глава 2

Глава 2
Голодный поход

Саша встрепенулся и подошёл к окну, поморщившись от сквозняка, который гулял по полупустому жилищу пробираясь сквозь огромные щели в окне, он выглянул на улицу. Метель стихла. Можно было идти, путь предстоял не близкий, два, с небольшим, километра по заснеженной деревенской дороге.
Взвалив на плечи неподъёмный рюкзак, мужчина огляделся по сторонам, ничего ли он не забыл. Вся его жизнь теперь была в рюкзаке, ведь никогда нельзя знать наверняка, когда твой дом завалит снегом. Хотя в этот раз ему повезло с удачным выбором места! Он прожил там то ли два то ли четыре месяца, точно теперь не скажет никто. После того, как рухнула Гринвичская обсерватория и была потеряна связь с миром часы, календари, утратили былой смысл и согласно старой шутке показывали «погоду». Время теперь тянулось одной сплошной линией. Одной бесконечной зимой.
Первое, что попалось на глаза снаружи, было разорванное тело какого-то мелкого животного, слегка припорошенное снегом. Возможно это была кошка, но теперь не приходилось быть в чём-то уверенным. Такие времена настали, за еду борются все.
Аккуратно обойдя то, что осталось от животного, Саша поплёлся дальше.
Мысли в голове были неразборчивы, путались и обрывались, казалось, додумай их до конца и даже сам Аристотель или какой-нибудь Плутарх, аплодировали бы стоя и просили поставить автограф на старой и выцветшей фотокарточке, но чувство голода уже было столь велико, что перебивало любые мысли не давай их закончить.
Он шёл чисто механически, заставляя себя через силу переставлять ноги: левой, правой, левой , правой...
Выйдя на обширный перекресток, когда-то забитый автомобилями различных марок, а теперь мигавший одним оставшимся жёлтым глазом, он повернул на лево.
Его жизнь в деревне можно назвать отшельнической. Соседи там лишь зайцы, да ободранные вороны. Раньше он любил приезжать в деревню, там было весело, его любили и ждали. Каждые каникулы он проводил у бабушки с дедушкой, пас гусей, купался в озере, собирал ягоду. Теперь же всё рухнуло. Нет больше, ни озера, ни ягоды. Вечная зима уничтожила всё на своём пути и продолжает уничтожать.
В детстве Саша любил гулять с Барбариской, так звали его ручную собачку. Она весело носилась по двору, высунув ярко розовый язык, заливисто лаяла на блестящих чёрных ворон, а если присядешь на коленки так и норовила облизать тебе щеки, нос, губы. Хорошая была собачонка. Как же тебе повезло, Барбариска, что не дожила ты до этого времени. Тебе бы не понравилось.
Смахнув набежавшие воспоминания, он ускорил шаг, насколько это позволял, изможденный холодом, голодом и жаждой, организм. Оставаться долго на улице слишком опасно. Нужно торопиться.
Через 200 метров показался магазин. Выцветшая от времени и покрытая инеем вывеска над ним гласила "ОВОЩИ И ФРУКТЫ". Простое название постсоветского периода, доставшееся в наследство от «нерушимого союза» банальное, но вполне рабочее.
До магазина оставалось метров 50, когда неожиданно, кто-то из него вышел.
Саша едва успел скрыться за старым жилым вагончиком, брошенным когда-то строителями. Из своего убежища, он аккуратно разглядывал незнакомцев.
Первый был одет как солдат в тяжёлый чёрный бронежилет, зеленые штаны, берцы, и в новый зелёный ватник . Второй, был в гражданском. Хотя издалека хорошо было видно только противогаз, длинный серый плащ, какой-то прибор в руках и небольшой пистолет в кобуре на бедре, которую демонстрировал плащ приподнимаясь при ходьбе. Это оружие было настолько игрушечным, что на вряд ли бы пробило даже картонку, Видимо, это был ученый.

Сначала, Саше показалось, что в руках у незнакомца был счетчик Гейгера, но присмотревшись, он понял, что эта вещь больно громоздкая. Так заглядевшись на них он и не заметил, как вышел из своего укрытия на открытое пространство. Военный тут же выхватил из-за спины автомат и направил его блестящее, начищенное дуло в стороны Саши.
В два прыжка он скрылся за стеной и стал ждать, что будет дальше. Сердце его гулко билось в ушах, ему казалось, что он дышит настолько громко, что найти его не составит никакого труда. Внезапно чувство голода дало о себе знать, этот прыжок, казалось, отнял у него последние силы. Саша ухватился за стену, чтобы не потерять сознание, хотя давалось ему это с большим трудом.
Он уже был готов просто сдаться, но вероятность быть помилованным – ничтожно мала. А шанс убежать всё-таки был. Его размышления прервали крики и топот ног, выглянув из-за угла, за которым прятался, Саша увидел, что тот мужчина, которого он принял за учёного машет руками и что-то кричит, а тот, который в военной форме, уже открыл дверь обратно в магазин и зовёт учёного бежать.
Саша не сразу понял, что это было, но через секунду пришло осознание. Шум, который он слышал, это вовсе не кровь, кипевшая в его лихорадочно думающем мозгу. Это огромная лавина из льда и снега неслась на него с бешеной скоростью.
Он попытался сглотнуть, но пересохшее горло отказалось ему в этом помочь. Саша бросился бежать, обгоняя практически все и всех на своем пути, к дверям магазина, которые всё ещё придерживал открытыми военный, но стихия оказалась быстрее, далеко убежать не удалось.
Его поглотила метель. Он как будто оказался внутри торнадо, только из льда и снега. Молодой человек не видел совершенно ничего вокруг, даже собственной руки, которую с трудом удалось выставить перед собой. Снег засыпался в рот, глаза, нос, забивался за шиворот. Шапку сорвало и унесло ветром в неизвестном направлении.

Внезапно, он почувствовал острую боль на лице, это посыпался лёд. Удар, ещё один, и ещё, лицо покрылось кровоподтёками и мгновенно опухло, кровь из рассеченной брови застилала глаза, счет ударов оборвался, и Саша повалился на промерзшую землю.