копну волос.
На кухне не пахло оладьями или блинами, там ничем не пахло, ведь мамы уже нет около двух лет так же как и отца. Их нет и запахов вкусного ужина и семейных посиделок с отцом по пятницам тоже. Все это кончилось в один момент, тогда когда загорелась больница. Когда мама была в ординаторской, а папа пытался спасти её и не успел. Они обо сгорели заживо. Да, да, в тот момент вдруг Чарли осознал, что его приемные родители ушли, навсегда. Тогда он стал по-настоящему взрослым мужчиной, на плечи которого легло воспитание младшего брата. С тех пор он никогда больше не плакал и не вспоминал о детских забавах... Но и примерным опекуном так и не стал. Он вовлёк в вечные пьянки брата, заверив в взрослой жизни, он не показал свою лучшую сторону и старался никогда не обращать на это внимания, понимая, что все это не под силу ему, на вид такому сильному и отважному мужчине.
Он подошёл к телевизору и включил его. Шли утренние новости, приветствующие ещё сонный маленький городишко, в штате Огайо. Как обычно ничего нового за одну ночь не произошло, кроме как того факта, что метеоритный дождь, который передавали три дня назад так и не произошёл. Выключив телевизор, Чарли посмотрел на столик с бутылкой виски и стакан. Он долго рассматривал играющий на солнце алкоголь, а потом услышал тяжелые шаги брата. В голову забило не похмелье, а понимание насколько дерьмово их положение.
- Доброе утро!- он не улыбался, давно.- Я не иду в школу...- простонал он как маленький ребёнок и уселся на диван.
- Нет, ты пойдёшь в школу!- с приторной поддельной улыбкой кинул Чарли.- Одевайся, я отвезу тебя, ну это так, на случай если ты решишь слинять...- он сверкнул глазами и стал подниматься обратно в комнату, что бы переодеться.

- Ты что, так и будешь провожать меня до самого класса?- усмехнулся, поправляя на плече рюкзак, Тони.
- Да.- мрачно ответил Чарли, закрывая дверцу машины и смеряя грустным взглядом школу.
Братья направились в сторону ступень школы. Каждый, кто шёл мимо них, улыбался Тони и дружелюбно давал ему пять.
- Ты настолько популярен, что даже местные алкоголики здороваются с тобой!- подколол его Чарли, снимая черные очки.
- Ага, в том числе и ты.- колко ответил братец и они вошли в массивные двери учебного заведения. - Я думал ты шутишь, насчёт "провожу до парты и подожду звонка"- Тони открыл шкафчик и стал складывать туда учебники.
- Не надейся, я заставлю тебя учиться...- мужчина облокотился плечом о соседний шкафчик и огляделся по сторонам брезгливым взглядом.
- Ты ведь сам прогуливаешь университет. - заметил Тони, захлопывая дверцу шкафчика и щуря глаза.
- Тему не переводи, кстати, с сегодняшнего дня не пьёшь! Тебе семнадцать, а выпитого тобою алкоголя за всю твою жизнь, больше, чем во всех алкогольных фабриках мира.
- Что? - лицо было неописуемо: удивление, возмущение и ирония одновременно. - Ты решил быть примерным родителем?- Тони изогнул бровь и тоже облокотился плечом о шкафчик.- Боюсь ты припоздал.
- Не нарывайся, сопля, я если что найду управу на тебя...
- Простите, вы не могли бы отойти?- Чарли обернулся, услышав мягкий голос.
- Привет.-Тони вяло улыбнулся смотря на неё. Чарли отошел в сторону, позволив ей открыть шкафчик, на который он облокачивался только что.
- Привет.- она смущенно улыбнулась, взглянув на Чарли.
Он стоял возле брата и внимательно смотрел на неё. На ней были черные джинсы, ботинки на каблуке и синяя футболка с длинным рукавом. Её медные волосы были красиво рассыпаны по плечам. Она сложила учебники в шкаф и повернулась снова к ним.
- Мы знакомы?- она с опаской посмотрела на все ещё разглядывающего её Чарли.
- Оу, нет.- он поднял руки, показывая своё поражение.- Но можем познакомиться.- он тут же хитро улыбнулся и Тони закатил глаза.
- Я бы с радостью познакомилась с тобой, но к сожалению, у меня история,- она улыбнулась, пронизывая его большими зелёными глазами.- поэтому в другой раз.- она перевела взгляд на Тони.- Встретимся на тригонометрии.
Она ушла, а Чарли продолжая смотреть ей вслед, спросил у брата её имя, тот ответил: Джейн. Чарли повелительно посмотрел на брата и заставил его идти на биологию, а сам недолго думая направился к выходу, там в него врезалась какая-то блондинка.
- Чарли?- она улыбнулась. - Я уже не надеялась тебя увидеть!- она кинулась ему на шею.
- Мы знакомы?- он отстранил её от себя и удивленно посмотрел ей в лицо.
- Да! Я же Эмма! Мы познакомились вчера на вечеринке!- она с надеждой заглянула в его карие глаза и помрачнела. Он поспешно извинился и быстро юркнул на улицу в направлении к машине.

Яркое солнце этого осенённого дня освящало владения маленького городка, напоминая о том, что это последние тёплые лучи этого сезона и что с завтрашнего дня начнётся зима, она придёт как обычно тихо и незаметно, а потом неожиданно постучится в двери и войдёт в штат Огайо. Чарли вышел из большого здания университета по экономике и сев в машину, начал рассматривать лист со своими пропусками. Из-за смерти родителей, думал он, хотя нет, все это из-за моей безалаберности! Ещё один пропуск или заваленная сессия и прощай золотая карьера, здравствуй безработная жизнь. Нечем будет оплачивать платежки, приходящие каждый месяц, продукты в магазине, что бы не умереть с голоду, в конце концов одежду и бензин! Чарльз устало закрыл глаза и откинулся на сидение. Так он просидел добрых пять минут. Потом его тяжелые веки открылись и он вернулся к реальности. Нужно было срочно что-то делать, иначе они погибнут. Он и Тони. И хуже всего не то, что в этом мире его кто-то осудит за плохое опекунство, а то, что в том мире, где сейчас его родители, на него смотрят мама с папой и понимают, что зря надеялись на него в случае чего. Они смотрят на них сверху и проклинают Чарльза за все беды в мире, хоть и любили его. Да, конечно же они любили больше Тони, ведь он был родным. А как получилось так, что Чарльз оказался приемным? А я тебе скажу, его непутевая мамаша, зарабатывающая на жизнь продажей своего тела в дешевых барах, ослушалась сутенера и оставила ребёнка, а потом избавилась от него в больнице, да-да, она родила маленький комочек жизни с карими ясными глазами и оставила умирать, умирать без материнской любви. Мальчик попал в детдом, где никто его не любил, ни ребята, ни няньки, ему даже не дали имени, это было настолько обидно, что он порою часто оставался в каком-нибудь уголке и в уединении ото всех рисовал на белом листе бумаги силуэт трёх людей. Первый был большим и сильным, второй совсем маленький, а третий средний, очень красивый и грациозный. Это была его воображаемая семья. Именно с этими силуэтами он зачастую разговаривал обо всем, что случилось с ним за день. Больше он ни с кем не разговаривал и не находил общего языка. Так он вёл своё жалкое существование на протяжении восьми лет. И вот как-то раз, когда он был в маленькой комнатке, где обычно пишут и рисую дети, зашли главная нянька миссис Шеллоу, а за её толстой спиной шли двое людей, опасливо оглядывающиеся по сторонам.
- Вот, смотрите, это не все наши детки, в других комнатках их ещё больше, но эти самые одаренные!- она говорила таким добрым голоском, каким пользовалась только в подобных случаях или... Нет, только в подобных случаях.- Ну, кроме этого!- она с презрением взглянула на черноволосого мальчишку, сидящего за отдаленным от всех столиком в синих штанишках и белой футболке. Он поднял на неё ненавидящие глаза, ведь из раза в раз она говорила так про него на людях, которые приходили за своим ребёнком. - Он никогда не слушается и всегда молчит, разве нужен вам такой сын?- она недовольно фыркнула и пошла в сторону Эмиля. Он был золотым мальчиком, с золотистыми волосами и глазами, в нем было столько золота, что если смотреть на него слишком долго, то можно закрыть глаза и ещё некоторое время наблюдать мечущийся из стороны в сторону маленький отблеск солнца, который в скоре постепенно угасал. Он был любимчиком всех нянек, которые только могли работать в этом ужасном месте.
- А это Эмиль! - она восхищенно сложила руки на груди и повернулась к людям, которые шли за ней. Но как только она посмотрела на них, она увидела, как миссис Лэзет присела на стульчик возле черноволосого мальчика, который как всегда был в уединении от внешнего мира и внимательно посмотрела в его личико своими большими чёрными глазами. Мистер Лэзет заворожённо смотрел на эту картину, стоя поодаль.
- Здравствуй, малыш...- тихо произнесла она своим звонким и добрым голосом.- Как тебя зовут?- она легонько улыбнулась, вокруг её губ появились ямочки. Он медленно отложил карандаш и посмотрел ей в глаза.
- У меня нет имени, мэм.- это был первый раз, когда он заговорил с нормальным живым человеком.- Мне не дали имени...- он вскинул голову и посмотрел на мужчину. Тот медленно присел на корточки возле малыша и тоже заглянул в его глаза.
- Какие имена тебе нравятся?- его голос немного дрогнул.
- Дениэл, сэр, но Чарльз звучит лучше...- мальчик смущенно отвёл глаза и будто очнувшись, быстро перевернул свой рисунок и спрятал его от лица взрослых.
- А меня зовут Элис Лэзет.- произнесла женщина, заставив его посмотреть на неё, - а его,- она указала на мужа.- Льюис Лэзет.
- А ты можешь называть просто: мама и папа.- лицо этого сильного мужчины с квадратной челюстью озарилось широкой улыбкой, когда мальчик резко повернул рисунок лицевой стороной у верху и ловко взяв карандаш, быстро что-то написал на нем.
- Можно мы посмотрим, Чарли?- улыбнулась миссис Лэзет.
Мальчик недоверчиво развернул к ним рисунок, там были изображены три силуэта, мама, папа, мальчик, а сверху подписано: Папа Льюис Лэзет, мама Элис Лэзет и Чарли Лэзет.
Этот неожиданный жест заставил Элис подняться на ноги, протянуть свою большую тонкую руку Чарли и взглянуть на няньку.
- Может быть он и самый не любимый вами воспитанник, но мы дадим ему столько любви, сколько он должен был ощутить за все годы своей маленькой жизни и столько сколько, ещё предстоит ощутить.- после этих слов она махнула светлой копной волос, поправила сумку на плече и направилась в сторону выхода, держа за руку Чарли. А мистер Лэзет поднялся, кинул последний взгляд на краснеющую от ярости няньку и вышел вслед за женой. В тот день Чарли обрёл родителей, настоящих, которые никогда, как он был тогда уверен, его не оставят и будут жить вечно. Тогда, спустя три года, страдающая бесплодием Элис, внезапно забеременела и на свет появился Тони. Крепкий и здоровый малыш, которому собственно и стало уделяться все свободное время.
Так вот, Тони всегда был любимчиком, о нем всегда заботились больше, он всегда приводился в пример, Чарли казалось, что все, что окружало его в детдоме перенеслось в его родной дом и теперь всю жизнь будет преследовать его. Безусловно, Элис и Льюис дали мальчику столько любви и тепла, что он уже и забыл о предательстве той проститутки, которая выносила его, только и они его предали в конечном итоге. Они обещали всегда быть с ним, каждый раз оказываться рядом в трудный момент, но сейчас их нет, они нагло обманули его. Воспоминания нахлынули слишком резко и Чарли моментально раскрыл карие, пытающиеся сдержать слезы глаза и начал быстро заводить машину, что бы умчаться прочь, будто это поможет убежать от проблем и прошлого, которого не изменить...
Когда Чарльз вошёл в почти погруженный в сон дом, он поднялся на верх и тихо вошёл в комнату брата, тот спал в своей кровати, укрытый старым маминым пледом. На столе все ещё работала лампа. Мужчина тихо подошёл к столу, взглянул на лежащие на нем тетради и чертежи, потом выключил свет, включил маленький ночник и последний раз взглянул на спящего брата. Порою, особенно в детстве, он ненавидел Тони, понимая, что с его появлением в семье перестали замечать его. Но чем старше они становились, он понимал, что брат - единственное, что в конечном итоге останется у него.